Я буду обнимать тебя снова и снова.

- Джон, всё будет хорошо. С дрожью в голосе говорил Ло. Всё, что бы тот ни делал в последние дни, всё валится из рук. Отец, он забрал остальных выживших. Всех, до единого. В этом мире осталась только пара Лололошек и Лукий. - Я делал всё, что возможно, я пытался их спасти, но этот проклятый Лукий! Джон переходил на крик, он действительно пытался их спасти. Они стояли посреди разрушенного поселения, вокруг только шум ветра и догорающие костры. Проклятое, так ненавидимое Лололошкой чувство окутывает его, одиночество. - Куда ты вообще ушёл!? Если бы ты был тут, этого бы не было! Оранжевый так говорит, будто бы и сам не начинал это всё. Ведь из-за него они поссорились, и Лололошка ушёл неизвестно куда на дня четыре. Случилась настолько сильная стычка, что всё поселение было на ушах, никто их угомонить не мог. Пару раз даже драки начинались, и всё из-за накопившегося стресса за эти месяцы. Лололошка задевал прошлое Джона, а Джон — настоящее Лололошки. - Я пытался успокоиться и придумать решение. Робко заявляет тот, быть может, если Джони выскажется, ему станет легче? Это многим помогает. — Успокоиться? Успокоиться!? Ты хоть знаешь, что за эти четыре дня произошло? Ты хоть знаешь, сколько я тут один, среди всех этих трупов, стою? Знаешь, как невыносимо? Я всё делал, чтобы хоть кого-нибудь спасти, а ты просто гулял? Казалось, тому не хватает кислорода, он действительно ужасно устал. Не спал, не ел, воды очень мало, а нужно обрабатывать раны хоть как-то. Ло было неприятно это слушать, ему хотелось то ли ударить Джона, то ли заплакать от бессилия, то ли убежать от ответственности. - Погоди, абсолютно никто не выжил? Губы дрожат. Лололошка только что пришёл сюда, на него сразу начали наваливать вину, он ничего толком не знает. — Да и это твоя вина! Я пытался спасти хотя бы Сайриссу, но мне не хватило времени, я был слишком слаб после битвы. Руки сжимаются в кулаки так, что кости хрустят. Никого больше нет? Они теперь в пустом мире? Хотя как пустой, тут ещё полчище монстров, Лукий, Отец... Но людей нет, никого из разумных и невраждебных больше нет. Ло аж побелел, никого из его новых друзей? Даже Невера? Теперь он точно обрёчен на мучения в клетке. Осталось лишь прикусывать губу и стараться её не откусить ненароком. Что же делать? - Разве ты не мог позвать меня? Ты ведь мог связаться со мной ментально, ты ведь это умеешь. Или ты забыл, как телепатия работает? Джона как отдернуло, он утих, голова смотрела ровно вниз, а на макушке видны следы боя. — Что? Почему молчишь? Немного надавил, это, конечно, возможно, не самое лучшее решение сейчас, но что остаётся? — Да потому что я думал, что справлюсь сам! Я хотел тебе доказать, что я сам смогу даже с таким справиться. Но я не думал, что настолько переоценил свои силы. Тот говорит с запинкой, подавленно и глотая буквы, а тело заметно начало дрожать. Мысль, что это он во всём виноват, мучила его. - Я старался, я пытался, я сделал всё, что мог. Но этого недостаточно, я всегда буду вторым. Я ведь знаю, что с тобой мы бы отбили эту атаку. Я глупец, идиот, о Господи. Наконец-то к нему пришло полное понимание его ошибки, но от этого не легче. По душе будто кошки скребут, такое неведомое чувство для Джона. Бессилие, у него теперь нет контроля над ситуацией. Он упал на колени и чуть не согнулся пополам, глаза пытались найти хоть что-то, за что можно уцепиться и остановить это буйство эмоций, но вокруг только тьма и трупы. Воздуха не хватало, казалось, воздух раза в пять стал тяжелее, приходилось глотать ртом, чтобы как-то облегчить дыхание. — Кретин, кретин, идиот. Нужно было мать слушать Бормотал тот про себя. Ло не мог на это смотреть, нужно было брать ситуацию в свои руки и как-то остепенить Джона. Он присел рядом с ним. - Я не смог, я не смог... Пока груз вины душил его, он даже не заметил, как руки к нему подкрались и внезапно дёрнули его вперёд. Мгновение — и Джон оказался в тепле, наконец-то долгожданное чувство безопасности одарило его своими лучами и грело. - Это не твоя вина, всё будет хорошо. Его обняли. Оранжевый решил позволить себе за сегодня ещё одну откровенность, глухой всхлип прозвучал, и тот уткнулся в плечо. Как он давно не плакал? Казалось, он никогда в жизни такого не чувствовал, ему это было чуждо и ненужно. Но всё поменялось в жизни, когда в неё зашёл его же копия из параллельной реальности. Джон ухватился крепче за это, наконец-то всё, что накопилось, начало выходить, и всё становилось проще. Он, конечно, знал, что слёзы — это очень даже хороший способ, чтобы такое выплеснуть, но он никогда не думал, что будет таким промышлять. В объятиях так удобно, тепло и комфортно, что хотелось никогда из них не выходить. На плече появилось мокрое пятно, нос шмыгал, а Лололошка подключил свою руку к успокоению, теперь не только обнимая, но и поглаживая. На голубого это тоже оказывало терапевтический эффект, ему всегда нравилось быть с кем-то в такие сложные моменты. — Знаешь... Уже немного успокоившись, говорил Джон. Он повернулся в сторону шеи, положил голову боком на плечо и грел себе нос. - В последний раз меня так могла обнимать только Саша. Он говорил томно и долго, слишком устал, глазки сами закрываются. - Поверь, это не последний раз. Ты не один, Джон, мы понесём этот груз вместе. Ло прижимает его к себе. В этот раз они точно победят Отца и положат конец мучениям.