Мы встретились на крыше

-Зачем ты меня сюда привёл? Матвей ворчал всю дорогу, пока я вёл его в парк аттракционов. А я ну не мог его туда не отвести. Мы общались уже неделю. Ну, Матвей не то, чтобы был слишком разговорчив, в большей части наших разговоров говорил я. Но он слушал, я видел, что ему интересно, да и я изначально знал, что Матвей не особо впечатлительный. Иногда он просто кивал на мои монологи, иногда что-то говорил. Он всё так же был холоден, всё так же я ничего о нём не знал, но он был заинтересован в общении со мной. У нас не было откровенных разговоров и понятно почему. За неделю довериться человеку даже мне не просто, а уж что говорить про Матвея.. Ну так вот. В один из дней, когда мы разговаривали за забором шидтп я рассказывал про поход в парк аттракционов с Алисой. Матвей сказал, что это было его детской мечтой. -Мечты должны сбываться, Матвей. Особенно детские. Матвей на это лишь тяжело вздохнул и закатил глаза. Он всегда так делал, когда ему не нравилось то, что я говорил. -А если бы я сказал тебе, что мечтал в детстве отправиться на луну? Ты бы отправил меня? -В пределах разумного, я имею ввиду.. На луну я хотел полететь! Мне было лет восемь.. Но Матвей меня уже не слушал. Он пошёл назад. Естественно, я не мог его отпустить! Я выбирал день, когда его отвести,не планировал на сегодня ничего. Я догнал его и перегородил путь. -Ну пожалуйста! Ты ведь здесь никогда не был! - я прочитал по его губам "и слава богу". -Хотя бы прокатимся на колесе обозрения и поедим мороженое! У меня сегодня день рождения! Матвей усмехнулся. Знал, что я вру. Я что, говорил, когда у меня день рождения? Да и если я и дальше хочу продолжать с рим общаться, то всё равно пришлось бы признаться, что я вру. А я очень не люблю это делать. -Ты говорил, что у тебя день рождения четвёртого октября. Чёрт! Он всё таки слушал мои монологи.. Теперь мне стыдно. Я замялся, как ребенок теребя ткань своей футболки и опустив голову вниз. Привычка с детства. Я понимаю, как по-детски сейчас выгляжу. Слышу, как Матвей вздыхает, рычит, а после хватает меня за запястье и тащит в парк аттракционов. -Только колесо обозрения и мороженое! - Говорит он, а у меня в душе разливается тепло. Да, сейчас он сделал это из жалости ко мне, но ему здесь понравится! Первым делом мы пошли к карте парка искать ларёк, где нам продадут мороженое. Матвей заметил первым и молча повёл меня опять-таки за запястье (он не отпускал его, пока мы искали ларёк). Я начал выбирать мороженое, ища взглядом своё любимое. Малиновое. Я планировал рассчитаться за нас обоих, поэтому выбрал себе три шарика: малиновый, банановый и шоколадный. Матвей выбрал себе тоже три шарика. Все с клубникой. Я уже начал искать карту, как Матвей протянул свою карту и оплатил. Я аж застыл на месте и удивлённо посмотрел на Матвея. Он лишь вопросительно приподнял левую бровь. -Что? Думал, что я вообще бомж? У меня есть родственники, если что. Тем более, что ты в прошлую нашу гулянку оплатил пиццу. Пошли на твоё колесо обозрения. Он не стал ждать меня. Развернулся и пошёл в сторону колеса. Хорошо, что оно было очень большим. Можно было его увидеть и без карты парка. Вот только идти надо было на другой конец парка. Матвей спокойным, медленным шагом пошёл по дорожке, а я побежал за ним, быстро застегивая рюкзак. Мы шли молча, пока Матвей вдруг не выдал: -Расскажи что-нибудь. Я привык, что у тебя рот не затыкается. Я застыл второй раз. Что-то Матвей сегодня расщедрился. Ради меня согласился пойти в парк, мороженое оплатил, а теперь ещё и просит, чтобы я что-то рассказал. -Я всегда думал, что тебя раздражают немного мои бесконечные разговоры.. -Потому что ты дурак. Я не общаюсь с теми, кто меня раздражает. Поэтому мы с твоей сестрой не в ладах. И в принципе почти со всеми я не в ладах именно по этой причине. Я. Не. Раздражаю. Матвея. Матвея! Он в принципе единственный, с кем я так много болтаю. С одним из МГИМОшников я общался больше всех как я считал, но после того, как появился Матвей.. Всё изменилось. , будто бы говорю на тысяч пять больше слов с Матвеем, как без Матвея. Он умеет располагать к себе, ничего при этом не делая. Ему хочется рассказывать абсолютно всё. Пока мы шли до колеса обозрения, я рассказывал Матвею всё, что вспоминал. А после мы купили билеты на колесо, дождались нашей кабинки и сели в неё. Хорошо, что она была закрытой. Я боюсь высоты. Мы молчали с Матвеем, а после я решил спросить зная, что вероятнее всего он не ответит: -Что самое худшее случалось с тобой в жизни? У меня самоубийство лучшего друга. Матвей посмотрел на меня с нахмуренными бровями. Помолчал, отвёл взгляд и смотря куда-то в пол кабинки ответил: -Мефедрон. И я не знал как реагировать. С одной стороны Матвей не был тем, кто стал бы шутить про такое. И я сам никогда не шучу. А с другой.. -Я же серьезно.. -И я серьезно. -Быстро ответил Матвей и вышел из кабинки, так как она уже спустилась. Он не ждал меня. Шёл вперед. Наверняка на выход из парка. Я пошёл за ним, но он зашёл в туалет. Естественно, к нему долбиться я не стал. Просто стоял и ждал, когда он выйдет. Уже смотрю цены на такси.

Матвей

Я встаю к раковине. Туалет в парке узкий. В нём воняет как в туалете плацкарта. Стою, открываю воду, набираю в руки и умываю лицо. Я сказал это Максу. Я никому об этом не говорил. Тема моей прошлой зависимости была запретной. Она раздражала, хотела забраться в мысли и долго не выбираться оттуда. Хотела резать, бить, рыдать, рыдать, рыдать. Я ненавидел себя, ненавидел зависимость, ненавидел наркотики, селфхарм, я ненавидел всё! Ярость нарастала. Я ударил кулаком в стену туалета, а после услышал шаги по ступенькам и голос Макса: -Матвей? Всё в порядке? Я не в порядке! Я сейчас зол, я сейчас ненавижу тебя, хочу сорваться на кого-то, но нельзя. Только не на Макса. Вместо того, чтобы сказать правду, я говорю гадкое: -Да. Дай мне пару минут. Сажусь на унитаз, пытаясь успокоиться. Мне нужно вести себя спокойно. Я несколько раз глубоко вдыхаю и выдыхаю, говоря самому себе: -Сейчас ты попросишь Макса вызваьь такси, поедешь в интернат, а там тебе помогут. Не срываться. Не срываться. Я выхожу из туалета и злость утихает, когда вижу Максима. То, что было в туалете потихоньку пропадает. Я спускаюсь по ступенькам и собираюсь попросить вызвать такси, как Макс выдает: -Уже вызвал.