Я буду ухаживать

Прошло уже пару месяцев с того момента, как элитный отряд вернулся обратно на базу Адам. За все это время они успели здорово преуспеть. Научные теории Грега были рассмотрены на консилиуме, и Донован даже поддержала некоторые из них, внеся срочные изменения в маршрутах и планах подчиненных. Луна, за это время не обронившая ни кусочка, молчаливо наблюдала за жалкими попытками людей-муравьишек, восстанавливающих все то, что она успела разрушить. Землятресения так же молчали, видимо намекали на скорый конец. Ведь затишье, как известно, бывает только перед бурей. Персонал базы только и делал, что сочинял невероятные истории по углам. Кто-то надеялся на скорое восстановление мира с помощью бессмертных, кто-то делал запасы тушенки и спичек, а кто-то не делал ни-че-го. Если мир умрет, то и попытка спастись будет бессмысленной, верно? Паника не была громкой. Она расползалась слухами и перешептываниями, застрявала маленьким червячком в голове, что не давал спать. На отлаженных действиях это не отображалось. В отношениях отряда тоже произошли непоправимые изменения. По возвращении с экспедиции в Нью-Йорк, командный дух увеличился соразмерно испытаниям, которые им пришлось пройти вместе. Неожиданно оказалось, что девочки могут не только сидеть каждая в своей книжке, но и собираться вместе по субботам в комнате Анны. А общая гостинная может быть не только местом, где генерал отчитает всех и каждого, но и укрытием, в котором каждому нальют противного черного чая – один пакетик на троих. Еще одним открытием стали кардинальные изменения в характере генерала. Больше не грозный и не холодный, Дмитрий оставался строгим, но только в рабочее время. Однажды он открыл для себя абсолютно новую функцию – любящий и любимый мужчина. И теперь переключал тумблер ежедневно после ужина, стараясь скинуть с себя ауру черствого военного. Лэйн нравилось следить за изменениями, катализатором которых стала она. Совместные ночевки, жаркий обеденный секс и нежные поцелуи утром перед его уходом – она так и не научилась выползать из нагретой постели в 05:00 – сделали свое дело. Так любящий уединение и конфиденциальность, Дмитрий достаточно быстро растрепал(генерал?!) всем, что Лэйн стала его девушкой и переехала к нему. Да, в отряде многие догадывались. Но наиболее невнимательным индивидам и тем, кто не ездил с ними на верную смерть, пришлось обьяснить дополнительно. В тот вечер он пришел подозрительно довольный и с разбитой губой. Лэйн удивленно подняла взгляд на него, когда сидела вечером с записной книжкой в кресле. – Говори прямо сейчас или я спрошу у Анны. – выгнула светлую бровь она. Мужчина опустил взгляд в пол, словно нашкодивший мальчишка, и ухмыльнулся. – Дима... – Рассказал всем, что мы живем вместе. – пробурчал генерал. Лэйн старательно сдерживала смех. Так и знала, что он будет первым, кто это сделает. – И? – И Кира мне врезала. Лэйн позволила себе сделать глубокий вдох, чтобы затем с чистой совестью расхохотаться на всю комнату. Сам виноват. Влюбленная женщина страшнее цербера. Конечно, после этого инцидента Кира была наказана и нагружена дополнительной работой ровно на три недели без права на помилование. Однако для пары ситуация стала лишь озорным воспоминанием. Дмитрий изменился и по отношению к сестре. Как обычно опекающий и родной, старший брат теперь мог позволить себе еще больше заботы и даже поцелуй в макушку перед сном. Когда он сделал это в первый раз, Анна высыпала гору разноцветных таблеток в его большую ладонь. – От деменции. Под веселую мелодию изменений и тянулись дни на базе Адам. Люди работали, суетились, ссорились и мирились. Множество исписаных бумаг, прочитаных