Так всё-таки герой или мститель?

Вскоре после выполнения финального упражнения публика, радостная от полученного зрелища, вновь единогласно номинировала меня на награду сильнейшего человека на Земле, а затем ретировалась по своим делам куда-то вниз. И если верить звуку разбитого стекла, который донёсся снизу спустя минуты три, они занялись своим любимым и самым обожаемым делом — уменьшением целых стеклянных изделий в доме. Винить их ни в чём не буду: надо же спиногрызам как-то себя развеселить. На улицу ведь самих не пускают, а сводный (или скорее приёмный) старший брат слишком занят тем, что лежит на полу в попытке отдышаться от произошедшего. Тренировки меня выматывают — это факт. Но в последнее время они выжимают из меня абсолютно все соки, причём буквально, ибо пота сходит литров девять, не меньше. И это при том, что я не сильно себя напрягаю, в чём-то даже поблажки даю. Раньше такого не было. Неужто деградировать начал? Меня такой расклад не устраивает. Я не хочу доводить мышцы до такой боли только ради того, чтобы при общем анализе прошедшей тренировки оказалось, что я сделал меньше, а устал больше. Это, блять, мне вообще нахуй не надо. В пизду тогда такие тренировки. Одно дело — не ныть и, как мужчина, терпеть боль, взамен продвигаясь всё выше и становясь сильнее. Другое дело — терпеть боль только чтобы оказалось, что от этого толку ноль, а даже наоборот — хуже, блять, стало. Это как жрать и, сука, становиться всё голоднее. Надо что-то думать над этим. Возможно, мне и правда нужен отдых на регулярной основе. Но важно не слишком сильно запустить себя в этом плане. Скоро экзамены в ЮЭЙ. Циё, это чуть ли не цель твоей блядской жизни. Это первый шаг на пути к твоей мечте. И я не могу этот шаг запороть. Лучше будет продолжить тренировать себя в старом темпе до момента поступления, а там уже и отдых ввести в расписание можно будет. А может, даже сложность тренировок урезать. Нельзя забывать, что мне и время для учёбы потребуется. К тому же, учитывая статус академии, ебать нас в плане тренировок там наверняка будут куда жёстче. Так что та боль в руках, что присутствует у меня сейчас, это, возможно, ещё не апофеоз моих страданий. Сколько времени я так провалялся, раздумывая над всем этим, я не знаю. Часов в комнате у меня нет, а сил, чтобы дотянуться до телефона, лежавшего неподалёку, тоже. Прохладный пол в этот момент мне казался самой лучшей, самой удобной кроватью в мире. Вот бы ещё и сквозняк обдувал — было бы вообще лакшери. Но только я предусмотрительно перед тренировкой все окна закрыл. Если я заболею, погоды мне это уж точно не сделает. Конечно, с иммунитетом у меня проблем нет и никогда не было, а с холодом я вообще на "ты". Но риск всё равно присутствует, а учитывая, насколько мисс Удача меня ненавидит и желает убить к ебаной матери, именно этот риск бы и случился. Я ведь, своего рода, та самая палка, что раз в год стреляет. Болею очень редко, но уж если и болею, то так, словно сдохнуть собираюсь. Парадоксально, как по мне. — Отдыхаешь? — раздался над головой голос. И о чудо, я даже знаю, кому он принадлежит. И не сказать, чтобы я прям уж был рад этого человека видеть. Скажем так, я не против, но и не за. Оторвав голову от прохладного, но уже мокрого из-за пота пола, посмотрел на дверной проход. В нём стоял сонный отчим. Хотя, буду откровенен, сонный он почти всегда. И дело не только в том, что он работает как ишак. Дело скорее в том, что он сам по себе любит поспать. — Как видишь. — Я вижу, что ты лежишь в луже собственного пота на холодном полу. Специфический у тебя отдых — Интересно, он пришёл только чтобы поиздеваться надо мной? Или цель его визита ко мне заключается в чём-то, блять, более серьёзном? — Ты пришёл, чтобы сообщить мне об этом? — Почти. Спускайся вниз на кухню. Серьёзный разговор есть — После этих слов отчим развернулся на 180 градусов и ушёл. Ох, не нравятся мне вот эти вот "разговор есть" или "дома поговорим". Если уж мне собрались давать пизды, то так и скажите, что за мои грехи (погрешности) я буду наказан. Ладно. Сказали, что меня ждут на кухне для "серьёзного" разговора, значит, надо спуститься как можно раньше. Правда, я всё ещё не понимаю, о чём же таком важном они хотят поговорить со мной. Надеюсь, это не из-за очередной драки в школе? Хотя, кому я вру. Школа, если так можно сказать, окончилась уже несколько недель назад. Не думаю, что они стали бы беспокоить моих родителей из-за того, что я провёл воспитательную беседу с одним уродом из класса. Ну да, каюсь, переборщил. Но он сам виноват, слишком дохуя пиздел, за что и получил в рожу. Пусть спасибо скажет, что не прикончил дегенерата. ---- — И о чём таком важном вы хотели поговорить? — вошёл я на кухню и сразу заметил чересчур кислые и серьёзные лица моих опекунов. Всё-таки я буду получать за своё ужасное поведение. Или за утреннюю ссору? Если так подумать, то за многое мне можно вломить. — Если это за то, что произошло утром, то… — Нет, это не из-за произошедшего утром, — тут же ответил отчим, перебив меня. Наверное, намекает, что мне можно спокойно заткнуться и