Малфой. Грейнджер. Правда.

День был великолепный — если не считать утро, когда Малфой вломился к ней домой и вероломно похитил дочерей. Это было… странно. Гермиона осознала, что он находится в ее доме, только спустя добрых пять минут. До этого момента она на автомате отвечала на вопросы и даже успела поспорить с ним. «Как я могла его не заметить?» Малфой был настоящей змеей: он просачивался в ее жизнь настолько филигранно, что она сама не поняла, когда привыкла к его нахождению где-то рядом. Ей срочно нужен был план, как от него избавиться. И, по-хорошему, трепанация черепа, потому что рассудок ее предавал, когда дело касалось бывшего парня. Несмотря на это, в ситуации были и плюсы: Гермионе удалось спокойно позавтракать и не торопясь собраться. Надев укороченный белый жакет и юбку-мини из того же комплекта, девушка обула светлые босоножки с переплетением ремешков и окунулась в рабочий процесс с головой, как только переступила порог Министерства. Придя с обеда, она увидела на своем столе две черные кожаные папки и, поставив сумочку рядом, Грейнджер присела за стол и открыла первую. Ее глаза открывались все шире с каждым переворачиваемым листом — это было оно: то, что она искала уже год, пытаясь вывести ублюдка Райкрофта на чистую воду. Гермиона чувствовала всем своим естеством, что с этим мудаком что-то не так — и не ошиблась! — Норман! — крикнула она. — Да, мисс Грейнджер? — заглянул в кабинет ассистент. — Откуда это? — указала она на папки. — Принесли минут пятнадцать назад. Я проверил: темной магии нет. — От кого? — Вот записка, — показал он ей на конверт, который она не заметила сначала. Гермиона разорвала бумагу и начала читать: Привет старой однокурснице! Мне попали в руки интересные факты о Лукасе Райкрофте. Подумал, что тебе это может быть интересно. Теодор Нотт, ведущий юрист MPM. P.S. Передавай «привет» нашему общему блондинистому другу. — Норман, — перевела взгляд на помощника Гермиона, — назначь мне встречу с главой Аврората. А также пригласи в конференц-зал миссис Паввел и мистера Сорьера. Срочно. — Все в порядке? — настороженно спросил он. — Все просто шикарно! — широко улыбнулась начальница. Проведя остаток дня за изучением бумаг, Гермиона вышла из камина и увидела на своем диване двойняшек, которые хохотали во весь голос, пока их щекотал Драко. На соседнем кресле сидела Пэнси, внимательно изучающая бумаги. В стороне виднелась гора пакетов из бутиков детской одежды. — Привет, — произнесла Гермиона, недоуменно окинув взглядом эту… сцену. — Мамочка! — подбежали к ней двойняшки, и Гермиона присела, чтобы их обнять. — Привет, принцессы. Как ваш день? — поцеловала дочерей в раскрасневшиеся от игр щеки девушка. — Сегодня… — возмущенно начала Лира. — Они не привезли ткани! — рявкнула Пэнси, ударив ладонью по столу. — Как я должна отшить коллекцию к показу, если у меня нет ткани?! — Эм… — Гермиона вопросительно выгнула бровь. — Просто конч… — Не смей! — в один голос воскликнули Драко и Гермиона. — Хозяин, — появился домовик, — Карл может накрыть ужин? — Думаю, да, — кивнул Малфой. — Что это за пакеты? — прищурившись посмотрела на Драко молодая мать, параллельно показывая пальцем в сторону покупок. — Мамочка, Драко купил нам столько всего красивого! — радостно захлопала в ладоши Лира. — Ой, как здорово он придумал, — с натянутой улыбкой пробормотала Гермиона, глядя на дочь, а затем резко повернулась к Драко. — Малфой, я же просила… — прошипела она, метая молнии глазами. Драко не успел ничего ответить, потому что внезапно раздался звонок в дверь. — Кто там? — повернула голову в сторону звука Леона. — Мы еще обсудим это, — бросила Гермиона, не сводя взгляда с блондина. — А сейчас у нас гость, девочки. — А кто? — завозились двойняшки, следуя за ней к двери. — Гарри! — раздался детский счастливый голос из коридора. — Какой еще «Гарри»?! — резко поднялась с кресла Паркинсон. — Драко, Пэнси, смотрите! Гарри пришел! — воскликнула довольная Леона, которая сидела на руках у крестного. — Поттер, — кивнул ему Драко, еле держась, чтобы не рассмеяться над подругой. Пэнси стояла с каменным выражением лица, но с дергающимся глазом. — Не знал, что у нас сегодня званый ужин, — перевел взгляд на бывших однокурсников Гарри. — Малфой, Паркинсон, — кивнул он, — рад видеть. — Не сомневаюсь, — фыркнула Пэнси. — Знаете, у меня куча дел — я