книг и уничтоженых батончиков из обеденной порции Дмитрия не дали вспомнить, что совсем скоро должен наступить Новый год. Зато о нем не дала забыть Анна, что бешеным ураганом влетела в их комнату, конечно же без стука, и приземлилась на край кровати. Двое еще спали и теперь подлетели чуть ли не до потолка на жестком матрасе. Дмитрий предусмотрительно натянул одеяло со стороны Лэйн до самого ее подбородка, скрывая утреннюю наготу. – Анна, твою мать... – И твою тоже! Почему вы все еще спите? Забыли какой сегодня день? – ученая закатила глаза и всплеснула руками. Мужчина вдруг заметил, что она была в пижаме. Прямо как в детстве. Отец только ей позволял щеголять в клетчатых штанах весь день в канун Нового года. – Потому что даже солнце не встало. – сонно пробубнила криптограф из-под одеяла. Дмитрий с умилением глянул на груду постельного белья рядом с ним. Он немного потерялся во времени и не посмотрел на календарь, но как настоящий русский мужчина спрятал подарочную коробочку в ящике с трусами за неделю до. Знал, что сестра обязательно напомнит о празднике. Анна еще поворчала, пощекотала подругу за ногу, но все таки ушла, предусмотрительно выпросив у генерала раздавать сегодня "важные" распоряжения от его имени. Хотя ее отряд слушался и без этого. Постель так и манила остаться на весь день. Тем более когда рядом лежала такая привлекательная девушка. Едва захлопнулась дверь, Дмитрий одним движением притянул Лэйн за талию и уткнулся носом в заднюю поверхность шеи. По утрам от девушки всегда пахло хлопком и кожей. Специально посопел, словно ежик, и оставил легкий поцелуй на скрытой от внешнего мира родинке. – Товарищ генерал, соблюдайте субординацию. Что-то твердое упирается сзади, снова вырубите прикладом? – хихикнула Лэйн. Ей все еще было немного непривычно от такой домашней нежности этого сильного и решительного мужчины, а потому она иногда разбавляла ее шуточками вроде этой. Дмитрий на это лишь прижался еще ближе, а затем и вовсе перевернул девушку под себя. Увидел знакомый румянец на щеках, хитрый взгляд и слегка потрепаные волосы, что лезли в лицо. Поцелуй сам собой опустился на ключицу, а после – на упругую грудь. – Еще одна такая шутка и подарка тебе не видать. Он подарит ей эту чертову коробочку, которую смастерил сам из картона и клея, в любом случае. Мужская рука скользнула вниз, отодвигая надоевшее одеяло, и ухватилась за девичье бедро. Лэйн от внезапно нахлынувшего возбуждения громко выдохнула и сложила запястья на крепкую шею, ближе притягивая к себе. Ей нравилось, как каждый раз он придавливал к постели и не предоставлял путей отступления. – Ты приготовил подарок? – Лэйн закусила губу и устремила взгляд в потолок. Боже, она ужасная девушка. Уловив напряжение, внезапно появившееся в ее теле, Дмитрий отлип от острых косточек внизу живота и приподнялся на локтях. Поймал пустой взгляд напротив. Моментально прочитав там всевозможные перенятые у него ругательства, Дмитрий поспешил уладить гнетущую тишину. – Лэйн, я не жду подарка в ответ. Девушка заинтересованно опустила взгляд на него. Немного расслабилась, но все же чувствовала вину. Она даже не подумала об этом. В ее семье редко устраивали праздновства, а Сибирь не приветствовала гуляния и без того разлаженного коллектива. Сюрпризы всегда казались чем-то далеким и непонятным. И даже когда Дмитрий ухаживал за ней, устраивал ужин при свечах и дарил женский крем для тела, девушка будто не осознавала, что должна давать в ответ что-то кроме себя и своей любви. Понимание накрыло неожиданно. – Мне достаточно того, что ты ждешь меня с работы каждый день. – Мужчина улегся рядом и потянул ее на себя. Лэйн уткнулась