Стрим

Вопрос слетает с губ как-то неосознанно, и абсолютно случайно, опережая собой все мысли и осознание сказанного, пришедшее только после недоуменного взгляда в ответ: 《— Пойдешь со мной на свидание?》 Макс закусывает губы, и затыкает сам себе рот, но Джордж только отпускает тёплую улыбку: 《— Давай, почему бы и нет》 Судорожно сглатывая, Ферстаппен очень жалеет, что с собой нет телефона (удивительно почему, они же блять стоят перед кучей блядских камер, и ждут очереди на пост-рейс интервью для тройки лидеров) 《— Я... напишу?》 Расселла зовут, и он оборачивается на ходу: 《— Да, напиши》 《— Напишу..》— Макс просто провожает его абсолютно ошарашенным взглядом. Это было так... просто?... В плечо прилетает тычок от Ландо: 《— Эй, ты че?》 《— ничего.. Ничего》— Ферстаппен тупо смаргивает, и смотрит куда-то сквозь Норриса, разворачиваясь, и почесывая затылок. 《— Ну.. ладно?.. Бля чел ты так меня выдавил в том повороте, я думал мы щас врежемся!》 《— А? Да, прости.》 Ландо в откровенном непонимании хмурится, при этом странно улыбаясь. Нет, с Ферстаппеным точно что-то не так. ОН СУКА ИЗВИНЯЕТСЯ ЭТО НЕ НОРМАЛЬНО!!!!!!! А сам Макс в это время в общем-то нихуя особо-то и не слышит, с головой уйдя в свои мысли, и судорожно пытаясь придумать хотя бы место, и понять, как это вообще сносно организовать, учитывая что они в блядской Австрии, где он дальше паддока никуда не ходил, кроме горнолыжки.. Сука была бы зима, можно было бы в горы махнуть, а щас сто процентов всё или закрыто, или работает очень ограниченно, и- Норрис снова вырывает его, толкая и кивком головы показывая на интервьювера, который ждёт нидерландца

*

Тихий смех разлетается по команте, ложась бальзамом на душу, и ощущаясь поцелуем в макушку, и запущенными руками в волосы. Макс откидывается на кресле, прикрывая глаза, и искренне наслаждаясь моментом. 《— Ты придурком как был так и остался》 Ферстаппен показушно хмурится, приоткрывая один глаз, и вызывая еще большую улыбку у Джорджа, и заслуживая еще один быстрый поцелуй, но теперь в губы. Расселл отходит, прикатывая второй стул, и садясь рядом. Макс придвигает своё игровое кресло, и еще раз спрашивает: 《— Точно всё окей?》 《— Даа, Макси мне кажется из нас двоих самый неуверенный и тревожный это ты. Хотя стрим и был твоей идеей. Или ты планируешь уйти от меня?》 Нидерландец хмыкает "Куда я от тебя денусь", на что получает тычок в плечо. Прошел уже год, а до сих пор всё было таким.. странным? В плане вот они сидят в их общей квартире, за Максовым стримерским столом, и готовятся просто... рассказать? Типо в это буквально не верилось, и да, окей, возможно знакомство с родителями было не самым страшным ивентом в его жизни. Всё уже было обговорено хуеву тучу раз, все сценарии и планы, ответы прессе, последующие бесконечные жёлтые заголовки про "неравную" борьбу, и "игру в поддавки", они были к этому абсолютно готовы. В их отношениях было всё.. наверное лучше сказать замечательно? Потому что идеально слишком хуевое слово, а "хорошо" слишком дежурное. Типо были и срачи, и хуевые моменты, но оба шли навстречу и строили доверие очень долго, открываясь и находя компромиссы. Всё хорошо. Но всё равно волнительно. На плечо ложится чужая рука, от чего Ферстаппен непроизольно дергается, моментально поворачивая голову, и натыкаясь на прямой взгляд зелёно-голубых глаз, с ебанутыми ресницами. 《— Всё будет хорошо. Да, в первое время будет тяжело, но они перебесятся, рано или поздно перебесятся, переключась на что-то другое. Ну и "британскую солидарность" никто не отменял. Иди сюда》 Джордж двигает его кресло, наклоняется вперед, прижимаясь лоб в лоб, и переплетает руки, закрывая глаза. И Макс ему верит. Находясь рядом с человеком, которому он без задней мысли доверил бы свою жизнь, и который вне зависимости от ситуации будет обьективен, иногда критикуя, иногда поддерживая, но Расселл точно будет рядом, он подставит своё плечо, или уткнётся в его, и не бросит его, что бы не случилось. 《— Спасибо, правда спасибо. Я люблю тебя》 《— И я тебя, Макси》 Ферстаппен разворачивает кресло, заходя в прогу и настраивая камеру, чтобы подрубить стрим. Когда всё готово, он выдыхает, и кивает Джорджу, чтобы тот с двух телефонов (своего и Максовского) залил сторис о совместной трансляции. Вообще Ферстаппен еще на прошедших выходных после гонки закидывал инсайды про следующий "необычный" стрим, но не уточнял причину его "необычности". После выкладывания сторис, Макс собирается с силами, и нажимает на кнопку мышки, запуская обратный отсчет до начала стрима, и наощупь находит чужую руку, хватаясь за нее, как за спасательный круг, и рвано выдыхая. Обратной дороги нет, но он больше.. Не волнуется? Наверное. По крайней мере он точно не боится. Он не один, больше не один. 《— Ладно, погнали.》

