Первый день зимы

Мобэй задумчиво следит за суетливым мужчиной и делает вид, будто очень занят, хотя договор был уже готов и заполнен. Ему действительно повезло, что в компанию пришёл такой человек, пусть он до сих пор игнорирует довольные и говорящие взгляды Ло Бинхэ, который и посоветовал этого человека. Но даже после очевидной выгоды от этого, он всё равно не любит нанимать сотрудников по знакомству. Цинхуа - один шанс на миллион. И по статистике, как оказалось, он такой же неуклюжий человек. - Господин Шан, там... Ну, он хотя бы попытался. Ещё сильнее отвлёкшись, Шан Цинхуа резким поворотом корпуса и летающими локтями задевает небольшую вазу на полке, отчего вся цветочная вода оказывается на его поношенном свитере. Это, наверное, ещё одна причина, которая вызывает у него вопросы. Несмотря на свой статус и зарплату, он одевается как мелкий сотрудник, только что поступивший после университета на официальную работу. Куча разнообразных свитеров, толстовок и кофт и неизменная рубашка под низ. Единственный раз, когда он видел его в костюме - это было собеседование, и этот ужасный шуршащий пиджак он до сих пор вспоминает с немым ужасом. Но он не может указывать на его полуофициальный стиль, когда на деловых встречах это даёт ему большую фору. Партнёры невольно цепляются взглядом за мягкий образ, расслабляясь в мнимой победе, а в итоге он прибирает всё себе своими маленькими ручками, мило улыбаясь. Тут даже он ничего поделать не может. Миндалевидные, ярко-карие глаза выбивают из него дух, а сила, стоящая за миловидной и почти домашней внешность, заставляет колени слабеть. Отчего контраст с его неловким поведением становится забавным. - Вы не поранились? - вежливо интересуется Мобэй, стараясь сделать вид, что это не он полчаса наблюдал за ним. - Нет, всё в порядке, - расстроено отвечает Цинхуа в ответ. - Ну, хоть важное ничего не заляпал, - бурчит он под нос, осматривая место происшествия. А Мобэй невольно морщится, ведь пострадал буквально самый ценный сотрудник этой компании. Но здесь нет никакого предвзятого отношения, нет-нет, вы что, он за честную конкуренцию. Правда с этой грустной мордашкой Цинхуа выигрывает почти без боя. Он знает, какие слова произносятся за спиной у Шан Цинхуа. Какие беспочвенные и недалёкие обвинения летают за обедом среди завистливых взглядов. Хотя бы потому, что он ходит в кафетерий их компании, в отличие от главного героя сплетен. Тот сидит обычно в своём кабинете или на улице с доставкой, что-то увлечённо печатая в телефоне. И он, несомненно, знает обо всех словах в свой адрес, но не делает ничего, чтобы опровергнуть это. И на насмешки в спину, и на прямые вопросы Цинхуа неловко улыбается, сгорбливается, будто пытаясь стать меньше, да бурчит под нос свой ответ, побыстрее сматываясь с любопытных глаз подальше. Как сейчас. Цинхуа неловко оглядывается, чтобы замять эту ситуацию какой-нибудь дурацкой шуткой, да уйти побыстрее от вопросов, подколок. Но сейчас в помещении никого, кроме них двоих нет, что вызывает у него почти очевидную волну облегчения. И Мобэй не знает, радоваться или плакать, что его не воспринимают в каком бы то ни было качестве. - У вас есть во что переодеться? - снова интересуется Мобэй, прерывая затяжное молчание. - Эм, да, я, кажется, приносил сюда запасную, - бубнит в ответ Цинхуа, найдя себе цель, вместо того, чтобы стоять и обтекать с самым неловким видом. - Берите одежду и идите за ширму, я вызову уборщицу. Цинхуа сияет, как весеннее солнце, от таких простых слов, и Мобэй внезапно просто не может на него смотреть. Словно и вправду глаза обжигает. Цинхуа роется в одном из шкафов, с радостным бормотанием доставая ещё одни штаны и свитер, хотя запасной рубашки не имелось. Он идёт за ширму в углу кабинета, оставляя мокрые следы, а Мобэй уговаривает себя не смотреть в его сторону, хотя бы пока тот не скроется за ширмой. - Небольшое чп с водой. Отправьте уборщицу на 88 этаж, павильон 3, кабинет 145. Цинхуа шуршит одеждой, недовольно шипя на мокрую одежду, и Мобэй невольно задерживается взглядом на стройном силуэте без обычно объёмной ткани сверху. Вид оказывается слишком занимательным, что он пропускает появление уборщицы. Та стучится об косяк и неловко переступает с ноги на ногу под цепким взглядом. - Эм, здравствуйте, господин Цзюнь. - Здравствуйте, проходите. Мобэй кивает ей и возвращает взгляд на бумагу, хотя это уже бесполезное занятие. Из-за постороннего он не может и дальше пялится на парня, да и его отец явно не будет рад узнать, что он отлынивает от работы таким образом. Он складывает нужные бумаги в файл и кладёт в папку, связанную с этим контрактом, и открывает следующий по списку важности файл на компьютере. Он старается фокусироваться на работе, не обращая внимания на внешний шум, но слышит сразу, как только раздаётся смущённый зов из-за ширмы. - Господин Цзюнь? Он реагирует сразу же, отрывая взгляд от монитора. - Да? - Можете... Можете, пожалуйста, подойти сюда? – в его голосе звучит одновременно смущение и извинение, и Мобэй не может сдержать маленькую ухмылочку, скользнувшую по губам. Его взгляд сразу