...Я попала в Последнюю Реальность?

Дни в загородном доме шли своим чередом, но с каждым днём Джон становился только наглее. Если раньше он был просто тактильным, то теперь ему, видимо, хотелось вывести меня из равновесия перед всеми. И ведь у него это получалось! Стоило мне просто сидеть за столом, как он подходил сзади, наклонялся к уху и лениво спрашивал: — Как спалось, птичка? А потом ещё усаживался рядом, закидывал руку на спинку моего стула, словно застолбил территорию, и невозмутимо ел свой завтрак. Конечно же, все это видели. — Ло, ну хватит уже! — в очередной раз зашипела я, когда он, будто случайно, взял меня за руку и стал лениво водить пальцем по запястью. — Хватит чего? — он посмотрел на меня с самым невинным видом. — Хватит… вот этого всего! — Ой, да ладно тебе, Оля, — вмешался Артём, ухмыляясь. — Ты же его уже терпишь, можешь просто смириться. — Вот именно, — кивнула Алиса. — Ты же не против, когда я тебя обнимаю? — Алиса, ты не шепчешь мне всякие глупости на ухо! — Могу начать, — хохотнула она, наклоняясь ко мне. Я в ответ просто крепко её обняла, чем вызвала удивление у Джона. — О, значит, Алису обнимать можно, а меня — нет? — Слушай, хочешь, я тебя тоже обниму? — недовольно спросила я. — Очень хочу, — совершенно спокойно ответил он и раскинул руки. Я фыркнула. — Только если удавлю в процессе. — Ну, это уже зависит от тебя, птичка, — усмехнулся он. Я закрыла лицо руками. Эти дни явно станут для меня испытанием…

***

— Стыд и срам… — пробормотала я, уткнувшись лицом в ладони, когда Джон в очередной раз притянул меня ближе прямо на глазах у всех. — Ну-ну, не драматизируй, — протянул он, будто я тут зря паникую. Я медленно подняла голову и одарила его таким взглядом, что даже Артём, который уже готов был что-то сказать, передумал. — Оля, мне кажется, ты рано или поздно привыкнешь, — заметила Алиса, подперев щёку рукой. — Я не хочу привыкать! — возмутилась я, вырываясь из объятий Джона, но он, зараза такая, только сильнее сжал хватку. — Всё, сдавайся, птичка, — он довольно хмыкнул и беззастенчиво ткнулся носом в мои волосы. Я чувствовала, как вся пылаю от смущения. — Джон… люди… смотрят… — Ну и пусть смотрят. Я что, скрывать должен, что ты моя? На этом мои силы закончились. Где-то в стороне Артём хохотнул: — Всё, Оля, ты пропала. Теперь он тебя вообще отпускать не будет. — Да неужели? — я резко повернулась к Джону и, сжав зубы, прошипела: — В последний раз предупреждаю, отстань. Джон внимательно посмотрел на меня, будто решая, стоит ли спорить… а потом вдруг сдался. — Ладно-ладно, не буду, — он поднял руки вверх, но по глазам было видно — долго он не продержится. Я наконец выбралась из его лап и с гордостью уселась подальше. Но радость была недолгой. Стоило мне только выдохнуть, как Джон, ухмыляясь, спокойно сказал: — Тогда мне придётся брать реванш позже. Я подавилась чаем. Из кухни донёсся новый всплеск смеха. Вот же… — Я же надеюсь, не в том смысле, о котором я подумала… — промелькнула мысль в голове, когда я повернулась к Джону с таким выражением лица, что оно явно передавало весь ужас от его двусмысленной фразы. — А если учесть, что у нас общая комната и кровать… я в дерьме… Джон лишь многозначительно улыбнулся, сложив руки за спиной, и самодовольно наблюдал за мной. Артём с Алисой переглянулись, обменялись хитрыми улыбками и, не проронив ни слова, тихо вышли из гостиной, оставив нас вдвоём. Я почувствовала, как на моём лице мгновенно отразилось чувство предательства и полное замешательство. — Предатели! Не оставляйте меня на растерзание этому дьяволу! — воскликнула я, почти срываясь на слёзы. Мне не жить… Меня просто зацелуют и заобнимают до смерти… Джон в этот момент оказался за моей спиной, наклонившись