Либо сейчас, либо никогда

      «Есть намного больше слов, чем «я люблю тебя», но все они будут означать именно это. Потому я просто скажу, что люблю тебя».       Палец дрогнул, не сдвигаясь с места. Не в состоянии нажать на кнопку «отправить», Дилан хмурится и сглатывает ком в горле. Либо сейчас, либо никогда.       Удаляет весь текст и выкидывает телефон в сторону. Пару секунд грустно смотрит в пол, а затем накидывает на себя пальто, выходя из дома.       Улицы были красивы, очень даже, но сейчас вызывали одну лишь тоску. А солнце было ещё высоко в небе, обычно в такое время он недовольно щурился, прикрывая лицо ладонью, но смеялся, находясь в компании с Лололошкой. Сейчас его сопутствия одновременно хотелось и не хотелось. Хотя нет, хотелось определённо больше. И от этого только так на душе скребли кошки.       — Ты что-то хотел, Дилан? — мягко треся за плечо, окликают его сверху. Программист не сразу, но открывает глаза, оказываясь на пороге блогер-хауса. Он растерянно качает головой, удивлённо рассматривая чужое лицо. Он как будто его впервые увидел.       — Я... – сглатывает накопившуюся слюну автоматон и резко осознаёт, что даже придумать ничего не может: «Ха-ха, оказался здесь совершенно случайно!» – звучит так себе. Да и не совсем «случайно» он здесь очутился.       — Прости пожалуйста, — замечая резкую и слишком длинную паузу, Лололошка делает шаг назад, виновато улыбаясь, — меня Ричард позвал на фудкорт, ты просто вчера сказал, что занят будешь, вот мы...       А голову окатили ледяной водой... Точно! Он занят. Точно! У него дела. Точно! По самые уши. Но он тут. Хмурится несколько мгновений, а затем встаёт со ступенек, оттряхивает джинсы и поднимает на друга раззадоренный взгляд:       – Ох, чувак, это же хотел предложить, освободился вот-вот. – усмехается с собственной лжи Дилан, а после чувствует знакомое расслабление и покой. Так всегда было пока он рядом. И не сможет он упустить ещё хотя бы несколько мгновений перед уходом Лололошки «домой», чтобы не побыть вместе.       Из дома же показывается макушка Ричарда, которая только-только натягивала на себя шапку:       — Дилан! Так ты тоже будешь? — а после прокашлялся и улыбнулся шире, — Точнее, я уже думал, что ты на металлолом развалился с Солусом.       — Мечтай.       Лололошка расплылся в легкой улыбке, оглядывая двоих друзей. Спустя секунду уже схватил их за запястья, когда они уже начали передразниваться, и потащил в сторону машины.       — Знаешь, Ло, я до сих пор очень ценю твое рвение помогать, а так же то, что ты всего за день получил права, но проблема как раз в том, что ты всего за день и получил эти права. Может в этот раз на такси?       – Эй, Ричард, ты смеёшься надо мной? — сразу изгибает бровь Лололошка, а Дилан с Ричардом начинают хохотать.       – Прости, Ло, но да, такое ощущение, что мы вот-вот влетим в какую-то ограду или навстречку, а после размажем свои мозги по лобовому и капоту. — отдышавшись после продолжительного смеха, выдавливает Дилан.       — Ну и ладно. — наиграно обиженно закатывает глаза Ло, но уже после нескольких секунд раскалывается и начинает хихикать, — Хорошо, что экзаменаторы были пьяные.       — Были ЧТО-?! — Ричард ошарашенно раскрывает рот и оборачивается то на Ло, то на Дилана, — Ты знал?!       — Что? Нет! Ло, что за херня?       Лололошка только невинно захлопал глазами, показывая, что он, якобы, не при чем.       — Да ты магнит всякого дерьма. — нервно смеется Дилан. Боже, он его больше за руль не пустит. Помнит он ещё, как Лоло на острове разъезжал в последний день их пребывания там. Сейчас, правда, ездил он как пассажир с Ло здесь всего раза два-три, но этого ему хватило, чтобы понять, что тот ездит как ненормальный, будто совсем жизнь не дорога. Когда просил притормозить – тормозил, но проходило пять минут – снова девяносто километров в час! Да куда он так летит?       — Зато права за вечер залутал. — подмигивает Лололошке, наблюдая за тем, как Дилан открывает нужное приложение и за пару кликов вызывает такси.       — Скилуха. — хмыкает Ричард, хлопая Ло по плечу.       Такси они дожидаются довольно быстро. Парочку раз толкнули друг друга, перед тем, как обернуться на... Розовый кабриолет?       — Солус, ты что тут вообще делаешь? — чуть ли не роняят телефон из рук автоматон, разглядывая своего учителя.       — Такси заказывали? — приподнимая свои солнцезащитные очки-сердечки коситься на них Саймон.       Лололошка и Ричард молча переглядываются и снова смотрят на Саймона Солуса, одновременно произнося:       —...Да.       — Усаживаемся значит, ребятки. — снова кладёт очки на переносицу, закидывая ногу на ногу, ожидая, когда те сядут по местам.       — Ты переднюю дверь заблокировал, дай сесть. — недовольно хмурится Дилан, складывая руки на груди.       — Пассажиры сидят на заднем сиденье.       Программист недовольно цокает и садятся рядом с Ричардом (тот уже уселся) назад. А после наблюдает за тем, как Саймон подмигивает мироходцу, открывая дверь машины и пропуская его внутрь. Дилан в непонимании открывает рот, а после фыркает и недовольно закатывает глаза. В итоге просто улыбается, засматриваясь на вьющиеся на ветру волосы друга.       — Саймон Солус, вы же директор J-company, зачем вы тут... — криво улыбается Ло, когда тот достаёт из бордачка трубку и засыпает в нее немного табака, зажигая, а после нажимает на педаль газа.       — Понимаешь, Лололошка, таксую для души. — выдыхает дым он.       Остальное время они лишь молча наблюдали за Солусом, который включил на радио шансон и стал рассказывать точно-не-выдуманные истории из жизни. Тогда Дилану показалось, что в трубку тот засыпал явно не табак.       Дилану стало особенно неловко, но вместе с этим тягучее беспокойство отпустило, давая расслабиться в компании друзей. Но продлился его покой не долго. Присев за крайний столик, выложили накупленное, стали постепенно укладывать себе в рот, болтая ни о чём.       Вроде и ничего не происходит, всё хорошо, всё как раньше, всё даже лучше... А на деле только и смотрит на Лололошку, который изредка съедает по одной картошке-фри, запивая апельсиновым фрешем. Он не то, чтобы не моргал, смотря на него, но моргать и в правду не хотелось. Он пялился. А Лололошка либо усердно этого не замечал, либо не хотел замечать. На самом деле Дилан почти уверен в том, что Ло всё понял. Но не знает от чего он тогда ничего не говорит. Всё ведет себя абсолютно так же, также и отношение к нему не изменилось... Ну дураком быть нужно, чтобы такого не заметить!       И Лололошка то ли им притворяется, то ли правда дурачьё.       Когда вилка аккуратно выпадает из рук автоматона, то Ричард краем глаза косится на него, строя такое озадаченное лицо, будто это не он вовсе. Лололошка же только растерянно хихикает, заставляя Дилана прийти в себя и спохватиться, тут же замяться и снова взять прибор в руки, загребая в рот салат.       Повисло неловкое молчание.       Ричард нервно улыбнулся и продолжил болтать о своём. Ло же отвёл взгляд в сторону, лишь бы в его поле зрения не попал автоматон. Пытался тем самым не заставлять друга нервничать. Дилан же точно убедился в том, что тот всё знает.       Это мгновенно его поразило на повал. Лололошка, безупречно, его хороший, он бы даже сказал лучший, друг, но... Неужто это именно та грань, которую Ло не может позволить себе перейти? Хотя чего это он? Он сам не может через неё переступить.       Провожая друзей, он останавливается на пороге блогер-хауса, где ему изнутри машет Брай и Клео, молча улыбается Тим и кидает короткое привет Глен. Ричард с горем попалам поднимается по лестнице, желая лишь прилечь на кровать после долгой и насыщенной прогулки, а Лололошка оборачивается на Дилана.       «Либо сейчас, либо никогда». — снова сжимает ладони в кулаки, впиваясь ногтями в собственную кожу. Прикусывает губу, понимая, что уже ставил себе такой ультиматум. Поставил и проебал.       — Дилан, спасибо. — разрезает поток чужих мыслей тёплый голос парня. Он щурится, приподнимая свои очки на лоб и ярко улыбается. У Дилана перехватывает дух, и он лишь сильнее сдавливает кулаки.       — Без проблем, бро. А за что? — сначала просто кивает и одаривает его ответной улыбкой, но затем сбивается и она становится неестественно натянутой. – Что-то случилось?       – Просто спасибо. — складывая бровь домиком, Лололошка натягивает очки обратно и разворачивается, уходя внутрь.       Автоматон ещё пару секунд смотрит на закрытую дверь и его окатывает холод. Несмотря на ту теплоту и заботу, которые источает Ло, Дилану приносит он лишь дрожь в коленях от зноба и мороза. Он будто наркоман – упал в дофаминовую яму, и ему нужно больше. Не нужны ему эти дружеские ласки, ему нужно больше. Не нужны ему эти дружеские посиделки, ему нужно больше. Не нужны ему эти дружеские взгляды и улыбки, ему нужно больше. Хочет, чтобы Лололошка смотрел на него также, как и он на него. Хочет, чтобы мог к нему прижаться и без зазрения совести обнять и вовсе не по-дружески. Хочет схватить за скулы, поднять на себя эти усталые глаза и расцеловать всё веснушчатое лицо. Хочется от Лололошки любви, а не вот этого всего.       От нахлынувших чувств ощущает стыд и злость. Пинает первый попавшийся камень и с тоской на душе сначала пятится назад, а после и вовсе в темпе уходит от туда, пытается выбросить из головы, как будто это просто ужасный кошмар. Но даже, если бы это было сном, всё равно самой яркой частью там бы был Ло. И если бы это было бы сном, он бы не смог его забыть. И он не сможет жить, если это простой сон.       Хаватаясь за чужое запястье и в панике хватаясь за одежду, Дилан тянет Лололошку на себя. Ричард не отстаёт. На глазах выступают горькие слёзы, которые неивомерной болью отдаются в груди в районе сердца. На лбу выступает холодный пот и люди оборачиваются на них, с непониманием достают телефоны и начинают фотографировать, а Лололошка всё также улыбается, хоть и видно, что до невозможности нервничает:       — Я обещаю, что никогда не забуду вас!       И силы почти на исходе, руки тоже потеют и не могут держать крепче. Ладони у Ло тоже потные, он волнуется. Дилан заметил, что тот вообще слишком часто волнуется. У него всегда в такие моменты руки мокрые. Он их в карманы прячет, за спиной, постоянно о брюки и куртку вытирает... Сейчас вытереть не может и вся душа нараспашку.       «Либо сейчас, либо никогда». — тяжело дышит Дилан, чувствуя, как друг ускальзает из их рук.       Ричард потешно вздыхает и хрипит, отпуская руку Лололошки. Дилан же ещё несколько секунд пытается ужержать его в своих руках, но чуть ли не падает на землю, чувствуя, что резко лишился опоры.       Взглядом провожает исчезающего в дали друга. Жалко, что друга. Переглядывается с Ричардом и стирает с щеки слезу, начиная махать Ло вслед. Это была последняя их встреча, но он сделал всё возможное для того, чтобы она длилась так долго, насколько в его силах. В моменте понимает, что то самое «никогда» только что наступило.       И по одним губам Лололошки, который всё дальше и дальше, но одновременно больше и больше (наверное это пространство искажается), читает ранящие сердца слова:       «Я не мог оставить любить себя тебе».       И тут же он всё понял. Лололошка всё знал. Да и знание это настолько глупое и банальное, что на душе разливается вина.       Лололошка не хотел, чтобы его любили.       Дилан никогда не скажет, что любит его.