Финальный аккорд безумия

      Лейя проснулась в седле и посмотрела на папу — тот с угрюмым видом правил лошадью и на пробуждение дочери никак не отреагировал. Девочка заёрзала на месте, привлекая к себе внимание, и выглянула из-за его плеча, чтобы посмотреть на дорогу. Мимо проплывали серые неровные стены отвесных скал, поросших мхом и лозой. Позади ехали Ларс и Алисан, выглядящие как-то напряженно. То и дело бросали друг на друга косые недобрые взгляды. Лейя тоже глянула на хускарла с нескрываемым презрением, надула губы, отвернулась и устроилась поудобнее в седле подле папы — кажется, до Фолкрита ехать ещё очень далеко. Коней галопом специально не пускали, чтобы поберечь силы животных. Недавно всадники миновали Старый Хролдан, где останавливались на ночлег. День ещё не клонился к закату, но в ущелье сделалось совсем мрачно — летнее солнышко, так радовавшее Лейю, скрылось за облаками.        Девочка вдруг вспомнила маму, и тут же захотелось плакать. Перед глазами застыло видение из недалекого прошлого — мрачный, пропахший сладкими удушливыми маслами, холодный Зал мертвых в Маркарте. Деревянный гроб в черной нише, выдолбленной в камне, один среди многих таких же, но этот — особенный. Папины слова, произнесенные безжизненным голосом: «Это Иви… твоя мама. Она погибла и теперь лежит здесь. Прости меня, дочка». Лейя тогда не сразу поверила, хотя её маленькое сердечко подсказывало, что папа не врет. Глаза до сих пор горели от слез, а горло саднило от отчаянного крика, которым тогда наполнился жуткий склеп. Поэтому теперь надо постараться изо всех сил помочь отцу вернуть хотя бы Хьялфи, а для этого отправиться с ним в Рифт на поиски разбитого шара, оказавшегося артефактом злобной Владычицы Кошмаров.       Лейя снова обернулась на Ларса с подозрением, ей не нравилось его присутствие. С ним будто что-то было не так. Малышка боялась, что он действительно может навредить Алисану, несмотря на обещание легионера помочь.       В общем, никто не доверял этому Сыну Битвы, оттого всю дорогу путников преследовало тяжелое молчание.       Скоро от тоски и непрекращающейся качки в седле Лейю снова сморил сон, она задремала, но явившееся видение на сей раз было смутным и тревожным. Даже ребенок почувствовал, что вот-вот произойдёт нечто плохое, несмотря на то что суть происходящего во сне ускользала от понимания. Образы и предчувствия крутились в основном вокруг ощущения, будто кто-то приставил ей нож к горлу. Вздрогнув, девочка проснулась и прижалась к отцу, чтобы убедиться, что она в безопасности.       — Эй, ты чего это? — удивился Ворстаг, положив ладонь дочке на голову и погладив взлохмаченные волосы.       — Сон плохой, — Лейя уткнулась носом в папину грудь, крепко зажмурилась.       — Это бывает, — он сочувственно кивнул. — Не бойся! Мы тебя в обиду не дадим! — он тепло улыбнулся своей малышке, обнял её одной рукой, и девочке стало чуть спокойнее. Правда же, ей доводилось видеть сны и пострашнее, как например в доме родителей Алисана, до того как она нашла тот шар.       Алисан поравнялся с ними на дороге и обеспокоенно глянул на Лейю.       — У вас всё в порядке? — поинтересовался он.       — Да, просто дурные сны, — ответил за девочку отец. — Ничего страшного… То есть… Ну… сам понимаешь…       Легионер подбадривающе улыбнулся малышке, но в его глазах застыла скорбь.       — Понимаю. Я и сам пережил подобное. Дважды, — он горько усмехнулся и вернулся к Ларсу.       Лейе нравился Алисан, но она не знала, что ему сказать. Даже с ним ей больше не хотелось разговаривать и шутить. По крайней мере, сейчас.       — Мы приближаемся к развилке, — напомнил Ворстаг, обернувшись на попутчиков. — Вы хотите сразу ехать в Вайтран?       — Да, не вижу смысла терять время, — откликнулся Алисан.       — Вот именно! — отозвался Ларс. — В Рорикстеде я тоже не могу остановиться… Меня сразу схватят люди Нелкира.       — Вот как? Люди Нелкира? — наёмник ещё раз в сомнениях обернулся. — То есть ты теперь точно не один из них?       — Всё ещё не веришь мне? — огрызнулся Сын Битвы.       — Спокойно, Ларс, — вмешался в разгорающуюся перепалку Алисан. — Ворстаг просто тебя проверяет!       — Я уже всё понял, — пробурчал он.       — А я тебе всё равно не верю! — звонко высказала Лейя и погрозила хускарлу кулаком. — Только попробуй навредить Алисану, я тебе задам! Не смотри, что я маленькая!       Её отец коротко усмехнулся, прошептав:       — Молодец! Так его…       Легионер не сдержал усмешки.       — С такой защитницей мне ничего не страшно! — весело крикнул он Лейе.       — Везет… — выдохнул Ларс.       Лейя навострила уши.       — А что? Разве у тебя не было друзей, а семья тебя не защищала? — поинтересовался Алисан.       — Когда я был чуть старше Лейи, одна девчонка по имени Брейт постоянно меня колотила и вымогала деньги, а отец и дед… они в основном требовали, считали меня просто трусом, из-за того, что я не мог дать ей отпор. Я должен был соответствовать статусу семьи, понимаешь? — Сын Битвы сделал паузу, будто задумался. — Наш род известен во всем Скайриме. Любая моя ошибка — позор для всей семьи.       — М-да… Трудно, оказывается, быть богатым и родовитым… — в задумчивости протянул Алисан. — Не то, что сиротой в Данстаре, вынужденным разносить еду шахтерам, чтобы трактирщик позволял спать в таверне и кормил два раза в день.       Лейя испытала некоторое подобие сочувствия к Ларсу после его слов, но это вовсе не прибавило к нему доверия. К тому же, Алисан был прав. Она не представляла, каково это остаться сиротой, без родителей, да ещё и в чужом городе, в другой провинции, а теперь, потеряв маму, могла лишь наполовину догадываться, что чувствовал тогда редгард.       Вскоре путники остановили лошадей на развилке, около дорожных указателей. Со стороны Рорикстеда мимо пронесся всадник, и Ларс отвернулся, пряча лицо. Незнакомец странно глянул на Лейю, но вскоре умчался прочь по дороге. Ворстаг проводил его недобрым взглядом и цыкнул зубом. В итоге, все поехали в одну сторону, по направлению к Вайтрану, сделав недолгую остановку — размять ноги и утолить жажду.       Облака совсем затянули небо. Ветер сулил непогоду, а где-то вдали сверкали всполохи молний, хотя грома не было слышно. Лейя поёжилась, глядя на тревожный небосклон, на фоне которого золотистые поля казались особенно яркими.       — Затемно не успеть, — заключил Ворстаг, всматриваясь вдаль. — И погода скоро испортится. Я бы на вашем месте заночевал в Рорикстеде, — обратился он к парням.       — Нет! Там же стражники! — запротестовал Ларс.       — Ну, и кто из нас теперь опасный преступник? — язвительно поинтересовался легионер.       — Ладно, не нервничайте, у меня есть идея, — сурово сказал наёмник. — Едем в сторону Фолкрита до старой лесопилки. Если ускоримся, успеем туда к ночи. Там можно будет остановиться на привал, а завтра разделимся.       — Это там, где мы нашли труп? — решила уточнить Лейя, выслушав папино предложение. Ларс в ужасе взглянул на девочку, а брови Алисана вопросительно приподнялись.       — Долгая история, — отмахнулся Ворстаг. — Это было перед тем, как оборотень сожрал нашу лошадь. Зато! — поспешил добавить он, видя нарастающий ужас на лице хускарла и хмурое выражение Алисана, медленно положившего ладонь на гарду клинка. — Там нет стражников и есть крыша, чтобы переждать непогоду. Как вам?       — Я не хочу быть сожранным оборотнем, — высказал Ларс.       — Ты же не лошадь… — Алисан посмотрел на него, как на дурака. — Даже ребенок не боится, а ты уже и в штаны наложил? Как ты вообще стал хускарлом? Тебе, может, родители оплатили теплое местечко у пяток ярла, чтобы не опозориться на весь Скайрим?       — Заткнись! — Сын Битвы замахнулся на редгарда. — Я учился фехтованию у лучших мастеров!       — За родительское золото… — ядовито прошипел легионер.       — Так, хватит! — вмешался Ворстаг, хотя Лейя не понимала, почему папе это не нравится. Она всецело была на стороне Алисана.       — Я тебе говорил, Алисан, уже не раз, — грозно высказал наёмник. — Не устраивай тут провокаций! Ты прямо вылитый Эрандур! Он тоже мастерски играл на моих нервах, но всегда знал, когда остановиться! И вот сейчас как раз такой случай, когда надо рот закрыть! А ты, хускарл, если думаешь, что мы будем с тобой нянчиться, то можешь ехать к своему ярлу на плаху прямо сейчас! Вот он счастлив-то будет! И нам с тобой мороки меньше!       