Где догорает Солнце

      Стоял знойный летний день. Люди оставались в своих домах, ища спасения от палящего солнца в прохладе кондиционера. Редкие прохожие бродили по пыльным улочкам, прячась в обманчивой тени.       Лу Гуан сидел на диване в гостиной и перечитывал одну из своих любимых книг. Едкий солнечный свет практически не попадал в гостиную через стекло на потолке, создавая приятную тень. Чэн Сяоши копошился на кухне, скорее всего, выискивая что-то холодное. У него не выходило — такой вывод сделал Лу Гуан, когда услышал очередное ругательство. Тяжелый, влажный воздух обволакивал легкие, духота клонила в сон. Одежда неприятно липла к коже. Лу Гуан лишь вздохнул и продолжил читать.       В какой-то момент он перестал обращать внимание на грохот на кухне, веки отяжелели. Приходилось держать себя силой в сидячем положении и пытаться собрать разбегающиеся буквы в одну кучу. Выходило из ряда вон плохо и Лу Гуан, сдавшись, решил прилечь. Все же, послеобеденный сон никому еще не повредил. Сделав такой вполне себе разумный вывод, парень положил на грудь открытую книгу и прикрыл глаза тыльной стороной ладони. Руки у Лу Гуана оставались холодными даже в такую жару. Приложив ее к разгоряченному лицу, он почувствовал расслабляющую прохладу.       Он почти провалился в сон, как почувствовал настойчивый взгляд на себе, будто в нем пытались выжечь дыру. Не выдержав, он открыл глаза и увидел, что его напарник сидит на кофейном столике и будто бы чего-то выжидает. Наклонившись к дивану, он смотрел на Лу Гуана с таким лицом, будто бы прямо сейчас продумывал какой-то план, он которого будет зависеть его жизнь. По его лицу пробежала жуткая тень. Лу Гуану стало не по себе — легкий холодок пробежал по его спине, словно маленькие иголочки покалывали вдоль линии его позвоночника.       Когда Сяоши заметил, что Лу Гуан нехотя открывает глаза, он с очень хитрой, практически лисьей ухмылкой уставился на него. Лу Гуан моргнул несколько раз и знакомое выражение снова было на лице друга. Чэн Сяоши, в свою очередь, льстиво пролепетал:       — А-Гуан, не хочешь ли ты кое-куда прямо сейчас сходить?       Лу Гуан, только отойдя от оцепенения, равнодушно посмотрел на Сяоши, потом снова закрыл глаза, явно не желая даже думать о выходе из дома.       — А-Гуан.       В ответ молчание.       — А-Гуан! Не будь таким бессовестным, сделай хотя бы вид, что тебе интересно!       Ответа так и не последовало.       Чэн Сяоши от такой наглости ахнул и надул щеки. Выглядело это со стороны довольно комично и Лу Гуан специально не открывал глаза, чтобы испытать выдержку парня. Кто знает, может быть, он поймет, что у него были другие планы на этот день и он менять их не собирается. Даже ради Чэна Сяоши.       Но все же, этот чертенок знал свои сильные стороны. Врожденное обаяние и миловидное личико не раз играли ему на руку, располагая к нему людей. И конечно, он этим активно пользовался. Чаще всего использовал он эти приемы на своем напарнике — строил из себя самое невинное существо на планете и разными способами влезал в личное пространство Лу Гуана. Ледяная стена, которую он вокруг себя выстроил, таким образом должна была давать небольшие трещинки, чтобы потом и вовсе распасться на мелкие осколки. По крайней мере, Чэн Сяоши искренне верил, что оно так работает.       Сяоши захотелось отомстить Лу Гуану за такое наглое игнорирование. Он долго не думал — озарение снизошло моментально — он ухватился за друга и потерся своей головой о его плечо так, что волосы защекотали лицо парня. Долго сопротивляться Лу Гуан не смог — открыл глаза и попытался отпихнуть Сяоши.       — Избавь меня от этого, что ты прилип ко мне! И так жарко, а ты еще и трешься об меня! — возмутился Лу Гуан, пытаясь руками скинуть голову напарника со своего плеча. — Лучше бы пошел сделал чего полезного, если в тебе настолько много энергии.       Когда Лу Гуан сказал это, Чэн Сяоши наконец оторвался от него и кажется, расстроился. Он опустил голову, а потом вернул ему такой взгляд, будто он маленький голодный щенок, которого оставили на улице.       Увидев это выражение лица, Лу Гуан даже не знал, что сказать. Такой искренней веры в свои силы он давно не видел. И такой наивной простоты. В каком-то смысле, такой способ действительно работал. Лу Гуан старался не вестись на эти уловки, но каждый раз, когда парень так делал, что-то внутри него переворачивалось. Он не хотел показывать Сяоши, что его подхалимство работает, но раз за разом Лу Гуану приходилось признавать внутреннее поражение.       Но сейчас, лень и желание подремать было явно сильнее, чем очередные уловки Чэна Сяоши.       — Чэн Сяоши, посмотри, что творится на улице и еще раз подумай, точно ли ты хочешь туда идти, — возразил Лу Гуан. Ведь правда, какой нормальный человек сунется туда сейчас? Это чистой воды издевательство над собой же!       — Но, А-Гуан, разве в такую жару ты не хотел бы выпить чего-нибудь холодного и прогуляться по пустынным улицам? Помнишь, как мы так гуляли после школы? И потом еще ходили на площадку, чтобы поиграть в баскетбол. Тогда, тебя жара не смущала! — запротестовал Чэн Сяоши, поднимаясь на ноги, — тем более, у нас наконец-то выходной, спустя столько времени. Ты хочешь просто проваляться безвольным мешком костей на диване? Ты знал, что движение — это жизнь?       Упомянув безвольный мешок костей, Чэн Сяоши не упустил возможность ткнуть Лу Гуана в районе худых ребер, отчего тот дернулся.       Лу Гуан убрал книгу и снова принял сидячее положение. Он скрестил руки на груди и крайне скептично посмотрел в окно, явно недовольный идеей и словами парня.       Послеобеденное солнце находилось в самом зените. Сама мысль о том, что нужно выйти на улицу в такое время, приносила головную боль и вызывала тошноту. Лу Гуан оценил обстановку за окном: на улице ни души, перед его глазами картинка в выжженных цветах. Казалось, солнце было ярким, но почему-то все выглядело тусклым и безжизненным. О стекло ударилась муха. На месте удара осталось пятно крови, которое вязкой струйкой потянулось вниз. Лу Гуан только провел взглядом подобие жидкости — видимо, пекущее солнце выжгло всю влагу, оставив только засыхающий подтек на стекле. Странно.       Он отвел взгляд от окна и увидел небольшое деревце гинкго — они с Сяоши купили саженец пару лет назад. Он где-то вычитал, что это деревце даст им стойкость, ум и долголетие, а им это особенно пригодится во время выпуска из университета. Вообщем, по его словам создавалось впечатление, будто это дерево способно решить все их проблемы и проблемы будущих трех поколений. Лу Гуан пытался посадить саженец, стирая пот со лба, пока его друг продолжал перечислять все достоинства этого растения, активно жестикулируя:       — А еще при помощи листьев мы сможем связаться с духами! — Сяоши продолжал расхваливать несчастный саженец гинкго, — нам нужно всего лишь…       — А еще мы сможем расплатиться листьями за аренду и будем выдавать ими сдачу. — ответил ему уставший и потный Лу Гуан. Сдалось ему в такую жару сажать это несчастное дерево — все равно не приживется. Засохнет или сгниет.       — Ну почему ты опять ворчишь, А-Гуан! Посмотри какое оно прелестное! Оно точно принесет нам удачу, — Сяоши ярко улыбнулся и в своей манере потрепал друга по волосам. — Не кисни, я приготовлю нам ужин. Парень быстро скрылся в здании, а Лу Гуану лишь оставалось провести его взглядом. Безнадежный простак. Но даже так, намека на прохладный ветерок, который мог бы немного развеять эту духоту, не было.       Вернувшись в реальность, парень отвернулся от окна и вернул скептичный взгляд Сяоши. Почему он вообще так загорелся этой идеей? В такую жару он обычно лежал где-то по близости, играл в свой телефон и бесконечно ныл, как ему угораздило жить в этом климате. Лу Гуан нахмурил брови.       Чэн Сяоши был человеком, от которого всегда исходит пламенная страсть и энергия, которую не могла приглушить даже холодная рациональность Лу Гуана. Обычно, это оживляло обстановку вокруг и активность Сяоши не казалась чем-то странным. Но не в такую жару, когда даже у самых выносливых людей заканчиваются силы. Сейчас же, когда он с таким энтузиазмом пытался вытянуть Лу Гуана из дома, парень понял, что все это выглядит неправильно. Ему явно не нравится эта внезапная перемена. Есть у него какое-то плохое предчувствие.       Он посмотрел на напарника и заметил, что тот теребит край своей футболки. Лу Гуан нахмурился еще сильнее и задумался.       Возможно, специфика их работы выработала у него способность предугадывать трагические исходы событий. А может, это всего лишь растущая, не дающая ему покоя, тревожность. Это чувство Лу Гуану стало очень хорошо знакомо.              Чэн Сяоши заметил, что Лу Гуан о чем-то задумался. Время действий. Состроив самую невинную и просящую мордашку, он подскочил к Лу Гуну и заглянул в его лицо, ожидая какую-либо реакцию.       Лу Гуан смотрел в его темные глаза, не двигаясь, не разрывая зрительный контакт. Что-то вспыхнуло, кажется, на карие радужки упала солнечная тень. Оттенив их золотом, они напомнили парню глаза, которые он видел лишь пару раз, абсолютно случайно. Но этого хватило, чтобы они надолго отпечатались в его памяти.       Чэн Сяоши уперся руками в его плечи, находя тем самым равновесие и пригвождая на месте. Его ладони обжигали. Теперь, Лу Гуану не хотелось спать и сонливость как рукой сняло. Когда эти глаза находились так непозволительно близко, Лу Гуану не составило труда рассмотреть в них загорающиеся огоньки и свое отражение.       Они выглядели такими живыми.       Сначала реакции не последовало, но спустя несколько секунд, взгляд Лу Гуана смягчился и он тяжело вздохнул. Обхватив запястья парня, он легонько подтолкнул его, чтобы встать. Сяоши явно расслабился. Он порывисто приобнял парня за плечи, после чего с улыбкой на лице запустил руку в его волосы. Устроив беспорядок на голове Лу Гуана, Чэн Сяоши посмотрел на напарника.       — Я знал, что у тебя есть сердце, А-Гуан! Не такая ты ледяная глыба, какой постоянно хочешь казаться, — Чэн Сяоши снова хитро сощурил глаза и потянул Лу Гуана за запястье, — а теперь, пойдем.       Слабая улыбка появилась на его лице. Снова этот бесстыдник устроил целое представление. Пришлось сдаться. Но не потому что прием Сяоши работает, а просто потому что ему захотелось поддаться. Пусть думает, что все идет по его плану. Но признаться, это того стоит. Улыбка ему подходила. Хоть все его отговорки казались странными, это все равно было лучше, чем видеть его слезы. Смотреть, как его личный лучик роняет хрустальные капли на свои ладони, как его плечи содрогаются от всхлипов, было невыносимым. Сердце терзалось, как если бы его схватили и мучили. Поэтому, Лу Гуан старался не думать об удушливой жаре и палящем солнце, которые встретят их сразу за порогом фотоателье.