пойду. — Нет, Пэнси, останься! — обняла ее за ногу Лира. — А потом устроим показ мод, давай? Мы купили столько всего красивого, — заглянула она в глаза крестной. — Как я могу тебе отказать, принцесса? — тепло улыбнулась она. — Ужин готов, — позвал всех Карл. — Добавь еще один набор приборов, — сказал Драко, помогая девочкам устроиться за столом. Он подошел к Гермионе и вежливо отодвинул ей стул. Она воспользовалась этим, схватила его за руку, притянула ближе, так, чтобы их лица были почти на одном уровне. — У меня очень много вопросов, Малфой, — прошептала она с ледяным спокойствием. — Задержись после ужина. — Как прикажете, королева, — подарил он ей ухмылку, показывая всем своим видом, что он ни капли не озабочен тем фактом, что на него планируют наорать. — Так как ваш день, девочки? — вмешался Гарри, пытаясь сгладить атмосферу. — Мы не пошли в садик. Мы ходили с Драко по магазинам и ели мороженое! — с радостью выдала Лира. Глаза Гермионы расширялись с каждой секундой. — А потом мы с Пэнси пошли на танцы, — продолжила Леона. — Там новый мальчик, и меня поставили с ним в пару! — сияла она от гордости. — Что значит — «не были в саду»? — перевела напряженный взгляд на Драко и Пэнси девушка. — Я потом расскажу, — спокойно ответил Малфой. — Нет уж, расскажешь сейчас, — стальным тоном ответила Грейнджер. — Ты не можешь, не уведомив меня, забрать двойняшек куда-либо! — Я сказал: после ужина, — ровно повторил он, не отводя взгляда. — Прямо. Сейчас. Малфой, — встала она и подошла к нему, хватая за рукав. — Пойдем. — Мамочка! — вмешалась Леона. — Драко ничего плохого не сделал! — Да, Драко нас защитил! — подала голос Лира. — Малфой, — прошипела Гермиона сквозь зубы и, не дожидаясь возражений, потянула его на второй этаж. — Надеюсь, они не забудут кинуть Заглушку, — ухмыльнулась Пэнси. — Леона, милая, положить тебе салат? — переключилась она на девочку. — Мамочка будет ругаться на Драко? — тихо спросила Леона, смотря в сторону лестницы, где только что скрылись взрослые. — Принцесса, мама же еще не знает, что произошло. Она переживает, что вы не были в саду, но сейчас Драко все расскажет, и она больше не будет злиться, — улыбнулась ей Пэнси. — Так что насчет салата? — Не хочу, — буркнула Леона и уткнулась в тарелку. — Что происходит? — наклонившись к бывшей невесте, тихо спросил Гарри. — Один засранец в саду обозвал двойняшек. Драко это услышал и забрал их, пытаясь отвлечь. — Обозвал? — напрягся Гарри, отставляя бокал. — Как? — Сказал, что Лира не волшебница, что ее мать — грязнокровка, а отец — маггл, — прошептала Пэнси. — Я это решу, — твердо сказал Гарри. — Не переживай, — ухмыльнулась Паркинсон. — Его папаша уже за решеткой. — Где? — округлил глаза Гарри. — Потом, — отмахнулась Пэнси. — Не при детях. Он продолжал смотреть на нее и внезапно наклонился ближе. — Пэнси. — Что? — встретилась с ним взглядом бывшая невеста. — Ты сегодня… прекрасно выглядишь. — Поттер, — прищурилась она, — я прекрасно выгляжу каждый день. Но спасибо. Тем временем на втором этаже — Что ты себе позволяешь?! — захлопнула дверь своей спальни Гермиона, гневно смотря на парня и накладывая Заглушку. — Успокойся, — ровно ответил Драко. — С чего бы это мне успокаиваться? — прошипела она, делая шаг вперед. — Ты переоцениваешь мою доброту, Малфой. — Так было нужно. — Кому нужно? Скажи, ты это все делаешь, чтобы вывести меня из себя?! — Я не планировал забирать их из сада, но вынужден был это сделать. Сядь уже! — рыкнул он. — Ну вот, я сижу, — скрестила она руки на груди, упав на кровать. — Я отвел их, но Леона оставила своего дракона у меня, поэтому я вернулся. И услышал, как долбанный Кай оскорбляет моих детей! Мне надо было уйти? Оставить рыдающую Лиру и пунцовую от злости Леону, которая рвалась в драку, защищая сестру? — Что? — замерла Гермиона с тревогой смотря на блондина. — Я отвел их к себе домой, накормил завтраком, а потом мы пошли снимать стресс по магазинам. Вот и все. Она смотрела, не мигая и чуть склонив голову вбок. — Так вот почему ты попросил Нотта отдать мне те документы… — прошептала Грейнджер. — Да, попросил. Я хотел, чтобы ты добила его. Потому что никто — никто — не смеет трогать мою семью. — Что он сказал? — ее голос был уже еле слышен. — Не важно. — Важно, — поднялась она с кровати и подошла вплотную, глядя ему прямо в глаза. — Скажи мне, Драко. — Что Лира не волшебница, раз