Совещание с окончанием в рот

      — Твою ж мать, — выругался под нос Ли Минхо.       Он устало прикрыл глаза, потирая виски, болящие от перенапряжения. За окном светило солнце, ехидно заглядывая в широкие окна офиса, слишком позитивно как для конца октября. Минхо такое не любит. Он закатил глаза, опуская жалюзи, уж лучше сидеть в кромешной темноте, где единственный источник света — выедающий глаза свет монитора, чем щуриться и психовать под солнцем.       Он вновь бросает взгляд на папку со свежими отчетами нового сотрудника и, устало вздыхая, берет ее и идет прямиком к виновнику его плохого настроения.       Быстрый и тяжелый шаг, раздраженный вздох, шелест бумаги, громкий удар дверцы — Ли Минхо несется в отдел по продажам. Сжались все и всё. Сотрудники испуганно переглядываются между собой, взглядом вопрошая друг у друга, кто и где провинился или все же конкретно проебался. Безмятежно сидел лишь Хан Джисон. Он, закинув ногу на ногу, флегматично щелкал компьютерной мышкой, даже не изображая сильную заинтересованность работой. А так здесь делают все. Никому на самом деле не хочется здесь работать. Ты простой офисный чепушила, на которого взваливают три с половиной тонны работы, не прописанной в трудовом договоре, и ведь даже не доплачивают за нее. Ты сидишь от зари до зари в душном офисе, в этом чертовски неудобном костюме, который, к сожалению руководства, Джисону не солидности добавляет, а делает вид, будто Хан украл этот костюм у его спящего пьяного отца для выпускного, чтобы потанцевать медлячок с той самой одноклассницей.       Джисон работает тут всего пару недель, но его уже тошнит от того, как все эти офисные крысы делают вид, будто их все устраивает. Каждый лижет задницу руководству, пытается быть милым и создать имитацию того, что они еще будучи в утробе матери мечтали заработать геморрой в офисном кресле.       Хану же не нравится эта работа, но деньги не пахнут. До того момента, пока они на лавке у подъезда говорить не начинают. А вот деньги с работы реально не пахнут, потому что зарплата черт пойми когда. Коллеги шептали, что могут и по две недели зарплату задерживать. Но даже несмотря на все это, Хан делает свою работу нормально, так, как может, не делает назло и кое-как. При этом он не собирается корчить милые рожицы и изображать из себя самого счастливого. И он имеет на это право.       — Кто? — разнеслось по офису. Ли Минхо в здании. — Кто делал чертов отчет по поставкам?       В офисе стало настолько тихо, что слышен был лишь тихий «бульк» из кулера. Хан молча поднял руку над головой, даже не глядя в сторону начальника.       — За мной, — ровным тоном сказал Минхо, бросая папку на стол Джисона.       Они шли по коридору молча. Сотрудники, встречающиеся по пути, обходили их сбоку и кидали сочувствующие взгляды на новенького. Но Джисону опять же все равно. Он уверен в своей работе, ошибок там быть не может, ибо он не тупой и с кучей вводных данных разобраться может.       Минхо пропустил Джисона вперед, захлопывая за ними дверь, и уселся за свое рабочее место. Он измерял парня взглядом снизу вверх, прежде чем заговорить.       — Ты проверяешь свою работу, прежде чем отправлять ее мне?       — Проверяю, — ну вот, это только началось, а Джисон уже хочет спать от скуки.       — Тогда скажи мне, пожалуйста, какого черта количество партий товара, который был заказан, не сходится с количеством товара, который в отчете подал магазин по прибытию на склад? — пытаясь контролировать тембр голоса, спросил Ли.       — Потому что, видимо, в магазине что-то напутали, либо что-то произошло при транспортировке. Я видел цифры четче, чем вы, ибо я с ними работал. И да, я связался с магазином и непосредственно с работниками склада и спросил, почему разбежность в цифрах. Они утверждали, что пытались связаться с вами по этому поводу, но вы, видимо, были слишком заняты, чтобы снять трубку от простых грешных, — Джисон уместился на стуле рядом.       — И что ты предлагаешь? — выгнул бровь в удивлении Ли, параллельно пытаясь найти в пропущенных звонках вызов от склада магазина.       — А что я могу предложить? Я ведь менеджер, а не ваш секретарь или муж, — усмехнулся Джисон. — Ну свяжитесь с транспортной компанией и спросите, каким пчелам они втихую подсунули сотню банок меда.       — Не пререкайся со мной, — строго посмотрел на него Ли, набирая контакт логистической компании.       Джисон смотрел то себе под ноги, то рассматривал черный полуслезший лак на ногтях, слушая краем уха, как Минхо ругается с работниками. В его мыслях сейчас только айс-латте с соленой карамелью и кот, который наверняка тоскует по нему дома.       — Да, я вас понимаю, — Минхо поднялся, начиная наматывать круги по кабинету. — Нет никаких ошибок с нашей стороны! Товар выдан, количество зафиксировано, но теперь оно не сходится! — Долгая пауза между репликами прерывалась лишь стуком подошвы идеально вычищенных туфель по паркету. — Не смейте говорить так о моих сотрудниках! Все, хватит. Проверяйте свой склад и своих работников, иначе я приеду к вам с инспекцией. Всего хо-ро-ше-го, — отчеканил Ли.       — И что там? — почти заинтересованно спрашивает Хан.       — Они не знают и списывают всю вину на нас, — падая в кресло, устало говорит Минхо.       — М-м, ну неудивительно на самом деле. Не в их интересах признавать свою ошибку.       — Оформи отчет по этой неделе, мне нужно видеть всю картину нашего сотрудничества с этой компанией. Вдруг они каждый раз что-то подворовывали, — выключая компьютер, говорит Ли.       — Ладно. Могу идти?       — Да, давай.       Джисон долго еще ломал голову над этими отчетами. Как оказалось, ни одна цифра не сошлась. Почему-то он даже не был этому сильно удивлен, ведь эта логистическая компания довольно подозрительная. Но как обычно, начальство решило сэкономить. Потому сейчас недостача товара критическая.       