...Я попала в Последнюю Реальность?

Покинув класс, я направилась в зал регистратуры, чтобы дождаться брата. Это место уже стало для меня своеобразной зоной ожидания, ведь оно находилось прямо напротив выхода. Сев на один из мягких стульев, я достала свою книгу и, удобно устроившись, подогнула ноги под себя. «Генетика — мощный инструмент для раскрытия тайн человеческого здоровья и болезней». — Фрэнсис Коллинз. Сосредоточившись на тексте, я вздрогнула, когда раздался знакомый голос: — Снова тут сидишь? Подняв глаза, я столкнулась с его взглядом — тёмно-оранжевые глаза Джона. Он стоял достаточно близко, так что мне пришлось выпрямить ноги и откинуться на спинку стула. — Чего тебе? — недовольно буркнула я. — Вопросом на вопрос не отвечаю, — усмехнулся он, скрестив руки на груди. — Но так уж и быть, отвечу. Я жду свою сестру. А ты? — Брата, — отрезала я, надеясь на скорейшее окончание разговора. Но вместо этого он уселся на соседний стул, издав короткий скрип. Некоторое время мы молча сидели, каждый занят своим. Тишину нарушал только шелест переворачиваемых страниц. — Всё ещё читаешь свою книгу? — вдруг спросил Джон, даже не поднимая взгляда от своей. — А ты? — откликнулась я без особого интереса. — Машиностроение и инженерия, — небрежно ответил он. — И кто из нас тут зануда, — проворчала я, снова устроив ноги под себя. Джон тихо засмеялся. — Да ладно тебе, Бурчалка, не будь такой серьёзной. — Не ехидничай мне тут, Мандарин, — фыркнула я, метнув в него косой взгляд. — Мандарин? Как-то мелковато, не находишь? — ухмыльнулся он, опираясь локтем о спинку стула. — Бурчалка тоже не шедевр остроумия, знаешь ли, — отозвалась я, снова углубившись в чтение. Мы сидели так ещё минут десять, то перебрасываясь язвительными замечаниями, то погружаясь в свои занятия, пока нас не прервал женский голос: — О чём спорите, ребята? Подняв голову, я увидела своего брата, рядом с которым стояла девушка в коричневом пальто и берете. Её шатенистые волосы были окрашены на концах в более светлый оттенок. — Саша? / Саша? — удивлённо произнесли мы с Джоном одновременно, затем уставились друг на друга. — Не копируй меня, Бурчалка! / Не копируй меня, Мандарин! — выкрикнули мы в унисон, сложив руки на груди. Наша перепалка вызвала сдержанный смех у взрослых. — Подружились уже, вижу, — прокомментировал мой брат Саша. — Подружились? Да он невыносимый, — недовольно возразила я, сжав в руках книгу. — Слишком болтливый. — А ты слишком серьёзная, — не отставал Джон. — Хотя не думал, что твои оскорбления будут такими… ну, не скучными. Его почти незаметная улыбка могла бы показаться дружелюбной, но я восприняла её скорее как очередной вызов. Переведя взгляд на девушку, которая стояла рядом с моим братом, я всё-таки решилась спросить: — Вы знакомы? — Это моя сестра, — произнёс Джон. — А это мой брат, — сказала я, указав на своего Сашу. Мы оба снова замолчали, осознавая, насколько странной была эта ситуация. — Вы как будто зеркала друг друга, — усмехнулась Саша, слегка поправив берет. — Мы, кажется, подошли как раз вовремя. Мой брат просто пожал плечами и не стал комментировать. Я чувствовала себя неловко — как будто пропустила какую-то важную деталь. Мы стояли в регистратуре, переглядываясь, словно ждали, кто первым нарушит тишину. Казалось, что на этот раз ни я, ни Джон не собирались уступать в своей упёртости. — Ну, — наконец заговорил мой брат Саша, осматривая нас с какой-то подозрительной улыбкой, — вы уже стали друзьями? — Друзьями? — одновременно переспросили мы с Джоном и посмотрели друг на друга с одинаковым выражением негодования. — Ну, или хотя бы научились не цапаться каждые пять минут? — продолжил Саша, поправляя ворот своей куртки. — Да никогда в жизни! — воскликнули мы с Джоном хором, причём я недовольно нахмурилась, а он фыркнул. — Ну да, ну да, — протянул мой брат, явно сдерживая смех. — Не знаю, как ты, Оля, но мне кажется, Джон не так уж плох. — Плох? — переспросил Джон, прищурившись. — Да меня ещё никогда не называли «не так уж плохим»! — И заслуженно, — сухо заметила я, возвращаясь к своей книге. Саша, которая всё это время стояла рядом, усмехнулась: — Кажется, вам двоим ещё долго придётся привыкать друг к другу. Особенно в классе. — Да мы уже привыкли, — отозвался Джон, подперев щёку рукой. — Она уже меня не игнорирует — это прогресс. — Только потому, что невозможно игнорировать