Лагерь-созведие

Дождь разыгрался. Он же знал, что это плохая идея. Они открыли дверь на балкон, и духота полнила комнату. Их загнали, в ожидании обеда, а после него заставили спать. Точнее, пытаться уснуть, как принято. Парни мирно лежали, так как в сон-час шуметь нельзя, об этом позаботился старший вожатый, а Виктория как он понял, ушла отдуваться за них двоих, иначе бы не ворчала. Вообще он думал, что день будет тянуться ещё дольше, чем сейчас. У него мало представления о том, какая программа их ждёт, даже Виталий много об этом не сказал. Из года в год всё одинаково, но примерных дат никогда нет. Они должны развлекаться каждый день так, чтобы не оставалось времени на посиделки в корпусе, вроде той, что была с утра. У него будет много случаев, чтобы удачно подвернуться, это верно, но с его малой активностью в социуме будет непросто. Ди знал, к вечеру всё поутихнет, что ему на руку. Уже была идея, как услужить, и на пользу себе поработать. Оставалась малость, и этим он сейчас и займётся, потому что дежурит Глэм, а в коридоре никого нет. Зачем медлить? Он за пять минут узнал что ему нужно ещё утром, а ломался со вчера так, будто он в восьмиклассника деградировал. Он накинул футболку, выглядывая из-за двери. Глэм сидел на диване, поглядывая в экран. Значит в тихий час он не такой внимательный, как ночью, да? Несмотря на то, что в соседней комнате не сны видят, а бурно обсуждают какую-то ерунду. Ди вышел, подходя к бортику дивана, усаживаясь. — Что-то случилось? — Глэм несмотря на него продолжал набирать текст на телефоне. Ди наклонил голову, но всё тут же потухло. А он то надеялся ради шутки отчитать, как это неуважительно не смотреть в глаза собеседнику. — Нет, просто хотел предложить, — Глэм приподнял бровь, поворачиваясь корпусом на парня. — Я бы мог подежурить на дискотеке, насколько я знаю, вам не хватает рук. — И откуда такая инициатива? Вчера ты был не такой послушный, — Ди не растерялся, наоборот он предвидел этот вопрос. Вожатый уже смотрел внимающе, а мобильник отправился в корман. План меняется. — Если за это я не останусь сидеть, то я готов постоять, — Глэм усмехнулся, отводя глаза, будто ему предложили что-то невыгодное. — Ты конечно, молодец, что додумался, но не слишком самоуверенно? Мне не нужна твоя помощь, — Ди поджал губы. Он надеялся, что это расценят более должно, чем сейчас. Много значит таких, как он, да? — Ясно, — А Ди таким сейчас и был, этим «многим», по крайней мере, он так себя чувствовал. Видно некоторые очень любят въебываться, вроде этого. Он спрыгнул, ещё не хватало, чтобы его за обиженного считали. — Ну-ну, я ценю твоё рвение, — Глэм улыбнулся в спину подростка. На самом деле рук правда не хватало. Он понял, что Ди хочет, но ставить его на дискотеку... Надо что-то посложнее, раз он почти что вырос, как он говорил. — Но за смотрящего уже работаю я. Ди не ответил, лишь прыснул смешком на «смотрящего». Работа надзирателя для детей это то самое, что нельзя отбирать у того, кто любит важничать. И всё же, нельзя не отметить, что в этом и суть вожатых. Они наблюдают, строят, объясняют, развлекают и ругают, это их задача, но Ди не хотел мириться так сразу со всем этим. Пришлось промолчать, потому что лезть на рожон снова было бы больше, чем просто глупо. Ему рано или поздно придётся принять условия, но менять их на свой лад так быстро не получиться, как он хотел. Он понадеялся на свою честность, но об неё же обжёгся. Не критично, его надежды остались только его надеждами, и то, не самыми чистыми, чтобы тратить силы на ножи. Был и плюс, риск ночной лавки снизился. Ди не думал, что Глэм настолько принципиален в своих обещаниях, как педантичен. Виталий говорил, что всё это на пару раз, у Глэма с Викторией есть свои дела, помимо того как гонять неспящих негодяев, вроде него. Улегся прямо на стеленную кровать. Ди свесил руку, лениво надевая наушник. Плейлист автоматически запустился по двум касаниям, и голову повело к стене. Как же он хотел на самом деле спать. Вся эта ночь, и весь день он старался не думать об этом, усталость можно убить по другому, но стоило лечь – дрëма сама нагоняла. Это тебе не в салоне самолёта было лететь, а в душном автобусе черт знает сколько ехать. Пускай не удобно и некомфортно, ему необходимо было прикрыть глаза. Он потом успеет придумать, что делать дальше. А может вообще ничего не делать, не усложнять себе жизнь. Он сюда приехал на отдых, так почему бы не воспользоваться двумя часами всласть, пока эту возможность не отобрали полдником?

