Горячий лёд, холодный огонь

- Я нашёл игру поинтереснее, - бросил Дилюк, как только я переступил порог дома. Он сидел в кресле в углу гостиной, придвинув к себе невысокий столик и что-то на нём раскладывая. - Мм. Какую же? – я принёс несколько свежесорванных яблок и разложил их на кухонном столе, после чего подошёл поближе. К моему удивлению, кроме кучки ровных деревянных прямоугольников больше ничего не было. – А что это? - Такая игра. Садись, я тебя научу. Я послушно придвинул к противоположной стороне столика второе кресло, поудобнее уселся и приготовился слушать. В это время Дилюк начал складывать прямоугольники друг на друга. - Наша задача вытягивать брусочки из этой башни так, чтобы она не развалилась, - начал он. Когда все прямоугольники были сложены и так называемая «башня» образовалась завидной высоты, он аккуратно подтолкнул пальцем один из брусочков, ещё более аккуратно вытолкал его и положил на вершину башни. - Если она разрушится, когда ты вытаскиваешь брусок, значит – ты проиграл. Всё просто. Попробуй. Не могу сказать, что меня не заинтересовало. Окинув эту конструкцию со всех сторон, я нашёл брусок, который, на мой взгляд, явно играл самую малую роль и попытался его вытащить. Получилось. Что ж, башня не рухнула. Почти невесомо я положил брусок на вершину, рядом с бруском Дилюка. Мастер положительно кивнул. - Хорошо. Теперь моя очередь. Возможно, впервые за последние годы я отметил про себя, какие у него длинные тонкие пальцы. Как он ими ловко и осторожно, почти нежно выдвигает эти бруски… И тут мне вспомнилось, что ещё вчера этими самыми пальцами он… Бурная фантазия сиюминутно нарисовала всевозможные неприличные картины, кажется, они даже звуками сопровождались… Я глубоко вздохнул и шумно выдохнул, чем привлёк к себе его внимание. - Не дыши на башню. Развалится. Я приподнял одну бровь. Надо же! Как его увлекло! Далее был мой черёд вытягивать брусок. Подцепив неловко лежащий прямоугольник почти на самом верху, я медленно его вытащил и примостил на вершину. В свой следующий ход Дилюк достал брусок безукоризненно, но вот как он его уложил сверху – это же безобразие! - Эй, почему ты его так криво бросил, она же начала шататься! – заметил я, и тут до меня дошло, что он это специально. Подтверждением моих слов стала его хитрая едва уловимая ухмылка. - В этом вся суть. Я хочу, чтобы башня упала, когда будет твой ход. - Вот оно что. Значит, я тоже могу пакостить. Мастер хмыкнул и ехидно процедил: - Ну, уж ты-то любитель. На твоём счету много пакостей. После этих слов моя рука предательски дрогнула в самый неподходящий момент и кривая башня начала пошатываться. Грешные хиличурлы! Подтрунивает он надо мной тоже специально, верно? Или он говорит то, что думает? На несколько секунд я оторвался от башни и посмотрел на него. Он расслабленно сидел, откинувшись на спинку кресла, закинув ногу на ногу и прожигая меня взглядом из-под полуопущенных ресниц. Мне хотелось увидеть или я действительно увидел в его глазах страсть и желание?.. Он словно пожирал меня и от того я почувствовал смущение. Проклятье, что со мной творилось? Куда делась смелость? В Мондштадте, приходя в таверну и общаясь с Дилюком, я вёл себя дерзко, вызывающе, подкалывал его и вызывал на эмоции. Меня иногда раздражала его чрезмерная серьёзность и мрачность, а ещё эта стена равнодушия и так хотелось увидеть хоть каплю искренних человеческих чувств, будь то раздражение или гнев. А сейчас… Я словно робкий несуразный девственник, смущаюсь от его взгляда и не знаю, куда спрятать глаза. Хоть вторую повязку нацепляй! Брусок кое-как улёгся на башню, и я отодвинулся, действительно боясь дышать на всё это шаткое построение. Дилюк же уверенно сделал свой ход, казалось, не прилагая усилий и снова криво уместил брусок на вершине. Прямоугольник торчал одним боком, грозясь вот-вот свалиться, и держался на конструкции практически на одном честном слове. - Хм, - самодовольно улыбнувшись, мастер облокотился о ручку кресла и снова начал прожигать меня взглядом. Немного поёрзав, я придвинулся, стараясь рассмотреть башню со всех сторон и понять, какой брусок безопаснее. В сравнении с Дилюком, мои движения казались мне нетерпеливыми и слишком неаккуратными. Стоило мне потянуться пальцами, как низкий бархатный голос спросил: - Тебе