надо мной, обвив руками мою талию и присев на край дивана. — Дьявола говоришь? Ну, тогда ты будешь моим ангелочком, — прошептал он в ухо, заставив меня ещё сильнее покраснеть. С трудом сдерживая смущение, я попыталась вырваться, но он держал меня крепко, как будто знал, что мне не удастся выбраться. Я пыталась вырваться, но чем сильнее я дергалась, тем крепче Джон меня обнимал. Его улыбка не исчезала, и каждый его взгляд заставлял моё сердце биться быстрее. Я устала бороться, и в конце концов, сдавшись, просто откинулась спиной на его грудь. Как только я расслабилась, Джон обвил меня руками ещё крепче, будто бы это был самый естественный жест. Я почувствовала его дыхание у себя на шее и, не выдержав, немного вздохнула. — Ладно, ладно… — буркнула я, стараясь выглядеть не так смущённо, как чувствовала себя. — Но ты всё равно дьявол. Джон тихо рассмеялся и слегка прижал меня к себе, не оставляя ни малейшего пространства между нами. — Если я дьявол, тогда ты, наверное, мой личный ангел, — прошептал он мне в ухо, заставив меня снова покраснеть. Я закатила глаза, пытаясь скрыть своё смущение, но в какой-то момент просто закрыла глаза, позволяя этому чувству безопасности и тепла охватить меня. — Слишком много эмоций за несколько минут, — устало подумала я, чувствуя, как начинаю потихоньку засыпать. Его тепло так уютно обвивало меня, что я не могла больше сопротивляться. В какой-то момент, даже несмотря на всю свою стеснительность, я полностью расслабилась, ощущая себя в безопасности. Я уже почти погрузилась в сон, когда Джон слегка коснулся моего лба. — Ты спишь? — тихо спросил он, и я почувствовала, как его голос мягко перебивает тишину. Я лишь тихо кивнула, не в силах говорить, и в этот момент поняла, что всё, что происходило за последние несколько дней, было чем-то абсолютно новым, но в то же время невероятно спокойным. Возможно, именно этого мне и не хватало — простого чувства покоя рядом с ним. — Спокойной ночи, ангелок, — прошептал он, и я едва ли не сразу провалилась в сон, чувствуя, как его руки сжимают меня чуть сильнее, будто не давая уйти.

***

Я сидел за спиной Оли, ощущая её лёгкое дыхание, которое становилось всё тише с каждой минутой. В её теле я ощущал что-то невообразимо хрупкое, но в то же время удивительно сильное. И вот это было странно — в её беспокойстве, в этих переживаниях, в её стеснении было что-то, что привлекало меня и заставляло делать шаги, которых я обычно бы не сделал. Но с ней… с ней всё как-то иначе. Даже когда она пыталась оттолкнуть меня или выглядела абсолютно сбитой с толку, я понимал: в этом есть нечто, что я не могу игнорировать. Оля была особенной. Не просто тактильной, не просто нервной — она была… живой. Со всеми её мелкими привычками, со всеми её непредсказуемыми реакциями, которые я буквально запоминал каждое мгновение. Да, я шутил, подшучивал, возможно, немного дразнил её, но в этих моментах, когда она полностью растворялась в том, что происходило между нами, я ощущал, как сильно я привязан к ней. И эта привязанность всё сильнее наполняла меня, как что-то тёплое, не дающее ни убежать, ни избавиться. Задержав дыхание, когда она наконец приняла мою близость, я почувствовал, как сердце сжалось. Это было как признание в том, что я в самом деле нуждаюсь в ней. Не в её поддержке. Не в её словах. А в том, чтобы быть рядом, просто рядом. Этот момент был не чем-то случайным. Он был для меня важен. Очень важен. Я не знал, как это сформулировать словами, но всё, что происходило, было настолько настоящим и значимым. Когда её спина прижалась ко мне, я почувствовал, как будто я был в правильном месте, с правильным человеком. И, возможно, я даже не был готов признать, что именно это — те чувства, которые