Каштаны

— Мы идём на ярмарку! Голос Эбель врывается как обычно резко и неожиданно, а требовательный тон не оставлял место отказу. И не важно, что ты в трусах пытался замочить персонажа Кёнига виртуальными кулаками Шторма. И не важно, что после этого сестрёнка, противно хихикая, скрылась из виду со своим рыгающим кролом. Как бы странно не звучало, именно таким образом вся наша семья отправилась на ежегодную городскую ярмарку. Я посещал её каждый раз, видел, кажется, абсолютно всё в ней. И зачем я пошёл?

***

— Мы идём на ярмарку! — Ну Эбель, ну не-е-ет… Я только-только Сайлэнса замочил, какая ярмарка? — Вообще-то не замочил. Я живой, — воспользовавшись моей заминкой, Кёниг быстро сделал выпад под колени моего Шторма, явно довольный, как мой персонаж падает замертво, сдаваясь врагам. Вот же ж. научился ведь! — Да ты!.. — Дэм, мы идём на ярмарку семьёй! Пошли на ёлку глядеть! — не оставляла попытки сестрёнка, запрыгивая на мою кровать, устраивая своего кролика на коленях. Её большие глаза так и просили пойти, но я, знатно раздражённый и немного смущённый, не обратил на внимание на её мольбу, быстро натягивая на себя футболку. — Я не хочу. Там опять поставят этого странного Санта Клауса, что ворует втихаря ёлочные игрушки. Да и вообще, что я там не видел? С явным любопытством глядя на нас с Эбель, Кёниг, убирая джойстик в сторону, встал с пола, чтобы выключить телевизор с приставкой. Он выглядел так, будто его не интересовал разговор, но я нутром чую, что он уши греет, внимательно слушая голос Эбель. — А Тэнэ не видел! Он мне сам говорил, что на ярмарках не был. Ты же не лишишь его праздника? — Кхм…