такую болтливую личность, — не отрываясь от книги, ответила я. — Вот видишь? Мы идеально сработались, — с издёвкой добавил он, ухмыльнувшись. Я закатила глаза, но ничего не ответила. В этот момент мой Саша вдруг посмотрел на часы: — О, скоро уроки закончатся. Нам уже пора, Мелкая. — Мы никуда не идём, — вмешалась Саша, поправляя свой берет. — Нам нужно дождаться учителя, чтобы подписать последние документы. — О, ещё немного общения! — «обрадовался» Джон, покачивая ногой. Я лишь тяжело вздохнула и, сложив под собой ноги, снова углубилась в чтение, стараясь не замечать его взгляд. Но, кажется, рядом с этим Мандарином это было задачей из разряда невозможного. День подходил к концу, и мы все сидели в холле, ожидая, когда бухгалтер наконец подпишет оставшиеся документы. Часы тикали, и, кажется, все мы уже устали от долгого ожидания. — Оль, ты что, не пойдешь на кружки? — спросил меня Джон, внезапно прервав моё молчание. Он облокотился на спинку стула и смотрел на меня с тем самым видом, как если бы я только что объявила, что собираюсь сдать всех на контрольной. — Кружки? — фыркнув, я посмотрела на него. — Ты серьёзно? Кому это нужно? — Ну, все же записываются. Особенно в такие крутые, как шахматный или робототехника. Что, тебе неинтересно? — Джон поднял брови, как будто я пропустила какой-то великий шанс. — Я не люблю всякие вот эти дополнительные занятия. Зачем они? Лучше время потратить на что-то более полезное. — Я всё ещё держала книгу перед собой, хотя знала, что он не отстанет. — Не передумаешь, да? — ухмыльнулся он. — Ну-ну, посмотри на меня. Я вот даже подумаю на робототехнику записаться. Буду лучше всех работать с механизмами. Я только вздохнула, переворачивая страницу. — Ты серьёзно? Ло, ты как-то странно это говоришь. Но думаю, твои знания о механизмах и так впечатляют, не нужны тебе кружки. Джон лишь покачал головой. — Это просто для интереса. Тебе бы не помешало чуть больше открыться. Пробуй что-то новое. — Я и так открыта, — скривила я губы. — Просто не люблю тратить время на ерунду. — Ну, если ты так говоришь… Хотя тебе всё равно предстоит выбрать. Посмотрим, как ты будешь уверена в своём решении, когда все остальные увлекутся. В это время Саша подошла к нам, поджав губы и став на колени. — Не хотите попробовать кружок по рисованию или в театральный? — предложила она, видя нашу беседу. Я резко мотнула головой. — Нет-нет, спасибо. Я точно не пойду на театральный, — сказала я, отворачиваясь, чтобы не продолжать разговор. Джон выглядел слегка заинтересованным. — Ммм, а если что-то более креативное… Да, театр мог бы быть интересным. И комедийные спектакли. Я покачала головой и вздохнула. — Нет уж, спасибо. И снова наступила тишина. Мы все молчали, чувствуя, как время вяло тянется. Однако через несколько минут в коридоре раздался шаг бухгалтера. И хотя мы все ждали этого момента, я всё равно почувствовала облегчение, что наконец-то можно будет уйти домой. После заполнения документов бухгалтером, мой брат и Саша вернулись к нам. Джон, оторвавшись от книги, посмотрел на меня с интересом. — Бурчалка, а ты не думала записаться на кружок по магии? — спросил он с ухмылкой. Я фыркнула, закрывая блокнот. — Магия? Серьёзно? — я покачала головой. — У меня другие планы. — Какие же? — Джон приподнял бровь. — Это не твоё дело, Мандарин. — Ну, как знаешь. — он пожал плечами. — Просто подумал, что тебе было бы интересно. Я лишь покачала головой, возвращаясь к своим мыслям. Вскоре к нам подошла Саша, держа в руках несколько брошюр. — Ребята, тут информация о школьных кружках. — она протянула нам брошюры. — Может, что-то заинтересует? Джон взял одну, бегло просмотрел и кивнул. — Я, пожалуй, запишусь на кружок по инженерии. — Отличный выбор. — Саша улыбнулась, затем посмотрела на меня. — А ты, Оля? Я покачала головой. — Спасибо, но я не планирую записываться на кружки. — Почему? — удивилась Саша. — Это отличная возможность развить новые навыки и найти друзей. — У меня уже есть планы на свободное время. — ответила я, стараясь не вдаваться в подробности. Саша кивнула, хотя в её глазах читалось лёгкое разочарование. — Хорошо, если передумаешь, дай знать. — Спасибо, но вряд ли. После этого мы попрощались и разошлись по домам. Я шла домой, обдумывая свои цели и предстоящие задачи. Впереди было много работы, и я была полна решимости достичь всего, что наметила.

