Запретная любовь.

Мария вернулась домой, чувствуя себя будто на грани чего-то важного и неизбежного. Всё, что произошло в последние дни, не выходило у неё из головы — её отношения с Лаурой Альбертовной, странные моменты с поцелуем, разговор с Сашей, которая раскрыла ей часть правды о своей работе и о том, кто такая Лаура в этом мире. Но, несмотря на всю сложность ситуации, Мария почувствовала, что ей нужно разобраться в том, что она чувствует. Знала, что этот шаг не будет простым, но она не могла остановиться. Прямо сейчас она решила поговорить с Таней, подругой, которая всегда была рядом и которая могла дать ей мудрый совет. Таня, как всегда, была спокойной и рассудительной. Когда Мария позвонила, то сразу почувствовала, что подруга была готова выслушать её, как и всегда. Они договорились встретиться вечером в кафе, чтобы обсудить всё, что происходило. Когда Мария вошла в кафе, Таня сидела за столиком у окна, спокойно листая меню, но её глаза сразу же поднялись, когда Мария подошла. — Ого, ты выглядишь как человек, переживший бурю. Что случилось? — сказала Таня, улыбнувшись, но её взгляд сразу стал серьёзным, заметив состояние подруги. Мария опустилась на стул и вздохнула, перед тем как начать рассказывать. — Ты не поверишь, но я даже не знаю, с чего начать. Всё это стало настолько запутанным… — начала она, её голос немного дрожал. — Помнишь, я тебе рассказывала про Лауру Альбертовну? Так вот, всё стало гораздо сложнее, чем я думала. Таня внимательно слушала, её глаза стали более напряжёнными. — Так что, она теперь тебе не просто преподаватель? Я же предупреждала, что с ней не всё так просто. Она точно не та женщина, с которой можно просто так общаться, — сказала Таня, но в её голосе звучала не столько осуждение, сколько недоумение. Мария кивнула. — Она не только моя преподавательница. Саша мне рассказала, что она работает в модельном агентстве, а я даже не догадывалась. И вот, вчера я пришла туда с Сашей, а Лаура Альбертовна, как всегда, оказалась рядом. Не знаю, что произошло, но мне кажется, что между нами что-то есть. Я даже не могу точно объяснить, что. Она как-то повела себя странно, наклонилась ко мне и… ну, поцеловала меня. Таня удивлённо подняла брови. — Подожди, ты говоришь, она поцеловала тебя прямо там? Ну и ну… Это уже не просто «странно». Это какая-то чёртовская игра. Я тебе говорила, что с ней надо быть осторожной, но ты прямо в пекло залезла. У тебя теперь что, будет роман с Лаурой Альбертовной? Мария покраснела и поняла, что эта мысль действительно стала для неё чем-то, над чем она должна будет подумать. — Не знаю. Я же тебе говорила, что мне трудно всё понять. Она ведёт себя так… двойственно. Сначала она как будто хочет держать меня на расстоянии, а потом — такие вот поступки. Я запуталась. Что мне делать? Что она вообще от меня хочет? Таня выждала паузу, а потом сказала: — Ты же знаешь, что она — мастер манипуляций. Но в этом есть своя правда: возможно, она действительно заинтересована в тебе. В вопросах, как она это выражает — да, это может быть жестоко, с её чёрным юмором и странными поступками. Но её чувства точно не простые. Если ты решишь с ней продолжать общение, то ты в её игре. Вопрос только в том, готова ли ты играть по её правилам. Мария задумалась. Таня действительно права, но мысль о том, чтобы просто отказаться, была для неё болезненной. Всё, что происходило, становилось частью её жизни, и она чувствовала, что ей нужно быть честной с собой и разобраться в своих чувствах. — Я не знаю. Я даже не могу сказать, что меня в этом тянет. Это просто… что-то, что нельзя игнорировать. Я хочу, чтобы она призналась мне в своих чувствах. Если она что-то ко мне чувствует, пусть скажет