Порванные колготки

С самых ранних лет, Джеймс знал своё место, его место заправлять и никакого другого, управлять, давать указания, но никогда не быть тем, кто их выполняет, никогда. Так с детства научила мать, так должно быть, нет никого выше чем король и он, есть только один человек, который мог ему что-то сказать и тот тоже боялся, такова грозная аура Де Бар, властные, хитрые, непокоримые ни кем. Именно такая аура излучалась от этой семейке, которую боялись все. Ещё за много лет до рождения принцесса Иваннеска I была супругой его прадеда, следовательно и род был частью королевской семьи, но умерла при родах его же отца, никогда род не возглавляли женщины, они имели влияние над мужчинами, но никогда и низа что не вмешивались в дела рода, таков закон знатного дома Де Бар. Только сильнейший мужчина становился наследником. У Джеймса была младшая Сестра и старший брат, сестра сразу отпадала, ведь женщина не могла управлять родом с многовековой историей. Её фактически продали, продали какому-то там графу, даже если Джеймс и постарался, он всё равно бы не вспомнил за кого отдали Арабеллу Де Бар, которая вскоре стала Фон Ридж. Да, красивое сочетание имени и фамилии Арабелла Фон Ридж, наверное это единственное, что осталось у неё красивого. Ей наверное было уже где-то под двадцать девять, они часто пересекаются на светских приёмах, но как таковое, никогда не обращают на друг-друга внимания, лишь мать поддерживает общение с ней, но Джеймс нет. Что же до старшего брата? Как и говорится в многовековой истории рода, выживает только сильнейший, никогда не было во главе рода слабых и никчёмных каким себя представлял его старший брат, слабак, что всегда идёт на поводу у женщин. Нет, таких в истории не было даже никогда, он будто отличался от всех в своём роде, он был лишнем, Джеймс возомнил из себя бога, да именно им он себя и представлял, всегда, не было никогда такого, что он представлял себя кем-то другим. Он не мог быть просто кем-то другим, когда всё детство он был лишь тем кто всегда на голову выше, всегда всем заправляет и спокойно может заправлять жизнью другого. Джастин Де Бар был способным мальчиком, да и его здоровье было в порядке, но характер, нет характер не подходил ему, не для его жизни. Именно поэтому, когда старший наследник должен был уже принять весь род на себя заявился Джеймс… *** Дверь медленно со скрипом открывается, а в просторный зал заходит молодой человек лет так двадцати шести, в руке он держит трость, а волосы зализаны назад. В правой руке сигарета, что медленно тлеет. Даже половина не была выкурена, как сигарета брошенная в ноги какой-то там знатной даме, которую он честно говоря никогда до этого не видел, или видел, но просто не запомнил. Она что-то громко пробормотала ему в след, но Джеймс никаких признаков уважения к ней не проявил, лишь только рукой показал ей наконец-то заткнуть свой поганый рот и никогда больше не открывать в его сторону. Мужчина лет тридцати уже хмурил брови, отходя чуть дальше, Джеймсу казалось он уже тогда понимал, что его поджидает именно такой конец, никакого другого, он медленно подошёл к старшему брату и положил свою ладонь ему на плечо заглядывая ему прямо в глаза. - Ты же не надеялся, что это продлится столь долго? - сказал молодой человек с тростью, неотрывно смотря прямо в лицо, которое чуть-чуть, но всё же наполнялось страхом и ужасом, он начал отступать, но было уже некуда, сзади был стол, который мешал проходу, - Не волнуйся, Джастин, ты войдёшь в историю как самый, - убрав ладонь с плеча старшего брата Джеймс притянул указательный палец к своим губам изображая вид будто что-то вспоминает, а после положим свою ладонь прямо на плечо наследника, начал давить с новой силой, - как самый нелепый из всех. - Да с чего ты возомнил себе, что ты можешь решать кто достоин, а кто нет, - кладя свою ладонь на руку брата, пытаясь отдёрнуть её, но все попытки тщетные, слишком крепко он вцепился, - ты что, бог? - сквозь зубы процедил Джастин и устремил свой взор на трость брата. Но, когда он начал ходить с тростью? С какого момента? - О, нет, я просто знаю, - проговорил Джеймс в самодовольной ухмылке, вынимая меч из своей трости и направляя прямо к горлу старшего Де Бар, обнажая свои еле заметные клычки, - Знаешь о чём молчат взрослые? - спросил он у Джастина, чуть надавливая на горло, - Выживают всегда сильнейшие, Джастин Де Бар! Кровь на бледном лице и голуьые глаза словно топаз в бешенном взгляде смотрят на тело, упавшее прямо на пол, снимая перчатки со своих рук он достаёт свой платок из кармана смокинга , вытирая капли со своего лица. Поворачиваясь к гостям с разведёнными руками он лишь ехидно улыбается. - Ну чего вы застыли, будто сейчас человека убили, продолжаем танцы! - процедил мужчина чуть ли не смеясь, из кармана он достал леденцы со вкусом мяты и положил себе одну конфетку в рот, от него пахло свежестью, ментолом и смертью. *** Шокированный взгляд рубиновых глаз застыл на его персоне, он вглядывался в них, изучая каждую крупицу, пытаясь