*

Отсчет заканчивается, и стрим начинается. За время отсчета набралось почти пятнадцать тысяч онлайна, и Макс закрывает камеру рукой, чтобы не "заспойлерить" раньше врепени, параллельно проверяя, чтобы донаты были выключены, и ничего не мешало. Он бросает быстрый взгляд на своего парня, и получая кивок, отпускает камеру, откидываясь на кресло, и через один наушник проверяет звук, двигая микрофон, чтобы Расселла тоже было хорошо слышно. Чат пролетает невероятно быстро, сыпятся приветы, и с заранее обговоренного решения Ферстаппен вырубает в чате текстовые мессенджи, потому что очевидно, что модеров нет, и в целом самая первая реакция была понятной. Тыкая рукой в микро, Макс начинает: 《— Вечер, в общем стримов не было уже очень давно, и этот наверное будет достаточно коротким》 《— Или неет, посмотрим по ситуации, но, чат, знайте, что он сейчас умрет от волнения》 Макс лёгким пинком под столом затыкает Джорджа, вызывая у того смех, и продолжает удивляясь лёгкому дрожанию голоса: 《— Короче есть одна очень важная новость, которую мы решили вынести в общество, потому что.. А кстати почему? Ладно похуй блять у меня от нервов》 — Макс жмурится, закрывая лицо руками: 《— давай лучше ты, пожалуйста》 Рассел придвигает кресло, и смотря четко в камеру, с улыбкой говорит: 《— Чат, кидайте поздравления, потому что этот важный день мы празднуем именно с вами, и наверняка уже многие поняли к чему всё идет, но короче поздравляйте с первой годовщиной》 На последних словах Рассел берет Макса за руку, и приподнимает крепко сцепленные пальцы. Оба прекрасно чувствуют дрожь, и лёгкий тремор, но это было ожидаемо, и абсолютно не удивительно. Чат на пару мгновений почти останавливается, и это время тянется буквально бескоечно, отбиваясь громким ритмом сердца в ушах. А потом он взрывается, превращась в несущиеся на бешенной скорости тысячи сообщений. Британец подмигивает, и дернув за сцепленные руки, тянет Ферстаппена на себя, утягивая его в поцелуй, и едва держась, чтобы не показать фак в камеру (как оказалось позже это втихушку сделал Макс) Разрывая поцелуй, и отдаляясь, оба несколько истерично улыбаются, находясь в ебанутой панике, и телефоны обоих начинают разрываться от сообщений. Джордж кивком намекает своему бф, что теперь он отвечает за слова, а сам берет в руки один и следом за ним другой телефон, поочередно вырубая звук, тотально игнорируя сообщения. После этого, он укладывает одну руку на подлокотник, свешивая с него кисть, и цепляясь за нее другой рукой. Ферстаппен почесывает затылок пытаясь вспомнить, или придумать что сказать, но после запинки, мозг отключается и слова идут сами: 《— В общем вот так. Мы прекрасно знаем, что будет дальше, поэтому сразу обозначиаем и отвечаем на последующие вопросы: Нет, отношения никак не влияют, и не мешают гонкам, скорее только мотивируя выступать лучше. Вы замечали какие-то изменения в прошедший год? Нет? Вот их и не будет, потому что тот факт, что мы обьявляем сообществу об отношениях сейчас, никак не отменяет того, что это не первый день, а год, так что как всё было раньше, так и продолжится. Ещё, это скорее для журналистов, наша связь никак не должна перекрывать наши качества как гонщиков, и если на следующей пресс конференции вопросы будут сконцентрированы на этом, то никто из нас не будет на них отвечать, идите нахуй. Простите, это было грубо, но мы прекрасно понимаем, что будет дальше, и лучше разграничить это сразу. В общем.. Вроде всё? Да?》 