Судьба, что начинается вновь

Кёсем стояла на балконе, глядя на затянутый вечерними сумерками Стамбул. Холодный, почти зимний ветер бил в лицо, горько напоминая ей о тех ранах, что ещё не зажили. Она ненавидела это время года. Зима уносила у неё самое дорогое, тех, кого она любила всем сердцем. Ахмед… Касым… Ибрагим… и многие другие которых она потеряла на этом пути, и конечно он, тот, чьё имя она даже не могла произнести вслух, чтобы не разрыдаться.

***

Шесть лет назад. — Сегодня повелитель отправляется в великий поход… — Да дарует ему Аллах победу и оберегает армию, — шептались служанки в коридорах гарема. А в султанских покоях вовсе не было покоя. Сердце Кёсем сжималось, предчувствие беды душило её. Она держала на руках их шестимесячного сына, шахзаде Джихангира. Он, дочку, Михримах Султан. Младший сын от Айбиге, Баязид, был более спокойным, поэтому он мирно спал в колыбели. Но дети, плакали с самого утра, беспокоились, будто тоже чувствовали неладное. — Кёсем, моя душа, моя любовь… Я никогда не покину тебя, вас. Ты же знаешь, Я всегда буду рядом, всегда… вот здесь, — он положил руку ей на грудь, туда, где с отчаянием билось её встревоженное сердце. Он поцеловал детей, затем её, и ушёл. Казалось, он покинул не только дворец, но и мир, в котором они жили. А спустя восемь месяцев, в её руки попало письмо, каждое слово которого сжимало горло, выбивала почву из под ног. «Султан всех султанов, повелитель семи континентов, покоритель Персии, Султан Кеманкеш, предстал перед Аллахом». Он победил. Завоевал Персию. Подарил Империи славу и мощь. А Кёсем проиграла. Проиграла свою последнюю любовь. Свой последний шанс на счастье. Весна, что пришла после той холодной зимы, стала последней весной её жизни, весной без надежды. Она держала траур ровно три дня, а затем жила дальше, но с тех пор так и не снимала чёрные платья ни на день. Только трое детей держали её на этой земле. Ради них она осталась сильной. Ради Империи, она снова стала железной.

***

Настоящее время. Слёзы невольно скользили по её щекам, падая на холодные перила балкона. Воспоминания жгли, как ледяное пламя. Пока вдруг не прозвучал тихий голосок: — Валиде Кёсем резко и быстро вытерла лицо и обернулась. Перед ней стояли трое детей, такие одинаковые, словно тройняшки, но одновременно и такие разные. — Почему вы ещё не спите? Уже очень поздно. Живо, по кроватям! — голос её был строг, но в нём звучала усталость, не злость. Головки грустно поникли, и она не выдержала. Присела, раскинув руки для объятий: — Идите ко мне. Детские лица тут же просияли. Они бросились к матери, окружив её объятиями и поцелуями. Кёсем вдыхала их тепло, будто жизнь, возвращающаяся в грудь. — Всё, теперь идите. Вам нужно спать. Без сна вы не вырастете, а вам нужно стать большими, сильными. Проводив их до дверей, она снова вернулась на балкон. Город тонул в свете, а она, в своей вечной тьме. После смерти мужа, она посадила на трон их сына Джихангира. Уже пять лет она — регент, истинная правительница Османской Империи. Снова одна. Снова на вершине, где так холодно. Ей казалось, что жизнь играет с ней в жестокую игру. Что судьба её… началась вновь.