Финальный аккорд безумия

      Брелина, щурясь от летящего в лицо мокрого снега, мрачно оценила предстоящий ей путь и поежилась, несмотря на то что холода больше не чувствовала. Примерно пару часов назад они с Эдрианом на Одавинге приземлились неподалеку от Драконьего Моста, чтобы из замка Волкихар никто не видел дракона. Уповали на то, что шпионы вампиров не рыщут посреди дня на побережье. После этого Эдриан отправился в Вайтран помочь Алисану, но обещал вернуться через день с драконами, чтобы ждать условного сигнала от Брелины.       Данмерка, которая не хотела оставаться вампиршей на всю оставшуюся вечность, в сомнениях посмотрела на хлипкую лодочку, прижавшуюся к обледенелому покосившемуся причалу, наполовину ушедшему под воду. Покрытая солью и наледью веревка примерзла к бревнам и напоминала в отчаянии протянутую руку.       От берега и до самого горизонта, укрытого плотными тучами, раскачивалось штормовыми волнами Море Призраков. Кое-где белели среди кажущейся черной, жуткой воды, рассыпанные островки. На самом большом из них, как раз напротив причала, возвышался древний замок с круглыми башнями. Его темный силуэт позади пелены летящего снега вызывал тревогу.       Во тьме его коридоров затаился опаснейший враг, угрожающий всему миру.       Брелина осторожно приблизилась по пирсу к лодке, но сразу поняла, что садиться в нее — глупо. Море было слишком неспокойным, чтобы доплыть без происшествий, а еще она на самом деле понятия не имела, как правильно грести. Зато волшебница превосходно владела магией и, в частности, заклинаниями Хождение по воде и Левитация. Первый вариант из-за волн показался неподходящим, поэтому Брелина призвала чары, которым всех Телванни обучали чуть ли не с детства, и медленно пошла по воздуху, ощущая его под ногами, будто твердую ровную поверхность.       Данмерка поднялась достаточно высоко, чтобы пенящиеся гремящие волны не касались даже её подошв, и, преодолевая расстояние до цели таким образом, задумалась о том, как её примут. Она уже придумала, что сказать о смерти Ферана Садри — вернее, знала, кого в ней обвинить. Но поверят ли её лжи? Могут ли вампиры чувствовать это?       Со времени обращения чувства самой Брелины невероятно обострились, она могла даже учуять следы крови издали, улавливала самый тончайший запах пота — люди стали чем-то вроде добычи для её оскверненного тьмой разума. С другими вампирами, кроме Садри, она не ещё общалась, но поскольку тот не предвидел её действий и не почувствовал опасности перед смертью, оставалась смутная надежда на то, что и сейчас ей удастся скрыть свои истинные намерения.       Если только клану вампиров не покровительствует Молаг Бал, который вполне способен прочитать мысли новообращенной нежити.       Брелина всегда, сколько себя помнила, почитала только Азуру. Ей были безразличны прочие даэдра и даже аэдра, несмотря на то что их с Эдрианом союз по нордской традиции был заключен в храме Мары.       Но также она знала, что даэдрические принцы крайне непостоянны в своем покровительстве. Они одаривают благосклонностью так же легко, как и предают.       Стены замка Волкихар и первая сторожевая башня, стоящая на самой окраине каменистого острова, стали гораздо ближе. Данмерка достала из кошеля на поясе зелье магии и восполнила силы, не отрывая взора от цели.       Могущественный лорд-вампир Харкон ждёт её там. Брелина даже не представляла себе, как он выглядит. По описаниям Эдриана, он должен в чем-то походить на норда. И если она объяснится, то он должен принять её в новую вампирскую семью, в качестве заложницы или союзницы, что выяснится на месте. Некоторое время придётся провести там и попытаться найти Серану, хотя сама мысль — искать новую девушку своего мужа — казалась Брелине ироничной. Она старалась не заостряться на моральной стороне вопроса, в её жизни тоже было много недопониманий и неудач, но все же хотелось горько посмеяться.       Эдриан, этот грубый мужлан, лесоруб, который в их последнюю встречу ненавидел вампиров так сильно, что поклялся их истребить, умудрился втрескаться по уши в Дочь Хладной Гавани!       Водная гладь под ногами сменилась крутым каменистым берегом. Брелина медленно опустилась на землю и выдохнула. На преодоление такого пути ушло очень много сил, и она вдруг ощутила сильный голод. Впервые с того момента, когда ей пришлось убить, чтобы насытиться. Все мысли обратились к крови. Возможно, жажда поможет ей скрыть свои намерения, но теперь её разум окутывала кровавая пелена. Даже лежащая перед ней дорога к замку стала казаться нечеткой.       Данмерка прошла мимо возвышающейся справа сторожевой башни и посмотрела наверх — никого. После направилась к мосту, на парапетах которого с обеих сторон замерли четыре гаргульи. Брелина готова была поклясться, что левая в первом ряду шевельнется в следующую секунду. Однако, почуяв в ней вампира, чудовища никак не выдали себя.       На противоположной стороне моста путь преграждала решетка, сквозь прутья которой можно было рассмотреть огромные, усиленные железом ворота.       Непохоже, что её здесь ждут с нетерпением.       Брелина поправила капюшон и остановившись перед решеткой, еще раз встревоженно осмотрелась. Дневной свет давил на глаза, а сквозь пелену плотных туч сложно было понять, когда на землю опустится долгожданная для вампиров тьма.       