понравился секс со мной? Хочешь повторить? Меня бросило в жар и наверно я вспыхнул до кончиков ушей, дёрнувшись и едва не уронив эту грешную башню. - Не прямо сейчас конечно, - продолжил он, соблазнительно улыбаясь. – Если что, лечебную мазь туда тоже можно наносить, и я могу это устроить. Моё воображение тотчас нарисовало эту картину: невероятно сексуальный Дилюк, с растрёпанными распущенными волосами, нависает надо мной, раздвигает мои ноги и наносит мазь, сначала снаружи, а потом внутри – она заглушает болезненные ощущения, и он растирает, надавливает, а после… овладевает мной. Меня пробрала дрожь, и руки содрогнулись, когда я уже начал подцеплять ногтем один из брусков. Башня пошатнулась, накренилась и все кусочки с гулким стуком посыпались на стол. Несколько из них свалились на пол. - Это нечестно! – возмутился было я, но мастер поднялся, поставил руки на столешницу, склонившись в мою сторону и в доли секунды возвращая себе свой привычный невозмутимый вид, произнёс: - Ты проиграл. Поэтому готовишь ужин. - Ч.. что?! Но мы не договаривались!.. - Ничего не знаю. Ушам своим поверить не мог. Он специально меня смутил, затрагивая вчерашнюю ночь, очевидно понимая, сколько она для меня значила. Неужели он вот так запросто мог надеть маску и с лёгкостью говорить подобные вещи?! Сам Дилюк Рагнвиндр! Это скорее было в моём стиле, но никак не в его. - Постой! – воскликнул я, притормозив его уже на пороге гостиной, затем показушно улыбнулся и прищурил глаз, стараясь собраться с силами и со смелостью – если таковая ещё осталась. - Насчёт того, что ты говорил… - Я пошутил, - прервал меня он всё с тем же невозмутимым видом. И бровью не повёл. – Неужели ты подумал, что это было приглашением к очередному сексу? Я почувствовал обиду и растерянность. Вот, дурак. Уже было обрадовался. У тебя ещё задница не отошла от вчерашнего, а ты… Он удалился, оставив меня наедине с собой, а я лишь потёр виски и выругался. - Как жестоко!.. Ну, хорошо. Найду, что приготовить, - сказал я самому себе. Учитывая моё сегодняшнее состояние, меня бы вполне устроили яблоки и немного сыра на ужин, да бокал настойки, но ведь Дилюк – гордый аристократ, мать его, вряд ли стал бы довольствоваться подобным, поэтому пришлось изощряться. Найденные связки сушёных морских водорослей натолкнули на идею: я сварил рис, добавил к нему тушёных овощей, зелени, пару варёных яиц и украсил всё это листочками водорослей. Сверху не хватало посыпки из каких-нибудь вкусных семян и пришлось некоторое время рыться в ящичках в поисках чего-то похожего. В конце концов, мне подвернулись под руку жареные семена заоблачного перчика, и их я как раз применил в качестве посыпки. Вышло неплохо и довольно вкусно, да и Дилюк оценил. Вечером, когда в камине уже прогорали последние дрова и дом наполнился приятным теплом, я наморозил побольше воды для ванны – Дилюк обещал утром её нагреть. Удивительно, как комфортно мы здесь обустроились! Надеюсь, у него были такие же ощущения, как и у меня. Мне уже не хотелось, чтобы нас вновь разделили знакомые, коллеги, товарищи, обстоятельства, работа, в конце концов. Внеплановый отпуск пришёлся как кстати! Казалось, в мире нет никого, кроме нас двоих. Вечерняя тьма, наполнившая комнаты, подгоняла ко сну. Я потушил все свечи в доме и уверенно направился в комнату, в которой обосновался сегодня Рагнвиндр. Укрывшись почти с головой, он тихо сопел, отвернувшись к стене. Мне жутко не хотелось спать одному внизу или в соседней комнате, поэтому я бесцеремонно лёг рядом, укрывшись другим одеялом и предусмотрительно прихватив с собой подушку. Стоило мне удобно улечься, как Дилюк тут же встрепенулся. - Ты чего делаешь?! – услышал я возмущённый тон и приготовился к тому, что сейчас меня столкнут с кровати. - Пытаюсь спать. - А почему здесь?! Иди в свою комнату. Я усмехнулся: - Дилюк, мы в чужом доме, здесь нет твоей и моей комнаты. Поэтому я могу лечь спать там, где захочу. Помнится, я тебя не прогнал, когда ты лёг рядом со мной у камина. Он цыкнул и начал было ворочаться, откидывая одеяло, чтобы подняться, но, обернувшись в мою сторону, замер – я нарочито медленно стянул повязку с глаза и небрежно кинул её куда-то за спину. Ничего не скажешь, двумя глазами смотреть на прекрасного мастера было куда удобнее. Кажется, он