Хан задержался в офисе до десяти вечера. И чтобы не быть козлом отпущения и чтобы Минхо лишний раз не придирался, набрал его номер в десять вечера. Он не спит, вот и пусть Минхо не спит.       — Я же просил не звонить в нерабочее время, — огрызнулся Минхо на том конце провода.       На фоне слышался шум, похожий на клубную музыку.       — Вот именно, нерабочее время, а я какого хуя работаю. Короче, жду вас в офисе, будем разбирать эту ерунду, — не подбирая слов, чеканит Джисон.       — Какого черта, Хан Джисон?       Оставив вопрос без ответа, дабы не нарваться на штраф или увольнение, Хан сбросил звонок.       Сейчас же он с легкостью вздохнул, включил в YouTube «Криминальный Харьков 80-х» и принялся готовить самый противный в мире кофе. К слову, по вкусу он и правда как смола, смешанная с нефтью и нерафинированным подсолнечным маслом из пяток деда-тракториста.       — Стопроцентная арабика, ну конечно, — вертя в руках упаковку растворимого кофе, бубнит Хан.       Он закинул туда побольше сахара, сливок и корицы, чтобы хоть как-то перебить откровенно ужасный вкус этого полукофе-полумочи. На фоне рассказчик говорил что-то об убитом теле женщины в лесопарке неподалеку от района Сокольники. К слову, Хан понятия не имел, где это, но атмосфера стран постсоветского пространства его всегда привлекала.       Кофеин медленно, но верно проникал в его организм, и спать хотелось немного меньше, а вот тахикардия все настойчивее стучалась в организм.       Звонкие шаги перебили его размышления о том, насколько все же опасно связываться с незнакомцами и ходить в одиночку по клубам. Ведь потом можно закончить, как эта девушка. Мертвой в лесу и с гвоздем в голове. Непривлекательно.       — Ну и что тебе надо? — угрюмо спросил Минхо, плюхаясь на кресло Джисона.       — А то есть, вы хотите сказать, что это только мне надо?       — Не цепляйся. Чё там?       Джисон детально стал описывать ему всю ситуацию и объяснять проблематику последующего сотрудничества с этой логистической компанией. Он показывал новые тщательные отчеты и пересказывал разговоры с работниками склада магазинов, в которые эти товары ни разу не доходили в полном количестве.       — Я так понимаю, нужно искать новую компанию, — устало вздыхает Ли, потирая переносицу.       — Нет, конечно, если вы хотите, чтобы мы продолжали постоянно уходить в минус и выслушивать жалобы, то, конечно, можем продолжить с ними сотрудничество, — закатывает глаза Джисон.       — Глаза свои знаешь где так закатывать будешь?       Джисон был склонен над столом, за которым сидел Ли. Их лица были совсем рядом. А это делало их недолгую паузу еще более неловкой, чем она могла казаться на первый взгляд. Джисон едва нервно сглотнул, но не отошел. От его внимания не ускользнула легкая ухмылка Минхо и едва заметное скольжение языка между губ. Он не отводит взгляда от начальника и, наклоняясь ближе, тянется за сумкой на противоположном конце стола.       — Выключите компьютер, господин Ли, до понедельника.       Минхо завис. Он недоуменно смотрел еще минуты две на закрытую за Джисоном дверь, пока слегка пьяный рассудок осмысливал эту секундную ситуацию. Он перевел взгляд на монитор и все же начал закрывать вкладки, чтобы выключить компьютер.       — True Crime? Серьезно? — рассмеялся Ли. — Я его уволю. Джисон наконец-то дома. Он доволен собой, что заставил начальника лишний раз понервничать и перечеркнуть планы на вечер. Не думал же он, что его подопечные будут делать за него все подряд. Хан засыпал с запахом алкоголя под носом, который струился от Ли в кабинете, и с теплой негой на сердце.       Минхо не мог уснуть. В голове крутилась сцена в офисе, когда этот наглый мальчишка склонился над его столом. От Джисона пахло корицей и дешевым офисным кофе, но этот запах почему-то застрял в памяти, как заевшая пластинка. Он перевернулся на другой бок, раздраженно отбрасывая одеяло. Бесит. Как же, блять, бесит этот Хан Джисон. Его манера говорить, будто он самый умный. Эта дурацкая привычка закатывать глаза. Черный лак на ногтях, который откровенно не вписывается в дресс-код компании, но почему-то Минхо каждый раз забывает сделать ему замечание.       Утро понедельника началось с головной боли и желания убивать. Минхо опоздал на работу впервые за долбаных три года, и, конечно же, первое, что он увидел — насмешливый взгляд Джисона. Тот сидел, забросив ноги на стол, и со странной улыбкой наблюдал, как начальник пытается привести себя в порядок перед зеркальной дверью лифта.       — Тяжелые выходные, господин Ли? — в голосе Джисона столько яда, что можно отравить весь этаж.       Минхо проглотил рвущиеся наружу ругательства. Он медленно подошел к столу Хана, оперся на него обеими руками и наклонился так близко, что мог разглядеть каждую ресничку этого наглого ублюдка.       — Ноги. Со стола. Живо.       Джисон опустил ноги неприлично медленно, не разрывая зрительный контакт. В его глазах плясали черти, и Минхо готов поклясться, что заметил, как дернулся кадык Хана, когда тот сглотнул. Они оба знали, что это давно уже не просто неприязнь начальника и подчиненного. Это что-то другое, густое и вязкое, как смола, от которой невозможно отмыться.       К обеду Минхо психанул и вызвал Джисона к себе. Тот явился с кружкой своего ужасного кофе, демонстративно отхлебывая эту бурду прямо перед начальником.       — Ты специально нарываешься? — Минхо старался говорить спокойно, но голос предательски хрипел.       — А похоже? — Джисон поставил кружку на стол, оставляя коричневое кольцо на важных документах.       