***

      Кажется, Лу Гуан сейчас получит солнечный удар. Обжигающее солнце плавило. От асфальта исходил горячий пар, сгущая воздух. Лу Гуан стирал со лба липкий пот.       Казалось, эта пытка никогда не закончится. Лу Гуан наблюдал, как его напарник беззаботно шел, иногда запрыгивая на бордюр и напевая что-то под нос. Горячие лучи отражались от его волос. Черные, как смоль, волосы вспыхнули ониксовым блеском.       Он был в хорошем настроении, это очевидно. Чэн Сяоши расставлял руки, балансируя, чтобы не упасть с бордюра. Эта детская игра явно его забавляла. Единственное, что мог делать Лу Гуан — это наблюдать, чтобы он не ляснулся в кусты. Будет неприятно, если он поранится.       Лу Гуан все еще не понимал, куда направляется его друг. Но, он терпеливо ждал. Наверное, такое поведение было чем-то обусловлено. С такой мыслью, Лу Гуан продолжал идти и старался не обращать внимание на пекло, которое буквально сводило его с ума.       Но его терпение не было безграничным.       — Ты можешь сказать, куда мы идем? — уже с раздражением спросил Лу Гуан.       — Подожди еще немного, мы почти пришли. — Чэн Сяоши ответил ему.       Лу Гуан лишь удрученно на это вздохнул. Иногда, его друг просто невыносим. В чем была проблема ответить сразу? Что за тайны вокруг?       Спустя некоторое время, Сяоши внезапно завернул за угол и начал встревоженно осматриваться. Лу Гуан внимательно наблюдал за ним. Он что-то выискивал, то приседая и высматривая на уровне земли, то снова вставал и куда-то отходил.       Возился он долго, но кажется, он нашел, что искал. Сяоши пришел в нужное место, прислушался, и постучал пальцами по земле, поманив. Лу Гуан все еще не понимал, что он делает и ему хотелось вернуться домой, подальше от этой духоты. Поэтому, раздраженно выдохнув, он спросил:       — Да что ты там столько времени выискиваешь?       Чэн Сяоши не отвечал ему, лишь продолжал призывать какого-то одного ему известного духа.       — Эй, что происходит? — жара давила и Лу Гуан уже не выдерживал. — Почему ты не можешь мне нормально ответить?       — А-Гуан, тихо, — Сяоши приложил указательный палец к губам, шикая — Подожди немного, не пугай беднягу.       Лу Гуан все еще не понимал в чем дело, но послушался и молча наблюдал за тем, как Сяоши пытался кого-то позвать. И вот, спустя время, из щели в стене вылез маленький комочек. Лу Гуан потерял дар речи — это был крошечный рыжий котенок. Теперь ясно, зачем Чэн Сяоши тащил их через несколько кварталов.       — Он вылез, А-Гуан! Смотри! Он такой милый! — В Сяоши проснулась радость, несравнимая даже с тем, когда он получал лишний выходной.       Когда удивление сошло на нет, Лу Гуан снисходительно выдохнул и присел рядом. Эта картина радовала глаз.       — Теперь я понимаю. Поэтому ты потянул меня в такую жару на улицу?       — В целом, да, в основном по этой причине. Я случайно его нашел и подкармливал время от времени. Скажи, А-Гуан…       — Нет, Сяоши. Ты знаешь, что Цяо Лин не позволит нам забрать его к себе, ей хватает тебя. От тебя бед как от трех котов и двух собак. Мое мнение ничего не изменит.       — Но…А-Гуан…— Сяоши выглядел расстроенно. — Неужели ты никак не сможешь уговорить Цяо Лин? И не приношу я столько бед, да вы и зарабатываете деньги только благодаря мне! Кто тут исполнитель?!       — Ты знаешь позицию хозяйки, не позволит она, — Лу Гуан приложил руку ко лбу, стерев пот.       Сяоши только разочаровано вздохнул и перевел все свое внимание на котенка.       Все же, он не мог не умиляться от этой картины — Чэн Сяоши сидел на корточках и любовно гладил маленького котенка, когда тот жался к его руке. Пока он наблюдал за этим, что-то укололо его в сердце и все раздражение ушло. Осталась только нежность.       — Но мы все еще можем подкармливать малыша. — Гуан посмотрел на Сяоши, улыбаясь кончиками рта. — Спасибо, что показал его мне. Ты поэтому нервничал?       Чэн Сяоши, кажется, удивился и поднял взгляд на Лу Гуана       — Я боялся, что с ним что-то случится, — парень опустил голову. — Еще я думал, что ты просто отмахнешься.       — Как я мог отказать, когда ты так себя вел? Будто что-то скрывал. Я сразу думал, что ты снова вытворил чего. Пришлось бы исправлять все до того, как хозяйка настучит нам по головам. — Лу Гуан тепло улыбнулся.       Ему очень захотелось погладить Сяоши по непослушным волосам. Хотелось запечатлеть этот момент в памяти — мягкий свет падал на его макушку, отражая солнечные лучи. Лу Гуан поймал себя на мысли, что ему очень повезло, ведь он может видеть это намного чаще других людей. Но, он ничего не сделал. Просто наблюдал с улыбкой на лице.       Ничего страшного не произошло. Просто Сяоши снова в тайне вершил добрые дела. Никто не пострадал. От этого осознания, у Лу Гуана упал груз с сердца. Он может выдохнуть.       Сяоши, в свою очередь, после услышанного прям расцвел. Он пару секунд удивленно смотрел на Лу Гуана. После такой необычной речи, Сяоши захотелось немного поддразнить парня. Он подлез ближе к нему и игриво произнес:       — Ты готов признать, что я не только балбес и дуралей? — Самодовольная улыбка расплылась по его лицу.       — М-м, — Лу Гуан сощурил глаза, — это не отменяет того, что ты дурак.       Чэн Сяоши пнул его в бок и принялся снова играться с котенком.       Остальное время они пробыли в тишине: слышалось только как мурчал котенок и стрекотали цикады. Солнце приближалось к горизонту, окрашивая небо в теплые розовые оттенки. Уже вечерело.       — Наверное, я ненавижу лето, — спустя, казалось, долгое время, Сяоши произнес это, без единой эмоции в голосе. — Это напоминает мне о надвигающейся суете, угнетающей повседневности, бесконечных людях и холоде. Почему такое беззаботное время всегда предвещает серость будних дней?       Лу Гуан не знал, как отвечать. Он был ошеломлен. На него посмотрели тусклые глаза. В них была пустота, от которой его пробрало холодом.       Что происходит? Почему такие глаза показались ему знакомыми? Этот мутный, безжизненный взгляд, прожигающий дыру в груди.       Это не было на него похоже. Сяоши всегда был словно большой невинный ребенок — энергичный, хотел всем всегда помочь и делал это со всей искренностью. Но его слова прозвучали так, будто он говорил не о лете, а о чем-то более пугающем.       Лу Гуан с недоверием в глазах смотрел на него и молчал. Его Сяоши был словно разряд, расходящийся по телу — он оставлял под кожей тепло, граничащее с ожогом. Сейчас же, в его глазах виделись потухшие искры.       Лу Гуан протянул ледяную руку и дотронулся до его плеча.       — Сяоши, с тобой все хорошо?       Взгляд парня напротив прояснился, когда он услышал своё имя. Он в легком удивлении посмотрел на Лу Гуана и широко ему улыбнулся.       — Все в порядке, А-Гуан. Почему ты спрашиваешь? — он только наклонил голову набок, все еще улыбаясь.       — Просто интересуюсь. На улице жарко, боюсь, что тебе в голову напекло. Вот и спрашиваю, — Лу Гуан сказал первое, что пришло ему на ум. Для убедительности, проверил его лоб, а потом и свой. Он не уверен, не привиделось ли ему это минутное изменение. Лучше лишний раз не беспокоить друга.       — Ты прям как Цяо Лин себя ведешь, — парень надулся. — Я повыносливее вас всех буду, незачем беспокоиться о таких мелочах. Лучше бы так о малыше беспокоился!       Лу Гуан лишь вздохнул и ничего ему не ответил.       