***

Он не очень любит пряники. Ему непринципиально, но сегодня он обойдётся половиной кефира, аппетита было мало. Когда они выстроились у дверей из столовой, они двинулись знакомым маршрутом к беседке, пересекаясь с другими отрядами. Как он понял, это одна из главных дорог, по которой перемещаются. Вожатая шедшая впереди то и дело, что раздражённо подгоняла за собой. Все предвкушали вечер, сзади него парни по-прежнему не затыкали ртов, обсуждая тонкости сие мероприятия. И что же из себя представляет дискотека? В школе у них они тоже не раз были, и думается, тут тоже самое. Одна кучка по лавкам, другая танцует, третья... Он не знает. Если в школе он мог легально прогуливать, то тут территория закрыта, а точнее, его не выпустят с неё. Что ж, на такой случай у него есть телефон, наушники, и дальний угол. Всё равно он не собирается выплясывать польку или песни какие заказывать у диджея, такие тут не играют. Включат попсу какую, а он к ней совершенно равнодушен. Ди никогда не чувствовал себя частью чего-то глобального, в этом плане. Он всегда стеснялся, а его на тот момент сверстники не принимали. Сколько себя помнит, он не получал удовольствия от того, даже если его позовут сегодня, он до конца останется на месте. Про белый танец он вообще молчит. Единственный раз за последние годы, когда он исполнял медляк был выпускной, и то не по своей воле. В беседке им начали рассказывать, что им повезло. Вступительная речь была утром, а сегодня в их распоряжении весь вечер, начиная с шести до девяти. — Так же мы дали поблажку тем, у кого нет расписки от родителей, — Виктория обвела взглядом десяток детей. — Считайте везением, но завтра я лично позабираю. Глэм, что там ещё? Ди оторвал глаза от кладки, подпирая рукой подбородок. Комары начали кусаться, он ловил их у ног и давил пальцами, но парочка из них успела укусить, от чего подушечки стали красными. Глэм держал лист, с прищуром читая, он слушал в пол уха. — ...А так же прошу выбрать желательно прямо сейчас, кто куда хочет поехать на этой смене. Для вас есть дополнительные развлечения, но за деньги, — Услышав вздохи, Ди вспомнил. Кажется, мама его куда-то записывала, или отец её тогда отговорил, так и не узнал. Мол, он уже здоровый, сам себе деньги заработает, а там разберётся. И он был прав. — А если я потом захочу, я могу заплатить? — Девочка с поднятой рукой живо поинтересовалась сразу для всех, а её подружки подхватили, спрашивая за стоимость и что это такое. — А что насчёт магазина? — Парень перебил девичий гомон, и от него посыпалась цепочка тех вопросов, которые по-настоящему были важны всему отряду. — Эй! — Вики стукнула кулаком по трубе, да так что вся беседка содрогнулась. — Это что такое? Хрен вам, а не дискотеки за такое- — Вики, — Глэм расположил руку на плече, и та смахнула её, уходя на перекур. Видно, планëрка прошла плохо. Вожатый вернулся к детям. — Вот номер, — Мальчишка возле него хихикнул шепотом, за что получил толчок в бок от соседа. На них смотрят. — Не вижу ничего смешного, — Глэм говорил в этот раз куда серьёзнее, чем до того. Улыбка с лица ушла, а дети притихли. — В следующий раз, когда захотите что-то спросить, поднимите руку, как это сделала Мая. А мы переходим к списку. Вот это было интересно. Ди не ожидал, что ситуация примет такой оборот, да ещё так быстро. Теперь это будет их самой первой темой для обсуждения, а именно настроение вожатой. Утешало то, что он в этом не участвовал, а всего лишь смотрел, эта женщина производила не самое лучшее впечатление, для первого дня, зато точно ясно: Лучше её не злить. Тем временем все до одного внимательно слушали то ли от неловкости, то ли от пронзительного взгляда Глэма, что метался от одной половины к другой. В перечень входило много, от аквапарка и лазер-така, до выездной обсерватории и поездки на лошадях. Глэм по очереди спрашивал каждого, кто мог себе это позволить о предпочтениях, и большинство конечно выбрали самый первый вариант. Ди же ничего не выбрал. — Что касаемо «на потом», то это можно сделать, но предупреждаю, что места разбирают быстро. Вас могут просто не одобрить, если список будет утверждён, — В это время как раз появилась вожатая, зовя Глэма отойти в сторону. Мужчина попросил сидеть на местах, они расположились недалеко от беседки, чтобы посматривать. Вот и всё, веселье снова поднялось. Разговоры стали громче, настроение каплю поднялось. Веснушчатый просмотрел в сторону, где сидел десятый отряд, и где оба вожатых вместе с детьми обсуждали то же, что и они минуту назад. Там сразу видно, что никто ни на кого не давил, и угомонить их не пытались, зато с ними, с детьми постарше, носились как с пятилетками. Там точно психов у взрослых не наблюдается, вон какие улыбчивые, в отличие от рыжеволосой и её напарника, что отличался скорее не приветливостью, а маниакальностью, своим выражением лица. Разговор их был недолгим, Ди даже удивился, что Вики вновь ощутила себя в своей тарелке, от злости оставалась только нервозность. Что он там ей такого сказал? Юноша вздохнул, увидев как небо уже развеялось, был слабый намёк на синий закат.