прямо. Но я не уверена, как она это сделает. Я хочу увидеть её слабости, чтобы понять, чего она от меня хочет. Это уже слишком долго тянется. Я не могу стоять на месте. Таня вздохнула. — Ты хочешь, чтобы она раскрылась? Ты хочешь, чтобы она стала более нежной с тобой? Слушай, ты можешь попытаться. Но будь готова, что это будет не просто. Если она действительно зацепилась за тебя, то не будет ничего простого. После их разговора Мария решила, что она сделает шаг навстречу. Она понимала, что должна проверить свои ощущения и, возможно, на этот раз не бояться последствий. На следующий день, после занятий, Мария снова решила посетить агентство. Саша на этот раз была более спокойной и встречала её с лёгкой улыбкой. — Ты вернулась, — сказала Саша, не скрывая любопытства. — Ну что, решила разобраться в ситуации? Мария кивнула, но не стала сразу раскрывать свои планы. Саша заметила её задумчивое настроение и предложила: — Лаура уже ушла на встречу, но она сказала, чтобы ты зашла, когда будешь готова. Мне кажется, она ждёт чего-то от тебя. Мария почувствовала, как её сердце начинает биться быстрее. Она должна была это сделать. Она вошла в офис, и Лаура Альбертовна сидела за столом, глубоко погружённая в документы. Когда Мария подошла, она подняла взгляд, и их глаза встретились. Лаура Альбертовна не улыбнулась, но в её взгляде было что-то опасное, что-то, что не позволило Марии отступить. — Ты снова здесь, — сказала Лаура, и её голос звучал холодно, но с какой-то скрытой интригой. Мария не стала тянуть время. — Я хочу понять, что между нами происходит. Ты ведёшь себя как-то странно, и я хочу знать, что ты от меня хочешь. Я не могу продолжать сидеть в этом неопределённом состоянии, мне нужно разобраться в своих чувствах. Лаура Альбертовна усмехнулась. — Ах, так ты хочешь играть в игру «разобраться в чувствах»? Ты думаешь, я могу быть такой наивной, как все остальные? Ты вообще понимаешь, с кем имеешь дело? Мария не отступила и смело посмотрела в её глаза. — Я готова испытать это, Лаура. Ты говоришь, что можешь быть жестокой, но ты не смогла бы просто так поцеловать меня, если бы ничего не чувствовала. Ты вела себя странно, и теперь я хочу услышать твою правду. Ты играешь или это действительно ты? Лаура Альбертовна наклонилась вперёд, её взгляд стал более острым и пристальным. — Ты уверена, что хочешь этого? Ты не боишься того, что я могу сделать? Ты хочешь, чтобы я была нежной с тобой, но знай, что с этим приходит и совсем другая сторона. Ты готова стать частью моего мира, который ты так любишь представлять себе? Мария кивнула. — Я готова. И в следующий момент Лаура Альбертовна наклонилась и поцеловала её снова, но теперь — совсем иначе. Этот поцелуй был полон напряжения и скрытой страсти. Словно она хотела сказать всё без слов, выразить всё, что до этого не могла объяснить. — Не думай, что я буду милой с тобой, — прошептала Лаура, отстраняясь и, усмехнувшись, — я не для того пришла в этот мир. Мария почувствовала, как внутри всё переворачивается, и поняла, что теперь она должна следить за каждым шагом. Всё, что будет дальше, будет зависеть от того, насколько она сможет выдержать эту игру. Лаура запускает свою руку в волосы Марии, наклоняется и целует ее. Блондинка отвечает взаимностью, также запуская свои руки в волосы шатенки. По сценарию Лаура берет Марию за бёдра, поднимает и несёт на стол. После чего Мария ложиться на этот стол, Шатенка нависла над ней и начинает целовать шею, руки изучают тело блондинки. Затем она возвращается к губам и, так как Мария была в брюках, рука Лауры уже спустилась к ширинке и начала ее расстёгивать.  — Стойте, нет. Я не была готова к большему, простите, — с тревогой смотрела Мария на Лауру Альбертовну.  — Хорошо. На этом закончим. Мария почувствовала, как лёгкая волна расслабления накрывает её, когда она ответила, что чувствует себя хорошо. Лаура Альбертовна, немного отступив назад, улыбнулась с лёгким намёком на что-то большее в её взгляде, но осталась спокойной. — Ну вот, с этим уже можно что-то делать, — сказала она, и, не давая времени на дальнейшие размышления, повернулась к столу. — Раз уж ты здесь, наверное, будет разумно предложить тебе чашку чая. Всё-таки не каждый день такие… визиты. Мария чуть растерялась, но кивнула, всё-таки находясь в школьной атмосфере и удивляясь, что Лаура Альбертовна, обычно строгая и неприступная, вдруг проявляет такую необычную заботу. Лаура Альбертовна снова повернулась к столу, открыв небольшой ящик и доставая оттуда термос с чаем. Она наливала в чашку с таким видом, как будто готовилась к чему-то важному, и всё же её спокойствие не нарушалось. — Не переживай, я не собираюсь отравить тебя чем-то необычным, — с усмешкой добавила она, как бы подшучивая, — не все мои рецепты настолько зловещи. Мария тихо рассмеялась, почувствовав, как лёгкость в общении с Лаурой Альбертовной возрастает. В этом кабинете, пустом и тихом, было что-то, что позволяло им обеим говорить открыто, несмотря на официальную обстановку. — Так, расскажи-ка мне, — начала Лаура, усаживаясь напротив Марии и откидывая волосы, как бы намеренно подчеркивая её загадочный образ, — что ты вообще думала обо мне, когда впервые сюда пришла? Я была для тебя какой-то страшной, нет? Мария посмотрела на неё, немного задумавшись, но всё же улыбнулась. Всё это казалось необычным, но в какой-то момент она уже не ощущала страха или неловкости. — Ты… ну, да, ты выглядишь страшно, но, в хорошем смысле! Не как монстр, а как… — она замолчала на секунду, а потом всё же продолжила: — как человек, который может заставить других бояться, но на самом деле у него есть своя тайна. Лаура Альбертовна усмехнулась, не скрывая удовольствия от её ответа. — Ну, это довольно точное описание, — сказала она, отставив чашку на стол. — Признаюсь, мне нравится, когда люди боятся меня. Хотя… бояться меня и любить — это не одно и то же. Ты ведь не боишься, правда? Мария понимала, что её слова могут быть решающими, и решила, что нужно быть честной. — Я… наверное, не боюсь. Но ты действительно умеешь манипулировать. Это, честно говоря, немного пугает. Лаура Альбертовна усмехнулась, положив свою чашку на стол и посмотрев на неё так, будто знала нечто большее. — Манипулировать? Дорогая, я просто знаю, как вести людей, и иногда это бывает забавно. Но ты, Мария, никогда не была игрушкой в чужих руках, не так ли? — с лёгким чёрным юмором добавила она, и в её голосе вновь звучала эта дерзость. Мария задумалась, ощущая странную притягательность этого разговора. Она не могла отделаться от чувства, что Лаура знала её гораздо лучше, чем она сама себя. — Ты можешь меня раздражать иногда, — призналась Мария, но тут же рассмеялась, — но это именно то, что меня и привлекает. Лаура Альбертовна с интересом приподняла бровь. — О, я так и знала, что ты не сможешь устоять перед этой комбинацией: чёрный юмор, власть и манипуляции. Но на самом деле… я ценю твои слова. Ты не боишься меня, не боишься говорить правду. Это важно. И за это я могу быть с тобой честной. Мария почувствовала, как пространство между ними становится гораздо более открытым, чем раньше. Она с интересом следила за каждым движением Лауры Альбертовны, ощущая, как между ними постепенно выстраивается что-то большее, чем просто любопытство. Лаура всегда казалась недосягаемой, будто обладавшая какой-то тайной, скрытой глубже, чем её игривый и дерзкий стиль общения. Она взяла