После гневной тирады старшего все пристыженно замолкли. Лейя ждала, стоя у обочины дороги, и чувствовала усиливающийся ветер, треплющий её волосы. Налетевший холодный порыв пригнул травы к земле, пение птиц внезапно затихло. Вся природа затаилась перед большой надвигающейся бурей. Вдалеке долговязый великан с дубинкой на плече следовал за мирно бредущим впереди огромным мамонтом.       — Поехали, — буркнул Ворстаг, тоже заметив гиганта, и усадил дочку в седло. — Если вы не с нами, валите, куда хотите!       Навстречу двигались трое нордов, по виду торговцы или фермеры, один из которых вел под уздцы лошадь, запряженную в повозку.       Девочка с надеждой взглянула на Алисана, и тот сразу забрался в седло. Ларс пару мгновений помешкал, прежде чем принять решение, но вид великана и приближающиеся со стороны Вайтрана люди теперь его настораживали, и почти сразу он последовал за уезжающими спутниками. Ветер подгонял всех в спину.       С тракта, ведущего прямиком к Вайтрану, путники свернули направо, к густым фолкритским лесам, более привычным Лейе, чем равнины, горы и пугающие двемерские города. Здесь, среди огромных разлапистых елей и высоченных сосен, она чувствовала себя спокойнее, чем где бы то ни было.       И когда кони вечером остановились у лесопилки, замершей на берегу Илиналты, Лейя грустно улыбнулась сквозь усталость. Отец снял её с лошади, и девочка осмотрелась перед уже знакомым домом.       Тучи их не догнали, улетели на северо-восток, остановленные горной грядой, высящейся позади озера. По озерной глади скользили тусклые блики заката, совсем не то, что было в тот прекрасный день, когда они с папой рыбачили, а мама и Хьялфи ждали их дома. Лейя ощутила, как снова в горле застревает тяжелый болезненный ком и становится трудно дышать.       Алисан и Ларс тем временем спешились и привязали коней у дома.       Ворстаг зашел внутрь первым и быстро осмотрелся, сообщив:       — Все чисто. Добро пожаловать! — он оставил дверь открытой, и парни зашли следом за ним.       Лейя прогулялась вдоль берега, продолжая смотреть на воду, вспоминать, как сама ловила рыбу, пока папа не позвал её.       — Милая, где ты? Иди в дом!       Девочка, будто спохватившись, побежала к двери. Теперь внутри было не так страшно, только засохшие бурые пятна напоминали о том, что здесь недавно находился растерзанный монстром труп.       — Ну и жуть, — Алисан поежился. — Воняет тухлыми овощами…       — Кто бы мог подумать, что ты такой неженка, — Ворстаг фыркнул. — Или это общение с богатыми и родовитыми тебя испортило?       — Очень смешно, — легионер открыл окно. — Пусть хоть выветрится.       — Здесь есть кресало? Огонь бы развести, — Ларс привстал на колени около очага, шаря руками вокруг.       — У меня есть, — ответил Ворстаг. — Я этим займусь, а ты за хворостом лучше сходи. В доме ни одного полена.       Ларс поднялся и вышел, а Лейя, всё ещё подозревая, что хускарл может сделать что-то плохое, решила за ним проследить.       — Я нарублю дров, — произнес Алисан за её спиной. — Колун тут есть?       — Дочка, ты куда это? — отец вдруг окликнул девочку, стоящую на пороге и намеревающуюся ускользнуть вслед за ушедшим в лес Ларсом.       — Я тоже хочу хворост поискать. Можно, пап?       На лице Ворстага на пару мгновений отразилась задумчивость.       — Ладно, только далеко в лес не уходи. Чтоб сразу пришла, как я тебя позову, понятно?       Лейя с улыбкой кивнула и выбежала из дома, сразу заметив фигуру Ларса, бродящего среди деревьев на другой стороне дороги в поисках хвороста. Алисан вышел из дома вслед за Лейей, в его руках лежал колун. Легионер сразу направился к рубочной колоде, а девочка бродила по пустому двору, вспомнив, что тут раньше были куры, а теперь почему-то ни одной не осталось. Может, разбежались? Или их лисы растащили?       Смеркалось. Ларс исчез где-то в лесу, и Лейя поспешила за ним. Страшные тени древесных стволов безликими чудищами обступали малышку. Шорохи в травах и хруст ветвей под ногами пугали, но все равно девочка, сжав кулаки, дошла до обочины, в туда, куда ушел Сын Битвы.       