《— Даа, давай я щас вернусь》 《— кидалово.. Я включаю донаты, но с очень высокой минималкой, если хотите что-то спросить — спрашивайте, но мы имеем полное право проигнорировать вопрос.》 Макс сглатывает, и трясущейся рукой берет мышку, разбираясь с подрубой донейшенов. В целом всё.. прошло? Нет, всё безусловнн только начинается, но самое сложное уже позади. Он успевает ответить на несколько вопросов, когда свет гаснет, и сзади слышется пение, вынуждая обернутся, и расплыться в улыбке: Джордж мурлычет какую-то песню, и подходит к столу, держа в руках маленькую тарелку с двумя кусочками чизкейка, и свечами на каждом из них, он ставит тарелку на стол и заходит за стул Макса, опираясь на спинку: 《— Кис, загадывай желание》 Ферстаппен не в силах сдерживать улыбку, встает, забивая хуй на камеру, и положив руки на чужую талию, утягивает Расселла в поцелуй, ощущая чужие руки на своих плечах, и улыбку. Макс хватает его поперек спины, и не разрывая поцелуя, слегка приподнимает над полом, кружась. Разрывая поцелуй, Макс просто обнимает своего парня, и утопает в теплоте и любви, буквально распирающей его изнутри, он тонет в чужой красоте, в нежности от своей футболки на Джордже, от запаха парфюма, от ощущений, захвативших его с головой. Сейчас, чувствуя руки на своей спине, будучи абсолютно влюбленным, и тёплым, он полностью уверен, что всё будет хорошо. 《— Мааакс, свечии, и у нас стрим еще идет》 Слова вырывают его из этой лёгкой прострации, оставшейся быстро стёртыми с чужих щек слезами: 《— Блять! Щас!》 Ферстаппен падает в своё кресло, и когда британец делает тоже самое, то он двигает тарелку на середину, и замирает пытаясь придумать связое желание. 《— Давай я первый》 Рассел заправляет отросшие волнистые волосы за ухо, и сейчас выглядит самым красивым, из всех моментов жизни Макса, когда единственными источниками света являются мониторы, и огонь свечей, отражающийся в его глазах, а с лица не сходит улыбка.. Неосознанно быстро в руки попадает телефон, и Ферстаппен снимает живое фото, чтобы навсегда остаться в этом моменте, когда Джордж задувает свечку, и замечая подсъёмку со смехом закрывает камеру рукой, забирая телефон, и делает абсолютно то же самое, когда свечку задувает уже сам Макс. Дальше будет растягивание удовольствия от безумно вкусных чизкейков, параллельные ответы на вопросы, а потом первое прочтение всех сообщений, ленты твиттера и новостей, но всё это будет после. Сейчас их первая годовщина, и момент абсолютной нежности и безграничного счастья переполняющий обоих изнутри, воспоминания о пройденном, бесконченые слова и шутки, сейчас момент который останется на подкорке, и станет закрепленным видео в аккаунтах обоих.