чашку с чаем, и её глаза искренне блеснули, когда она взглянула на Марию. — Ты правда думаешь, что я могу быть честной? — Лаура усмехнулась, поднося чашку ко рту и делая паузу. — Я же живу в мире, где людям проще обманывать себя, чем лицезреть правду. Но ты не из тех, кто ищет лёгкие ответы, да? Мария слегка напряглась, чувствуя, что не так-то просто найти верные слова для продолжения разговора. Но она не собиралась отступать. — Может, я не ищу лёгких ответов, но… — она замедлила речь, пытаясь почувствовать, где заканчиваются границы, и что ещё можно спросить. — Ты действительно так уверена в своём взгляде на мир? Или это тоже часть игры? Лаура Альбертовна закинула ногу на ногу и откинулась на спинку кресла, её взгляд стал более проницательным, как будто она разгадывала какой-то сложный пазл. — Игры, Мария, — её голос снова приобрёл тот тонкий, насмешливый оттенок, который так раздражал, но одновременно привлекал. — Игры — это для слабых. Мы все играем, но кто-то просто предпочитает оставаться в тени. А ты, как я вижу, не боишься выйти на свет. Мария почувствовала, как сердце забилось быстрее. Лаура действительно знала, как ставить её в угол и заставить искать ответы на вопросы, которые она не всегда хотела себе задавать. — То есть, ты считаешь, что все мы в какой-то степени скрываем что-то, а потом просто выбираем, когда выйти из тени? — спросила она осторожно, стараясь удержаться в рамках разговора, не нарушая личные границы Лауры. Лаура Альбертовна расплылась в улыбке, и в её глазах мелькнуло что-то игривое и в то же время опасное. — О, ты только что зацепила мой интерес. Видишь ли, ты сама предложила эту тему, так что, может быть, ты хочешь узнать, что скрываю я? Но предупреждаю, я не люблю, когда меня выспрашивают слишком быстро. Ты ведь не хочешь попасть в ту самую ловушку, в которую попадает каждый, кто пытается меня обмануть? Мария, понимая, что только что вступила на тонкую грань, быстро вцепилась в чашку с чаем, пытаясь обуздать тревогу. Но она решила, что не сможет просто так отступить. — Я не обманываю тебя, Лаура, — тихо сказала она, поднимая взгляд. — Я просто хочу понять, как ты на самом деле себя воспринимаешь. Может быть, ты тоже скрываешь что-то, о чём никто не знает. Лаура Альбертовна тихо рассмеялась, и её смех был полон того же зловещего удовольствия, которое она всегда чувствовала, когда играла с людьми. — Ты действительно думаешь, что я когда-то позволю кому-то узнать все мои секреты? О, дорогая, ты даже не представляешь, сколько масок я готова носить, чтобы не попасть в ловушку собственных же слов. Мария не могла не улыбнуться, понимая, что в этой игре она только что сделала свой первый шаг, и теперь было уже невозможно остановиться. Мария почувствовала, как в её груди затрепетало любопытство, смешанное с растущим волнением. С каждым словом Лауры Альбертовны она всё больше ощущала, как попадает в её паутину, и в то же время ощущала притяжение этой загадки. Лаура была как неуловимая тень, заставляя Марию всё больше задумываться о своих собственных желаниях и границах. — Ты говоришь, как будто я могу быть частью твоей игры, — тихо ответила Мария, будто впервые озвучивая свои мысли вслух. — Но я не думаю, что мне это нужно. Я не играю ради игры. Лаура Альбертовна усмехнулась, её взгляд становился всё более задумчивым, а затем она отставила чашку с чаем на столик и скрестила руки на груди. — Ты думаешь, что я играю ради забавы? — её голос стал менее игривым, более серьёзным, и это заставило Марию напрячься. — Может быть, ты ошибаешься, Мария. В жизни есть вещи, которые не понимаешь, пока не окажешься в самом центре их, — она медленно посмотрела на девушку. — Иногда мы все вынуждены