Внезапно Лейя заметила, что по дороге к лесопилке со стороны Фолкрита кто-то бежит, и замерла, вглядываясь в нечеткую движущуюся фигуру. Когда она приблизилась, стало понятно, что это женщина.       Малышка почувствовала уколовший сердце страх, несмотря на то что эта незнакомка выглядела перепуганной и жалкой. Старое льняное платье, неровно лежащее на её плечах, было окровавлено и порвано снизу, волосы растрепаны, а в глазах плескался ужас. Может, она встретила того жуткого оборотня, который в тот раз съел лошадь?       Увидев девочку возле лесопилки, женщина вдруг остановилась на мосту и вскрикнула.       — Нет! Нет, пожалуйста… — взмолилась она, падая на колени и заламывая руки.       Лейя перепугано смотрела на нее и не понимала, что ей делать. Наверное, этой несчастной нужна помощь.       — Эй! В чем там дело? Лейя, кто там? — раздался голос Алисана со стороны дома. Малышка подумала, что женщине должно быть плохо и несмело подошла ближе, чтобы узнать, в чем дело.       Незнакомка теперь валялась на мосту и корчилась так, словно у нее очень болел живот. Она обхватила себя обеими руками и навзрыд плакала.       — Тётя, что с вами? — робко спросила девочка, приблизившись и протянув к ней руку.       — Лейя! Иди сюда! Быстро! — крик Алисана раздался очень непривычно, испуганно, а Лейя вдруг заметила, что тело незнакомки будто начало увеличиваться, платье затрещало по швам, плечи покрылись шерстью, выбившейся из-под кожи в одно мгновение. Девочка отдернула руку и попятилась. Голос женщины огрубел, плач превратился в звериный рык, руки удлинились, а на пальцах появились острые вытянутые когти вместо ногтей. Лейя не поверила своим глазам — перед ней на задние лапы поднялась огромная черная волчица с острыми ушами и клыкастой пастью, обрывки одежды упали с покатых плеч. Желтые глазищи горели недобрым огнем, и она видела перед собой уже не ребенка, а жертву.       Оборотень зарычал и замахнулся лапой, мир для Лейи ненадолго застыл, она зажмурилась и тут же почувствовала, как её ноги оторвались от земли, но удара и боли не последовало. Кто-то понес её прочь от моста. Совсем близко она услышала крик Алисана.       — Ворстаг! Скорее! Сюда! На помощь!       — Проклятье! Настоящий оборотень… Никогда их не видел! — нервно приговаривал уносящий девочку прочь Ларс на бегу.       Лейя вдруг осознала, что именно хускарл только что спас её, вытащив прямо из-под когтей чудовища. Ворстаг выбежал из дома с топором и подожженным факелом, обезумевшие от страха лошади пронзительно ржали и рвались с коновязи. Сын Битвы с Лейей на руках пронесся мимо него, затащил девочку в дом и усадил на стул возле очага. Малышка чувствовала, как кровь грохочет в ушах от ужаса, а её спаситель выглядел ничуть не менее растерянным. Рык оборотня, разорвавший ночную мглу, заставил её вскрикнуть.       — Не выходи из дома… Запри дверь! — дрогнувшим голосом сказал ей Ларс. — Я… я должен им помочь! — он вытащил из ножен свой клинок и выбежал за дверь.       Лейю трясло, но она не смогла усидеть на месте, слыша, как ревет проклятый зверь и как кричит её папа. Она обняла себя за плечи, потихоньку сползла со стула и, встав, ощутила, как дрожат коленки. Так на ослабевших ногах девочка добралась до двери и, вместо того чтобы запереться, приоткрыла её.       В темноте метался огонь зажженного факела, топор Ворстага кромсал покрытую шерстью плоть, а сам наёмник едва уворачивался от лап и когтей чудовища. Алисан валялся на земле неподалеку от дома, а Ларс крутился с мечом наголо и время от времени подскакивал к чудовищу для удара. Насколько могла оценить Лейя, фехтовальщик из него и правда был умелый, иногда у него получалось сделать быстрый скользящий выпад и ранить зверя, но, казалось, ни сталь, ни пламя не наносят оборотню серьезного вреда. Звериные рефлексы срабатывали молниеносно, подступиться к нему было непросто.       