Когда небо окончательно окрасилось в оранжевый цвет, разведенное кровавым, Лу Гуан позвал Сяоши домой. Уже вечерело и ему хотелось уйти. Эти странные переживания выжали из него последние силы.       — Хорошо, А-Гуан, сейчас только прослежу, чтобы малыш забрался в безопасное место и пойдем.       Парень только присел, чтобы помочь котенку, как что-то вдалеке разбилось. Звук был донельзя громким в незыблемой тишине и резко ударил по ушам. Чувствительный котенок подпрыгнул от испуга и начал убегать. Сяоши сразу же бросился за ним вдогонку. Нельзя, чтобы он пострадал.       Лу Гуан тоже не остался стоять на месте — он сразу ринулся вслед за своим напарником. Сердце забилось чаще от иррациональной тревоги. Его сознание кричало о том, что произойдет что-то непоправимое. Он не мог допустить этого, он должен догнать и остановить его любой ценой.       — Сяоши, постой! Остановись! Он не убежит далеко, ты его только больше пугаешь!       Сяоши не остановился и отвлекся на Лу Гуана, посмотрев на него через плечо.       — А-Гуан, я обязан его пойм-       Глухой звук прервал его фразу. Что-то вспыхнуло, ослепив. Звук удара тела об асфальт окатил Лу Гуана ужасом. Он не мог вдохнуть.       — Чэн Сяоши!       Он подбежал к месту происшествия и лучше бы он этого не делал: посмотрев на дорогу, он увидел бездыханное тело своего друга в луже крови. Раскаленный до предела асфальт поднимал красную дымку над телом, жар искривлял картинку. Поверхность лужи становилась неспокойной — она стала покрываться множеством маленьких пузырьков.       Все это выглядело очень нереалистично и Лу Гуан в жизни бы не поверил, что это правда. Разве, кровь может начать бурлить без причины? Или это разыгравшаяся фантазия играет с ним злую шутку? Он решил подойти ближе и убедиться в том, что это это всего лишь игры его разбушевавшегося разума.       Лу Гуан подбежал к телу Сяоши и в нос ударил отвратительный запах, кажется, будто бы тело лежало на этом месте не пару минут, а несколько часов сгорало на солнце. В нос ударил запах духов Сяоши, который смешался с запахом раскаленного асфальта и крови.       Лу Гуан упал на колени рядом с телом и взял за руку, чтобы проверить пульс. Он не почувствовал тепла —их сцепленные руки были ледяными. Это было смешно. Конечно, пульса не было. Лу Гуан чувствовал, будто удушливое марево и красная пелена насмехаются над ним. Они подбирались к нему, протягивая свои мерзкие лапы, закрывая ему нос и рот. Удушье в перемешку с неверием ударили ребром ему по шее.       Такое не могло произойти. Он не мог лишиться всего в один миг. Такая случайность не могла забрать его. Люди так быстро не сгорают. Но угасающее тепло говорило об обратном.       Это было глупо. Он упустил его лишь на мгновение. Кому он перешел дорогу, что судьба так издевалась над ним?       Он не дышал и только судорожно сжимал чужую руку в своих. Лу Гуан не мог заставить себя посмотреть на его лицо. Он боялся увидеть его.       Он опустил голову и посмотрел на свои колени. Дорожки крови поднимаются выше к его бедрам, смрад опускается в его легких. Паника подступает к нему и он в ужасе отпускает руку Сяоши и пытается остановить кровь. Но она стала поднимать только выше, окрасив его белую рубашку красными нитями. Тело расплывалось перед ним, его собственные руки расплывались, когда он пытался на них сосредоточиться.       Лу Гуан попытался закричать, но что-то не давало ему это сделать. Он в панике огляделся вокруг и картинка перед глазами закружилась, после чего он упал вперед, ударившись о что-то мягкое. Последнее, что он слышал перед тем, как отключиться было отвратительным влажным звуком соприкасающихся тел и стрекот цикад.