играть, потому что иначе нас просто не слышат. И ты не можешь избежать того, что… мир устроен так. Даже если ты не хочешь этого. Мария почувствовала, как её горло сжалось. Слова Лауры озадачили её, оставив смешанные чувства, и даже несмотря на тяжёлую атмосферу, в её голове продолжали всплывать вопросы. — Ты правду говоришь… Но ты ведь тоже можешь быть честной, правда? — её голос звучал мягко, но в нём была та искорка, которая не давала ей покоя. — Я не хочу твоих секретов. Я хочу… понять, что ты на самом деле хочешь. Почему ты играешь, если это так тяжело? Лаура Альбертовна молчала несколько мгновений, в её глазах мелькнуло что-то тёмное, как будто она размышляла, стоит ли открывать эту часть себя. — Хм, ты спрашиваешь, как будто мне нравится быть в центре этого всего, — её улыбка была едва заметной, но в ней снова звучала та самая дерзость. — Ты, наверное, хочешь, чтобы я ответила так, как ты хочешь услышать. Но вот что я скажу: ты никогда не получишь полный ответ. Мы все с чем-то боремся, Мария, но не всегда мы готовы делиться тем, что на самом деле скрываем. И иногда лучше оставить всё на своём месте. Мария сделала небольшой глоток чая, пытаясь переварить слова Лауры. Её взгляд всё больше привыкал к этой игре, к этому танцу слов и эмоций, который Лаура так искусно вела. — Так ты говоришь, что ты не можешь быть открытой со мной? — её интонация оставалась спокойной, но в её глазах загорелось любопытство. — Нет, я говорю, что ты не готова услышать всё, что я могу рассказать, — ответила Лаура, её голос был тёплым, но с лёгким оттенком вызова. — Ты ведь видишь, я играю, но ты, похоже, не боишься быть частью этой игры. И это… любопытно. Мария почувствовала, как её сердце начинает биться быстрее, а её голос снова становится чуть тише. — Мне не нужно всё… я просто хочу понять, с кем я говорю. Потому что ты совсем не такая, как все. Лаура Альбертовна медленно наклонила голову, и её взгляд стал более мягким, но все же сохранялся этот элемент игры, который держал Марии в напряжении. — Я вовсе не такая, как все, — произнесла она с лёгким акцентом на каждом слове. — Но ты права, я не даю никому увидеть меня целиком. Может быть, однажды, если ты будешь достаточно настойчива, я открою тебе больше. Но предупреждаю… быть рядом со мной — это риск. Не всем это по плечу. Мария, почувствовав, что между ними уже есть что-то важное, ещё более осторожно, но с интересом спросила: — А ты считаешь, что риск — это всегда плохо? Или он может быть… частью чего-то более значимого? Лаура Альбертовна улыбнулась, её лицо стало немного мягче, но в её взгляде всё равно оставался вызов. — Риск — это всегда шанс. И если ты готова рисковать, ты можешь найти нечто большее, чем просто игру. Но помни, я всегда буду рядом, чтобы напомнить, что ты на грани. Мария почувствовала, как напряжение в воздухе начинает немного стихать, но всё равно оставалась какая-то невидимая граница между ними, которая заставляла её чувствовать себя одновременно притянутой и настороженной. Разговор с Лаурой Альбертовной был как плавание в тёмной воде — ты не видел дна, но всё равно не мог оторвать взгляд от того, что происходило вокруг. — Может, когда-нибудь я буду готова понять, что ты имеешь в виду, — сказала Мария, её голос звучал задумчиво, но в нём была и некоторая уверенность. — Но для начала мне нужно немного времени, чтобы осознать всё это. Лаура Альбертовна с удовлетворением кивнула, её глаза сверкают в свете лампы, стоящей на столе. — Время — это всё, что нам нужно. Главное, чтобы ты понимала, что в этой игре, как и в жизни, нет лёгких решений, — добавила она с лёгкой усмешкой. — В конце концов, каждый сам решает, что для него важно. Но ты ведь не боишься