Сон обещает быть сладким

      — Как всё достало, — ноет Минхо, ложась рядом с Джисоном прямо на одеяло. Он забавно вытягивает его из-под себя, ёрзая и кряхтя. — Они все меня бесят, понимаешь? — шипит он, заглядывая в глаза.       — Понимаю, — кивает Джисон.       Минхо выглядит милым с мокрыми волосами, в домашнем халате, такой обиженный и уставший. Его заобнимать хочется. И Джисон жмёт его к себе, тычется носом ему в макушку.       — Не понимаешь! Всё им не так, ругают, упрекают, надоели, — ворчит Минхо.       Джисон гладит его по плечам и волосам, целует в лоб. Шепчет, что все они козлы и пошли в жопу, а Минхо булочка и не заслуживает даже их взглядов на себе.       Минхо жалуется, как ребёнок на незаслуженную двойку, ругается, мило сводит брови. Джисон утешает его, убаюкивает, всё целует и целует, то в щёки, то в нос. Минхо расслабляется, мягко прикрывает глаза, укладываясь на груди Джисона.       Джисон обнимает его за талию, лезет руками под халат, широко водит ладонями по спине. Минхо хихикает ему в шею, ощущая намёки в лёгких поглаживаниях по пояснице кончиками пальцев.       — Давай я тебя расслаблю, м? — томно шепчет Джисон, задевая кончиком носа мочку, касается губами за ушком.       — Мне уже и так лучше, — отнекивается Минхо, но шею под поцелуи подставляет.       — Я просто сделаю тебе массаж.       — Просто?       Джисон трётся губами о его ключицу, легонько царапает зубами. Минхо лежит с прикрытыми глазами, он сонный и улыбается совсем лениво.       — Может, не совсем просто.       — Я засыпаю.       — Хорошо.       — У тебя новые фетиши? — смеётся Минхо, слегка сжимая плечо Джисона пальцами, а затем похлопывая по нему.       — Фетиши? — Хан нависает над ним и смотрит на лицо, не в глаза, потому что Минхо не хватает сил держать их открытыми.       — Сомнофилия?       — За кого ты меня принимаешь?       — А если я не против?       — Тогда ты принимаешь меня за того, за кого надо.       Джисон касается его губ, стирая поцелуем улыбку. Он проводит ладонью по животу Минхо, по груди, цепляет пальцами сосок, нежно давит на него подушечками.       — Ладно, — говорит Минхо, нехотя отталкивая его от себя. Он поворачивается на живот, скидывая с себя халат, и удобно укладывается на подушку.       Джисон закусывает губу, рассматривая под собой обнажённое, красивое тело. Он садится удобнее, проводит ладонями по спине. Ему хочется опустить их ниже поясницы, и Минхо вряд ли стал бы против, но Хан вроде как обещал именно массаж.       Его руки тянутся выше, проходятся по крепким мышцам рук и возвращаются на лопатки. Джисон сжимает ладони, массируя плечи, давит пальцами, проходясь по позвоночнику, и совсем легко касается чувствительной кожи на боках, щекоча.       Минхо рефлекторно сводит лопатки, вздрагивая, но тут же снова расслабляется. Он ёрзает, засовывая руки под подушку, и медленно выдыхает.       Джисон целует его чуть ниже плеча и возвращается к массажу. Голый Минхо под руками не помогает сосредоточиться, он красивый, и Джисон реагирует, как должен. Поправляет твердеющий член в пижамных штанах, который так приятно упирается в задницу Ли, пока Хан сидит на его бёдрах.       Джисон честно держится ещё несколько долгих минут, а после его руки опускаются ниже поясницы. Он жуёт губы, сминая в ладонях мягкие ягодицы и упругие бёдра. Кажется, массировать эти части тела Минхо ему нравится гораздо больше. Его глаза удовлетворённо прикрываются, пока он так бессовестно мнёт ладонями задницу, играется, раздвигая половинки в стороны.       Минхо почти не реагирует. Он посапывает тихонько. А у Джисона чешется всё внутри, он чувствует себя маленьким шкодником, трогая спящего Минхо.       Джисон сжимает свой член через ткань штанов, пока рассматривает шикарную задницу. Руки сами тянутся коснуться снова, стиснуть в ладонях нежную кожу до бледнеющих пятен. Он отводит ягодицу в сторону, дотрагивается пальцами между, оглаживает кончиками колечко мышц.       