Развернувшись, гигантский зверь наотмашь ударил Ворстага когтистой лапой и тот упал ничком. Лейя увидела на когтях чудовища папину кровь, и из её груди вырвался отчаянный перепуганный визг, пронзивший ночь. Волк навострил уши, резко повернул морду на звук, а в тот же самый миг, улучивший момент для атаки Ларс вогнал свой стальной клинок оборотню в шею. Зверь захлебнулся собственной проклятой кровью и начал заваливаться набок. Ларс рывком выдернул из него меч и ударил снова, целясь прямо в сердце. Поверженный оборотень рухнул наземь возле лежащего Ворстага, и как только Лейя поняла, что угроза миновала, тут же бросилась к отцу.       Хускарл опустил меч, его руки чуть подрагивали, а ноги подкосились. С губ сорвалось тихо ругательство.       — Папа! Папа! Ты живой?! — Лейя залилась слезами, тормоша папу за плечо. Он не отзывался, но дышал — кажется, был сильно оглушен.       — Иди в дом… — сдавленно прохрипел Ларс, но девочка и с места не сдвинулась. Туша оборотня её нисколько не пугала, она гораздо больше боялась за папу и Алисана. Она и не подумала, что Сын Битвы тоже мог пострадать, хотя выглядел он неважно. Ворстаг заворочался на земле, что-то невнятно простонал.       — Живой, хвала богам… — с облегчением выдохнул Ларс, тяжело поднимаясь. Лейя неотрывно глядела на отца, который приоткрыл глаза и посмотрел на дочь, вяло улыбнувшись.       — Сходи проверь, как там Алисан, — прошептал он едва различимо. Малышка, заливаясь слезами, кинулась к легионеру. Тот лежал почти у самого дома, на спине, его глаза были закрыты. Девочка села рядом с ним, наклонилась к лицу и едва сдержалась от крика радости. Дышит! Похоже, оборотень отшвырнул его, и Алисан ударился головой.       — Он жив, — плача, ответила Лейя. Ворстаг с трудом присел, держась за голову, осмотрел валяющуюся перед ним мохнатую тушу.       — Ну и дела… Откуда вообще взялась эта тварь и… — он перевел взгляд на хускарла. — Спасибо тебе, Ларс, что спас мою дочь.       Сын Битвы попытался небрежно отмахнуться, но скрючился, словно его сковало острой болью. Он упал. Лейя только теперь заметила, что его плечо разодрано в клочья. Когда оборотень замахнулся лапой, чтобы ударить девочку, Ларс оказался рядом и подставился под смертоносные когти, а Алисан, наверное, сразу напал на зверя с колуном и тут же был отброшен. Девочка подбежала к хускарлу, и ей впервые стало по-настоящему страшно за него.       Отец подполз к нему на коленях и осмотрел рану.       — Не смертельно, но очень паршиво. Надо перевязать чем-нибудь, — заключил он. — Лейя, найди парочку чистых тряпок в доме, лучше одежду или простынь. И… успокойся, все позади.       — Да, пап, — девочка всхлипнула. На её маленькие плечи вновь легла очень важная миссия — спасти всех пострадавших мужчин.       Она порылась в шкафах, нашла в ящике старую, но по виду вроде чистую льняную рубаху, принадлежавшую, должно быть, убитому владельцу лесопилки, и тут же отнесла находку отцу. Он оторвал от одежды лоскут и быстро и умело перевязал плечо Ларса. Лейя наблюдала за его действиями и держала догорающий факел, чтобы подсветить.       Потом Ворстаг по очереди затащил Ларса и Алисана в дом и разместил их на полу возле очага. Лейя устроилась на стуле и обхватила себя за плечи, не веря, что всё закончилось. Ларс очень быстро уснул, наверное, потерял много крови.       — Ты голодна? — спросил наёмник у дочки. Лейя хотела есть, но ничего не попросила. Ворстаг молча и настойчиво вручил ей кусок солонины, от которой всегда потом ужасно хотелось пить, и девочка принялась покусывать жесткое, не очень вкусное мясо.       — Что произошло? — раздался в тишине голос очнувшегося Алисана.       — Хорошо, что этого не видят твои родители, — проворчал Ворстаг, покосившись на редгарда. — Один удар и ты уже в отключке. Перед хускарлом даже как-то неудобно. Ведь это он оборотня прикончил.       Алисан только хмыкнул и спросил:       — Лейя цела?       — Да. Вот сидит. Ты сам-то как? Пить хочешь? — Ворстаг протянул ему меха с вином.       — Голова кружится, — Алисан взял меха и немного пригубил.       — Тогда не налегай на вино! — предостерег его наёмник.       — Сам же мне его дал!       Лейя доела мясо, запила водой и ощутила, что невероятно устала сегодня. Только пережитый страх не давал ей сомкнуть глаз.       — Завтра наши пути разойдутся… Попробуй не помереть, сын архимага… — сквозь надвигающийся сон бормотал Ворстаг.       — Ты тоже, папаша…