***

Дома, вернувшись в свою комнату, я снова погрузилась в изучение рун и латыни. С каждой минутой, проведённой за книгами и записями, мой разум всё больше увлекался в сложный мир магии, древних символов и заклинаний. Листая страницы, я старалась не упускать ни малейшей детали, записывая важные моменты в блокнот. Всё это было для меня новым и одновременно знакомым, как будто я всегда знала, что это будет частью моей жизни. Руны… Они были настолько загадочными и в то же время простыми, как пазл, который нужно было сложить. Каждая линия, каждая кривизна символа говорила о чём-то большем, чем просто буква. Я проводила час за часом, отрабатывая их на практике, повторяя их начертания на бумаге. В голове мелькали изображения магических сил, которые могли быть вызваны правильным сочетанием этих рун. Порой мне казалось, что я слышу их тихое пение в воздухе, будто сами руны оживали в моих руках. С Латынью было немного сложнее. Я всегда чувствовала, что знание этого языка даст мне ключи к многим тайнам, к тем дверям, которые я стремилась открыть. Конечно, мне нужно было больше времени, чтобы уверенно говорить на нём, но каждый выученный грамматический оборот, каждое новое слово открывали для меня новые горизонты. Я не могла позволить себе расслабиться — каждый шаг был важен, особенно когда дело касалось освоения магии и знаний о генетике. Час за часом, я уходила всё глубже в эти учебные дебри, забывая о времени. В какой-то момент я даже не заметила, как стемнело. Тень вечера медленно проникала в комнату, а у меня на руках начинала образовываться усталость. Я растерянно посмотрела на часы и была поражена: уже почти полночь. Отложив книгу, я закрыла глаза на несколько секунд, пытаясь сосредоточиться. Ночь была уже близка, а я ещё не успела подготовиться ко сну. Внутри меня бурлили мысли о завтрашнем дне. Как бы мне хотелось сразу всё выучить, сразу все цели достичь, но я знала, что каждому делу нужно своё время. Всё, что я могла сделать — это не останавливаться и продолжать идти вперёд. С лёгким вздохом я выключила свет и улеглась в кровать, ощущая приятную тяжесть усталости в теле. В голове всё ещё крутились мысли о своих целях и будущем, но постепенно они начали тускнеть. Укрывшись одеялом, я почувствовала, как сон поглощает меня. Завтра будет новый день, новый шанс. Впереди меня ждут возможности и вызовы, которые не позволят мне стоять на месте. Засыпая, я думала о том, что всё будет так, как должно быть. И хотя многое предстояло пройти, я чувствовала, что готова встретить новый день, полный испытаний.