***

      Он резко вскочил с кровати. Одежда прилипла к его телу, кажется, все промокло насквозь. Лу Гуан посмотрел на свои руки — все еще картинка немного плыла. Красные подтеки напоминали ему о произошедшем. Он провел ими по своему лицу, чтобы привести себя в норму. Он почувствовал что-то влажное на щеках. Видимо, он плакал во сне. Ночь мало чем отличалась от знойного летнего дня — было жарко.       Лу Гуан не мог до конца понять, где он и в какой реальности. Тревога и нарастающая истерика снова начала подступать к нему. Гуан просто надеется, что его не заметят в таком уязвимом состоянии и Сяоши еще спит.       Лу Гуан прислушался в ночной темноте. Он хотел услышать сопение и бормотание во сне. Тишина. Лу Гуан придвинулся к краю кровати и посмотрел вниз через перегородку. Его сердце пропустило удар — в постели никого не было. Куда делся Чэн Сяоши среди ночи? Перед глазами начали мелькать кровавые пятна, в голове прокручивались разные сценарии, отдающие духом смерти. Картинки из сна стали проникать в реальность.       Его била крупная дрожь, сердце грузно стучало о ребра. Ему нужно убедиться, что с Сяоши все хорошо.       Как только Лу Гуан слез с кровати, он двинулся в сторону двери. Оттуда послышались тихие шаги, после чего дверь со скрипом открылась. На пороге стоял Чэн Сяоши со стаканом воды.       Парень сразу удивился, когда увидел такого Лу Гуана: ужас и паника застыли в его глазах. Он что-то искал. Чэн Сяоши осторожно подошел к нему и положил свободную руку на его плечо, чтобы привести его немного в сознание. Лу Гуан все еще дрожал. Когда парень опустил руку на шею, он почувствовал, как его пульс бешено стучал. Стало ясно, в каком состоянии его напарник.       — А-Гуан, все хорошо? — парень тихо спросил, боясь создавать лишний шум, который казалось, мог спугнуть его. — Ты всхлипывал во сне и я подумал, что тебе приснился какой-то кошмар. Я принес тебе воды.       Лу Гуан посмотрел на Сяоши и кажется, его голос подействовал на него как успокоительное. Он коротко выдохнул и кажется, немного расслабился. Или, просто он нашел, что искал.       Но ответа так и не последовало. Вместо этого, Лу Гуан перехватил руку Сяоши и слабо потянул его на себя. Парень понял, что ему сейчас нужно почувствовать реальность: что он находится здесь, а не в ужасных грезах. Сяоши поддался и голова Лу Гуана легла на его плечо, а рука сильнее сжала его ладонь. Сяоши оторопел от таких неожиданный действий, но потом расплылся в легкой улыбке. Он бы погладил сейчас Лу Гуана по волосам, но в его второй руке все еще был стакан с водой.       Он тихо позвал парня, от чего тот поднял на него уставший взгляд.       — Я поставлю стакан на стол, он явно тут лишний, — тихо усмехнулся Сяоши, после чего добавил более нежным тоном, — иди присядь.       Лу Гуан послушался и сел без лишних вопросов. Он вел себя тихо, даже слишком. Его взгляд был направлен в одну точку, будто он снова окунулся в свой кошмар.       Парень сел рядом с ним.       — Эй, я здесь. Посмотри на меня.       После этой фразы Сяоши осторожно взял Лу Гуана за подбородок и повернул на себя. Он посмотрел на него и мило улыбнулся. Взгляд Лу Гуана снова стал более осознанным. Но его все еще что-то беспокоило.       Спустя мгновение, он взял его за запястье там, где чувствовался пульс. Рука реального Сяоши была теплой, пульс отбивал свой неизменный ритм, в отличии от его холодной версии во сне.       Сяоши все еще был удивлен такому поведению, но не стал задавать вопросов. Пока Лу Гуан не уснул в таком положении, Сяоши решил действовать. Парень двинулся к стене, оперся на нее спиной и слабо потянул Лу Гуана на себя. Тот, без какого-либо сопротивления, поддался и положил голову на плечо Сяоши. Тепло тела напоминало ему, что он еще жив, он тут, Лу Гуан все еще чувствует пульсацию на его запястье. Его грудная клетка вздымается равномерно, убаюкивая.       Сяоши на этот раз смог положить свою руку на голову Лу Гуана и он аккуратно ее поглаживал. Он все еще молчал, его тело было напряжено. Прислушивался к ощущениям.       Вскоре, Чэн Сяоши услышал, что дыхание парня выровнялось и он тихо засопел. Тело расслабилось, но рука так и не отпустила его запястье. Он улыбнулся. Наверное, его сердце застучало немного сильнее. Все же, ему еще не доводилось видеть такого прилипчивого Лу Гуана. Что-то на грани фантастики. Но он не жаловался, а только переместил свою руку на спину, оставляя ее между лопаток. Он выглядел хрупким. В таком положении Лу Гуан был словно хрустальная ваза — надавишь, и она треснет. Это был редкий момент нежности с его стороны, поэтому Сяоши не выдержал и прижался щекой к его волосам, обнимая сильнее.       Положение было неудобным, но он мог потерпеть ради своего друга. Он не собирался расспрашивать Лу Гуана, что ему такое приснилось — он потерпит, пока он сам ему расскажет.