искать ответы, не так ли? Мария улыбнулась, но на мгновение её лицо стало серьёзным, словно она обдумывала последние слова. Что же, возможно, в какой-то мере, она и вправду не боялась искать, но что-то в этом разговоре оставляло её с ощущением недосказанности. Она не могла просто взять и уйти, не чувствуя, что между ними остаётся что-то неразрешённое, что-то, что тянуло, но в то же время оставляло за собой след тревоги. — Думаю, ты права, — наконец сказала она, поднимаясь из-за стола и направляясь к дверям. — И если когда-нибудь захочешь поговорить по-настоящему, без игры, я буду здесь. Это не обещание… просто факт. Лаура Альбертовна наблюдала за ней, её взгляд оставался такой же напряжённой и весёлой, как и раньше, но в нём теперь читалась некая задумчивость, как будто она бы хотела, чтобы этот момент продолжался, но не решалась его продлить. — Это уже что-то, — ответила она, стоя на месте и едва заметно наклоняя голову. — Помни, Мария, что люди, как и ответы, часто скрываются за масками. Но однажды ты сможешь увидеть их настоящими. Надеюсь, ты будешь готова, когда это случится. Мария обернулась к ней, сделав шаг назад, и заметила, как Лаура снова села в кресло, её поза была спокойной, но в глазах оставался тот самый загадочный блеск. Это не было окончанием разговора, это было только его затишьем. — Возможно, мы все когда-нибудь готовы, — ответила Мария, пытаясь вернуть себе уверенность. — Просто не всегда знаем, к чему именно готовимся. Лаура улыбнулась в ответ, но уже не с таким вызовом, как прежде, а скорее с лёгким уважением, как будто она впервые взглянула на Марию по-другому. — Ты можешь быть умнее, чем думаешь, — добавила она, и её голос прозвучал мягче. — Удачи, Мария. Мы ещё встретимся. Мария кивнула, ощущая на себе её взгляд, и, не желая продлить этот момент, решила, что пора уходить. Она подошла к двери и, открыв её, сделала шаг в коридор, направляясь к выходу. Сердце всё ещё билось немного быстрее, чем обычно, но сейчас она уже чувствовала облегчение, как если бы этот разговор стал для неё вызовом, который она приняла, но теперь нужно было дать себе время переварить всё, что она услышала. Лаура осталась на своём месте, её образ постепенно растворялся в тени, пока дверь не закрылась, и тишина снова не заполнила комнату. Она ещё немного посидела, обдумывая слова Марии, но в какой-то момент её взгляд стал мягче. Она знала, что эта игра ещё не завершена, и что их пути ещё не раз пересекутся. Школьный день подходил к концу, и всё вокруг стало наполняться привычной суетой. Мария шла по коридору, ощущая лёгкую усталость от этих сложных разговоров, но в то же время в её голове всё ещё крутились мысли о Лауре, о её словах, о том, как она заставляла её задуматься о себе. Она знала, что всё это не случайно, что этот разговор был не просто очередной игрой, а чем-то более глубоким. Но что это было — Мария ещё не могла точно понять. По пути домой, в автобусе, она пыталась вычленить что-то конкретное из этого взаимодействия, но мысли всё время ускользали. Так было всегда — она много думала о том, что произошло, но в её голове не было чёткого ответа. Возможно, это и было важно. Как бы то ни было, впереди оставалась дорога домой, и дома её ожидал свой собственный мир, который не был таким сложным и запутанным. Тем временем, Лаура Альбертовна также вышла из кабинета и направилась в сторону своего дома, где её ждали другие заботы. Но в глубине души она знала, что этот разговор с Марией — не просто случайность. Она оставила за собой след, и когда-то, возможно, им придётся пересечься снова. В её глазах всё ещё оставалась искорка дерзости, но уже не такая острая, как прежде. Кто знает, куда приведёт этот путь?