Ли дернулся вперед, намереваясь схватить наглеца за грудки, но в последний момент остановился. Они застыли в странной позе: Минхо, привставший со своего кресла, и Джисон, чуть подавшийся назад, но не отступивший. Воздух между ними можно было резать ножом.       — Пошел вон, — процедил Минхо сквозь зубы.       Джисон усмехнулся, забрал свою кружку и вышел, оставляя после себя запах корицы и чувство незавершенности. Минхо рухнул обратно в кресло, ослабляя галстук. Он ненавидел себя за то, как его взгляд задержался на заднице Хана, когда тот уходил. Ненавидел за то, что хотелось догнать его, впечатать в стену и…       Нет. Блять. Нет.       Но образ Джисона, прикусывающего губу во время их перепалки, никак не желал уходить из головы.       Вторник начался с того, что Чан принес Джисону кофе. Не ту бурду из автомата, а нормальный, из кофейни напротив офиса. С карамельным сиропом и корицей, как Джисон любит. Хан улыбнулся, забирая стаканчик, и от этой улыбки у Чана екнуло где-то под ребрами. Забавно, как быстро он выучил все привычки нового сотрудника.       Минхо смотрел на эту сцену из своего кабинета, машинально сжимая в руке дорогую перьевую ручку. Раздражало все: как Чан облокотился на стол Джисона, как тот запрокинул голову, смеясь над какой-то шуткой, и особенно — как Бан якобы случайно коснулся пальцами его запястья, поправляя какие-то бумаги.       Совещание в три часа прошло в странной атмосфере. Джисон сидел между Чаном и Минхо, пока тот рассказывал о новых поставщиках. Хан чувствовал на себе два разных взгляда — один обжигающе злой, второй — мягкий и почти заботливый. От этого контраста хотелось поежиться. Чан постоянно подсовывал ему конфеты из вазочки, стоящей на столе, а Минхо, казалось, был готов придушить их обоих.       — У кого-то еще есть вопросы по новым условиям контракта? — голос Ли звучал настолько холодно, что температура в переговорной будто упала на пару градусов.       Джисон демонстративно потянулся, разминая затекшую шею, и краем глаза заметил, как дернулась челюсть начальника. Чан тут же предложил помочь размять плечи, и Хан едва сдержал ухмылку, заметив, как побелели костяшки пальцев Минхо, вцепившегося в папку с документами.       В переговорной было слишком душно. Джисон ослабил галстук, краем глаза замечая, как дернулась рука Минхо, будто тот хотел одернуть его за неподобающий вид. Презентация тянулась невыносимо долго — графики, цифры, бесконечный поток информации о новых поставщиках. Хан делал вид, что внимательно слушает, но мысли путались от духоты и близости двух людей по обе стороны от него.       Чан постоянно придвигался ближе, якобы чтобы лучше видеть экран. Его локоть то и дело задевал руку Джисона, а когда он наклонялся к столу, его волосы щекотали Хану шею. От Бана пахло чем-то древесным и уютным, как теплый плед в дождливый день. Он постоянно подкладывал Джисону конфеты, пододвигал стакан с водой, и каждый раз его пальцы задерживались чуть дольше необходимого.       — Если посмотреть на динамику цен за последний квартал… — голос Минхо звучал все жестче с каждой минутой. Он стоял у экрана, идеальный в своем угольно-черном костюме, и Джисон не мог не отметить, как белая рубашка обтягивает его плечи. Ли говорил что-то о закупочных ценах, но Хан смотрел только на его руки, сжимающие лазерную указку. Длинные пальцы, аккуратные ногти, легкая венозная сетка на запястьях. Джисон поймал себя на мысли, что хочет увидеть эти руки взъерошенными, с растрепанными манжетами и сбитыми костяшками.       — Хан Джисон, — резкий голос Минхо выдернул его из размышлений. — Может, поделитесь с нами своими соображениями по поводу новой системы поставок?       Джисон медленно поднял взгляд, встречаясь глазами с начальником. В горле пересохло.       — Конечно, — он откашлялся, чувствуя, как Чан ободряюще коснулся его колена под столом. — Если сравнить условия старых поставщиков с новыми…       Он говорил, прекрасно понимая суть вопроса — на подготовку этих отчетов он убил три ночи. Минхо сверлил его взглядом, оперевшись бедром о стол. Его поза казалась расслабленной, но Джисон видел, как побелели костяшки пальцев, сжимающих край столешницы.       Чан активно кивал, поддерживая каждое слово Хана, и это, казалось, бесило Минхо еще больше. Когда Бан в очередной раз наклонился к Джисону, якобы что-то уточняя, в глазах Ли мелькнуло что-то опасное, первобытное.       — Достаточно, — оборвал он объяснения Джисона на полуслове. — Кто-нибудь еще хочет высказаться?       В переговорной повисла тишина. Кто-то в конце стола нервно хрустнул пальцами.       — Тогда на этом все, — Минхо захлопнул ноутбук с такой силой, что кто-то из младших менеджеров вздрогнул. — Чан, отчет по расходам жду до вечера. Джисон… — он замолчал, глядя как Хан рассеянно облизывает губы, на которых остался след от карамельной конфеты. — В мой кабинет. Сейчас же.       Все начали торопливо собираться, шурша бумагами и негромко переговариваясь. Чан задержался, якобы собирая документы, но Джисон видел, как обеспокоенно тот на него смотрит. Минхо стоял в дверях, постукивая пальцами по дверному косяку, и от этого звука у Хана мурашки бежали по спине.       — Джисон-а, — тихо позвал Чан, когда они остались втроем. — Может, сходим после работы…       — Хан Джисон, — голос Минхо прорезал воздух как нож. — Я не собираюсь ждать весь день.       Джисон поднялся, чувствуя, как футболка под рубашкой прилипла к спине. Он специально задел плечом Минхо, проходя мимо, и услышал, как тот шумно выдохнул сквозь зубы. Впереди маячил очередной раунд их молчаливой войны, и где-то глубоко внутри Джисон знал — этот раунд может стать переломным.       После работы Бан предложил подвезти Джисона домой. Тот согласился — ливень на улице не располагал к прогулкам до метро. Они стояли в лифте, и Чан рассказывал какую-то историю про прошлое место работы, когда двери открылись на последнем этаже, и в кабину зашел Минхо. Он окинул их таким взглядом, что Чан запнулся на полуслове.       — Надеюсь, вы не забудете подготовить отчет по квартальным расходам к завтрашнему утру, — процедил Ли, глядя куда-то между Джисоном и Чаном.       — Конечно, господин Ли, — Чан улыбнулся своей фирменной дружелюбной улыбкой. — Я как раз собирался сесть за него вечером.       — Вечером? — Минхо выгнул бровь. — А я думал, у вас другие планы на вечер.       От того, как он это сказал, у Джисона мурашки побежали по спине. Чан открыл рот, чтобы что-то ответить, но двери лифта открылись на парковке, и Минхо вышел, даже не обернувшись.       В машине Чана пахло лавандовым освежителем воздуха и какой-то выпечкой. Он включил приятную музыку, и Джисон почувствовал, как напряжение последних часов потихоньку отпускает. Вот только перед глазами все еще стоял взгляд Минхо — темный, злой и какой-то отчаянный.       — Знаешь, — Чан остановился на светофоре и повернулся к Джисону. — Я давно хотел предложить…       Телефон Хана разразился трелью входящего сообщения. «Отчет по новым поставщикам. Завтра. 8 утра. В моем кабинете. Без опозданий.»       Минхо, кто же еще.       Джисон выругался сквозь зубы. Чан участливо посмотрел на него, и эта забота в его глазах почему-то вызвала глухое раздражение. Хотелось другого взгляда — того самого, прожигающего насквозь.       Вечер обещал быть долгим.       Дождь барабанил по крыше машины Чана, создавая какой-то свой, особенный ритм. Джисон смотрел на капли, стекающие по лобовому стеклу, пытаясь не думать о сообщении, которое жгло карман через ткань брюк. «8 утра. Без опозданий.» Ли Минхо умел превращать обычные слова в скрытые угрозы.       — Так вот, я давно хотел предложить… — Чан снова попытался начать разговор, нервно постукивая пальцами по рулю. — Может, сходим куда-нибудь на выходных? Я знаю отличное место, где подают потрясающий рамен.       От уютного запаха лаванды и тепла печки Джисона начало клонить в сон. Он повернул голову к Чану, разглядывая его профиль в тусклом свете уличных фонарей. Бан был красивым — с этими его ямочками на щеках и вечно растрепанными светлыми волосами. Надежным. С ним было бы просто и спокойно.       — Знаешь, — Чан остановился на очередном светофоре и повернулся к Хану. В его глазах читалась какая-то щенячья надежда. — Я правда стараюсь быть… ну, понимаешь…       Телефон Джисона снова звякнул. «И прихвати документы по прошлогодним поставкам. Все.» Хан со стоном откинул голову на подголовник. В памяти всплыло лицо Минхо — желваки, играющие на скулах, когда тот смотрел, как Чан касается его руки во время совещания.       — Извини, Чан, — Джисон потер переносицу. — Кажется, мне придется вернуться в офис.       — Я могу подождать, — тут же отозвался Бан. — Правда, это не проблема. Я помогу с документами, и…       — Не стоит, — резче, чем хотелось бы, оборвал его Хан. — Прости. Просто… это надолго.       Чан прикусил губу, явно желая что-то добавить, но промолчал. Остаток пути они провели в тишине, нарушаемой только шумом дождя и тихой мелодией из радио. У офиса Джисон выскочил из машины, едва пробормотав «спасибо». Ему показалось, или в окне его этажа все еще горел свет?       Он знал, что Минхо ждет. И от этого знания внутри все скручивалось в тугой узел предвкушения и страха. Пока лифт медленно полз вверх, Джисон размышлял, почему его так тянет к этому невыносимому мудаку, почему он не может просто согласиться на предложение Чана, такое простое и понятное.       Двери лифта открылись, и Хан увидел полоску света из-под двери кабинета Минхо. Сердце предательски екнуло. Ноги сами понесли его туда, к очередному раунду их странной игры, где ставки становились все выше с каждым днем.       В конце концов, кому нужна простая жизнь?       Джисон постучал в дверь кабинета, хотя мог бы и не утруждаться — Минхо наверняка видел его через стеклянные стены. Ответа не последовало, но свет горел, а значит, этот мудак просто играет с ним.       — Я вхожу, — предупредил Хан, толкая дверь.       Минхо сидел в своем кресле, закинув ноги на стол. В другой ситуации Джисон бы съязвил про двойные стандарты, но что-то в позе начальника заставило его промолчать. Ли крутил в пальцах телефон, хмуро глядя на экран.       — Значит, Чан, — не поднимая глаз, протянул Минхо. Его голос звучал обманчиво спокойно.       — А что с ним? — Джисон прислонился к дверному косяку, скрещивая руки на груди.       — Ничего, — Минхо наконец поднял взгляд, и у Хана перехватило дыхание. В глазах начальника плескалась чистая, неразбавленная ярость. — Просто интересно, когда ты успел стать таким… близким другом нашего старшего менеджера.       Джисон фыркнул, проходя вглубь кабинета. Он намеренно медленно расстегнул пиджак, бросил его на спинку стула. На улице все еще лил дождь, и капли барабанили по стеклу, создавая причудливый фоновый шум.       — Ревнуете, господин Ли? — Хан специально сделал акцент на обращении, зная, как это бесит Минхо.       Ли резко опустил ноги на пол, поднимаясь. Его движения напоминали хищника, готового к прыжку.       — Документы принес? — проигнорировал вопрос Минхо, подходя ближе.       — А вы действительно хотели видеть документы? — Джисон чуть склонил голову набок, разглядывая, как дернулся кадык Минхо. — Или это был просто предлог, чтобы…       Он не договорил. Минхо схватил его за галстук, дергая на себя. Они оказались так близко, что Джисон мог разглядеть золотистые крапинки в глазах начальника.       — Ты нарываешься, — прошипел Ли.       — А вы только сейчас заметили? — Джисон облизнул пересохшие губы, замечая, как потемнел взгляд Минхо.       