передумал уходить. Опустился обратно на подушку, подпёр кулаком подбородок и внимательно посмотрел на мой неприкрытый шрам. - Давно я его не видел, - произнёс он. – И почему ты не перестанешь носить эту дурацкую повязку? Я хмыкнул. Кажется, удалось его хоть немного заинтересовать. - Привык уже за столько лет. Без неё не по себе, словно забыл что-то. Кроме того шрамы всегда уродливы. Люди, глядя мне в лицо, будут морщиться, - пояснил я. Дилюк невесомо коснулся моей щеки и провёл пальцем вверх, по линии шрама, до брови. Я прищурился. У него были такие тёплые пальцы… - Я же не морщусь. - Было бы странно, если бы морщился тот, кто поставил этот шрам. А ещё… - я вздохнул. - Наверняка все начнут спрашивать, откуда он и как появился. - Ну, с этим никаких проблем не должно возникнуть, - Дилюк пожал плечами, продолжая очерчивать линию шрама кончиками пальцев. – Ты же у нас любитель сочинять сказки. Скажешь, что пострадал в одной из схваток с Фатуи, Орденом Бездны или Похитителями сокровищ - на твоё усмотрение. - Если бы было так просто. Неприятно говорить на тему этого шрама, - я спешно поймал его руку в тот момент, когда он хотел было её убрать. – Могу я остаться рядом с тобой? Он нахмурился, но руку не отнял. - Зачем? – в голосе слышалось недоверие. - Думаю, спать рядом с тобой – хорошее лекарство от кошмаров, - произнёс я тихо и осторожно, словно боясь спугнуть нарисовавшуюся удачу. - Если что-то ужасное начнёт сниться, я проснусь, а передо мной ты. И совсем не пытаешься меня убить. - Первые ночи не помогли. Мы спали рядом, и ты всё равно вскакивал, повторял моё имя. Ещё и мне спать не давал, - недовольным тоном процедил мастер. - Но… после того, что произошло… - я замялся, не зная, какие слова звучали бы правильнее и непроизвольно погладил пальцами кисть его руки, - я думаю… после этого кошмары уже не должны возвратиться. Его кожа настолько бледная, что через неё просвечивает тонкий синеватый узор венок. Я всматриваюсь в этот узор и вспоминаю, как эти руки трогали меня, гладили и сжимали. Сердце тут же больно ёкает. - Хочешь сказать, что секс помог? – напрямую спросил он. - Возможно, - я постарался вложить как можно больше тепла и ласки во взгляд и улыбнулся. Рука снова потянулась к моему лицу. Ладонь легла на щёку, погладила, спустилась немного ниже. Большой палец прикоснулся к моим губам и слегка надавил. Я закрыл глаза, ощущая волну удовольствия, понимая, что именно сейчас, в эту минуту он рассматривает моё лицо, ловит каждую мою эмоцию. Слабая надежда закралась в сознание. Ну же, поцелуй меня. Несколько тяжёлых мучительных мгновений длинною в вечность – его ладонь перемещается на мою шею, пальцы касаются кадыка и я непроизвольно сглатываю. Затем они движутся вниз и очерчивают линии ключиц, массируют. Не могу открыть глаза и боюсь пошевелиться – что, если всё тут же исчезнет. В то же время борюсь с желанием самому стать инициатором поцелуя. Вдруг Дилюку это не понравится? Вдруг он уйдёт? Вдруг прогонит меня? Поэтому лежу, словно статуя, чувствуя дрожь во всём теле и учащающееся сердцебиение. Когда тёплая ладонь ложится на мою грудь, я всё-таки открываю глаза и вижу его лицо надо мной. - Дилюк… - Спи, - внезапно произносит он, едва слышно, убирая руку, отворачиваясь от меня и укрываясь чуть ли не с головой. Я мог поклясться, что видел слабый румянец на его щеках, но почему… Миллион вопросов, тут же атаковавших мою бедную голову, остался без ответов. Я всё ещё лежал, боясь шелохнуться, уже чувствуя нарастающее возбуждение, которое, к сожалению, сегодня вынуждено остаться без внимания. Тьма, наполнявшая комнату, казалось, наполняла и моё сердце. Я ощущал манящее тепло от этого невозможного человека, лежащего рядом. Столь близкого и одновременно такого далёкого… Горячего, но в то же время настолько холодного. Ну, что ж… Мне следовало помолиться Архонтам за то, что хотя бы позволили сегодня спать рядом – в одной постели. Разве не это счастье? - Я думаю, это было лучшее лекарство от кошмаров, - прошептал я почти неслышно, надеясь, что слова не долелят до его слуха. - Ты меня вылечил. Однако Дилюк расслышал и возмущённо прошипел в ответ: - Заткнись уже, а? Я тут пытаюсь заснуть. Ты или не мешаешь или проваливаешь отсюда. - Ты такой грубиян… Ладно, ладно. Доброй ночи. Ответа не последовало.