я до конца не осознавал в себе. Олино спокойствие, её доверие — это было нечто новое. И хотя я чувствовал, что всё может быть намного сложнее, чем я себе представлял, мне хотелось дать ей это. Чтобы она могла быть открытой, чтобы она могла не бояться своих чувств. Тот момент, когда она наконец расслабилась и позволила мне быть рядом, всё что я мог — это просто держать её, не задавая лишних вопросов. В этот момент я не хотел ничего менять. Я хотел быть с ней, даже если я не знал, что будет дальше. Оля дышала ровно, её тело окончательно расслабилось в моих руках, и мне оставалось только держать её, ощущая, как её тепло постепенно передаётся мне. Я не мог удержаться от лёгкой улыбки — пусть она и боролась со своей стеснительностью, пусть всё ещё пыталась сопротивляться моей тактильности, но в такие моменты она сдавалась. Я медленно провёл пальцами по её руке, лениво очерчивая невидимые узоры. Оля слегка вздрогнула, но не отвернулась, только глубже зарылась в мои объятия. — Ты ведь так и не призналась себе, что тебе это нравится, да? — негромко спросил я, склонившись ближе к её уху. — Нравится что? — голос её был сонным, но я заметил, как кончики ушей покраснели. Я усмехнулся. — Когда я так близко. Когда обнимаю тебя. Когда ты знаешь, что я не отступлюсь. Она не ответила сразу, но я почувствовал, как её пальцы чуть сильнее сжали ткань моей рубашки. — Ты слишком самоуверен, Джон, — пробормотала она, но её голос дрогнул. — А ты слишком упрямая. Мы замолчали, наслаждаясь тишиной. Вдали слышались голоса остальных ребят, какие-то приглушённые разговоры и смех, но здесь, в нашем маленьком пространстве, всё это казалось далёким и неважным. В какой-то момент я понял, что Оля снова задремала. Я осторожно откинулся на спинку дивана, стараясь не тревожить её. Было странно… Я не привык к тому, что рядом со мной кто-то вот так доверчиво засыпает. Это было слишком… тёпло. Я склонил голову набок, разглядывая её профиль. Спокойное, расслабленное лицо, чуть взъерошенные волосы… — Может, я и правда попался сильнее, чем думал. Но если так — пусть. Я закрыл глаза, чувствуя, как сон начинает окутывать и меня.

***

Я стояла в дверях гостиной, скрестив руки на груди и наблюдая за этой милой, но до ужаса раздражающей картиной. Оля, свернувшись калачиком, спала в объятиях Джона, а тот, прижав её к себе, тоже почти задремал. — Вот же прилипала… Впрочем, не сказать, что Оля особо сопротивлялась. Сначала, конечно, возмущалась, но теперь вот лежит себе, даже не думая убегать. Я покачала головой. — Ну что, романтики, может, ещё табличку повесите «Не беспокоить»? Джон приоткрыл один глаз и лениво усмехнулся. — Ты ревнуешь? Я фыркнула. — Да я скорее удивляюсь, как тебе удалось её приручить. Оля же всегда… ну, знаешь, не из тех, кто любит вот это вот всё на публике. — Всё просто. Я — особенный. — Ой, не льсти себе. Я закатила глаза и подошла ближе, наклоняясь к подруге. — Оль, просыпайся, а то тут твой хищник сейчас начнёт шипеть на каждого, кто подойдёт ближе двух метров. Она только что-то невнятно пробормотала во сне и глубже уткнулась в его грудь. — Ну и ладно. Лололошка, тогда ты её несёшь. — Вообще без проблем. Я уже хотела уйти, но вдруг остановилась и прищурилась. — Подожди-ка… — Что? Я ткнула пальцем в его руку. — Ты. Её. Гладишь. Джон медленно перевёл взгляд на свою руку, которая и правда машинально водила пальцами по её спине, и застыл. — Ой… — Ой, говорит. Моё лицо медленно расплывалось в ехидной улыбке. — Так вот ты какой, Ло. — Какой? — Нежный. Он смерил меня убийственным взглядом, но я уже развернулась и пошла к выходу. — Не переживай, никому не скажу… пока. За спиной я услышала его раздражённый вздох, но в ответ лишь весело рассмеялась.