*

Утро начинается не с привычного будильника, а с неприятного ощущения пустоты. Макс с закрытыми глазами ерошит постель, и не найдя там Расселла, ощущая только уже успевшую остыть простынь, он поднимается, скидывая ноги, и ставя их на прохладный пол. Потирая глаза, Ферстаппен всеми силами пытается проснутся, потягиваясь, и зевая. Он пару раз моргает, встает с постели, и продолжая тянутся, подхожит к окнам во весь пол, отодвигая одно из них в сторону, и выходя на балкон, где абсолютно ожидаемо обнаруживается Джордж, с еще не успевшей просохнуть головой, потягивающий кофе. Британец замечает Макса, и сразу расплывается в лёгкой улыбке, когда тот обнимает его со спины, укладывая подбородок на плечо. 《— Утра》 《—угу.. ты во сколько встал?》— Ферстаппен шмыгает носом, и бесцеременно залазиет рукой в карман чужих шорт, выуживая оттуда пачку тонких длинных, и, разумеется мерчовую Мерсовскую, зажигалку. Он садится на кресло рядом, и, зажимая сигарету в зубах, затягивается, откидываясь на мягкую спинку, и жмурясь от внезапно вылетевших из под облаков, лучей солнца. 《— М.. часа два назад кажется》— Рассел тоже опустился в кресло, перелестывая страницу книги, лежащей теперь на его коленях, и продолжил растягивать утренний кофе. Скорее всего уже не первый, но это не суть дела важно, Макса больше всего волновало несколько другое: 《— Ты..заходил? Ну в инсту там, твиттер, мессенджеры? Хотя конечно кого я спрашиваю, естевственно ты не заходил.》 Джордж вновь улыбнулся: 《— Я предпочел разделить первые эмоции с тобой, но меня очень впечатлило количество уведомлений, и пропущенных звонков》 — Отложив книгу, он развернулся, смотря прямо в глаза своему парню, и, положив руку на его ляшку, чесно сказал: 《— Я ни о чем не жалею. Что бы не случилось, и как бы не сложилась жизно дальше, я ни о чем не жалею.》 Макса слегка передернуло от прошедших мурашек, но он кивнул полностью соглашаясь, и чувствуя тепло заполняющек собой всё внутри, и стеной закрывающее его от тревоги, с которой он проснулся, и которая отзывалась в слегка трясущихся руках. 《—Я тоже. Я тоже ни о чем не жалею. Спасибо, что ты.. блять спасибо》 Рассел приподнялся, опираясь на ручки максовского кресла, и оставил лёгкий поцелуй на лбу, полностью вставая и покидая балкон. Вернулся он несколькими минутами спустя, когда от сигареты остался только окурок в пепельнице, тлеющий тонким хвостиком дыма. Джордж тыкнул в плечо, обращая на себя внимание, и протянул смартфон. Ферстаппен выдохнул, и взял в руки поданый телефон, собираясь с силами и, разблокировав, заходя в мессенджер, которыц искрился чуть ли не пятистами сообщениями от ВООБЩЕ практически ВСЕХ кто был в его контаках: Charles 🫎🔴

/BITCH I KNEW IT WAS NOT AN IMAGINATION THEN!!!!

КАКОГО ХУЯ ВЫ БЛЯТЬ ВООБДЕ НЕ СКРЫВАЛИСЬ

БОЖЕ Я БУДУ ТРЕБОВАТЬ С ВАС МОРАЛЬНУЮ КОМПЕНСАЦИЮ/

От этих сообщений с души слегка отлегло, хоть нидерландец особо и не понимал о чем речь, но главное, что по крайней мере Шарль их не осудил. Это вселяло надежду. Внезапно по руке прошлись чужие пальцы, призывая ко вниманию: Джордж с искреннтм удивлением еще раз перечитывал мессенджи, но по итогу показывая телефон Максу выдал: 《— БЛЯТЬ МНЕ РОСБЕРГ НАПИСАЛ...》