слушать, что мне говорят. — Разговор будет короткий и, полагаю, очень для тебя неприятный. Это особенность всех взрослых – нагонять тревогу? Если будет неприятным, так и скажите прямо: "Такэру, тебе пиздец." Так хотя бы ложных надежд на хэппи-энд не будет. — Ну тогда можно мы сократим его ещё сильнее, и вы перейдёте сразу к делу? — Как скажешь, — спокойно ответил отец, пожав плечами. — Мы против твоего поступления в ЮЭЙ. Что нахуй? — Что?! Какого хрена? Почему?! — Ну, во-первых, не выражайся так при нас... — Да мне плевать! Это мечта всей моей жизни! Почему?! Отец вздохнул и устало потёр глаза. Он, кажется, ещё не до конца проснулся или всё ещё хочет спать. Но не буду врать - мне кристально поебать. Меня сейчас волнует лишь одно: какого, собственно, хуя они против? И, судя по всему, оба. — Логически подумай. — Какая в жопу логика? Я самый сильный ученик из всех школ, в которых когда-либо был. Я буквально ходячая непробиваемая стена. О чём мне надо логически, блять, думать? А хотя... плевать. Похуй. Абсолютно. Если они этого не захотят, я просто вернусь в детский дом. Там всем будет поебать на меня и мои дерьмовые хотелки. Они спокойно дадут мне зелёный свет на то, чтобы я шёл дальше к своей мечте. Для них это даже охуенно. Тогда могли бы говорить, что самый сильный герой вырос именно в их приюте. Чем тебе не пиар мирового уровня? — К чему ты клонишь со своим "логически подумай"? Отец опять вздохнул, словно собираясь с мыслями, и ответил: — Хорошо. Хочешь, чтобы я говорил прямо? Буду говорить прямо, сорванец мелкий. Ты псих. У тебя отсутствует инстинкт самосохранения. Ты лезешь напролом, ни секунды не думая о своей безопасности. Ты во всём надеешься на свою причуду. Но ты хоть раз думал, что будет, если твоя причуда окажется бесполезной? — Бесполезной? — Да. Бесполезной. И не надо на меня так смотреть. Например, что если ты нападёшь на злодея, который может просто поджарить тебя? Или утопить? Твоя причуда сильная, признаю. Ты силён, Циё, очень силён. Но твой стиль боя и твоё отношение к безопасности – они уж точно не делают тебя самым сильным. Сколько раз ты за всё время жизни с нами подставлял себя под угрозу? Сколько раз ты вступал в драки со старшеклассниками, которых было, к тому же, немало? Сколько раз ты падал с высокого дерева, а затем вставал и снова лез на него? Ты словно вообще боли не чувствуешь. Хотя мы-то знаем, что чувствуешь. Просто твоя упрямость, или гордость, не позволяют тебе принять тот факт, что ты не сильнейший человек на земле. Если ты хочешь стать сильным, тебе надо работать не только над мышцами. Но ты упорно игнорируешь это. После длинного монолога отца, который можно коротко описать как "ну, Циё, ты явно псих без инстинктов", он лишь опять вздохнул и потёр глаза. Я и сказать ничего не успел, как заговорила мать: — Мы поддержим тебя всегда, когда тебе будет нужна наша поддержка, Циё. Мы верим в тебя. Мы не против твоего поступления. Мы просто… — она замолчала, а затем продолжила: — Мы просто волнуемся. Ты, может, и правда не замечаешь за собой этого. Но часто... — Постоянно — поправил её отец. — Постоянно ты наплевательски относишься к своему здоровью и безопасности. Мы бы не говорили об этом просто так, ты же знаешь. — И что? Моя жизнь и моя безопасность – моё дело, а не ваше. Я не слабак. Я могу сам понять, когда мне стоит что-то делать, а когда нет. — Нет, ты не можешь. Ты НЕ можешь. Твоя гордость не позволяет тебе принять простую истину: ты не сильнейший человек на земле. И такими темпами ты никогда им не станешь. — Конечно, я им никогда, блять, не стану, если не смогу поступить в ЮЭЙ! — Меня это уже начинает бесить. Какая ещё безопасность? Мне плевать! Я не для того всю жизнь посвятил тренировкам, чтобы услышать в итоге: "Да ты ебанутый, Циё, хер тебе, а не ЮЭЙ." — Мне плевать на ваше мнение в этом вопросе! Если я сказал, что поступлю, значит, я поступлю! Затем все замолчали. Я замолчал, потому что говорить уже было нечего. А родители – потому что, похоже, обдумывали мои слова. Может, я ответил слишком жёстко, но мне всё равно. Они знают, что для меня это важно И наконец спустя минуту тишины отчим снова заговорил: — Циё. Если мы против твоего поступления в ЮЭЙ, это не значит, что ты не сможешь поступить. Ты поступишь. — И для чего тогда весь этот ебаный разговор был затеян? Выебать мне нервы? — Мы хотим, чтобы ты понял одну простую истину: работа героем – она опасная. Очень. — А я, типа, этого не знал? Спасибо, биологическим родителям, что показали это на своём примере. — Ты можешь погибнуть. Твоя гордость просто не позволяет тебе понять, когда стоит отступить. Ты вечно идёшь вперёд, ничего не боясь. Это прямой путь к смерти. Ты хоть иногда думал, что будет, если тебя не станет? Мы любим тебя. Мы беспокоимся о тебе. А твои братья? Они обожают тебя, Циё. Ты для них – как Всемогущий для других детей. Они хотят быть, как ты. Ты это прекрасно знаешь. Просто не хочешь брать на себя груз ответственности. Наступила очередная короткая пауза — Запомни, Циё: есть люди, которые не смогут нормально продолжить жить, если с тобой что-то случится.