***

Я проводил Алису тяжёлым взглядом. Уж слишком довольная она была, заметив, как я машинально глажу Олю по спине. Будто поймала меня на чём-то криминальном. Чушь, конечно. Просто привычка. Или… Я снова посмотрел на Олю. Она спала, дыша ровно и спокойно, полностью доверившись мне. Хоть и отбивалась сначала, но в итоге сама устроилась поудобнее, будто так и надо. Я усмехнулся. — Стесняшка, а сама вот… Её волосы щекотали мне шею, тепло исходило от неё, и, признаться, мне совсем не хотелось двигаться. Смешно, конечно. Ещё недавно я даже не думал, что привяжусь к кому-то так сильно. Обычно люди раздражают, утомляют. А она… Она наоборот. Не знаю, что именно меня цепляет, но, чёрт возьми, это опасно. Я почувствовал, как Оля чуть пошевелилась, потёрлась носом о мою рубашку и едва слышно вздохнула. — Мм… Ло… Я замер. Что?.. Она что, во сне говорит? — Оля? — тихо окликнул я, но она не ответила, только снова перевернулась на другой бок. Я прищурился, обдумывая услышанное. — Так, стоп… Это значит, что она думает обо мне даже во сне? Я медленно расплылся в самодовольной ухмылке. Ох, Олечка… Если бы ты знала, как сейчас сама себя подставила. Наклонившись ближе к её уху, я усмехнулся: — Неужели ты так обо мне мечтаешь? Ответа, конечно, не последовало. Ну и ладно. Значит, разберёмся с этим позже. А пока что… Я чуть крепче прижал её к себе и закрыл глаза. Пожалуй, ещё немного так полежу. Когда объявили отбой, Оля так и не проснулась. Я глянул на неё, мирно спящую у меня на груди, и тяжело вздохнул. — Ну вот, и как мне тебя теперь будить? Ответа, естественно, не последовало. Я аккуратно убрал прядь её волос с лица, стараясь не разбудить, но потом понял, что это бессмысленно. Всё равно же придётся нести. — Ладно, стесняшка, только не жалуйся потом, что я тебя трогал. Подхватив её на руки, я встал с дивана, стараясь делать движения плавными. Она чуть поморщилась, но не проснулась, только теснее прижалась ко мне. Я почувствовал, как уголки моих губ сами собой дёрнулись вверх. В гостиной уже почти никого не было, только несколько человек лениво расходились по комнатам. Артём, проходя мимо, фыркнул: — Ну всё, принцесса точно нашла своего принца. Я бросил на него ленивый взгляд. — А ты завидуй молча. Артём засмеялся и ушёл, а я двинулся в сторону нашей комнаты. Оля уютно устроилась в моих руках, её дыхание было размеренным, тёплым. В такие моменты она выглядела совсем беззащитной. Интересно, а что она скажет, когда утром поймёт, что я её нёс? Я усмехнулся. Наверняка будет краснеть и бормотать что-то про «стыд и срам». Ну что ж… Значит, будет весело. Я тихо открыл дверь нашей комнаты, вошёл внутрь и аккуратно закрыл её ногой. В комнате было темно, только лунный свет пробивался сквозь занавески, рассеянно освещая кровать. Я подошёл ближе, медленно опуская Олю на матрас. Она слегка нахмурилась, будто почувствовала, что больше не находится в моих руках, и тихо пробормотала что-то во сне. Я не удержался и наклонился чуть ближе. — Что-что? Повтори, не расслышал. Ответом мне было только её ровное дыхание. Я улыбнулся, взял одеяло и бережно укрыл её. — Забавно, — подумал я, садясь на край кровати и наблюдая за ней. Когда мы только познакомились, я бы никогда не подумал, что буду сидеть вот так, любуясь ею. А теперь? Теперь я просто не мог представить, каково это — без неё. Я вздохнул и потер шею. — Похоже, ты меня окончательно приручила, Оля. Она чуть повернулась во сне, зарываясь носом в подушку, и я мягко улыбнулся. Ладно, завтра об этом подумаю. Сейчас надо спать. С этими мыслями я лёг рядом, стараясь не разбудить её, и, прежде чем закрыть глаза, тихо пожелал: — Спокойной ночи, Бурчалка.