***

А, точно. Тэнэ же не был. Чёрт, в который раз я так легко соглашаюсь из-за него. Один единственный чёртов аргумент, что Тэнэ что-то не знает, не делал, не пробовал, не ходил куда-то, и мне достаточно. Я готов перевернуть всё, чтобы чёртов староста познал вкус ванильного мороженого, азарт полуночных игр в приставку и боль синяка на жопе от фееричного падения на лёд. И вот сейчас, идя за увлечёнными новогодними украшениями родителями, я вновь соглашаюсь на всю эту авантюру, лишь бы порадовать Тэнэ. Я… Я и не против этого, но всё же моя явная слабость меня конкретно раздражает. Неужели я совсем не могу сказать «нет» Кёнигу? А он идёт вместе с Эбель под ручку, такой спокойный, но до жути легко одетый. Серьёзно, как он ещё уши не отморозил? Без шапки и шарфа щеголяет… Мне холодно на него смотреть. Эти щёки красные, уши… На бледной коже видно особенно чётко… Я закусываю губу. Даже так выглядит он хорошо. И не скажешь, что это тот полудурок с нашей первой встречи. 1 сентября… Как же всё так поменялось. Кажется, будто не три месяца с нашей первой встречи прошли, а целые года, десятилетия. И я не могу винить себя в таких мыслях. Не тогда, когда такой хмурый, необщительный староста с этими обалдеть красивыми руками тепло улыбается, когда Эбель показывает ему ёлочные игрушки со змейками. Он стал таким… Спокойным. Да, он всё ещё бомбит, когда я туплю, огрызается, когда переживает что-то или его бесит Кица, но он теперь совсем другой. Заботится, старается помочь, останавливает вовремя, когда меня уносит. Я тоже, конечно, так делаю, но видя то, как чёртов староста всегда готов поговорить и пойти в бой за мной, греет сердце. Не просто греет, а заставляет конкретно пылать против воли. Но что-то я слишком много о нём ду- Хлоп! В лицо мгновенно влетел снежок. Довольная Эбель, отряхивая снег с перчаток, громко смеётся, видя моё удивлённое лицо. И прячется за Тэнэ, зараза, когда поняла, что от меня не сбежит. — Не поймаешь, не поймаешь! Мой Кёниг меня защитит! — Стоп, чего? — только и успевает спросить староста, когда я оббегаю его и с размаху кидаю на сестрёнку целый сугроб, довольно усмехаясь. И ничего я не быстро среагировал, когда услышал «Мой Кёниг». Лишь немного. Кстати о Тэнэ… Не желая его оставлять в стороне, я ускоряюсь, быстрым движением набирая в руку снег. В мыслях уже было сделать снежок и под гаденькое хихиканье подкинуть в капюшон старосты, но невольно останавливаюсь, смотря на его голую заднюю часть шеи. Он же ведь болел. Да, полтора месяца назад, но болел. Да и из-за его аллергии хрен знает, какой у него иммунитет. А это куртка лёгкая вообще шею не прикрывает… Рука мгновенно разжалась, отбрасывая обратно снежок. — Дэм-Дэм-Дэм! Смотри, там каштаны! Давай купим? — вдруг воскликнула радостная Эбель, пальцем показывая на прилавок с весёлым продавцом и многочисленными стаканчиками с жареными каштанами. Ох, каштаны… Мы редко их едим, но всей семье они очень нравятся. У меня даже сомнений не было достать свой бумажник и отдать сестрёнке, лишь бы снова поесть этих вкусных орехов. Пока Эбэль довольно убегала к прилавку, Тэнэ недоумённо смотрел на разноцветные стаканчики, пытаясь прикрыть голую шею капюшоном чёрной куртки. — Как можно есть… Каштаны? Я не мог сдержать смешка. Я и забыл, что он не в курсе о такой вкуснятине. — Также, как и пиццу с ананасами. Легко и с песней! — Да вкусная она, эта пицца. Опять ты припоминаешь. — Ну а что я могу поделать, если ты немного извращенец, Кёниг? — припоминая вечеринку Киры, я с ухмылкой подталкиваю старосту плечом. А он даже и не отрицает! Лишь посмеивается и глаза закатывает. Чёрт… Щёки сами собой краснеют. Да твою ж, даже от простых поддразниваний я стесняюсь, как школьница. Спасибо, что пульса нет и в обморок не падаю. Пытаясь избавиться от приступа смущения, я снимаю с себя голубой шарф, который так любезно мне связала мама. И конечно же, я почти сразу слышу отрицание Кёнига. — Прекращай, Дэм, мне не холодно. — Конечно, а шея у тебя красная просто… Потому что. — Не просто. Я охлаждаюсь. Нечего раздеватьсь и мёрзнуть из-за этого. — А может ты просто прекратишь говорить глупости и примешь, блять, мою заботу? — не выдерживаю я, накидывая на этого барана шарф и укутывая как можно плотнее его тонкую шею. Господи, да у него же кожа ледяная! — Совсем уже отмёрз… Береги голову, вдруг там мозги. — Кто бы говорил. Надевая на него капюшон, я слышал лишь недовольное ворчание, приглушённое тёплым шарфом. Кёниг так и не привык нормально реагировать на мою заботу, что уж говорить о других. Но позже, заметив этот благодарный взгляд старосты, я осознал, что всё же принимать моё внимание он научился. Просто говорить об этом ему сложно. -…Не за что, Кёниг. Понимаю его. Ведь выдержать этот взгляд и благодарность в нём мне до сих пор сложно. Наконец подбежала Эбель, жалуясь, что у неё не получается донести пять стаканчиков с каштанами. Тэнэ, благодаря мне укутанный вдоль и поперёк, молча пошёл на помощь, внимательно слушая каждое слово сестрёнки о том, как лучше есть эти каштаны есть. Усмехаясь, я остался в стороне, наблюдая за ними двумя, пока в голову не пришла вполне логичная мысль. Кёниг же был бы отличным братом. Знаете, таким… Не сильно эмоциональным, но готовым порвать на части любого, кто обидел бы сестрёнку. Не говорящем часто, как любит, но его поступки бы доказывали, как он ею дорожит. К примеру такие, как тот, когда он Кире подарок выбирал, волнуясь, что ей может не понравится. Как мне он пончики покупал, оббегая кварталы, как пиццу носил, помня о том, что я мясо не ем. Как с тревогой спасал меня от моего приступа у той курилки. Как обнимал, когда я… Тудум. Я невольно замер на месте средь толпы. Тудум-тудум-тудум. Да твою ж мать! Опять? Стоит несколько раз вздохнуть и выдохнуть. Вздохнуть и выдохнуть… Да, как Тэнэ меня научил, найдя методику дыхания. Вдох… Выдох… Открыв глаза, я почти сразу замечаю тревожный взгляд Кёнига среди множества людей в разноцветных шапках. Не отпуская руки Эбель в чёрной варежке, он подошёл ко мне, не смотря на вопросы непонимающей сестрёнки, лишь бы удостоверится, что я в порядке. Господи, он замечает даже это. Я невольно киваю, не замечая, как… Успокаиваюсь. Смотрю во все глаза, как Кёниг облегчённо выдыхает, улыбаясь Эбель, как аккуратно хватает мою куртку покрасневшими от холода пальцами, направляя к лавке. Он так переживает? Это приятно. Очень приятно. Дышу всё ещё рвано, но не могу сдержать улыбки, уже сам обхватывая его ладонь своей, пока сестрёнка не видит. И усмехаюсь, видя его щёки, конечно же от холода покрасневшие. Порой я задаюсь вопросом, что было бы, если я не встретил этого полудурка с его таблетками. Конечно, я бы и дальше себя ограничивал в жизни, тщетно пытаясь найти лекарство от проклятия. Но кажется… Подружившись с Кёнигом, я нашел лекарство намного мощнее его красно-белых пилюль в пузырьке из-под витаминов. — Я голоден. Поедим этих твоих… каштанов? — спросил Кёниг, сжимая дрожащей ладонью мою. Только вот с побочками он оказался. В виде убийственного пульса, жаждой согреть и влюблённости.