Декабрь Дримноблэйд

Не было ничего более завораживающего, чем пение сирены. И более опасного тоже. Паффи потеряла почти всю свою семью в шторме, вызванном сладкими голосами океанских чудовищ, и поклялась истребить всех до единой. Чешуя с их хвостов служила ей бронёй, а их кровь стала лучшим алкоголем, который так любили те, кто ходил по земле. Но сколько бы ни потрошили моряки тех сирен, что по глупости попадали в их руки, секрет их пения так и оставался не раскрыт. В их глотках не было ничего, что производило бы магию, а их языки были годны только на корм ястребам. И всё же Паффи не останавливалась. Выдирала каждому из них глотки, вешала их как жестокие украшения на носу корабля и никак не могла успокоить своё желание мести. Её называли Левиафаном. Грозой океанов. Жестоким всадником волн, от которой никто не мог уйти. Паффи носила свои знания так же, как трофеи — с гордостью и осознанием своей опасности. Ожерелье из клыков сирен на её шее и рукояти оружия из их костей были её вечными спутниками, и каждый мореплаватель узнавал её корабль по жуткому звону подвешенных останков. Мелодия костей на ветру снилась многим пиратам в самых тёмных кошмарах. Единственное, что каждый раз портило ей настроение, так это осознание того, что все её методы устрашения работали только на людях. Сирены никогда не показывали перед ней ни капли страха, даже когда умирали от её рук. Ох, а как сильно она мечтала заставить хоть одну из них плакать… Слёзы сирен были почти мифом, обещающим избавление от любой болезни и вечную жизнь, но пока это не было ничем более, чем красивой сказкой. Чешуйчатые твари только зло скалились, пытались петь или хрипеть, очаровывая своих жертв, но никогда не подчинялись, упрямо поднимая голову каждый раз. Паффи хотела сломать хоть одну из них. Ей было мало отрезать их хвосты и вырывать уши-плавники, она хотела услышать, чтобы они умоляли. И когда-то она точно достигнет своей цели. — По правому борту! — крикнул, Панз и Паффи сжала ладони в кулаки. Опасные скалы были частым местом для отдыха у сирен. Они вытягивались на камнях, греясь в лучах солнца, и наполняли воздух своим пением, даже не предназначенным для того, чтобы кого-то притягивать. Казалось, в эти моменты они пели только для своего удовольствия. На солнце блеснула красная чешуя, потом ярко-зелёная, и по воздуху донеслись первые вибрации сильных голосов. Оба мужчины — они сидели на камнях, переплетая хвосты, и тот, что был меньше, сладко пел, пока заплетал второй сирене волосы. Паффи улыбнулась. Похоже, на этот раз ей попалась пара. — Готовьте гарпуны. — приказала она, чувствуя как её выражение становится хищным. У них был самый тихий корабль из ныне существующих, но не было и шанса подобраться к сиренам незамеченными, ибо они слышали всё, но те пару метров, пару секунд что доставались им даром, перед тем как морские существа начинали беспокоиться, позволяли бить с куда большей точностью. — Гарпуны готовы к пуску. — сообщил её первый офицер, Фулиш, и Паффи кивнула. — Стреляйте по тому, что меньше. С годами на волнах океана Паффи узнала, что сирены делились между собой на охотников и певцов. Охотники были сильными, быстрыми, способными топить корабли голыми руками, взбираясь на палубу, как жуткие кошмары из самых безумных сказок, и разрывая всё вокруг клыками. Певцы же больше основывались на своей способности вызывать штормы. И те, и другие могли петь, но при встрече с обоими видами первых надо всегда снимать певцов. От охотника можно было отбиться, особенно если он один, но если начинался шторм, у них не было почти никаких шансов на выживание. Певцы всегда отличались от охотников более деликатной внешностью, маленьким размером и соблазнительными лицами. Именно их можно было чаще встретить на скалах, лениво наблюдающих за своими будущими жертвами. Она подняла руку, и команда тут же замерла в ожидании. Сирены на скалах продолжали довольно наслаждаться компанией друг друга. Свист, с которым гарпун находит свою цель, сложно забыть. Для Паффи нет лучшей музыки, чем этот звук с добавлением влажного хруста костей океанских чудовищ. Но на этот раз он не настолько идеален, насколько бы ей хотелось. Крупная сирена успела заметить опасность и оттолкнула своего маленького партнёра, оказавшись пригвождённой к камню за плавник. Его крик прозвенел в воздухе как завывание ветра, и маленькая сирена тут же обернулась в их сторону, враждебно скаля клыки. — Ещё раз! Не дайте ему запеть! Но гарпун пролетел мимо. Оставив свою пару на камне, сирена с зелёным хвостом соскользнула в воду, спрятавшись за пенными гребнями. Отблеск её чешуи был слишком слабым в мутной воде, чтобы отследить движения. — Убейте второ… — Он пытается залезть! — прервал её приказ один из новичков её команды, испуганно смотря вниз. — Готовьте мечи! Прирежем его, как только покажет голову! Но сирена не поднималась, как они того ожидали. Когти вспарывали деревянный каркас, а сильные руки поднимали тяжелое тело с такой лёгкостью будто всю жизнь это делали. Существо воспользовалось их ожиданием, и повернуло ход борьбы в свою пользу. Потому что оно не карабкалось по внешней стороне корабля — оно прыгало. Чешуйчатые руки собирали силу и делали рывки вверх куда быстрее и сильнее, чем мог бы сделать любой человек, и скоро монстр океанов перебрался через перила палубы. Тяжелый хвост с глухим звуком шлёпнулся на дерево, извиваясь, и в следующий момент сирена тут же бросилась на одного из экипажа, смыкая клыки на шее с всплеском крови. Паффи рассмотрела маленькое тело, покрытое шрамами. Зелёные дикие глаза смотрели на них с неприкрытой враждебностью, а звуки, что он издавал, указывали на ошибочность её первого суждения. Эта сирена была охотником, не певцом. — Шторм! — крикнул Фулиш, когда небо внезапно потемнело. — Второй начал петь! — Так убейте его! Заряжайте гарпуны! Проще сказать, чем сделать. Бушующая сирена на палубе явно понимала всю опасность человеческих оружий, и любой, кто пытался подойти к гарпунам, был тут же разорван на части. Экипаж пытался его резать, колоть, самые ловкие даже душить, но морское чудовище не останавливалось от боли, только сильнее злясь. Первая крупная волна ударила по кораблю, и он опасно накренился, заставляя некоторых потерять баланс и полететь прямо в когти голодной твари, которая аж выла, довольно вгрызаясь в людскую плоть. Но ни у одного трупа сирена не оставалась надолго и, убедившись, что жертва больше не встанет, бросалась на следующую. За всего лишь минуту Паффи лишилась почти половины своего экипажа. — Мы не успеем убить их обоих! — сказал Фулиш, отчаянно пытаясь выровнять корабль. — Даже одного будет достаточно. Ещё одна волна почти перевернула судно, и сирена соскользнула в воду, прячась в шторме. Паффи кинулась к гарпунам, нацеливая их на скалы, где был пригвождён певец, но, когда сквозь волны показались камни, на них больше никого не было. Капитан шепнула несколько ругательств себе под нос. Её ошибка стоила им половины жизней на корабле. И будет стоить ещё больше. В огромной волне, что надвигалась на них, мелькнули ядовито-зелёные глаза, и под звуки завывающего ветра и жутких неестественных нот пения, питающего шторм, океан полностью накрыло их судно. Иногда и сиренам везло в охоте на Левиафанов.