***

На этот раз первым проснулся я, а вот Оля, похоже, даже не думала вставать, хотя уснула раньше меня. Сколько можно спать? Не то чтобы мне это не нравилось. В конце концов, засыпали мы так, что я обнимал её со спины, а проснулись уже в другой позе: Оля почти лежала на мне, закинув ногу и голову, а её рука лениво обнимала меня. Теперь я лежал на спине, уткнувшись носом ей в макушку, всё ещё держа её в своих руках. — И это я, значит, тот, кто вечно лезет обниматься? — фыркнул я с лёгкой усмешкой, крепче обхватывая её и немного переворачиваясь на бок. — Когда ты спишь, то особого чувства стыда за свои действия не испытываешь, да, принцесса? — тихо прошептал я, получив в ответ лишь сдавленное мычание. Оля спрятала лицо ещё глубже, а я только весело усмехнулся. — Просыпайся, спящая красавица, уже девять утра. — Я слабо потряс её за плечи. — Ммм… не хочу… ты тёплый… — пробормотала она, прижимаясь ко мне сильнее. — Мы поменялись ролями? — с лёгким азартом спросил я, склоняясь ближе к её уху. — Сам ко мне лип, как коала к дереву, а теперь ещё и возмущаешься… — недовольно пробормотала Оля, лениво приоткрыв один глаз. Я тихо рассмеялся, притянув её ещё ближе, и чмокнул в макушку. — Кто ж возмущается? Напротив, я очень доволен. Но стоило мне договорить, как в дверь нашей комнаты раздался стук, а затем она медленно приоткрылась. На пороге стояла наша классная руководительница — мисс Ванесса. Я повернул голову в её сторону, в то время как Оля сдавленно пискнула и попыталась спрятаться под одеялом, явно смущённая не столько приходом учительницы, сколько тем, что нас застали в таком виде. Вот только это ничуть не помогло ей избежать пристального взгляда мисс Ванессы, чьи губы медленно растянулись в улыбке. — Извините, что прерываю, но мне нужно сделать небольшое объявление. — Сказав это, женщина приоткрыла дверь ещё шире. Мисс Ванесса окинула нас хитрым взглядом, явно не упуская ни одной детали, прежде чем, наконец, перейти к делу. — Хотела сказать, что сегодня у вас последний день здесь. Завтра утром мы уже возвращаемся в город, так что советую вам насладиться оставшимся временем. Я кивнул, а вот Оля, кажется, немного напряглась под одеялом. Она всё ещё не показывалась из своего укрытия, но я чувствовал, как её пальцы чуть сильнее сжали мою футболку. — Поняли, мисс Ванесса, спасибо, — спокойно ответил я, даже не думая отпускать Олю. — Хорошо, тогда жду вас на завтраке через полчаса, — улыбнулась она и с лёгким смешком добавила: — Только не задерживайтесь слишком долго, ладно? Она закрыла за собой дверь, оставив нас вдвоём. Некоторое время в комнате стояла тишина, нарушаемая лишь нашим дыханием. — Последний день, — наконец, тихо пробормотала Оля, прижимаясь ко мне ещё крепче. — Ммм… не хочешь уезжать? — Я чуть отстранился, чтобы заглянуть ей в лицо. Она выглядела задумчивой, её брови были слегка нахмурены, а губы сжаты в тонкую линию. — Даже не знаю, — призналась она. — С одной стороны, тут было классно… но с другой… — …но с другой — тут слишком много любопытных глаз, — закончил я за неё, ухмыляясь. Оля фыркнула и легонько ткнула меня в бок. — Не только это! Просто… всё было так спокойно. Без суеты, без давления, без того, что кто-то чего-то от тебя требует… — Она вздохнула. — А в городе снова начнётся обычная рутина. — Ну, если хочешь, я могу помочь тебе сделать этот последний день незабываемым, — я заговорщически улыбнулся, проводя пальцами по её спине. Оля подозрительно сузила глаза. — В каком смысле «незабываемым»? — В хорошем, конечно же, — я нарочито невинно пожал плечами. Она ещё секунду подозрительно смотрела на меня, но затем всё же расслабилась и снова уткнулась в моё плечо. — Ладно… Тогда что мы будем делать? Я ухмыльнулся, перебирая в голове все возможные варианты. — Ну, для начала, давай-ка выберемся отсюда, пока кто-нибудь снова не пришёл нас разыскивать. А дальше… импровизируем. Оля закатила глаза, но на её губах всё же мелькнула улыбка. — Ладно, только сперва отпусти меня, а то мы так вообще не встанем. — Ну уж нет, теперь тебе придётся вытаскивать меня из кровати силой, — с ленцой протянул я, обнимая её крепче. — Ло! — Да-да, уже встаю, — усмехнулся я, наконец разжимая объятия. Сегодня точно будет интересный день.

