Моя роза.

Рио прекрасно знает, каким образом можно отвлечь Агату в столь поздний час. Солнце уже давно скрылось эа горизонтом, уступая место яркой луне, которая была единственным источником освещения. Лианы, взрывающийся из земли, заставляют ее потрясываться, создавая эффект землетрясения. Они с огромной скоростью обхватывают тонкие запястья Агаты, и та буквально через мгновение оказывается больно прижата к ближайшему дереву. Сама смерть двигается к привязанному телу, в руках покручивая свой кинжал. – Убьёшь меня? – Агата может лишь бегать глазами и следить за действиями Рио. Она старается не подавать никаких признаков паники, а безразлично и уверенно смотреть. – О, детка, даже если у меня и возникнет желание тебя убить, то ты будешь умирать долго и мучительно, смотря на моё лицо. Зеленая ведьма уже сократила расстояние между ними, касаясь белоснежной кожи своим ножом, оставляя алую дорожку крови. Она внимательно наблюдает за тем, как струйка жидкости стекает по ключице вниз. Также она слышит, как Харкнесс шипит и вздыхает. – Неженка. – Видаль собирает пальцем кровь, которая продолжала обильно стекать. Она демонтиративно поднесла свои пальцы к губам, погрузив их в рот, сразу же чувствуя металлический вкус крови. Агата жадно наблюдает за всеми действиями ведьмы, закусывая свою нижнюю губу. Она признаёт, что зрелище соблазнительно. Затем она замечает, как глаза Рио загораются, словно огонь, который только что разожгли и он становится всё больше. Харкнесс жмурит свои глаза, когда видит, что та снова быстро к ней приближается, в ожидании чего-то в духе своей женщины. А конкретно – своей смерти. Но она чувствует вкус своей крови, который остался на губах Рио. В момент поцелуя, Зеленая ведьма размахивая своей свободной рукой, состраивает вокруг них круг из растений, утаив от лишних глаз. Закончив с этим, она продолжает терзать губы Агаты, кусая их в кровь, и пробираясь своим языком между зубов. Харкнесс не успевает подумать о том, что было бы лучше, если бы ее руки были в свободном доступе, нежели связаны растениями, как Рио отменяет их действие. Агата чувствует, что она может свободно руководить и сразу обхватывает шею Рио, углубляя их поцелуй. Им не хватает кислорода, но они в нём не нуждаются, так как дышат и живут друг другом. Женщины мгновенно забывают обо всём, что происходит за пределами этих лиан, что завились для них кругом. Забыли о вражде и обидах. Резко и неожиданно руки Агаты вновь оказываются в плену зеленых растений, приковывая ее, заставив лечь. Сверху нависает Рио, растегивая атласную блузку Харкнесс, желая быстрее от нее избавиться. Она может наблюдать, что струя крови запачкала как блузку, так и бюстгальтер любимой, поэтому она прислоняется своим языком к ране, оставляя мокрую дорожку от ключиц до груди. Она слизывает за собой всё, не оставив и пятнышка, пока Агата вздыхает под ее телом. Харкнесс уязвима не только сейчас, но и в целом перед этой женщиной, поэтому слов из ее уст услышано в ближайшее время не будет. Она наслаждается моментом, пусть и давным-давно зачастую она принимала роль сверху. Тонкие пальцы Рио уже стягивают брюки со стройных ног, а Агата приподнимает свои бедра в попытке помочь. Как только ноги были обнажены, Рио обвела пальчиком вокруг воздуха и они были привязаны лианами, не давая возможности к движению. Она вновь нависает сверху, пока рука опускается на белье, чувствуя, как такие игры заводят Агату. Дразнит своими губами, не давая целовать, а лишь покусывает уже измученные губы, слыша короткие вздохи. Рио давит на клитор, а затем не дав среагировать Агате, резко и глубоко входит двумя пальцами, заставляя женщину громко простонать и выгнуться в спине. Она была подобна змее. Собственно, кем она и являлась по своей натуре. Агата сжалась от резкого прилива наслаждения, но в то же время и боли. Довольно приятной боли. Рио не позаботилась и проникла, не задумавшись о своих ногтях, которые были не коротки, причиняя колкую боль. Сразу же Зелёная ведьма задала резкий и быстрый темп, вызываю кучу эмоций у Агаты. Она была накрыта волной мурашек и удовольствия, а также боль, которая затем переросла во что-то приятное. Агата была в попытках сжать свои колени вместе от дрожи наслаждения, но увы, они в плену. Также, как и ее руки, сжимающийся в кулаки до побеления косточек. Рио внимательно наблюдала за выражением лица Харкнесс, а также и за реакцией её тела, несмотря на то, что она знает как действовать. Вторая рука ведьмы пробирается вверх по животу, погружаясь под чашечку бюста, накрыв грудь. Она чувствует, как напряжены ее соски и с какой силой стенки её влагалища сжимают пальцы. Рио знает сколько нужно дать времени Агате для получения оргазма, она знает как это сделать, но решает сыграть в игру. Уже на пике она приостанавливает свои движения, слыша, как Агата разочарованно вздыхает. До боли сжимает ее сосок и опускается ниже, располагаясь между связанных ног Агаты. Она касается языком мягкой и возбуждённой точки, выводя неизвестные символы, периодически всасывая клитор. У Агаты сводит ноги от удовольствия, всё тело в напряжении, она словно струнка вытягивается и желает быстрее получить свой оргазм. Ведьма проникнет пальцами внутрь, начиная хаотичные движения с языком, проникая глубже, в длину своих пальцев. Агату накрывает оргазм через пару троек быстрых толчков в неё. Глаза закатывает и вытягивается, чувствуя, что Рио освободила ей ноги. Она их сжимает, чувствуя то, насколько она сейчас чувствительна ко всем касаниям и движениям. Быстрая отдышка и она приходит в норму. Спустя пару минут Рио спокойно ложится рядом и поднимает свои глаза, устремляя взгляд в глаза Агаты. ** Момент, который полностью даёт понять Рио, что она всегда хотела бы касаться её кожи, слушать её дыхание, когда она спит. Наблюдать за ней и не бояться за то, что может случиться завтрашним днём. Она убила бы любого другого, если бы ей было позволено, лишь бы не разбивать сердце своей любимой женщины тем самым утром, когда она наблюдала и слушала то, как она оплакивает потерю. Пусть даже этой жертвой стала бы она сама, будь её воля, она бы умерла за любимую. ** – Ты мой любимый цветок. – шепот доносится до уха Агаты, оставляя за собой теплое дыхание Рио. И вправду, она была словно роза, отличающиеся от других. Яркая, с большим и длинным стеблем, но колит и больно ранит.