найти изъян, она была не обычной девушкой, не то, чтобы она облада чем-то на подобии магии или была ведьмой, но она единственная, живущая с ним в одно время, кто попытался ему перечить, он прекрасно запомнил хмурых взгляд этих алых глаз, он прекрасно помнил злость в этом взгляде, прекрасно запомнил выражение лица, она единственная не воспринимала его как кого-то кто стоял бы выше, очень смелая и странная девушка. Либо же это потому что она слишком молода, либо же потому что она просто не понимала с кем она разговаривает, либо же её храбрость не знает границ. - Джеймс, чего застыл, - неожиданно вывела его из размышлений мать, вставшая рядом и положившая свою ладонь на плечо сына. Честно говоря, ровно с того моменты как Джастин был убит руками своего же младшего брата, ему нужна была жена, которая бы сделала его полноценным графом, но таких не находилось, одни сбегали в страхе, другие просто его не интересовали, а остальные, он даже не подходил к ним, но она, как восьмое чудо света на планете, как нечто необычное среди всего, как то самое ожерелье, которое он долго искал. - Да так, матушка, мы пройдёмся, я покажу ей территорию,- схватив за локоть девушку он повёл её к выходу из тёплой гостиной дворца, Женевьева же покорно пошла за Джеймсом, не переча и не пререкаясь, ровно так как учила её мать, она сдерживала себя, терпела сжимающую её руку крепкую хватку ладонь, терпела и смотрела вперёд, не оглядываясь назад с поднятой вверх головой, - Сегодня ты не такая смелая как обычно, леди Де Лоренс. - А вы хотели бы, чтобы я сказала всё, о чём я думаю, Граф Де Бар? - спросила его в ответ Женевьева, всё так же сдерживаясь и закусывая свою нижнюю губу от боли, которая заставляла испытывать явный дискомфорт, как бы она хотела сейчас отдёрнуть свою руку проехаться по его смазливому лицу, но она пока терпела, но терпение не бесконечно, - Или же вы хотели, что бы я что-то конкретное сказала? С чего бы мы вообще перешли с вами на вы? - С этого момента, ровно тогда, когда я решил, что именно ты и станешь моей невестой, Женевьева Де Лоренс, - проговорил он останавливаясь напротив неё - Вы видите меня только второй раз, Джеймс Де Бар, - быстро ответила ему девушка и всё же посмотрела ему в глаза с неукоризненым взглядом, терпение кончалось, кажется даже глаз начинал дёргаться, но она сдерживалась, что есть силы, она терпела, но она уже так хотела выпустить все свои эмоции наружу. - Женевьева Де Лоренс, живёте не бедно, но и не совсем богато, у вас есть свой торговый бутик, которым заправляет ваша мать и ювелирный магазин, так же ваш отец состоит в королевской канцелярии, очень уважаемый человек, вы только недавно окончили знатную школу для дам, причём с отличием и прекрасно владеете игрой на фортепиано, разбираетесь во многих науках, а так же просто прекрасная партия для меня, этого не достаточно? - не прекращая свой зрительный контакт Де бар прислонился к золотистым волосам Женевьевы и медленно приблизился к уху дамы, - так же вы в самом подходящем возрасте для брака, я думаю моя партия очень понравится вашей семье и… Стальные прутья порвались, со всей силы отдёрнув свою руку она чуть отошла от мужчины и хмуро взглянула на ухмылку Джеймса, как бы она не старалась это отрицать, он прав, но она не хотела соглашаться со всем, что он будет говорить, хоть её и учила этому всё детство мать, но Жененвьева не была готова к такому, именно поэтому пыталась всё отрицать, но если он отправит письмо в её дом, то родители даже ее подумают отказаться. - Женевьева Де Лоренс, вы всё ещё обижаетесь за ту смешную ситуацию? - неожиданный вопрос выбил из каллеи своих раздумий и злость нарастала с ещё большей силой, волной затапливая весь разум, который пытался нормально размышлять, - Знаете ли вы о чём молчат взрослые? - спросил он снова надвигаясь на неё, но уже снимая с себя пальто и укрывая молодую, ещё казалось бы ничего не смыслящую девчонку, - Дайте мне три свидания и я отвечу на этот вопрос, а так же постараюсь вас переубедить в ваших решениях. Девушка перевела свой взгляд на террасу рядом с садом, который уже весь опал, но в летнее время он выглядел явно прекраснее, чем сейчас с опавшей листвой. - Три и не больше, -сказала девушка уже разворачиваясь от него и собираясь направляться к выходу, всё же ожидая, когда тот пойдёт за ней, но она вдруг подняла указательный палец верх - Выживают сильнейшие, это ответ на ваш вопрос. Он вдруг опешил, для него было неожиданно, что девушка с разными взглядами на жизнь, может точно так же как и он думать, золотистые волосы развевались на ветру, но всё так же удерживались платком, в нос ударил запах пряного яблока и корицы, она пахла спокойствием и решительностью, она была не такая как все, слишком другая, слишком не такая, чтобы достаться кому-то другому, слишком интересная и слишком светлая. А она всё так же устремлено шла, оглянувшись на него, Женевьева заметила его внимательный взгляд, провожающий её, Джеймс наконец-то ожил и двинулся к ней вперёд, будто там и есть глоток воздуха.