***

У меня было стойкое ощущение, что меня бессовестно наебали обвели вокруг пальца. Почему? Да потому что этот хитрый гад весь завтрак не отходил от меня ни на шаг, не отпуская даже на миллиметр. А теперь, когда мы сидим в гостиной, он, как довольный кот, развалился у меня на коленях, довольно улыбается, а я с хмурым видом допиваю свой чай. — И как это понимать? — приподняла я бровь, покосившись на него. — Что именно? — лениво протянул Джон, прикрыв глаза. — Ты всю дорогу ходил за мной хвостом, а теперь вдруг улёгся и не двигаешься. — Ну, я же должен как-то восполнить потраченную энергию, — невозмутимо ответил он. — Какую ещё энергию?! — мысленно возопила я, но вслух лишь обречённо вздохнула. В этот момент рядом плюхнулась Алиса, скрестив руки на груди и скептически глядя на нас. — Ну-ну, ещё немного, и ты начнёшь носить его на руках, — усмехнулась она. — Не дождётся! — вспыхнула я и уже хотела скинуть Джона с колен, но он, будто предугадав мои намерения, крепче ухватил меня за талию и притянул ближе. — Куда это ты? — с лукавой улыбкой прошептал он. — Да чтоб тебя… — простонала я, чувствуя, как снова начинаю краснеть. Алиса рассмеялась, качая головой: — Ты обречена. — Я заметила. Ладан тащи, сейчас изгонять будем, — проворчала я, покосившись на Джона, который, похоже, даже не думал сопротивляться своему «изгнанию». — О, ритуалы? Звучит интересно, — ухмыльнулся он, удобнее устраиваясь на моих коленях. — Да я тебя сейчас не ладаном, а сковородкой изгоню, — пригрозила я, но он лишь фыркнул, будто это было для него не более чем пустая угроза. Алиса, наблюдавшая за этим представлением, только рассмеялась. — Я бы посмотрела на это, но что-то мне подсказывает, что этот демон умеет уворачиваться. — Это уже не демон, а липучка какая-то! — возмутилась я, пытаясь скинуть его, но, разумеется, безуспешно. — Тепло же, удобно, зачем сопротивляться? — философски заметил Джон, потянувшись, словно ленивый кот. — Да чтоб тебя… — обречённо простонала я, закрывая лицо руками. — Ну, я вас оставлю, — хихикнула Алиса, вставая. — Только не забудь, Оль, если что, у нас в запасе есть святая вода. — Ага, я учту… — пробормотала я, наблюдая, как она уходит. Оставшись с Джоном наедине, я обречённо вздохнула: — Ты же не встанешь, да? — Неа, — самодовольно ответил он, даже не открывая глаз. Я закрыла лицо руками. Господи, за что мне это… — За что ты мне, горе луковое… — простонала я, устало глядя на Джона, который, кажется, чувствовал себя на моих коленях лучше, чем в собственной постели. — Горе, говоришь? — протянул он, лукаво приоткрыв один глаз. — А мне кажется, что я твое счастье. Я закатила глаза. — Счастье, от которого хочется повеситься? — Оу, как жестоко, — наигранно вздохнул он, хватаясь за сердце. — А я ведь так старался… — Старался быть моей персональной обузой? Верю, у тебя это отлично выходит. Джон хитро улыбнулся и потянулся вверх, устраивая голову удобнее. — А ты всё равно не сбрасываешь меня. Значит, тебе нравится. — Мне просто лень, — буркнула я, но, судя по его выражению лица, он мне не поверил. — Ну-ну, продолжай врать себе, принцесса. Я только тяжело вздохнула. — Если через пять минут ты не слезешь, я тебя скину, как мешок с картошкой. — О, это вызов? — Это угроза. — Понял, принял… но всё равно слезать не буду. Я устало вздохнула, потерев переносицу. Это конец… я никогда не избавлюсь от этого липкого гада, даже на пять минут… — А если я попрошу тебя встать? — вопросительно выгнув бровь, поинтересовалась я, задумав небольшой план. Джон лениво приоткрыл один глаз и усмехнулся. — Смотря, как попросишь. Я закатила глаза, но скрыла ухмылку. Ну что ж, он сам нарвался. Наклонившись чуть ближе, я мягко поцеловала его, намереваясь воспользоваться его замешательством, чтобы аккуратно встать и сбежать. Вот только план треснул по швам, потому что Джон не просто не замер от неожиданности, а наоборот — моментально обхватил меня крепче, не давая отстраниться, и, не теряя ни секунды, углубил поцелуй. Я едва не застонала от осознания провала своей стратегии. Вместо того чтобы освободиться, я оказалась ещё крепче зажата в его объятиях, чувствуя, как он довольно улыбается сквозь поцелуй. — Ты… не так должен был реагировать, — пробормотала я, когда он, наконец, позволил мне немного отстраниться. — О, да? — протянул