Flowers

Орихиме была одета в шорты и укороченную футболку. Её волосы были заплетены в две косы, чтобы они не мешали. Она утверждала, что сегодня был день уборки, и поэтому она была одета... менее... чем обычно. Улькиорре было трудно отвести от неё взгляд, хотя в этом не было ничего нового. Окна были открыты по всей квартире, чтобы отфильтровывать едкие чистящие химикаты. Орихиме занималась ванной и кухней, а Улькиорра занимался гостиной и её спальней. Он не понимал, почему должны быть определенные дни, когда она выбирает уборку всего дома. Почему бы просто не делать понемногу каждый день? Несмотря ни на что, Улькиорра работал молча, пока Орихиме пела фальшиво под её радио. Он никогда не говорил ей, но ему нравилось, когда она пела. Это означало, что она в хорошем настроении. Внезапно воздух пронзительно пронзил крик. Улькиорра с грохотом уронил свой ручной пылесос, когда бежал на кухню, где Орихиме... присела на столешницу? Озадаченный, потому что ноги не должны касаться поверхности с едой, он огляделся в поисках опасности. Когда он ничего не увидел, он выдохнул разочарование. - Женщина. - Улькиора!- Завопила она, указывая на холодильник. Её глаза были широко раскрыты и напуганы. - Мышь! Поймай её! Он нахмурился и посмотрел в пол. Да, вот она, в липкой ловушке, которую он поставил несколько дней назад. Он не понимал, как она ничего не заметила. Он сразу заметил, когда Соба часами смотрел на холодильник, размахивая хвостом. - Она мертва, Женщина. Можешь слезть со стола. Улькиорра наклонился, чтобы поднять ловушку, но Орихиме взвизгнула, заставив его остановиться. - Не пользуйтесь голыми руками! - закричала она в панике. - Это так отвратительно! Возьми перчатки или что-нибудь в этом роде! Он встал и посмотрел на неё, но потянулся за латексными перчатками. - Довольна? - Сухо пробормотал он. Орихиме издала чрезмерные и драматические рвотные звуки, когда он поднял бедняжку и вынес её наружу, чтобы потом как следует избавиться от неё. Он снял перчатки и вымыл руки, с легким раздражением отметив, что она всё ещё сидит на корточках на стойке. - Теперь можешь спуститься, - сказал он ей, вытирая руки. Орихиме закусила губу, покраснев. - Извините, — поморщилась она. - Я не люблю мышей. - Ясно. Она попыталась соскользнуть, но её носки не зацепились, и она вскрикнула, падая. Однако Улькиорра все еще обладал молниеносной реакцией и шагнул вперед, легко схватив её в своих объятиях. - Ух ты! Отличная ловля, Улькиорра! Спасибо. Но Улькиорра не слышал её. Его руки касались её обнаженной кожи, одна вокруг её талии, другая вокруг её бедра. Как она оставалась такой мягкой всё это время? Он медленно встретился с ней взглядом, понимая, что она внезапно перестала дышать. Она снова покраснела. Он опустил глаза к ее губам. Он мог слышать, как колотится её сердце. Улькиорра с любопытством наблюдал, как Орихиме подняла руку, чтобы обхватить его челюсть. Он снова встретился с её глазами, ярко-зеленые, уставившиеся в теплый карий. Внезапно ему показалось, что всё его тело наполнилось звездами. Или, возможно, это было больше похоже на то чувство, когда противник ударил его в висок — это головокружительное, туманное ощущение в сочетании с покалыванием боли. Это было дико запутанно, но в то же время... затягивающе. Да, именно это слово. Не осознавая этого, он наклонился к её руке, тихий вздох сорвался с его губ. Её рука переместилась к его затылку, её пальцы скользнули в его волосы. Он закрыл глаза, просто инстинктивно, нежась. За последние несколько месяцев он так привык к еёслучайным прикосновениям; расслабиться под ними стало его второй натурой. - Улькиорра, - пробормотала она так тихо, что он едва услышал её, несмотря на их близость. Он снова встретился с ней взглядом, странный трепет пробежал по его позвоночнику при виде её широко раскрытых, изумленных глаз. Хотя прошло всего мгновение, пока он говорил, ему показалось, что весь мир замедлился. - Орихиме, - выдохнул он в ответ, неожиданный жар в его голосе заставил слова, её имя, оживать. Его руки сжались на её теле, желая почувствовать больше податливой мягкости. А затем, словно заклинание было разрушено, Орихиме вздрогнула от его действий, отведя взгляд с виноватым видом. - Теперь можешь меня отпустить, - нервно рассмеялась она. Немного ошеломленный всем этим взаимодействием, Улькиорра отпустил её и отступил назад, чувствуя, что его грудь слишком стеснена. - Нам следует вернуться к этому, - продолжила она, её лицо начало ярко краснеть. - Да… - вот всё, что он смог выдавить из себя. Когда он начал свой путь обратно в её спальню, она прочистила горло. Улькиорра остановился, как-то неохотно оглядываясь на неё. Теперь у неё была мягкая, застенчивая улыбка — явно всё ещё смущенная их неожиданным моментом. - Тебе следует чаще произносить мое имя, - предложила она, ерзая на месте. - Мне... мне нравится, как ты его произносишь. Улькиорра кивнул, только потому, что у него не было дыхания, чтобы говорить слова.