В кабине у пилотов

—Капитан.  Аня взглянула на мерцающий дисплей, длинным пальцем убирая выбившуюся прядь иссиня-черных волос за ухо. Звездное небо синими бликами играло на ее бледном лице. —По-вашему, зачем в Pony Express установили замок на дверь от медотсека и кабину пилота? Керли нервно замялся, прикусил губу и уставился немигающим взглядом на ярко сияющую на раскинутом дисплее луну. Скулы слабо порозовели, что в темноте комнаты было почти незаметно. Аня перевела обычно всегда встревоженный взгляд на сидящего рядом с ней на диване капитана и вопросительно приподняла аккуратную бровь, сжав руки на своих коленях.  Керли не смотрел на нее - голубые глаза внимательно следили за пиксельными звездочками, искрящимися и тлеющими на экране, смотрели, как мирно и неспешно плывут по звездному небу мягкие облака, наблюдали, как скрывается за ними мерцающий полумесяц. А в кудрявой голове, тем временем, проносились совсем иные мысли: и уж точно не о сверкающем ночном небе на экране дисплея, или о взволнованной молодой девушке, сидящей совсем рядом с ним. Зачем в кабине пилота установили замок?   … Каждый член экипажа, хоть раз летавший на дальнемагистральном грузовом корабле, прекрасно знал, что капитан Керли и со-капитан Джимми изредка присутствуют вовремя обеденных перерывов или ланчей. Лишь иногда они радовали всех своим присутствием за обеденным столом. Еще реже - приходил кто-то один из них, обедал со всеми и, уходя обратно, прихватывал вместе с собой поднос с остывающей едой.  Чаще всего этим кем-то оказывался Джимми - лучший друг Керли и, как многие могли заметить, практически полная его противоположность. Он молча садился за стол под раздраженный взгляд Свонси, взволнованный лепет Ани и болтающего о чем-то своем Дайске, с гнетущим молчанием пережевывал куриную лапшу или безвкусный суп и также молча уходил восвояси, порой перекидываясь парочкой рабочих фраз.  В тот раз, как и во многие другие, не пришел никто. А кабина пилота, как и всегда в это время, была надежно закрыта, чтобы никто посторонний не смог пробраться вовнутрь.  И Керли был невероятно рад, что Pony Express хотя бы здесь не сэкономили - если б хоть кто-нибудь из экипажа увидел, как капитан откровенно выгибается на коленях своего со-капитана, он бы точно сгорел со стыда в ту же самую секунду.  Напряженный член входит вовнутрь с громким хлюпающим звуком, и все лишние мысли из головы Керли выбивает последующий за этим резкий толчок. Джимми не умел быть нежным и терпеливым - Керли это понял еще давно, когда они были совсем детьми и вместе играли в одной песочнице на детской площадке возле дома.  Маленький Джим мог выхватывать чужие игрушки прямо из рук других ребят, если те его интересовали, мог грубо обзываться, если ему что-то не нравилось, ломать чужие песчаные замки, просто потому, что хотел, толкаться и драться с мальчишками, обидно кривляться вслед плачущим девочкам и кидаться камнями.  Маленький Керли - с вьющимися светлыми кудряшками и в милом синем комбинезоне - когда Джимми впервые подошел к нему, чтобы наступить на его незаконченную песчаную ракету и отобрать из рук красную лопатку, тогда сделал то, что заставило дерзкого мальчишку впасть в ступор.  Керли улыбнулся - мягкой и нежной улыбкой - и робко протянул мальчику свое красное ведерко.  —Ты хочешь вместе со мной построить ракету?  Джимми удивленно захлопал темными глазами в ответ.   Его лучший друг был грубым, заносчивым, высокомерным, иногда дерзким, наглым и почти всегда чем-то недовольным.  Но Керли не жаловался - он никому никогда ни под каким-либо предлогом не признается, черт возьми, что ему до дрожи в коленках нравится, как Джимми по-собственнически сжимает его бедра, как сильно его пальцы впиваются в кожу до четких отметин в виде синяков на следующий день, как зубы грубо вгрызаются в его вытянутую шею и рельеф его мышц - особенно Джиму нравится оставлять следы своих болезненных укусов на ключицах блондина, проводить по ним слегка шершавым языком, изредка целовать сухими потрескавшимися губами в выпирающие косточки.  —Что такое, капитан? - хрипло шепчет Джимми ему в плечо, нагло впиваясь пальцами в чужие упругие ягодицы, и хрип этот так похож на животный рык, что Керли буквально дрожит, тихо всхлипывая.  —Уже выдохлись?  Член внутри заинтересованно дергается, ярко пульсирует и движется вверх, выпуклой головкой упираясь прямо в простату - Керли пронзительно стонет, запрокидывая голову. Светлые кудри дергаются вместе с ним, спадая на широкие плечи, и Джимми носом зарывается в мягкие пряди, вдыхая полной грудью аромат капитана. Его капитана.  —Ай-яй-яй, капитан. Мы ведь только начали. - Джимми тихо посмеивается, быстро мазнув языком по мочке покрасневшего уха, и горячо выдыхает: —Теряете хватку, капитан.  