За окном сверкнула молния, на секунду освещая кабинет резким белым светом. Они застыли в странной позе — Минхо, все еще сжимающий его галстук, и Джисон, чуть запрокинувший голову. Воздух между ними казался наэлектризованным, готовым вспыхнуть от малейшей искры.       — Если ты думаешь… — начал Минхо, но его прервал звук телефона.       Входящее сообщение. От Чана. «Надеюсь, ты в порядке. Напиши, как освободишься.»       Минхо скосил глаза на экран телефона, торчащий из кармана Джисона, и его пальцы на галстуке сжались еще сильнее.       — Похоже, кто-то не может без тебя и пяти минут, — процедил он сквозь зубы.              Джисон чувствовал его дыхание на своих губах. Еще чуть-чуть, еще один миллиметр…       Джисон чувствовал, как большой палец Минхо скользит по шелковой ткани галстука, почти касаясь кожи шеи. От этого едва ощутимого движения по позвоночнику пробежали мурашки. Минхо все еще держал его, не позволяя отстраниться, но и не притягивая ближе — будто растягивал момент, наслаждаясь своей властью.       — Знаешь, что самое паршивое? — хрипло выдохнул Ли. — Я постоянно замечаю, как ты облизываешь губы на совещаниях.       Джисон сглотнул, чувствуя, как галстук впивается в шею при каждом движении. Минхо был так близко, что можно было различить легкий запах виски — видимо, успел пропустить стаканчик после работы.       — И что вы с этим будете делать, господин директор? — Джисон специально понизил голос, заставляя Минхо едва заметно вздрогнуть.       Ли протянул свободную руку, проводя большим пальцем по его нижней губе. Грубо, почти агрессивно. Джисон рвано выдохнул, прикрывая глаза. Сердце колотилось где-то в горле.       — Заткнись, — прошептал Минхо, наконец преодолевая последние миллиметры между ними.       Поцелуй вышел злым. Минхо целовал его так, будто хотел наказать — за все эти недели противостояния, за флирт с Чаном, за каждый насмешливый взгляд. Джисон вцепился в его плечи, сминая идеально выглаженную рубашку. Он чувствовал, как пальцы Ли путаются в его волосах, оттягивая голову назад, заставляя открыться сильнее.       Где-то на краю сознания мелькнула мысль, что они в офисе, за стеклянными стенами, но в этот момент весь мир сузился до ощущения чужих губ, до вкуса виски и горького кофе, до тихого стона, и черт знает, кто из них его издал.       Когда они наконец оторвались друг от друга, Минхо выглядел непривычно растрепанным. Его зрачки расширились настолько, что радужка казалась почти черной.       — Я все еще тебя ненавижу, — выдохнул он, проводя большим пальцем по припухшим губам Джисона.       — Врешь, — хрипло отозвался Хан, чувствуя, как пальцы Минхо на его затылке сжимаются сильнее.       За окном снова сверкнула молния, и в ее свете Джисон успел заметить, как дрогнули уголки губ Ли в намеке на улыбку, прежде чем тот снова притянул его к себе.       Поцелуй яростный и такой мокрый, что в штанах Джисона давно стало чрезмерно тесно. Он хотел Минхо. Он хочет Минхо пиздец как. И Минхо это видит, притягивает сильнее и вновь лижет чужие губы, прижимаясь пахом к выпуклости Хана в штанах.       Этот поцелуй был другим — медленнее, глубже. Минхо будто изучал его, запоминал каждый тихий вздох, каждую реакцию на прикосновения. Его пальцы скользнули под воротник рубашки Джисона, обжигая кожу. Хан вздрогнул, когда Ли прикусил его нижнюю губу, и машинально подался вперед, вжимаясь в чужое тело.       — Блять, — выдохнул Минхо ему в губы. — Что ты со мной делаешь?       Джисон не ответил — он был слишком занят, расстегивая верхние пуговицы рубашки Минхо. Его пальцы дрожали, когда он коснулся ключиц Ли, очерчивая их кончиками пальцев. Минхо в ответ зарылся носом в его шею, прихватывая зубами чувствительную кожу за ухом, и у Джисона подкосились колени.       Ли прижал его к столу, вклиниваясь бедром между его ног. От этого движения у обоих сбилось дыхание. Джисон запрокинул голову, подставляя шею под поцелуи, и Минхо глухо застонал, оставляя на коже красные следы.       — У тебя такая шея, — хрипло прошептал Ли. — Я с ума схожу, когда ты расстегиваешь воротник на совещаниях.       Его руки скользнули по бокам Джисона, забираясь под рубашку, царапая кожу. Хан выгнулся навстречу прикосновениям, и в этот момент где-то в коридоре послышались шаги.       Они замерли, тяжело дыша. Шаги приближались — наверное, ночная уборщица. Минхо медленно отстранился, и Джисон едва сдержал разочарованный стон. Они смотрели друг на друга — растрепанные, с припухшими губами и шальными глазами.       — Ты же понимаешь, — Минхо провел большим пальцем по его нижней губе, — что это все меняет?       Джисон поймал его палец губами, слегка прикусывая. Зрачки Ли расширились еще больше.       — Боишься? — усмехнулся Хан.       Минхо рывком притянул его к себе за галстук, почти касаясь губами уха:       — Тебе стоит бояться, Хан Джисон. Потому что теперь… — он прикусил мочку его уха, заставляя Джисона судорожно вздохнуть. — Теперь я не остановлюсь.       Шаги за дверью стихли. Они все еще стояли слишком близко, чувствуя, как колотятся сердца друг друга. Воздух был густым от невысказанных желаний и невыполненных обещаний.       — Домой, — хрипло скомандовал Минхо, отстраняясь. — Сейчас же.       В его глазах плескалось такое откровенное желание, что у Джисона пересохло в горле. Он знал — это только начало. И, черт возьми, он хотел увидеть продолжение. Ночной Сеул сверкал неоном, отражаясь в лужах после дождя. Они молча спустились на парковку — Минхо впереди, Джисон в двух шагах позади, все еще чувствуя фантомное прикосновение чужих губ к шее. Черный Мерседес пикнул, разблокируя двери.       — Садись, — голос Минхо звучал хрипло.       В машине пахло кожей и его парфюмом. Джисон откинулся на сиденье, искоса наблюдая, как Ли сжимает руль побелевшими костяшками. На светофоре Минхо повернулся к нему — его зрачки все еще были расширены, а на шее виднелся след от галстука, который Джисон стянул в лифте.       