он, хитро сощурившись. — Ты явно недооценивала мои рефлексы, принцесса. Я прикусила губу, понимая, что теперь точно влипла. — Ладно… тогда новый план. — О, а мне нравится, когда ты что-то планируешь. Всегда выходит в мою пользу. Я скривилась. — Посмотрим. С этими словами я быстро толкнула его в бок, неожиданно ловко вывернулась из объятий и, воспользовавшись его секундной заминкой, сорвалась с места, убегая в сторону лестницы. — Эй! — услышала я позади возмущённый голос Джона. — А ну вернись, обманщица! Я сорвалась с места, стремительно убегая в сторону лестницы. — Попробуй догони! — крикнула я через плечо, перепрыгивая через ступеньки. Но радоваться было рано. Всего через пару секунд за спиной послышались быстрые шаги — тяжёлые, уверенные, явно принадлежащие человеку с отличной физической подготовкой. Я прикусила губу. Конечно, какого чёрта я вообще решила, что смогу убежать от Джона? Учитывая мой короткий рост и весьма средненькую выносливость, а у него, наоборот, высокий рост и подготовка на уровне какого-нибудь профессионального бегуна… ну или охотника на бедных, невинных девочек, решивших поиграть в догонялки. И да, бедная невинная девочка — это я. Я сделала ещё несколько шагов, но не успела даже добраться до середины коридора, как кто-то резко схватил меня сзади, буквально в последний момент перед моим возможным спасением. — Попалась, — удовлетворённо протянул Джон, легко подхватывая меня на руки, словно я весила пушинку. — Ло! — завопила я, извиваясь в его хватке. — Пусти! Это нечестно! — Оля, ты сама виновата, — ухмыльнулся он. — Зачем пыталась сбежать, если знала, что не убежишь? — А вдруг бы получилось? — парировала я, пыхтя от попыток выбраться. — Не-а, — довольно покачал он головой. — Теперь ты моя пленница. — Я пожалуюсь Алисе! — А я скажу, что ты сама на меня напала. — Ты… ты… — я не нашлась с ответом и просто закрыла лицо руками, чувствуя, как мои щёки начинают краснеть. Джон же только довольно рассмеялся и, неся меня обратно в гостиную, самодовольно добавил: — Вот так и заканчиваются все твои хитрые планы, принцесса. Джон, как только вернул меня на диван, с широкой ухмылкой сел рядом, не переставая меня держать в своих руках. Я почувствовала, как его пальцы скользят по моей руке, и сразу поняла, что он задумал что-то не совсем обычное. — Ну, раз ты так вляпалась, надо же как-то тебя наказать, — произнёс он, с видом страстного планировщика, проводя пальцем по моей щеке, и я почувствовала, как от этого касания по моей коже пробежал неожиданный разряд тока. Я приподняла бровь, подозревая, что это что-то не из самых приятных. — Ну, как ты собираешься это делать? — спросила я с вызовом, хотя внутри меня уже начинало что-то ёкать от лёгкого волнения. Джон наклонился ко мне, его лицо оказалось всего в нескольких сантиметрах от моего. Я могла почувствовать его дыхание на коже, и это не добавляло мне уверенности. Он усмехнулся и сказал: — Ты же знаешь, что наказания могут быть очень разными, — он подмигнул, и я почувствовала, как он тянет меня всё ближе к себе. — Но я думаю, что тебе понравится мой выбор. Я попыталась отстраняться, но он был слишком силён, слишком уверен в себе. Тело сразу откликнулось на его хватку, а он, заметив это, лишь усмехнулся, тянув меня ближе. — У тебя есть выбор: либо ты сидишь спокойно и принимаешь наказание, либо… — он сделал паузу, как бы давая мне шанс осознать всю серьёзность момента. — Либо ты будешь бороться и делать это только хуже для себя. Я прокачала кулаки, глядя на него с недовольством и нервозно прокашливаясь. — Ты. ты просто с ума сошёл, Ло, — я отчаянно пыталась вырваться, но его хватка становилась всё крепче. — Это наказание будет… тактильным, — сказал он, притягивая меня ещё ближе, так что теперь наши лица были буквально в одном дыхании друг от друга. — Можешь не волноваться, я буду мягким… до тех пор, пока ты не начнёшь вырываться. Я попыталась освободиться, но его крепкие руки удерживали меня на месте. Мой взгляд встретился с его и я поняла, что спасения мне не будет. Джон явно получал удовольствие от того, что творил. — Ты не сможешь сбежать, Оля, — прошептал он мне в ухо. — Так что лучше расслабься и принимай наказание. Я почувствовала, как его ладонь скользнула по моей спине, и дрожь пробежала по моему телу. Это было слишком… слишком