перескакивает на уборщицу, но она уже закончила убирать разлитую воду, ставя на место вазу и цветы. - Хорошо, сейчас. – он старается держать голос ровным, не выдавать никакой заинтересованности и дожидается, когда уборщица выйдет из кабинета. Только когда дверь закрывается, он тут же встаёт с места и идёт к ширме. - Я могу чем-то помочь? – спрашивает Мобэй и видит, как силуэт за перегородкой вздрагивает. - Эм, да, пожалуйста, если вас не затруднит, - неловко частит Цинхуа, и Мобэй считывает это как разрешение войти. Первым, что видит он, зайдя за ширму, это красные щёки Шан Цинхуа и спадающий с плеча свитер, который он придерживает рукой. Парень смущённо отводит взгляд и обводит пространство рукой, будто это что-то объясняет. - Ну, у меня, эм, проблема случилась, - через некоторое время молчания говорит Цинхуа, пока Мобэй молчаливо рассматривает его, подмечая слегка смуглую на вид мягкую кожу, острые ключицы и тонкую шею. Это настолько много с начала их знакомства, что у него невольно перехватывает дыхание. – Оказывается, это тот самый свитер, что подарил мне Цинцю, и так как этот человек ничего не знает о комфорте, свитер оказался с пуговицами на спине. Ему, возможно, и в голову не пришло, как мне его надевать одному. Мобэй кивает на объяснения и тут же хмурится. - Цинцю? Шэнь Цинцю? - О, да, Шэнь Цинцю, парень этого щеночка-переростка, который является главой многомиллиардной компании, широко известной не только в нашей стране, - ухмыляется Цинхуа и ласково закатывает глаза явно в какой-то внутренней шутке. Мобэй тихо удивляется и жестом просит его развернуться. - Бинхэ не рассказывал мне, что вы близко знакомы. Как только Цинхуа разворачивается, он внезапно замолкает и внутренне радуется, что его предложение хотя бы похоже на законченную мысль, потому что от внезапного вида у него отключается мозг. - Ну, мы с Цинцю с университета знакомы через интернет, а после начали регулярно встречаться в реале, когда узнали, что живём в одном городе. Именно я помог сойтись ему с Бинхэ, поэтому этот щенок чувствует обязанным мне, - с улыбкой поясняет Шан Цинхуа. Мобэй борется с желанием провести пальцами в щекочущем движении по выступающей линии позвоночника и обвести по кругу каждый позвонок. Он старается сосредоточиться на задаче и болтовне Цинхуа. Застёжка оказывается и вправду слишком сложной, чтобы человек сам застёгивал её, так что Мобэй мысленно благодарит этого на вид высокомерного человека. Он не был близко знаком с ним из-за ревнивой морды Бинхэ, да и он не очень-то интересовался его возлюбленным. В голове отпечатались лишь его прямая осанка и веер, которым он прикрывает нижнюю половину лица. - Более глупых людей в любви я не видел, правда. Такой ещё взаимной тоски я не видел даже в самых стеклянных парах. Каждый пялится на другого, пока тот не видит. Это довольно смешно, пока не оказываешься втянут во все эти разборки. Удивительно быть единственной разумной стороной в этой паре, хотя в итоге им понадобился довольно сильный толчок, чтобы они признали чувства другого. Это не то, что я хотел бы повторять, но то количество неловких ситуаций, в которые они попадали только потому, что другой заходил в его поле зрение, превысило возможную оценку. У меня живот болел, когда Цинцю приходил откуда-то, где они снова встретились. Даже сама вселенная хотела прекратить их тоску. Мобэй пару минут возится с клёпками и в итоге похлопывает его по лопаткам, показывая, что он закончил. Шан Цинхуа тут же замолкает, и Мобэй сожалеет, что прервал его. Они выходят из-за ширмы в неловком молчании после тихого «Спасибо» от Шан Цинхуа, и он уже скучал по болтливому языку. Внезапно он замер в проходе, из-за чего Цинхуа врезался в его спину, тут же начав извиняться. - Всё в порядке, господин Шан, это моя вина, - прерывает его Мобэй и внезапно хватает за руку. Цинхуа замолкает и смотрит на него широко открытыми глазами. – Я бы хотел пригласить вас на кофе после работы. - О! – всё, что может выдавить сейчас из себя Цинхуа. Его разум в беспокойстве мечется, обрабатывая слова, и он не может сдержать улыбку, растущую на его лице. – В честь чего? – неожиданно вырывается из него. - Хм, - задумчиво хмурится Мобэй и мельком оглядывает помещение. – Первый день зимы, всё-таки. - Да? – Цинхуа звучит искренне удивлённым и тут же разворачивается к календарю, но не отпускает чужую руку. – О, и вправду, уже первое декабря. Я совсем не заметил... - Это да? – с надеждой спрашивает Мобэй. Цинхуа поворачивает к нему и краснеет, кивая. Мобэй хмыкает и ухмыляется, проводя пальцем по нагретой щеке. - Тогда за работу. *** - Знаешь, Цинцю и Бинхэ поздравили нас. - С чем? - Что мы наконец-то пошли на свидание. Я давно замечал твои взгляды, но я был слишком смущён таким вниманием, чтобы подойти первым. Цинцю сказал, что уже устал от моего нытья. Цинхуа хихикает, пока изо рта вылетает облачко пара, и поглубже зарывается в шарф. - Да, давно надо было, - соглашается Мобэй, улыбаясь, и поддерживает его под руку из-за отстойной погоды во время зимы. Однако даже гололёд и мороз вокруг не может помешать им насладиться первым свиданием.