Если тебе холодно, то и ему тоже

      Как оказалось, это был мелкий каменный демон, который наконец обнаружил этих двоих.       «Каменный демон», то есть маленький демон, который ест камни. Маленький человечек был занят тем, что жевал и хрустел, прокладывая себе путь через каменную стену, совершенно не обращая внимания на хлюпающие звуки впереди, пока он буквально не наткнулся на пару.       Мелкий каменный демон (которого Шэнь Цинцю мысленно окрестил «Шестью маленькими шариками», находясь немного в бредовом состоянии) поклонился и многословно извинился, пока Шэнь Цинцю быстро попытался привести в порядок и себя, и довольно шатающегося Чжучжи-лана. Для чего потребовалось вытащить из одной из сумок Шэнь Цинцю довольно много носовых платков, чтобы убрать некоторые… жидкости…       К черту твой «не особо» ядовитый яд, Желейка! Для человека-культиватора такое количество не может быть нормальным! Шэнь Цинцю фыркнул и поцеловал Чжучжи-лана в лоб, одновременно быстро поправляя ворот одежд демона-змеи.       С помощью Шести Меньших Шариков Шэнь Цинцю и Чжучжи-лан наконец-то смогли выбраться из своей пещеры греха. Вернувшись в большие катакомбы, Шэнь Цинцю ведет за руку ошеломленного Чжучжи-лана, заглядывая в каждую комнату, мимо которой они проходят.       Шэнь Цинцю наконец находит то, что он ищет, в шикарной библиотеке. Тяньлан-цзюнь сидит, раскинувшись на нескольких подушках, по-видимому, довольный чтением того, что, несомненно, было грязным мусором. Этот ублюдок даже не заметил их отсутствия!       Тяньлан-цзюнь оживляется, когда видит, как его племянник и культиватор врываются в комнату, кладя книгу лицом вниз на его декольте. – А, вот вы двое! Я уж думал, куда вы сбежали. Улизнули в какое-то темное место, чтобы пообжиматся?       Шэнь Цинцю сейчас не может видеть выражение лица Чжучжи-лана, но требуется титаническое усилие, чтобы лицо самого Шэнь Цинцю не дёрнулось от этих слов. Он что-то знает или нет???       Собравшись с духом, Шэнь Цинцю поднимает руки в поклоне — неловко потянув вперед руку Чжучжи-лана, их руки все еще сжаты. – Тяньлан-цзюнь. Я хочу взять на себя ответственность, – торжественно заявляет человек в наступившей тишине.       Тяньлан-цзюнь моргнул на этих двоих с мягкой улыбкой в ​​течение нескольких мгновений, прежде чем то, что сказал Шэнь Цинцю, наконец, дошло до него. Улыбка резко исчезла, лицо Тяньлан-цзюня, казалось, сменило множество выражений за считанные секунды. Которые… Шэнь Цинцю не был уверен, было ли хоть одно из этих лиц плохим или нет???       Взгляд Тяньлан-цзюня метнулся туда, где стоял его племянник, заметно помятый, за плечом Шэнь Цинцю. Лицо Чжучжи-лана ничего не выражало, он поднял одну руку с большим пальцем вверх.