куда-то в область подмышки, старательно пряча лицо и влагу на глазах. – Отставить слезы. Ты слишком много сделала, чтобы сейчас думать о подарке. – Что я сделала? – словно птенец, Лэйн вынырнула из-под его руки. – Ты меня любишь. А я люблю тебя. Девушка немного подумала, посмаковала уверенные слова и согласно кивнула. Наверное этого и правда достаточно, если он так говорит – она верит. Но над подарком все равно нужно подумать, может успеет найти или выменять что-то? Голубые глаза все еще внимательно изучали реакцию, выискивали проблески грусти. Лэйн, заметив это, забралась на генерала, будто случайно шоркнула ступней по выпуклости в боксерах. Жилистые руки тут же легли на упругости ее тела. – Хочу все равно что-нибудь для тебя сделать. – выводила пальчиками морозные узоры на широкой груди. С свойственной ей томностью в глазах, наклонилась ближе и оставила едва различимое прикосновение губ на глубоком рубце. Лэйн слишком любила всего его, чтобы разграничивать фрагменты тела на красивые и не очень. Она восхищалась им целиком, проходилась поцелуями по шрамам, родинкам, синякам и ожогам. Не забывала про паутинки вен на сильных руках и полоску темных коротких волос, что начиналась от пупка и скрывалась за резинкой белья. Каждое аккуратное действие Лэйн сопровождалось хриплыми вздохами со стороны генерала и поглаживаниями по светлой макушке, которые неприменно выражали похвалу. Удивительно, насколько быстро ей удавалось обнулить его до заводских настроек и запустить внутри жгучее желание целовать и брать. Глаза цвета ночного снега уже прикрылись, полностью отдаваясь в опытные руки любимой девушки. Это был ее подарок, поэтому он не подталкивал, одергивал себя каждый раз, когда хотелось накрутить локоны на кулак, как обычно. Лэйн тем временем спустилась еще ниже, холодными пальцами проникла под мещающую ткань и потянула вниз, спустив до уровня колен. Твердый член так правильно лег в руку, и девушка провела ею вниз, распределяя смазку по всей длине, чуть сжимая. Дмитрий издал сдавленный стон. – Лэйн... – предупреждающе рыкнул мужчина. Девушка невинно улыбнулась и, убрав руку, провела языком по возбужденному органу, смакуя вкус. Не выдержав тяжелого взгляда, послушно обхватила его член губами, опускаясь к основанию. Широкие глубокие движения, только так, как любит генерал. Лэйн старалась, насаживалась быстрее, до пощипывания в обветренных уголках рта. Неприличные звуки, явно не подходящие под описание должностных отношений начальника и подчиненного, заполнили спальню. Солоноватый вкус на языке и сбитое к чертям дыхание Дмитрия кружили голову. В глазах темнело и казалось, что девушка сможет закончить сама лишь от осознания скорого оргазма любимого человека. Мужчина все таки не выдержал и ухватился за светлые волосы, сжав их в кулак до приятного натяжения в макушке. Лэйн осталась довольна подобной вольностью и медленно повертела бедрами, показывая это ему. Тонкая женская рука, что лежала на стальном торсе все это время, поглаживая, неожиданно опустилась вниз. Преодолела лобок и двинулась еще дальше. Лэйн хотела, но всегда стеснялась дотронуться его там. В ладонь легли тяжелые яйца и девушка, нахмурившись от неловкости, слегка сжала их. Массирующие движения выбили из мужчины рваные стоны. Почувствовав, что Дмитрий близок к финалу, она подключила горло и в пару движений головой приняла горячее семя. Лэйн остановилась, подождав, пока пульсация во рту утихнет. Сглотнув все до единой капли и облизнувшись, приподнялась. Мужчина провел рукой по взмокшему лбу и расфокусированным взглядом пробежался по ее лицу. – Просто иди сюда. Лэйн, довольно улыбнувшись, заползла в раскрытые обьятья.