Некоторое время ничего не происходило, но затем в стенах раздался приглушенный толщей камней ритмичный звук. Данмерка прислушалась, различив бряцанье звеньев цепи механизма, приводящего их в движение.       Решетка медленно, со скрипом поползла вверх, пропуская гостью замка к воротам. Позади закрытых створок что-то зашуршало — похоже, отодвинули засов. Наконец, двери раскрылись перед Брелиной, и ей в нос сразу ударил густой, сочный аромат крови. Рот тут же наполнился слюной, клыки будто заострились.       У ворот стоял человек — трэлл, судя по безразличному выражению лица. Он поклонился Брелине, закрыл за ней ворота и задвинул засов.       — Проходите, госпожа, — сказал он. — Вас ожидают.       Данмерка кивнула ему и с опаской покосилась на стоящую у стены в прихожей гаргулью. Если все стражи, что находятся в замке, оживут одновременно, то Эдриану будет непросто с ними совладать.       Следом за небольшой прихожей располагался просторный обеденный зал. Брелина прошла сквозь стрельчатую арку и оказалась на полукруглом балконе разветвляющейся в обе стороны лестницы, ведущей вниз. Столы, расставленные буквой «П», ломились от серебряной посуды и… трупов, как показалось Брелине с первого взгляда. Зрелище смущало своим контрастом, но запах и вид крови больше не вызывали у данмерки тошноты.       Зал пустовал, скорее всего, пир прошел ночью, но одного вампира Брелина все же заметила. Он сидел на троне, чинно выпрямившись, и пристальным взглядом светящихся глаз изучал гостью.       — Где Феран? — грозно спросил вампир. Данмерка сходу догадалась, что перед ней главный. Не только потому, что он восседал на троне.       Его голос прозвучал так зычно и властно, что захотелось преклонить колено. А еще об этом упомянул Эдриан, когда объяснял ей, что из себя представляет глава клана Волкихар.       — Он погиб, — ответила Брелина, спускаясь. — Переоценил себя.       — Неужели? — в голосе лорда прозвучала ирония.       — Решил, что ему под силу справиться с тем, кто защищает теперь моего сына, — резко сказала данмерка. — Поэтому я и пришла сюда договориться.       — Вот как? Только договориться? — он явно не ожидал услышать нечто подобное из уст гостьи. — Что ж… проходи, Брелина Марион, присаживайся. Отведай немного крови. Ты, должно быть, голодна…       Здесь Брелина не собиралась сдерживаться — выпитых жертв всё равно не спасти, жажда туманила рассудок, а силы ей ещё понадобятся. К тому же, её колебания могли вызвать подозрения. Она села за стол, находящийся справа от Харкона, на свободное место поближе к нему, чтобы они могли друг друга слышать.       — Этого вы и хотели, правда? — прямо спросила Брелина, прежде чем вонзить клыки в плоть умирающей на столе жертвы. Это была женщина, но волшебница предпочла её не разглядывать. Сердце той едва билось.       — О чем ты? — Харкон изобразил удивление.       — Вы же знаете, кто я. Феран Садри всё рассказал мне о ваших планах. Что ж… признаю, вам удалось. Но… я пришла не быть вашей заложницей, а заключить сделку.       — Постой, — оборвал её речь Харкон, подняв руку. — Сразу с дороги и о делах? Сначала утоли свой голод.       Брелина предположила, что это нечто вроде проверки, поэтому, взявшись за руку жертвы на столе, впилась в нее клыками. Она сделала несколько глотков, показавшихся самыми сладкими и вкусными в жизни и едва смогла остановиться. Данмерка вдруг вспомнила, как потеряла контроль, там, в Сиродиле.       Она проглотила кровь, шумно выдохнула и облизнула губы.       — Вижу, ты уже кое-чему научилась, но и не забыла манеры, — Харкон удовлетворенно кивнул. — Ты определенно подойдешь нашему клану. Разумеется, чтобы доказать свою полезность, тебе придется кое-что сделать для меня.       — Что именно? — Брелина нахмурилась.       — Для начала сходишь на охоту, приведешь парочку свежих скотин для пира, затем… кто-нибудь из моих советников даст тебе поручение. Но кажется, ты упоминала о сделке? Я слушаю.       — Я хочу, чтобы вы оставили моего сына в покое и никогда не охотились за ним. Вот моё единственное условие.       Харкон задумался и отпил немного крови из кубка.       — Пожалуй, от мальчика пока не будет никакого прока. Достаточно и тебя. Довакин уже знает, что произошло?       — Нет. Он ничего не знает. И он… никогда не примет этого. Не примет меня такую, — не раздумывая, ответила Брелина. — Я могла бы исцелиться, но тогда… мой сын всё равно будет вашей целью. Всё, что я хочу — спасти его.       — Не примет? Хм, — пробормотал лорд-вампир и оценивающе посмотрел на нее. — Не уверен, но всё же…       — Что вы имеете в виду? — она изобразила недопонимание.       — Неважно. Я принимаю твоё условие, — Харкон встал с трона, опустошив кубок крови. — Если хочешь отдохнуть с дороги — займи любой свободный гроб. Трэлл тебя проводит. Оставайся. Ты можешь здесь жить, пока приносишь пользу клану, но… мы будем за тобой присматривать.       — Да, лорд Харкон. Я готова на все, лишь бы спасти сына, — данмерке даже не пришлось врать. Она действительно была готова на всё, даже рискнуть жизнью и прямо сейчас оторвать голову этому вампирскому ублюдку.       Но ещё не время действовать, сначала должно осмотреться и вести себя, не вызывая подозрений. Брелине претила мысль об охоте на людей, но у неё сейчас не было возможности отказаться — иначе ей просто не поверят. Возможно, на месте получится что-нибудь придумать.       Остался только последний вопрос. Где Серана?