Пари

Через час она вернулась домой вся опухшая, измученная, с синяками. - Маш, ты была права. Прости меня, - с порога сказала Даша и заплакала, обняв Машу, - я люблю тебя. Очень, очень. Прости. Я больше не отойду от тебя ни на шаг. Люблю, люблю, люблю. У Маши подступил ком к горлу. Она прекрасно понимала Дашу, ведь недавно ощутила то же самое. Она тоже жертва, изнасилованная упырём и влюбившаяся в сестру, с которой они трахались. Но Маша оперлась не на чувства, а на суровую жизненную правду. - Даш, я тоже тебя люблю, - сказала Маша, нежно сплелась языком с сестрой и разделила слюну между ними, - я хочу быть с тобой всегда, но…. - Что «но»? - Ты мне не доверяешь. А это главное в отношениях. Даша вспомнила о случае с Константином, о том, как Маша пыталась её предупредить, о том, как Даша дала сестре сильную пощёчину. - Маш, прости, пожалуйста. - Я люблю тебя и не злюсь, но мы не можем быть вместе. Прости. Маша вошла в ванную, оставляя Дашу одну. Из глаз Даши пошли слёзы. Она медленно вошла в комнату и села на пол, уткнувшись лицом в колени. - Какая же я дура. Маша, прости меня, - думала Даша. Она была очень счастлива находится с любимой и любящей сестрой. Ей всегда нравилось с ней проводить время. А вчерашняя ночь была волшебством. Они доставляли друг другу боль, но при этом с максимальной любовью, а теперь в душе нет ничего, кроме унижения и разбитого сердца. Адская душевная боль заставляет подойти Дашу к столу. Клин клином вышибают. Даша достала острейший кинжал, который ей подарил Паук, поцеловала фотографию Маши, вонзила его себе прямо в разбитое сердце и замертво упала. Маша сидела в ванной облокотившись на стиральную машинку. Она размышляла на тему сказанного и жалела об этом. - Нет, - думала Маша, - зря я так сказала, обидев свою любимую. Я хочу быть с ней всю жизнь, даже если это неправильно. Маша пошла извиниться перед Дашей, но, войдя в комнату, обомлела. На полу в луже крови лежала её мёртвая сестра с кинжалом в груди. Маша подбежала к ней и приподняла за плечи. - Нет, Дашенька, нет, - из Маши рекой летели слёзы, она стала целовать губы сестры, которые в этот раз ей не отвечали, - Дашенька, прости. Я люблю тебя. Маша достала из сестринской груди кинжал, вытерла с него кровь футболкой и посмотрела на сестру. - Я люблю тебя, - дрожащим голосом сказала Маша, солёными от слёз губами соединилась с остывающими губами сестры и полоснула себе горло. Она замертво упала прямо на сестру. После этого раздался звук открытия дверей. В дом вошли радостные папа с тортом в руках, его родители из Красноярска, девочки и Антонина Семёновна. День семьи сулит им быть счастливым. Папа передал торт Галине Сергеевне и пошёл в комнату Маши и Даши, чтобы позвать их отмечать день семьи Васнецовых. Войдя в комнату, улыбка на его лице сменилась шоком. В комнате практически в обнимку лежали два окровавленных трупа его дочерей.