Фантазия о том, как красиво оно растянется вокруг члена, сводит с ума. Джисон почти ощущает эту узость, сжимая член в ладони. Он косится в сторону тумбочки, в которой валяется смазка, но не тянется к ней.       Джисон проводит ладонью по члену и приставляет головку к розовой дырочке, пачкая её предэякулятом. Было бы безрассудством толкнуться внутрь на сухую, но он и не делает этого. Джисон слегка давит на колечко мышц, но скользит дальше, проезжаясь органом между ягодиц. Он прикрывает глаза, приоткрывает губы, но только шумно выдыхает, удерживая стон в горле. Это чертовски приятно, а ещё красиво. Его взгляд устремляется вниз, когда он, сжимая в руках половинки, снова толкается между ними членом.       Джисон медленно качает бёдрами, задевая при каждом движении расслабленную дырочку, оттягивая краешек колечка мышц головкой. Он почти мурчит, облизывая глазами то, что делает. Его тело напрягается, голову окутывает туман, и ему хочется задрать её назад, закусить губу и просто кончить, испачкав поясницу Минхо, но...       Джисон смотрит вниз. Он обвивает ладонью член, немного отстраняясь, и за пару движений руки изливается, прижимая головку чуть ниже копчика. Минхо мычит недовольно, сжимает бёдра, чувствуя, как щекотно стекает вязкая сперма между ягодиц, но не просыпается.       Джисон ловит последние звёздочки перед глазами, крепко их зажмурив, и всё-таки отсаживается на край кровати, берёт салфетки с тумбочки. Он сжимает их в руке, натыкаясь глазами на столь развратную картинку, что обмякающий член ощутимо дёргается.       Джисон тянет руку к испачканной в его семени ягодице, сжимает, открывая себе соблазняющий вид. Он не удерживается от желания провести пальцами между половинками и размазать сперму по нежной коже, обвести по кругу колечко мышц.       У Джисона мышцы живота поджимаются, зубы впиваются в нижнюю губу, а пальцы, словно машинально, продолжают гладить дырочку Минхо. Капли семени попадают внутрь, когда Хан давит на центр отверстия, и это вызывает озорной блеск в его глазах. Он честно не хотел и не собирался, но липкие от спермы пальцы сами скользят внутрь легко поддающегося колечка мышц.       Джисон вынимает их, чтобы зачерпнуть ещё немного липкой жидкости и толкнуть их обратно в дырку. Он давит подушечками на внутренние стенки, смотрит, как красиво открывается колечко мышц, и гладит свой снова твёрдый член свободной рукой, представляя вместо ладони что-то несколько более тугое.       Джисон трахает Минхо пальцами и дрочит себе так отчаянно, как будто это было тайной мечтой, но это не было. Это внезапно и так ярко ощущается, словно все чувства выкрутили на максимум.       Джисон вынимает из Минхо пальцы и просто трогает его за задницу, иногда задевая влажную от спермы дырочку. Он щурится, смотря на лицо Минхо, смотря немного подозрительно, немного неуверенно, действительно ли спит? Но это, наверное, неважно, когда приближение нового оргазма ощущается каждой клеточкой тела.       Джисон наклоняется, несколько раз неловко моргая и вовсе закрывая глаза. Он размыкает губы и, затаив дыхание, проводит языком между ягодиц Минхо, слизывая собственную сперму с пульсирующей под губами дырочки.       Джисон буквально убирает весь беспорядок своим языком, забывая про салфетки, забывая про всё на свете, и кончает в кулак, вылизывая Минхо, вычищая его от липкой влаги.       Джисон целует его в мягкую половинку попы и прикладывается к ней щекой. Он прикрывает глаза и часто дышит, сжимая в руке член. Его губы расплываются в глупой улыбке, а ладонь соскальзывает на кровать, прямо на салфетки.       Джисон глубоко вздыхает и хватает их, чтобы привести теперь и себя в порядок. Он снова целует Минхо, но уже куда-то в поясницу и под лопаткой тоже касается губами.       Джисон ложится рядом, подгребая Минхо к себе рукой, и тычется носом ему в шею, собираясь тоже уснуть. Сон обещает быть сладким.