Игра с судьбой

На улице стояла холодная и тихая ночь, что скрывала в лесу диктатора, пытавшегося завладеть Европой,и что нанёс многочисленные потери людей и разрушения. Рейх не знал, куда ему деваться, и что делать дальше. Он проиграл эту войну, и теперь его жизнь может оказаться в лапах врагов, так и жаждущих смерть такой суки, как он. Оставив детей, фюрер убежал, как трус... Но немец повторял: — Лучше я сам убью себя, чем буду страдать. Он шел неизвестно куда. Просто по лесу, не ища выхода. Холод пробирал до костей, и тело медленно ослабевало, давая понять, что скоро канцлера настигнет неизбежное обморожение. Руки хаотично двигались по его предплечьям, пытаясь хоть как то да и согреться, но получалось это через одно место. В общем, как и всегда. Знал же, что мерзляк, а всё равно не одел перчатки. Уже через мгновение стал моросить небольшой дождик. Только этого не хватало. Рейх заболеет быстрее, чем его найдут эти "упыри". Дойдя до какого то дерева, мужчина уселся под ним, поджав ноги к телу. Единственное, что оставалось делать, так это ожидать свою и так грядущую смерть. Ручёнки по тихоньку немели, и он их почти не чувствовал. Лицо неприятно обжигал холод. Фюрер прикрыл веки, а затем и вовсе сомкнул их. Наверное, это и будет его конец. Смерть по середине леса от лютого мороза. Мужчина откинул голову назад, упираясь ею о дерево. *** — А давайте ему бошку отрежем? — раздался высокий голосок, что отдавался в ушах диким звоном. — Ну а чё? Нахуй он сдался! — Ага. Отрубишь. Его дети тебе потом в будущем это припомнят, — на предложение ответил довольно грубый и низкий голос. Ариец слабо приоткрыл очи, пытаясь посмотреть, что происходит, и где он вообще находится. Первое, что канцлер увидел перед глазами, так это стол. Второе — вокруг него сидящих стран, которые как оказалось обсуждают его дальнейшую жизнь. — Was zum Teufel, — тихо произнёс немец, переведя утомленный взор на самую высокую и большую фигуру. глазёнки нациста округлились от ужаса. — Чё вылупился? — безэмоциально спросил Союз, повернув голову в сторону Рейха. Во взгляде Советов читалось равнодушие и явное раздражение, которых раньше Третий не замечал в глазах бывшего друга. Неужели война так изменила его? — О, он уже очнулся. Прекрасно! А то мы думали, что ты уже сдох там от холода, — Великобритания повернулся к нацисту, поправляя очки. — Думал бежать? Ошибаешься. Ты нам очень нужен. — Wozu? — тяжело ворочая языком, спросил пленник, всё ещё не осознавая происходящее. — Да говори ты на русском, псина! — рыкнул коммунист, ударив по столу кулаком. — Успокойтесь, товарищ Союз, — пролепетала Франция, встревоженно оглядывая революционера. — Я думаю, что он прекрасно понял Вас. Не стоит разводить шумиху. — Warum zum Teufel sollte ich dir zuhören?, — прошипел в сторону СССР немец, возмущенно паля того взглядом. — Ich will nicht. – Я тебе сейчас вмажу, — Советы встал со стула и хотел было уже направиться в сторону арийца, как вдруг его остановил Великобритания. — М? — Союз. Он нам нужен пока целым, а не полумёртвым. Я полностью понимаю твою агрессию и ярость, но всё же давай ты будешь держать себя в руках, ладно? — англичанин вернул взгляд на Рейха. — Может мы его сдадим в рабство евреям, тогда заговорит може, не? — предложил США, вертя в руке ручку. — Америка, ты тупой? Какое рабство? Каким евреям? — британец почесал переносицу, после раздражённо глянув на сына. — Не, ну а чё? По-моему хороший вариант, что не нравится? — американец усмехнулся, и поправил солнцезащитные очки. — Считаю, что это один из лучших методов. — Нашёлся умник, — Союз закатив глаза, добавил. — Лучше давайте так. Делим территории, а его сыновей отдаем под опеку двоим из нас. — А вот это уже гораздо умнее звучит, — отметил Великобритания, усаживаясь на стуле поудобнее. —Ein was?! Nein, du wirst dich nicht trauen! Das kannst du nicht!, — прохрипел нацист, задёргавшись на стуле, к которому был привязан. — Ишь какой говорливый, — СССР встал со своего места и подойдя к немцу с платком, засунул тому в рот, оставшись стоять рядом. — Хоть слово скажешь, я тебе зубы выбью. Третий не собирался этого терпеть, и собравшись с мыслями, выплюнул платок, затароторив: — Ich würde dich selbst schlagen, du Arschloch! — ариец принялся двигать руками и как только не выворачиваться на стулье, ведь спина уже жалобно ныла. — Заставляешь меня применять силу, — Союз сжал руку в кулак, и сделал первый удар, который прилетел канцлеру в живот. Тот сразу же согнулся, сгорбился от боли, начав дико скулить, да дрожать как осенний листик. — Успокоился? Надеюсь, что да. — Ну, так что. Давайте уже решать, а то и просидим так до вечера, — Великобритания положил на стол какие то документы и начал что то объяснять. *** Не высокий мальчик сидел за кухонным столом, взгляд которого был зацеплен за входную дверь. Он ждал отца, который с минуты на минуты должен вернуться домой. Пока парень ожидал прибытия, успел прибраться дома и поиграть с братьями и сёстрами, и хотя бы на время отдохнуть от криков и визгов. Наконец то побыть в тишине и покое... Хотя, эту тишину нарушало тиканье часов, висевших на стене. Стрелка ходила от одного до другого числа, и так по новой. Этот звук словно успокаивал и заставлял засыпать, но юноша каждый раз успевал подлавливать себя на том, как закрывая глаза, погружался в мир сновидений. —«Неужели опять зажерживают?» — РСФСР мельком глянул в сторону комнаты, из которой доносились разговоры родственников. —« Эти кровоссосы уже все нервы мои съели» Но как только он подумал об отце, как дверной замок щёлкнул, и дверь распахнулась. Республика вскочил с места и побежал к коридору, встречать папу, правда вместо него, первым делом увидел знакомого до жути человека — Рейха. Глаза РСФСР округлились как у щенка, а сам парниша сделал пару шагов назад. В мыслях пролетели не самые лучшие моменты — Ты?! Что ты тут делаешь, где папа! — Парень расстерянно захлопал очами, сжав губы. — Jammern Sie nicht!— ариец хромая прошёл в коридор, а уже следом ща ним появился и СССР. — Рейх, ещё раз чё то вякнешь на немецком, я тебе вовсе язык отрежу, — Союз разулся и схватив пленного за шкирку, унёс в свою обитель. Войдя в свою комнату, в которой до этого царила гробовая тишина, небрежно кинул бывшего канцлера на кровать, что та аж чуть ли не прогнулась. — Если куда уйдёшь, пеняй на себя. После этих слов коммунист удалился в ванную,ведь за время поездки домой осознал, как знатно пропотел. Рейх остался сидеть на постели, с интересом разглядывая комнатушку своего бывшего друга. В прицнипе за 4 года спальня русского никак не изменилась. Разве что обои в некоторых местах потеряли свой цвет, либо были оборваны. Мебель стояла та же, лишь из новой можно было отметить шкаф. Также были сменены шторы и заменены люстра с лампой. — Вкуса ноль, — заявил ариец, продолжая осматривать комнату, и пытаясь найти какие то недостатки. — Раньше тут по живее было.