Джим почти никогда не называет его капитаном перед остальными: всегда - либо по имени, либо красноречивое "дружище". Но когда они наедине, в закрытой кабине пилота - Джимми становится куда более разговорчивым, чем обычно.  И Керли откровенно трясет от осознания этого факта - то, как Джим рычит "капитан", впиваясь зубами в дергающийся на шее кадык, а пальцами зарываясь в кудри на затылке, заставляет его терять голову. Вкупе с грубыми толчками, резкими движениями бедер и толстым членом, распирающим изнутри, Керли только чудом не заваливается без сознания на друга от переполняющих все тело ощущений.  Джимми обводит подтянутую талию, касается кончиками пальцев впалый живот, сжимает до саднящих синяков дрожащие бедра, и теперь уже точно рычит, как дикое животное, хищник, ему прямо в ухо: —Двигайся.  И Керли поспешно двигается - неуверенно приподнимается вверх, прежде чем резко опуститься обратно на чужие колени с приглушенным вскриком. Джим стонет вместе с ним, настойчиво вскидывает своими бедрами в ответ и вгрызается в шею напротив. Капитан хватается руками за чужие плечи - чуть уже его собственных, но таких же крепких, не зря ведь они ходят в один и тот же зал уже столько лет, - пальцами цепляясь за потертую униформу. Даже через слой ткани на следующей день там останутся отчетливые отпечатки его ногтей и красные, чуть саднящие дорожки царапин - Керли был в этом уверен, поэтому вновь вскинул трясущиеся бедра вверх, нутром чувствуя, как сочащийся смазкой член внутри пульсирует и дергается.  В этот раз Джимми ждать не стал - сам резко обхватил бока друга и грубо насадил на себя, с упоением вслушиваясь в чужой нечленораздельный лепет, перерастающий в надрывный визг. Бедра крупно дернулись, и Керли вновь вскрикнул, стоило Джиму поудобнее обхватить его и самозабвенно вбиться в подтянутое тело. Слюна брызнула изо рта, стекая по слегка припухшим губам и почти впитываясь в мягкие волоски на подбородке, но Джимми оказался быстрее - языком слизнул вязкую жидкость, а затем впился очередным настойчивым поцелуем.  Толчки незамедлительно ускорились, сотрясая и тело, и затуманенный от похоти с желанием разум, а Керли перестал соображать совсем. Если бы не вовремя подхватившие его со спины сильные ладони, то капитан давно бы лежал на панели управления, и, честно говоря, он не думает, что Джимми даже это остановило бы. Приглушенные стоны, громкие вздохи, хриплое рычание, тихое пыхтение, хлюпающие хлопки и звуки соприкосновения двух горячих тел - все, что мог слышать Керли, пока Джим безостановочно выбивал из него весь дух.  Его слезливый лепет, надрывное «Джим, Джимми!», которое капитан не мог перестать произносить обкусанными губами, и дорожки слез на красных щеках, скатывающиеся с пышных светлых ресниц, сводили Джимми с ума, вынуждая ускорять движение бедер и вонзаться очередным болезненным укусом во вскинутую шею. Керли изящно выгибался в ответ на жесткие толчки, судорожно хватал воздух ртом и сипло стонал на особенно резкие движения бедер, красиво вскидывал голову с этими очаровательными прелестными кудряшками с запахом сладкого сочного персика, восхитительно сжимался на его члене, обволакивая теплом своих влажных чувствительных стенок, и был таким чертовски восхитительным, привлекательным и прекрасным. Идеальным. Кончил Джимми первым, грубо впившись зубами во влажный от пота и слюней небритый подбородок и резко толкнувшись в сжатое колечко мышц, уперевшись напряженной головкой прямо в простату. Следом за ним кончил и Керли прямо в руку Джимми с его именем на припухших губах.  Пару минут в кабине пилотов стояла тишина - не напряженная, а приятная и умиротворенная, - нарушаемая лишь судорожными вздохами и сиплыми выдохами. Джимми откинулся на спинку сидения капитанского кресла и разжал пальцы на чужих боках, чтобы нежно, почти успокаивающе провести по напряженным бедрам. Те мелко дернулись. —Ты загородил своей тушей весь экран дисплея. - хрипло промычал он, сдувая спавшие на лицо пряди темных волос.  —Из-за тебя мы врежемся в метеорит.  Керли хрипло засмеялся в ответ, падая в чужие объятия.  … —Капитан?  Керли вздрогнул, когда холодная рука осторожно коснулась его плеча. Аня взволнованно смотрела на него своими большими черными глазами, освещаемая холодным светом дисплея. Капитан слабо улыбнулся, перевел взгляд на мерцающую луну и тихо вздохнул.  Зачем в кабине пилота установили замок? —Безопасность. Ради безопасности.  Аня пару раз моргнула, непонимающе оглядывая отчего-то очень счастливого Керли, и тоже взглянула на ночное небо, стараясь не задерживать свой смущенный взгляд на слегка проглядывающий из-под воротника чужой униформы след от укуса.