Океан познакомил их

      Океан познакомил их. Океан — это что-то такое неизведанное, непонятное для простого человека. Океан — прекрасное место.       В один из октябрьских вечеров, когда солнце уже заходило за горизонт, когда тучи закрывали темневшее небо, когда волны поднимались от ветра, отражая состояние погоды, когда ветер обрамлял лицо мелкими каплями дождя, человек, вовсе не думавший о прелестях жизни, но воистину считал картину перед собой прекрасной, сидел на песке, подтянув ногу под себя, а другой расположился рядом, прижавшись к теплому тельцу от холода.        Океан познакомил их. Оба сидели и смотрели на разное: один — на небо, а другой — на гладь воды. Но думали они об одном: о первом их дне в этом месте.         Океан познакомил их. Прошлый март был холоден и сер, солнце если и было, то холодило, вызывало беспокойство. Это беспокойство распространялось в груди, раскатываясь жаром по всем органам. Сердце страдало в первую очередь. Поток крови будто замедлялся, а потом быстро, как ветер океана, продолжал движение, никогда не останавливаясь, даже на секунду, ведь можно почувствовать себя мёртвым, верно? Но кровь этого не хотела, она продолжала свое движение, как назло, заставляя чувствовать себя до боли живым, когда этого так не хотелось. Однако у организма были другие планы.        Беспокойные волны отражали беспокойство неба, будто они чувствовали все вокруг себя, будто они не были неживыми. Будто они хотели жить. Но человек напротив — нет. Ему хотелось слиться с этим океаном и подарить ему свою жизнь, чтобы тот, взамен, отдал ему свою умиротворенность навеки. Чтобы он не позволил ему жить в этом бренном мире. Только это нереально. Все красивые метафоры не зря были метафорами.         Душа хотела, — нет, она требовала, — жить. Вроде, такое простое желание, но такое сложное одновременно. Почему судьба даровала именно ему жизнь? Почему судьба даровала именно ему такую жизнь? Почему судьба не может избавить его от всех мучений этой жизни? Может, это сможет сделать океан? Океан — самое необычное место. Стоя у него, никогда не поймешь что у него в его метафорической душе. Океан лишь отражает состояние неба, но не себя.

      Океан — воплощение него самого.

Вот почему ему так нравилось стоять около него. Океан — такой же потерявшийся ребенок, требовавший и зависевший от другого. Океан — прекрасное место.       Стоя около берега, считая минуты, светлое пальто развивалось от ветерка, издеваясь над… океаном. Мысли были вокруг него уже последний час, если не больше. Все люди давно разошлись, никогда не задерживаясь надолго, ведь зачем? Зачем им так долго находиться рядом с чем-то таким, если есть свои дела и проблемы? Но для Дазая океан — освобождение.       Некогда, когда он был еще подростком, он познакомился с берегом, приходил почти каждый вечер, кидая небольшие камушки в воду, оставляя тут всю печаль прошедшего дня. И сейчас ничего не изменилось. Все также посещая его, он надолго засиживался тут, ненадолго отделяясь от реальности. Только камушки он больше не кидал. Ему надоело причинять ему боль, отдавая свою. Он хотел, чтобы волны уносили все плохое, чтобы волны унесли его. 

«…один…два…три…»

      И—        — Эй, ты тут уже почти три часа стоишь, все хорошо?       Что?       Повернув голову, его глаза натыкаются на парня. Рыжие волнистые волосы рассыпались по плечам, но ветер не давал им полностью улечься в спокойствии, а глаза были похожи на океан. Он был воплощением спокойствия. Легка улыбка трогала тонкие губы, что мягко улыбались ему. Он улыбался. Он улыбался ему.       — У тебя все хорошо? Ты как истукан, — пальцы пощелкали перед его лицом, и только тогда он пришел в себя.        — А… Да, у меня все в порядке, — все еще смотря в эти пронзительные голубые глаза, запинаясь, произнес юноша.       — Что-то по тебе не скажешь. Я тебя тут не в первый раз вижу, все время стоишь на одном месте, не шевелясь, а спустя час уходишь, как ни в чем не бывало.        — Я тебя не помню…        — Конечно, я редко досиживался тут до того, как ты в себя придешь.        Незнакомец легко пожал плечами и прошел вперед. Остановившись напротив воды, слегка подняв голову.        — Красиво, да? — услышав тихое «ага», он сел на берег, все также не отрывая глаз от неба.        Его взгляд смягчился, лицо полностью расслабилось, но улыбка, эта чертова улыбка, оставалась неизменной.        — Меня зовут Чуя. Накахара Чуя.        — Дазай, Дазай Осаму.        Присев рядом, он тоже поднял глаза на небо, чего обычно не делал, концентрируясь всецело на морской глади.       Они сидели молча, будто не решаясь заговорить первыми. Но молчание все-таки рушилось.        — Как ты думаешь, небо отражает состояние человечества?       Рыжая голова с интересом повернулась в чужую сторону.              — Не знаю, я обычно об океане думаю.        — И что думаешь? — вопрос рыжего был таким легким, но ожидание ответа было тяжелым и долгим.        — Океан — отражение человека. Он буквально живет неживым. Он чувствует боль, чувствует горечь, он зависит от состояния неба, он тянется быть, как небо, таким же независимым как оно. Поэтому полностью повторяет все за ним. Бушует, когда оно бушует; грустит, когда оно грустит. Океан он такой… такой живой. Он стремится к жизни, он стремится быть подобным на небо. Но никогда им не станет. Океан — маска. Никогда не узнаешь, что внутри. А ведь он не покажет, постоянно перенимая состояние от неба.        Голубые глаза раскрылись от удивления, будто они поняли чужое состояние.        — Ты об этом явно не первый день думаешь…       — А ты о чем? Ты ведь тоже часто тут бываешь.       — Я думаю о небе. Знаешь, когда тебе хреново, то погода тоже хреновая, а соответственно и небо. Небо оно тоже зависимое. Только оно зависит от погоды.        — Я думал наоборот.       — Нет, это не так. Тучи закрывают его, когда собирается дождь, и оно ничего не может поделать. Оно может только спрятаться и появиться, когда ему разрешат. Сначала поднимается ветер, а только потом тучи застилают его. Я даже думаю, что небу тоже больно. Больно, когда говорят: «небо плохое», «небо темное», а ведь это не оно, это тучи и погода.        Дазай молчал, переваривая все сказанное, как будто понимая. Понимая, что они так похожи, но в то же время такие разные. Не только океан и небо.        Они болтали в течение всего вечера и ночи. Болтали обо всем, будто не первый день знакомы, а знали друг друга всю жизнь. Даже сейчас, полтора года спустя, они также сидят друг с другом, разговаривая, иногда споря.        — Знаешь, я не могу понять этот океан. Но твой такой легкий, — смотря прямо в голубые глаза, произнес шатен. Вот, что ему так нравится в этом парнишке — его бездонный океан, смотрящий с такой лаской и любовью, которые невозможно сосчитать. Его глаза — океан.        Они — океан и небо. Они — их воплощение. Такие разные, но такие одинаковые.  Их познакомило небо. Их познакомил океан.