***

Девушки надели праздничные платья, которые непонятно откуда выудила Анна. Удалось даже накраситься, хотя этого делать многие не умели. Мужчины так же приоделись в рубашки и начистили ботинки. Последнее заставил сделать Дмитрий, чтобы не ходили по гостинной Оксфорда в "грязных галошах". Сестра генерала действительно постаралась: гостиная была украшена пускай скромно, но по-домашнему, от души. Самодельная гирлянда у камина из картонных упаковок, вырезанные из желтой бумаги снежинки на окнах и небольшая елочка, за которую Анна готова была убить даже родного брата. Ребята так и не смогли узнать, откуда взялись советские игрушки и серебристый дождик, но поняли, что в этом явно замешана уголовщина и вымогательства. Стол, стоящий посреди гостиной, накрыли скромно. Немного вкусностей, чуть более свежие, чем обычно, консервы, и ворованый алкоголь. Когда стрелки часов отмерили без пяти минут полночь, отряд выстроился в круг у горящего камина и поднял граненые стаканы в воздух. – Предлагаю выпить за сохранение мира! – начал Грег. – Миров. – недовольно поправил Каин, закатив глаза. – И за наш отряд! – воскликнула Анна. Она игриво толкнула хмурого Ноа в плечо, отчего тот чуть не пролил свой горячительный напиток. – И за то, что мы не только живы, но и пытаемся жить. По-настоящему. – Дмитрий свободной рукой прижал Лэйн к себе за талию и оставил нежный поцелуй на светлой макушке. – Ура! По звон мутных стаканов и улюлюканья, генерал отсчитал 12 курантов и обозначил начало Нового года. Будет ли он последним – никто из них не знал. Но последнее о чем сейчас хотелось думать, так это о скорой кончине. Когда рядом неплохие люди, и пускай в обычной жизни они прошли бы мимо друг друга, когда любимый человек держит за руку, когда на секунду все переживания остаются там, в старом году. Подождав, пока праздничная суматоха утихнет и все поздравят тех, кого хотели, Дмитрий потянул Лэйн в сторону. Здесь, в полутени, никто не увидит его краснеющих щек и дрожащих рук. Блондинка непонимающе выгнула бровь, но увидев волнение обычно невозмутимого генерала, напряглась. Видимо, пришло время его подарка. Но что там за подарок такой, что нужно дарить поодаль от всех? Дмитрий несколько секунд смято молчал, подбирая нужные слова, а затем заглянул ей в глаза, будто контрольный раз взвешивая свое решение. – Я не знаю сколько осталось этому миру, но точно знаю, что до последней секунды хочу греть твои холодные руки, Лэйн. – Дмитрий почесал затылок и вытащил из кармана маленькую картонную коробочку. – Это глупо, но я подумал ты захочешь получить предложение в этой жизни. Лэйн несколько секунд посмотрела ему в глаза, будто убеждаясь в реальности происходящего. Моргнув, девушка протянула трясущуюся руку. Еще до того, как она стала замкнутым криптографом и жизненные обстоятельства свалились на ее хрупкие плечи ледяной глыбой, девушка хотела, нет, мечтала стать невестой. Мечтала о семье и о том, как будет ждать своего мужчину с работы. Сейчас это все казалось таким далеким и невозможным, что Лэйн была до мурашек благодарна Дмитрию. Хотя бы за возможность почувствовать мандраж и эйфорию. Пускай это действительно было немного глупо. Но даже если в следующую секунду от Луны отвалится последний кусок и база уйдет под землю, то она будет счастлива провалиться с ним за руку. И в статусе невесты генерала. – Я согласна. – прошептала она. Дмитрий улыбнулся и надел колечко на безымянный палец, следом поцеловав покрасневшие костяшки. Что говорят в такие моменты дальше – он не знал. И нужно ли вообще что-то говорить? – Откуда ты кольцо достал? – девушка чувствовала, как в уголках глаз собирается влага. Лэйн упала в обьятья генерала и вдохнула хвойный запах. – Это бабушкино. Они постояли так еще немного, до тех пор, пока Анна не заметила фамильное украшение на пальце подруги. Не зря она его хранила столько лет и старательно чистила содой пару недель назад. Находясь подле Дмитрия добрую часть его жизни, сложно было не заметить его скрытое желание когда-нибудь остепениться. Следом за Анной на интимный момент обратили внимание и другие. Ступор сменился искренней радостью и поздравлениями. – Что же это происходит... – запричитал Ноа. – Нужен священник. И торт мне стряпать что ли?