Глава 132 "Признание"
4 марта 2026 г., 22:40
«Я видел, как ты иногда используешь заклинания без слов, так что все очевидно. Окклюменция становится хорошей догадкой, если учесть твою зрелость и эмоциональный контроль. Это признак того, кто занимался искусством разума. Постоянно ходят слухи о том, что на высших стадиях окклюменции пользователь получает способность вести несколько потоков мыслей одновременно, обладает идеальной памятью и может думать быстрее. Хотя все это преувеличено, разум - это мышца, и тренировка дает свои преимущества», - объяснил Флитвик.
«Беспалочковая магия?», - спросил Гарри, на что маленький человек пожал плечами.
«Поскольку у тебя, очевидно, не было доступа к палочке, а я знаю, что твоя мать была похоронена вместе со своей, ты, должно быть, практиковался без нее», - объяснил Флитвик.
Гримаса.
«Ты был на похоронах моей матери?» - спросил он.
«Я, профессор Слизнорт, профессор Поттер и мистер... невидимка в углу. Стыдно», - мягко сказал Филиус с отстраненным взглядом.
«Отчасти из-за матери я скрываю то, что умею», - с горечью сказал Гарри. «Окклюменция может помочь мне предотвратить забвение, бессловесная магия поможет мне быстрее среагировать, если я попаду в засаду, а колдовство, - сказал он, поднимая руку и зажигая маленькое пламя в центре ладони, - означает, что я не совсем беспомощен, если потеряю свою палочку».
На мгновение он замолчал, а затем достал ожерелье из безоара, которое всегда носил на шее, и бросил его в сторону слегка заплаканного профессора.
«Если меня когда-нибудь отравят», - пояснил он.
«У меня всегда разрывается сердце, когда я понимаю, что для некоторых студентов Хогвартс - это не место, которое олицетворяет безопасность, а скорее опасность», - прошептал мужчина и, сняв очки, промокнул глаза рукавом.
«Если учесть, что все бегают с потенциально смертоносным оружием, то здесь удивительно безопасно. Олливандер как-то сказал, что магия способна на великие вещи, только великое может означать как хорошее, так и ужасное», - сказал Гарри.
«Возможно, но мне кажется, что мы, как общество, иногда бываем слишком жестоки», - с грустной улыбкой сказал Филиус. «Боюсь, это следствие довольно невероятного уровня невежества».
«Неважно, люди будут людьми, и я имею в виду это в самом унизительном смысле», - насмешливо заметил Гарри. «Почему ты заговорил об этом, Филиус?»
Профессор медленно покачал головой: «Я не могу учить тебя, если не знаю, на что ты способен. Тот факт, что ты действительно владеешь окклюменцией, меняет направление нашего обучения».
«Почему?», - с любопытством спросил Гарри.
Филиус на мгновение задумался, прежде чем дать более подробное объяснение.
«Есть основы, которые должны знать все дуэлянты. Стойки, атака, защита, уклонение. Однако все дуэлянты, имеют специализацию, которая не входит в эти категории. Например, те, кто владеет окклюменцией, могут научиться вести себя на дуэли невероятно спокойно, стирая все намеки на то, что они собираются делать, благодаря чуть более тонкому контролю над своим разумом и, соответственно, телом. Не знаю, заметил ли ты, но я довольно низкого роста», - пошутил мужчина.
«Я не против поделиться, если все останется между нами. Я оставляю за собой право не использовать стратегию, если сочту нужным оставить ее в резерве для спасения жизни», - пробормотал Гарри, обдумав ситуацию.
Если бы другие люди узнали обо всем, на что он способен, то это был бы проигрыш. Но если кто-то компетентный, вроде профессора Флитвика, поможет ему развить все его способности, то рост мастерства должен компенсировать потерю секретности.
«Хорошо, я обещаю, что все, что ты мне расскажешь, не выйдет за пределы этой комнаты», - пообещал Филиус.
Гарри кивнул. «Спасибо, Филиус. Что касается моих навыков, то я могу только перечислить их. Я подтвержу, что знаю окклюменцию, и, если есть заклинание, которое вы считаете достаточно важным для того, чтобы я научился делать его без слов, я смогу это сделать».
«Я воздержусь от вопросов о том, как ты научился окклюменции».
«Спасибо».
«В любом случае, будет лучше, если ты просто будешь выполнять все заклинания, которые мы будем использовать, без слов. Единственная ситуация, в которой лучше использовать заклинание со словами, - это если нужна дополнительная сила, чтобы разрушить щит. Но даже в этих случаях лучше использовать магию без произнесения заклинаний, чтобы послать два заклинания вместо одного. Заклинания, требующие эмоций в качестве топлива, зачастую сложнее произносить беззвучно, поэтому при встрече с дементором просто крикни Экспекто Патронум».
«Обязательно», - пообещал Гарри.
«Продолжай, - сказал Флитвик.
«Ну, кроме этого, это просто список заклинаний. Наверное, стоит упомянуть, что я нашел заколдованный манекен, на котором можно тренироваться. Я научился уклоняться, занимать позицию и быстро применять заклинания», - признался Гарри, решив выложить все свое не очень грязное белье.
Флитвик не слишком обрадовался рассказу о манекене, но велел ему продолжать.
«В остальном я знаю некоторое количество заклинаний. Бомбарда, Инсендио, Агуаменти, Экспеллиармус, Флипендо, Протего...", - замялся он. «Я также знаю распространенные сглазы, и, конечно, могу делать и снимать их без помощи рук», - сказал он.
При этом признании брови Флитвика поднялись до линии волос, и он быстро взял в руки лист бумаги и заколдовал его в красный цвет.
«Покажи мне», - потребовал он, протягивая его Гарри.
Гарри посмотрел на красный лист пергамента и нахмурился, ощутив его магическим чувством. Он был сильнее, чем те чары, против которых он обычно использовал аннулирующее заклинание. Конечно, это было логично, учитывая, что чары наложил профессор. Однако это означало, что он не был полностью уверен в том, что сможет их развеять.
Решив, тем не менее, сделать все возможное, он сосредоточился и направил свою магию. Выпустив ее мощным порывом в бумагу, он добился успеха, но не так, как хотел. Вместо того чтобы взорвать наложенные на пергамент чары, он скорее придавал листу все более слабый оттенок красного, а затем он и вовсе исчез. Весь процесс занял около десяти секунд и оставил впечатленным лишь одного из двух участников зрелища.