близко, слишком интимно, и я не знала, что с этим делать. Слишком стыдно было сопротивляться, слишком приятно быть рядом с ним. С моими мыслями и эмоциями творился полный хаос, и я, наконец, сдалась… Смущение не отпускало меня ни на секунду. Я чувствовала, как его руки всё ещё держат меня, как он не отпускает, и я не могу даже пошевелиться. Мы сидели в этой позе, обнявшись, и я вдруг осознала, что прошло уже слишком много времени, чтобы просто так продолжить сидеть. Не знаю, что именно произошло, но я стала чувствовать, как моё тело расслабляется под его руками, как будто его прикосновения успокаивали меня. Это было нечто странное, нежное, но одновременно нереально стыдное. Меньше чем за два дня мы успели сделать столько, что я и сама не понимала, как это случилось. Его дыхание ровное, а моё — сбивчивое, хотя я и пыталась не показывать, как сильно нервничаю. Он заметил это, конечно. Но что-то в его спокойствии заставляло меня успокаиваться, несмотря на все мои чувства. Я не могла понять, что именно в нём было так привлекательным. Может, это его уверенность, или всё-таки я привыкала к тому, что он был рядом. В какой-то момент я не выдержала. Моё лицо снова горело от стыда, и я инстинктивно прильнула к его плечу, пряча лицо в его шее. Мой нос коснулся его кожи, холодный от нервов, а я сама почувствовала, как на шею набегает волна горячего красного румянца. — Прости, я просто… — я не могла закончить свою фразу. Голос предательски дрожал, и я просто молча уткнулась в него, позволяя ему ощущать моё неловкое смущение. Джон всё это время молчал, но его руки не отпускали меня. Его пальцы нежно скользили по моей спине, и я чувствовала, как его дыхание с каждым мгновением становилось всё ближе. Секунда за секундой мы становились всё более связанными, и это было настолько странно, что я даже не могла понять, как в этой ситуации правильно себя вести. Он наконец заговорил, но его голос был тихим и мягким, как будто он тоже чувствовал это напряжение между нами. — Ты не должна стыдиться, Оля, — сказал он, тихо поглаживая мои волосы. — Мы оба здесь, потому что хотим этого. И… если тебе некомфортно, скажи мне, и я сразу отступлю. Я почувствовала, как его слова заставляют моё сердце немного успокоиться, но стыд, всё равно, не покидал меня. Я медленно подняла лицо, но всё ещё не решалась смотреть ему в глаза, и тогда его рука, как бы предсказывая это, подняла моё подбородок. — Смотри на меня, Оля, — тихо сказал он, и я в конце концов не могла не послушаться. Он улыбнулся мне, но его улыбка была такая, что я не могла в неё поверить. Это не было что-то хитрое или провокационное. Это была простая, тёплая улыбка, как будто он понимал всё до конца, и просто хотел, чтобы мне было комфортно рядом с ним. Я взглянула на него, и поняла, что в этот момент, несмотря на всё смущение и неловкость, я была… спокойна. Поддавшись невидимому порыву, я чуть выпрямилась, коснувшись его губ лёгким поцелуем. Это было быстро и почти нежно, а затем я снова вернулась в его объятия, прижимая голову к плечу, но уже не скрывая своего лица в его коже. Вместо того чтобы снова замкнуться в себе, я почувствовала, как дыхание его тела успокаивает меня, а время замедляется. Мы молчали, но тишина не была неудобной — скорее, наоборот. Она даровала покой, который был для меня новым и немного тревожным. Я ощущала, как его руки снова скользят по моим плечам, как он аккуратно берёт меня за талию, удерживая, не позволяя отстраниться. И, несмотря на всю мою нервозность и смущение, его прикосновения приносили мне не только дискомфорт, но и странную уверенность. — Ты правда не против? — я наконец нарушила тишину, почти шёпотом спросив. Я не знала, что именно я ожидала услышать в ответ, но что-то подсказывало, что это важно. Его ответ пришёл через мгновение, и его голос был тёплым, немного хрипловатым, как будто он тоже наслаждался этим моментом, но пытался быть осторожным. — Не против. — Он мягко улыбнулся, и его рука легла на мой затылок, поглаживая волосы. — Я был бы рад, если бы ты чувствовала себя спокойно рядом со мной. С этими словами я почувствовала, как моё сердце успокаивается, и, несмотря на все мои переживания, я постепенно расслабилась. В этот момент мы оба находились в каком-то своём маленьком мире, и этот мир казался странно правильным.