***

На следующий день в школе я заметила, что Джон действительно записался на кружок по инженерии. Он был полностью поглощён своим увлечением и с горящими глазами рассказывал мне о своих проектах. Вижу, как он захватывает чертежи и начинает объяснять, как собирается улучшить какую-то механическую конструкцию. Всё это было для меня несколько чуждо, но я не могла не заметить, с каким энтузиазмом он говорил, с каким интересом углублялся в детали. — Вот, смотри, — начал он, подставив мне лист с рисунками. — Я хочу сделать модель, которая будет двигаться, не теряя баланса. Это не просто игрушка, а практическое применение принципов, которые мы изучаем. Я уже придумал, как собрать двигатель и сделать его управляемым. Его голос наполнился гордостью за свою идею. Я кивнула, хотя на самом деле была больше занята мыслями о своём собственном плане. Но всё равно не могла не заметить, как его лицо загорается, когда он объясняет что-то, в чём он разбирается. И в какой-то момент я даже задумалась, что, возможно, именно это стремление к знаниям и энтузиазм делают его таким особенным. — Ты не хочешь попробовать? — спросил он, видя, что я молча слушаю. — Не знаю, — я пожала плечами. — Наверное, мне не особо интересно. — Почему? Это же интересно! Вроде бы, это твоя тема, научные штуки всякие. Ты же как-то говорила, что хочешь быть биохимиком. Это тоже ведь химия, инженерия, всё в одном. Может, научишься, как связать всё это с биотехнологиями? — Он сделал паузу, как будто ожидая от меня какого-то ответа. Я немного задумалась. Да, возможно, это и могло бы быть полезным, но в глубине души я не чувствовала особого влечения к механике и инженерии. Я была больше заинтересована в генетике и магии. Тем не менее, я не стала отмахиваться, хоть и не собиралась записываться. — Возможно, если будет время, я подумаю об этом, — ответила я, чтобы как-то отмахнуться от его настойчивости. Но его лицо не выглядело разочарованным. Напротив, он снова ухмыльнулся, как будто не ждал другого ответа. — Ладно, но ты сама знаешь, что я всегда смогу показать тебе что-то интересное. Если захочешь. — Он снова скользнул взглядом по своим чертежам. Я на мгновение задумалась. У Джона действительно был необычный подход к жизни. Он не боялся бросаться в новые идеи, и это заставляло меня уважать его в какой-то мере, даже если я не разделяла его увлечений. Но, наверное, мы все по-своему стремимся к своим целям. Пока он продолжал говорить о своих проектах, я снова вернулась к своим мыслям. Всё-таки, важные цели у меня были. И я должна была двигаться вперёд, не обращая внимания на разногласия и не теряя времени на кружки, которые не были частью моих планов.

