Бесконечное ожидание и быстрое забытьё

Она сидела и дожидалась. Часами. Каждый день. Брат вернётся. Не зря же он стал таким прекрасным магом? Не зря же он учился почти всю свою жизнь воинскому ремеслу. Они, конечно, ещё дети по меркам остальных эльфов, но вот люди в возрасте двадцати пяти уже считаются взрослыми. Чаще всего. Зени смотрела и ждала. Это так зябко в сезон дождей. Так жарко в светлые дни. Так больно, когда он день за днем не возвращается. Так грустно, что она уже перестает ждать и надеяться… Пока примерно через дождь не находит на подоконнике записку. Размашистым и знакомым почерком. Кривым до непонятных букв, но таким родным: «Жду завтра утром у старого дома на дереве». И она побежит, чуть забрежит рассвет! Она дойдет и увидит его, израненного, уставшего, но живого. Вернувшегося. Как он обещал вернуться ещё дождь назад. Они одного возраста, но после обучения Зейро словно старше на несколько десятков дождей. Возможно, он будет ещё старше, но он так же, как и раньше, подойдёт к сестре, обнимет ее и ласково улыбнется. Однако все не так. Да, пришел Зейро. Да, побитый и израненный. Но кроме того со светящимися глазами зелёного цвета и голубой каплей под ухом. Когда-то камень в сережке был янтарно-золотым, как смола. Сейчас он небесно-голубой. Зени брат не обнял, но она поймала его руку. Тогда, когда только встретились. И тут же отбросила. У него холодная кожа. Слишком холодная, чтобы принадлежать живому. Он усмехнулся, шевельнул ушами под капюшоном, и тихо сказал: —Привет, Змейка. И Зени пришла в ужас. Это точно Зейро. Только он звал ее Змейкой. Только он носил синий плащ всегда, не снимая. Он гордился тем, что он маг. В его глазах всегда горел огонь. Сейчас же этот плащ выглядит слишком инородно на мертвеце. Зейро продолжил: —Это, скорее всего, последняя наша встреча. Действительно последняя. Корпус странно косится набок. Брат странно держит левую руку. И вообще он весь словно поломанный. —Да, скорее всего. Как ты?.. — «…Умудрился стать мертвецом?». Зени не договорила. Не смогла произнести до конца. Зейро на слова о последней встрече едва заметно печально сгорбился и ответил на вопрос, беззаботно помотав рукой: —Туда-сюда и меня убили. — Затем он посмотрел ей в глаза печальными зелёными огоньками. — Прости, что раньше не позвал. Ты, наверное, ждала меня. А я… А я вот так. Пропал и все тут. Виноват, извини. Зейро был улыбчивым и милым. Зейро был счастливым, пока не ушел. Сейчас он вернулся совсем другим. Косым и сломанным. Зени никак не могла это понять. Никак не могла осознать, что Зейро мертв. Что теплые коричневые, как мех кота, глаза, стали режущего ядовито-зеленого цвета. Что живое тепло объятий сменилось мертвым холодом случайного касания. Они жили душа в душу. —Так ты теперь?.. —Я мертв. Меня убили, как я и сказал. — А он все ещё понимает ее с полуслова. Все ещё знает, о чем думает сестра. Не зря близнецы. — Некро меня вернула к жизни. Я теперь ваш враг. — Он снова посмотрел на девушку, больно резанув своим новым взглядом. — Я пришел попрощаться. Сказать, что я в относительном порядке. Знаю, ты волновалась. — Зейро поежился и отвернулся, неловко потерев левую руку правой. — И я бы не хотел, чтобы кто-то знал, что я жив. Можешь сказать, что меня убили? Что ты видела, как меня закапывали в могилу? Или хотя бы просто не говорить ничего? Пожалуйста… — Под конец взгляд стал умоляющим. Зени поджала губы. —Не скажу. Ты теперь последователь Некро. Тебя нет и не было среди нас. Я тебя забуду.<\i> После каждого слова Зейро все ниже опускает уши, до этого поднятые от хорошего настроения. Что-то внутри медленно крошится, перетирается жерновами непринятия. Змейка всегда была на его стороне. Главной поддержкой и опорой Зейро. Мертвец прижимает руку к груди. Совсем недавно в ней билось сердце. А это больно. —Прости, я тогда… Пойду, наверное, обратно? Удачи в жизни и извини. И он ушел. Ушел и больше ни разу не появился на ее пороге. <i>Зени взрослела. Зени росла. Зени забыла. Зейро — нет. Ему теперь всегда будет двадцать пять дождей. Вечно молод и вечно мертв. Так вот она — судьба некроманта?..