Они встали в пробку на мосту Мапо. Красные габаритные огни впереди стоящих машин отражались на мокром асфальте. Минхо барабанил пальцами по рулю, и каждый звук отдавался у Джисона где-то под ребрами.       — Долго еще? — Хан специально понизил голос, наблюдая, как дернулся кадык Минхо.       — Заткнись, — процедил Ли, но его рука уже скользнула на бедро Джисона.       Теплые пальцы сжали ногу через ткань брюк, и Хан рвано выдохнул. Минхо даже не смотрел на него, делая вид, что полностью сосредоточен на дороге, но его пальцы медленно двигались вверх, посылая волны мурашек по всему телу.       — Я думал, вы любите, когда я говорю, господин Ли, — Джисон специально надавил на последние слова, наблюдая, как желваки заходили на скулах Минхо.       Машина дернулась вперед на пару метров, и рука Ли на секунду сжалась сильнее. Джисон прикрыл глаза, чувствуя, как пальцы Минхо скользят по внутренней стороне бедра. В салоне стало невыносимо жарко.       — Еще одно слово, — хрипло предупредил Минхо, — и я остановлю машину прямо здесь.       Джисон повернул голову, разглядывая его профиль в неоновых отблесках города. Капля пота скользнула по виску Ли, теряясь в вороте рубашки. Хан облизнул пересохшие губы, и Минхо, заметив это движение, сжал руль еще сильнее.       Пробка медленно продвигалась вперед. Рука Минхо все еще лежала на его бедре, обжигая даже через ткань. В машине повисла густая, вязкая тишина, нарушаемая только их тяжелым дыханием.       Впереди забрезжили огни Каннама.       Джисону пиздец как жарко, он расстегнул еще пару пуговиц рубашки, искоса наблюдая как темнеют глаза Ли от этого движения. Хан выглянул их окна, машины все еще не двигались, а в его голове разыгрался чудесный план. Он потянулся к Ли, словно кошечка, становясь коленями на своем сидении, и руками сжимая чужие мясистые бедра.       — Сядь на место, — почти агрессивно приказывает Ли.       Но Джисон уже тянется к его пряжке ремня и расстегивает ширинку брюк. Приспускает белье и твердый член сам выскакивает из оков одежды.       — У господина такой большой член. Ммм, могу ли я его попробовать? — хитро улыбаясь, спрашивает Джисон, водя рукой по чужому члену.       Минхо глухо простонал, откидывая голову назад.       Джисону дважды повторять не нужно. Он накрывает ртом довольно большую головку члена, мастерки обсасывая ее со всех сторон. Капли слюны и природной смазки смачивают всю длину члена и пачкают одежду. Хан умело толкает член глубже, чувствуя как становится нечем дышать. Но стоны сверху подстегивают брать все глубже и глубже. Джисон утробно стонет, пуская вибрации по стволу и слышит ругательства. Минхо на грани. Он опускает руку на голову Джисона и тянет его за волосы, самостоятельно насаживая его горло на член, слыша умопомрачительные звуки внизу. Хан крепче сжимает бедра Минхо, царапая их, и в последний момент сжимает горло вокруг члена Ли, позволяя тому кончить в его рот.       — Ммм, — вытирается Хан от излишков спермы в уголках рта и на подбородке. — Такой вкусный член и не во мне, эх, — театрально разочаровывается Хан.       — Блять, сиди тихо.       Минхо поправляет штаны и жмет на газ. Машины двигаются по метру в час, а он уже хочет вытрахать из этого мальчишки всю дурь. Джисон лишь ухмыляется. Он и не думает останавливаться на начатом. Если Минхо не может взять его прямо здесь и сейчас, ему придется начать самому. Он достает из сумки маленький тюбик смазки и небольшое дилдо. При других обстоятельствах он точно выиграл бы в конкурсе «что в сумке менеджера».       — Ты что, блять, делаешь? — возмущается Минхо, видя приспущенные штаны Джисона и мокрые пальцы, которые вот-вот войдут в него.       — А господину не нравится, что я начал без него? — Джисон, неотрывно смотря прямо в глаза Ли, резко проникает в себя сразу двумя пальцами, — Ах-мм!       — Сука, — шипит Ли.       Он недовольно смотрит на дорогу, несколько раз сигналя, в ответ получая средний палец в зеркале заднего вида от машины спереди. Джисон звонко стонет, добавляя себе третий палет и облизывает пересохшие губы.       — Блять, — Минхо тянется к небольшому дилдо в свободной руке Джисона, выливает на нее полтюбика смазки и под коварным пристальным взглядом вставляет его в Хана. Резко и быстро. О звезд перед глазами. Он параллельно жмет на газ, замечая, что машины немного сдвинулись с места, но не менее яростно долбит Хана игрушкой.       — Ммм, блять, Минхо! — выстанывает Джисон, пытаясь сдвинуть ноги.       Но Минхо шлепает его по обнаженному бедру, раздвигая ноги шире.       — Ты же хотел поиграться? Не думаешь, что ты выглядишь жалко? Долго хотел моего члена?       Джисон лишь сдавлено мычит, кивая, сквозь стон, вырывающийся из груди и помогает надрачивать себе, пока игрушка до упора входит в него.       Минхо сильнее трахает его, ухмыляясь, ведь его член в раза три больше этой дешевой игрушки. Спустя две минуты машины начинают яростно сигналить и в этот же момент Хан достигает пика наслаждения, кончая себе в руку. Минхо вдавил педаль газа едва дорога освободилась. Элитная многоэтажка в Каннаме — конечно, где же еще мог жить этот сноб. Джисон сдержал ухмылку, когда Минхо неловко уронил ключи от машины, пытаясь их достать. Руки у него дрожали — забавно.       Лифт полз невыносимо медленно. Они стояли по разным углам, будто отталкиваясь друг от друга магнитами. Но Джисон чувствовал на себе тяжелый взгляд и то, как подрагивают пальцы Минхо, которыми тот отбивал рваный ритм по перилам.       Пентхаус. Ну конечно.       Минхо пропустил его вперед, и Джисон услышал, как щелкнул замок. В следующую секунду его с силой прижали к стене, выбивая воздух из легких. Ли навис над ним, упираясь руками по обе стороны от его головы.       — Ну и? — хрипло выдохнул Джисон. — Что дальше, господин директор?       Минхо зарычал, впиваясь в его губы жестким поцелуем. Его пальцы путались в волосах Джисона, оттягивая голову назад, заставляя открыться сильнее. Хан застонал ему в рот, когда колено Минхо протиснулось между его ног.       — Бесишь, — выдохнул Ли ему в шею, прикусывая кожу. — Как же ты меня бесишь.       Его руки уже расстегивали рубашку Джисона, срывая пуговицы. Хан вздрогнул, когда холодные пальцы коснулись разгоряченной кожи. В отместку он дернул рубашку Минхо из брюк, царапая спину.       — Спальня, — прохрипел Ли, прихватывая зубами мочку его уха. — Сейчас же.       Он потянул Джисона за собой, не разрывая поцелуя. Они спотыкались о мебель, путались в одежде, но не могли оторваться друг от друга. Хан краем глаза успел заметить минималистичный интерьер, черно-белые тона и панорамные окна, но все это сейчас казалось таким неважным.       Минхо толкнул его на кровать, нависая сверху. В лунном свете его глаза казались почти черными от расширенных зрачков. Он смотрел на Джисона так, будто хотел сожрать его целиком.       — Последний шанс уйти, — хрипло предупредил Ли.       Джисон ухмыльнулся, обвивая его шею руками и притягивая ближе:       — Заткнись и целуй меня.       Джисон все еще достаточно мокрый, из его дырочки вытекают остатки смазки, а член истекает природной жидкостью. Минхо горячо целует его тело, попутно освобождая от пропитанной дождем и потом одежды. А Джисон дрожит в его руках словно осиновый лист. Минхо кусает шею, зализывает покрасневшие места и вновь вгрызается. Кровь пульсирует в жилах и он не собирается останавливаться. Он раздвигает ноги Джисона, попутно выдавливая на свой член остатки смазки, и входит в него до упора, слыша визг.       — Ммм, блять, да! — кричит Джисон, дугой выгибаясь на постели.       — Это сойдет за премию? — смеется Ли.       — Только если ежедневная, — тяжело дыша, подстегивает Джисон.       — Вот же сучка, — Минхо шлепает Джисона по бедру и тянет его на себя.       Минхо тащит его за руку к большому панорамному окну с видом на оживленный центр района и прислоняет лицом к стеклу.       — Мне впервые захотелось жить на нижних этажах, — вставляя в Джисона четыре пальца, расстрахивая его дырочку, шепчет на ухо Ли. — Чтобы каждый прохожий видел какая ты у меня шлюшка.       Джисон мычит, умоляя вставить в себя член.       — Ну же, Минхо, давай, — выстанывает он, чувствуя как по ногам вниз стекают капли смазки.       Минхо медленно водит членом по промежности, слегка надавливая головкой на колечко мышц и внезапно проникает внутрь.       — Ахм, блять! — вскрикивает Джисон, чувствуя как быстро Минхо начинает в него вдалбливаться.       — Помычи еще, давай, — говорит Ли, прикусывая мочку уха Хана.       Он вновь и вновь вгрызается в его шею, словно это любимое лакомство, тянется к соскам и сжимает их, чтобы убедиться, что они такие же чувствительные, как и остальные части тела Джисона.       — Какой же ты сладкий, — рычит Ли, языком толкаясь в рот Джисона.       А он уже на грани, капли пота лавиной скатываются по телу, внизу живота тугой узел наслаждения вот-вот порвется. Минхо видит это, но не прекращает свои издевательства над телом подчиненного, это лишь подстрекает его трахать сильнее, мучать его тело до изнеможения. Он ухватывается руками за талию Хана и жмет его теснее к окну, коленом раздвигает его ноги шире и фокусируется лишь на том, чтобы Хан кончил. Джисона распирает изнутри, он уже кричит от удовольствия в запотевшее окно и пытается изворачиваться, чтобы избежать этих острых и горячих движений. Но еще миг, последний крик, вздох и окно пачкается спермой. Минхо кончает внутрь, прикусывая Хана за загривок и пытается отдышаться.       Джисон проснулся от солнечного света, бьющего в глаза через панорамные окна. Он не сразу понял, где находится — минималистичный интерьер, черно-белые тона, шелковые простыни. Тело приятно ныло, а на шее наверняка остались следы вчерашней ночи.       Минхо не было рядом, но из кухни доносился запах кофе. Джисон нашел свою рубашку — помятую, с оторванными пуговицами. Отличное начало рабочего дня.       — Проснулся? — Минхо стоял у кофемашины, уже одетый в свежий костюм. Будто ничего и не было.       Джисон прислонился к дверному косяку, разглядывая его напряженную спину. Интересно, насколько все усложнится теперь?       — Кофе будешь? — голос Ли звучал непривычно мягко.       — Я похож на того, кто откажется от кофе? — Джисон плюхнулся на барный стул, морщась от легкой боли. — Особенно если это не та бурда из офиса.       Минхо фыркнул, но все же протянул ему чашку. Джисон заметил, как дернулся уголок его губ, когда он увидел следы на его шее.       — Гордитесь собой? — Хан демонстративно потянулся, зная, что футболка Минхо, которую он нашел в спальне, задерется, обнажая следы от укусов на бедрах.       — Заткнись и пей свой кофе, — огрызнулся Ли, но его взгляд говорил совсем другое.       — А то что? — Джисон облизнул ложечку с сахаром, глядя прямо в глаза начальнику. — Накажете?       Минхо резко выдохнул, сжимая пальцами столешницу.       — У нас совещание через час.       — М-м-м, — протянул Джисон. — И что мне надеть? Может, эту футболку? Чтобы все видели, чем занимается их любимый директор по ночам?       Ли в два шага оказался рядом, впечатывая его в барную стойку.       — Ты нарываешься, Хан Джисон.       — А вы только сейчас заметили?       Телефон Джисона пиликнул входящим сообщением. От Чана. «Ты в порядке? Не отвечал вчера. Я волнуюсь.»       — Блять, — Минхо закатил глаза. — Он всегда такой… заботливый?       — Ревнуете? — ухмыльнулся Джисон, но его ухмылка превратилась в задушенный стон, когда Ли прикусил особенно чувствительное место на шее.       — Нам пора на работу, — хрипло выдохнул Минхо ему в ухо.       — Конечно, господин директор. Только… — Джисон многозначительно посмотрел на свою разорванную рубашку.       — В шкафу есть запасные, — Ли уже направился к выходу, но вдруг обернулся. — И Джисон?       — М?       — Если ты думаешь, что теперь я буду мягче к тебе на работе… — его глаза опасно блеснули. — То ты сильно ошибаешься.       — Я бы разочаровался, если бы вы стали мягче, — подмигнул Хан, натягивая свежую рубашку.       День обещал быть интересным. Особенно учитывая, что вчера они разгромили половину кабинета Минхо, а уборщица явно не успела его убрать. Первое, что они увидели, войдя в офис — Чана, который протирал стол в кабинете Минхо с таким усердием, будто собирался просверлить в нем дыру.       — Из-за кондиционера, наверное, — пробормотал он, заметив их. — Все документы разлетелись.       Джисон подавился кофе, который взял в дорогу. Минхо рядом закашлялся, пытаясь сохранить невозмутимое выражение лица.       — Спасибо за заботу о чистоте, Бан Чан, — процедил Ли. — Но у нас вообще-то есть уборщица.       — Да, но я пришел пораньше и решил… — Чан осекся, наконец заметив следы на шее Джисона, выглядывающие из-под воротника. — О. Оу.       В этот момент в офис влетела секретарша с кипой бумаг, споткнулась о порог и выронила все документы. Бумаги разлетелись по всему кабинету, и одна из них — та самая служебная записка, где было написано «Хан Джисон, вы уволены нахуй» — приземлилась прямо Чану под ноги.       — Это что? — Бан поднял бумагу, пробежался по ней глазами и изумленно уставился на Минхо. — Ты собирался уволить Джисона?       — Это старая записка, — быстро сказал Минхо, но было поздно.       — Серьезно? — Джисон выхватил бумагу. — И когда ты это написал?       — В тот день, когда ты пришел на собеседование в рваных джинсах, — огрызнулся Ли.       — О, так это была любовь с первого взгляда? — ухмыльнулся Хан. Чан переводил взгляд с одного на другого, и по его лицу медленно расползалось понимание.       — Так вы…       В этот момент в кабинет ворвался генеральный директор — отец Минхо.       — Сын! Я слышал, ты наконец-то… — он осекся, увидев всю картину: Джисона с засосами на шее, Чана с тряпкой, и Минхо, который впервые в жизни выглядел так, будто хочет провалиться сквозь землю.       — А, так это тот самый парень? — старший Ли просиял. — Который довел тебя до того, что ты позвонил мне в три часа ночи и час рассказывал, какой он невыносимый?       В офисе повисла мертвая тишина.       — Что? — Джисон медленно повернулся к Минхо. — Ты жаловался на меня своему папе?       — Я был пьян! — возмутился Минхо. — И вообще, это ты виноват! Кто вообще приходит на собеседование в рваных джинсах и с черным лаком на ногтях?       — О, так это поэтому ты пялился на мои руки все собеседование? — Джисон самодовольно ухмыльнулся.       Старший Ли радостно хлопнул в ладоши:       — Отлично! Значит, свадьбу играем через месяц!       В этот момент Чан уронил бутылку с чистящим средством, которая прокатилась по полу и сбила с ног секретаршу, всё еще собирающую бумаги. Та, падая, схватилась за жалюзи, которые с треском обрушились, открывая всему офису прекрасный вид на то, как Минхо прижимает Джисона к стене, пытаясь заткнуть ему рот поцелуем.       — Я за это не плачу, — донеслось из коридора ворчание главного бухгалтера.       — А я думал, это будет худший день в моей жизни, когда ты пришел на собеседование с синими волосами, — простонал Минхо, отрываясь от губ Джисона.       — Что, правда худший? — Хан самодовольно ухмыльнулся. — А как же тот день, когда я случайно отправил наши переписки, где ты ненавистью плевался в меня, а я флиртовал в общий чат?       — Ты сделал ЧТО? — Минхо отшатнулся от него как от прокаженного.       — Да шучу я, шучу, — рассмеялся Джисон, но тут же осекся, заметив, как побледнел Чан, который пялился в свой телефон.       — Эм… ребят… — Бан нервно сглотнул. — Кажется, кто-то только что скинул в рабочий чат видео с камер наблюдения из лифта. Вчерашнее.       Минхо метнулся к своему телефону. В общем чате компании действительно красовалось видео, где они с Джисоном… очень активно обсуждали квартальный отчет. Если можно назвать «обсуждением» то, как Хан стягивал с него галстук.       — Твою мать, — выдохнул Ли.       — О, а вот и мой любимый момент! — радостно воскликнул Джисон, заглядывая ему через плечо. — Где ты прижал меня к стенке и трогал мой чле…       — Заткнись!       — Сын, — подал голос старший Ли, который все еще был здесь. — Я, конечно, рад, что ты наконец-то… кхм… нашел общий язык с подчиненными, но может, стоит перенести эти… производственные совещания в более приватную обстановку?       — Папа!       — Что? Я просто забочусь о репутации компании. И о том, чтобы мои внуки не появились на свет в офисном лифте.       Джисон подавился воздухом.       — Внуки?       — Конечно! — старший Ли просиял. — Кстати, я уже сегодня забронирую банкетный зал. И закажу торт. И костюмы. И…       — Папа, мы встречаемся всего сутки! — взвыл Минхо.       — О, так вы уже встречаетесь? — хором воскликнули все присутствующие.       — Мы встречаемся? — не меньше удивился Хан.       В этот момент в кабинет заглянула уборщица:       — Господин Ли, по поводу уборки в кабинете. Я вчера не хотела мешать и…       — ВОН! — рявкнул Минхо.       — Не кричи на людей, сынок, — укоризненно покачал головой старший Ли. — Кстати, я приглашу твою маму на обед. Она тоже захочет познакомиться с будущим зятем.       Джисон расплылся в дьявольской улыбке:       — Конечно, я с удовольствием расскажу вашей жене, как ваш сын соблазнил меня в офисе.       — Я тебя убью, — прошипел Минхо.       — Можно после свадьбы? — невинно предложил Хан. — А то твой отец уже торт заказал.