***

Прошло несколько недель, и я заметила, как постепенно меняются мои отношения с Джоном. Хотя мы по-прежнему подшучивали друг над другом, в этих шутках уже не было прежней остроты. Всё чаще я ловила себя на мысли, что его компания стала мне не просто привычной, но и довольно приятной. Наши разговоры стали менее резкими, а моменты тишины между нами не казались такими неловкими, как раньше. И хотя я не собиралась признаваться в этом вслух, что-то изменилось в нашем взаимодействии. Однажды, после уроков, когда мы вместе шли по коридору, Джон вдруг подошёл ко мне с каким-то предложением. — Бурчалка, у меня есть идея, — сказал он с каким-то новым блеском в глазах. Я приподняла бровь, осторожно настроившись на его характерный тон. — Что ещё за идея, Мандарин? — ответила я, стараясь не выдать, что мне стало любопытно. — Давай вместе поработаем над одним проектом, — предложил он, чуть склонив голову, будто решая, стоит ли мне раскрывать подробности. Я остановилась, окинув его взглядом. С момента, как мы стали одноклассниками, Джон часто заговаривал со мной о разных проектах, но всегда как-то вскользь, как если бы хотел лишь похвастаться своими знаниями. И вот теперь, вместо пустых разговоров, он предлагает мне участие в чём-то реальном. — С чего вдруг? — спросила я, не скрывая недовольства. — Ты умная, я тоже не дурак. Вместе мы сможем создать что-то крутое, — ответил он с лёгким вызовом в голосе. Я присмотрелась к нему, оценив, не играет ли он со мной. Но в его глазах не было той обычной насмешки, которая всегда сопровождала его слова. Он действительно серьёзно что-то задумывал. — Ладно, что за проект? — не удержавшись, я всё-таки спросила, ощущая, как любопытство начинает брать верх. — Расскажу по пути. Пойдём? — с улыбкой ответил Джон и двинулся в сторону выходной двери. Я кивнула, не успев возразить, и мы вместе направились к выходу, обсуждая детали его задумки. Его идеи становились всё более понятными и даже интересными. Мы говорили о том, как можно объединить наши навыки, как использовать мои знания о биохимии и его инженерные проекты, чтобы создать что-то, что поможет мне в моих целях. Так начался новый этап в наших отношениях — сотрудничество, которое обещало быть не только интересным, но и полезным. В какой-то момент я даже подумала, что этот проект мог бы стать ключом к каким-то моим личным достижениям. Джон и правда оказался не таким уж и неприятным, как казалось вначале. Его умение двигаться вперёд, несмотря на свои странности, было вдохновляющим, и кто знает, может, именно эта наша совместная работа откроет нам новые горизонты. Наша работа над проектом началась довольно быстро. Джон оказался не только увлечённым, но и довольно организованным. Мы встречались после уроков, чтобы обсуждать детали и делиться своими идеями. Он предложил использовать мои знания о биохимии для создания какого-то уникального устройства, которое могло бы взаимодействовать с живыми клетками. В ответ я предложила несколько вариантов использования его инженерных навыков, чтобы обеспечить устройству устойчивость и функциональность. Мы нашли общий язык быстрее, чем я ожидала. Иногда я замечала, как Джон удивляется тому, что я готова выслушать его идеи, а иногда сам удивлялся, как я могу предложить такие нестандартные решения. Эти моменты помогали нам углубить взаимное уважение и научиться работать как команда. Как-то раз, сидя в библиотеке после уроков, мы с Джоном чертили схему будущего устройства на большом листе бумаги. Я ловила себя на мысли, что разговоры с ним стали менее раздражающими. Он перестал быть просто «Мандарином», и мне начинало нравиться его упрямство, целеустремлённость и даже его немного странный юмор. — Ты правда думаешь, что это сработает? — вдруг спросил Джон, глядя на мою схему. — Конечно. Нам просто нужно немного настроить параметры. Если все данные верны, то оно будет работать, — ответила я уверенно, хотя и не могла предсказать результат на сто процентов. — Ну ладно, если ты так уверена, то я тебе верю, — усмехнулся он. — Но если что, ты будешь отвечать за провал. Я хмыкнула, зная, что в этом случае ответственность будет не только на мне. Но, несмотря на его слова, я чувствовала, что это не просто шутка. В нашей работе я начала чувствовать больше уверенности, как если бы мы могли действительно создать что-то важное. С каждым днём наша работа становилась всё более увлекательной. Мы обсуждали не только проект, но и свои цели. Джон начал рассказывать о своих собственных планах, связанных с инженерией, и его идеях, что мне было неожиданно интересно. Он оказался не таким уж и замкнутым, каким я его считала вначале. С каждым днем я узнавала его с новой стороны, и хотя он по-прежнему был капризным и иногда немного раздражающим, я начала замечать в нем больше человеческого, чем ожидала. Наша командная работа, хотя и началась как что-то временное и сомнительное, с каждым днём становилась всё более естественной. Я не могла поверить, что когда-то думала о нем как о просто надоедливом однокласснике. Теперь Джон был частью моей жизни, и я начала понимать, что это сотрудничество может стать важной вехой на пути к моим, нет, нашим целям.

***

Однажды после уроков, мы с Джоном снова сидели в библиотеке, работая над проектом. Атмосфера была уже привычной, и, несмотря на тяжёлую работу, мне даже начинало нравиться проводить с ним время. — Что-то ты сегодня молчишь, Бурчалка, — заметил Джон, не отрываясь от схемы. — Думаю, надо немного отвлечься, — ответила я, устало потирая лоб. — Ты ведь не думал, что всё будет так просто, да? — Ты ведь говорила, что всё получится, — он усмехнулся, поднимая глаза. — Я надеялся на твою уверенность. — Да, я всегда уверена, — я фыркнула, но на самом деле тоже начинала переживать. На секунду повисла тишина, и я, будто не выдержав, спросила: — Ты правда веришь, что мы сможем это сделать? Вместе? Джон отложил ручку и посмотрел на меня, его обычная ухмылка слегка исчезла. — Конечно. Мы же команда, — сказал он, немного неожиданно для меня серьёзным тоном. — А если мы не попробуем, то точно не узнаем, что получится. В его словах не было обычной дерзости или сарказма, и это заставило меня на мгновение задуматься. Я кивнула, понимая, что его вера в проект и в нас тоже имеет значение. — Ладно, продолжим. Но ты держи меня в курсе, если что не так. — я снова взяла ручку, готовая вернуться к делу. Джон подмигнул, снова становясь обычным, уверенным в себе «Мандарином». — Конечно, Бурчалка.