у нее еще не было всплесков магии. Что их отец — маггл, поэтому он с ними не живет. И что… — замолчал он, смотря в карамельные глаза, в которых начали собираться слезы. — Что? — прошептала девушка. — Что их мать… — опустив глаза, тихо сказал Драко. — Грязнокровка, — закончила она предложение. Слово повисло в воздухе, как проклятие. Слишком знакомое. Слишком личное. — Я решил вопрос: этот мальчик больше не появится в саду, а его отец ответит по всей строгости закона. Предполагаю, ты об этом уже позаботилась, хоть и с иными намерениями. Гермиона смотрела на него с нечитаемым выражением лица, пока одинокая слеза скатывалась по ее щеке. Внезапно она резко подалась вперед и крепко обняла Драко. — Спасибо, — прошептала она, прижимаясь щекой к его груди. — Спасибо, что защитил наших детей. Он обнял ее в ответ, осторожно, как будто боялся спугнуть этот момент. Руки легли на ее плечи, а потом скользнули по спине. Подбородок опустился на ее макушку. — Мы семья, Гермиона, — сказал он негромко, вдыхая запах ее волос. — Я всегда защищаю семью. Ей хотелось зарыдать. Мерлин, она так надеялась, что оскорбления по поводу чистоты крови закончатся на ней. Что мерзкое клеймо «грязнокровка» умрет вместе с войной, что ее девочки вырастут в мире, где чистота крови — не приговор. Наверное, глупо было мечтать об этом. И, стоя в этой комнате, прижимаясь к этому мужчине, она впервые почувствовала, что не одна на этом пути под названием «родительство». Он защитил их, наказал того, кто обидел ее принцесс. Поступил как… папа. Осознание этого еще больше распалило желание дать волю слезам. — Знаешь, что сказал этот мелкий засранец, когда я вошел? — подал голос Драко, все еще обнимая ее. — Что? — прошептала она ему в грудь. — «Я все расскажу отцу», — мрачно усмехнулся он. — Теперь я понимаю, почему вас это бесило. — О, ну хоть что-то положительное, — выдохнула она сквозь слезы. — Наверное, это в какой-то степени справедливо, — продолжил он. — Моих детей обидела моя копия: те же слова и методы. Я был просто придурком. — С этим я спорить не стану, — выдохнула Гермиона, прикусив губу, чтобы не засмеяться, и встречаясь с лунно-серыми глазами. Она чувствовала его уверенные, теплые руки. Его дыхание касалось ее кожи, возвращая в те времена, когда все было просто: он и она. Вместе. Рядом. Любят. Гермиона так давно не чувствовала себя под защитой, и ей хотелось остаться навечно в этом мгновении: продолжать ощущать его сердцебиение своей кожей, видеть эти светлые глаза. Драко не отрываясь смотрел на нее, переведя взгляд на губы. Гермиона сглотнула, почувствовав, как Малфой немного подался вперед. В этот момент дверь распахнулась — на пороге показалась Леона, заставляя родителей разомкнуть объятия. — Мамочка, ты злишься на Драко? — недоверчиво рассматривала она резко отстранившихся взрослых. — Нет, милая, — мягко ответила она, заглядывая в знакомые двухцветные глаза. — Драко все мне объяснил и рассказал, как ты защищала сестру. Я горжусь тобой, принцесса, — она поцеловала ее в щеку. — Кай больше не будет с вами в группе. — Не будет? — удивленно переспросила шатенка. — Нет, — присел рядом Драко. — Он теперь будет в другом садике. — Почему? — Потому что я не позволю никому обижать вас. — Спасибо, Драко, — обвила маленькие ручки вокруг него Леонелла. — Ты и правда наш дракон, — поцеловала она его в щеку с улыбкой. — Все для моих принцесс, — прошептал он, поднимая ее на руки. — Но мне кажется, ты пожертвовала ужином, чтобы прийти сюда. Пойдем, наверстаем. Он уже собрался выйти, но замер, почувствовав, как рука легла ему на локоть. — Драко, — сказала Гермиона, разворачивая его к себе. — Что? — спросил он, внимательно всматриваясь в ее лицо. — Прости, что накричала. Я… была не права, — прикусив губу, ответила она. — Я понимаю. Все в порядке, — ответил он, а затем наклонился к ее уху: — Прекрати прикусывать чертову губу, Грейнджер. Ты же знаешь, как меня это нервирует. Он отстранился с ухмылкой и ушел, унося Леону на руках. Инстинктивно прикусив губу и проводив их взглядом, Гермиона пошла вниз. Выслушав версию событий из уст двойняшек и убедив Лиру, что Кая она больше не увидит, компания закончила ужин и перебралась в гостиную. В течение часа девочки демонстрировали новые комплекты одежды, которые достались им в подарок от нового друга. — Гермиона, можем отойти на минуту? — шепнул на ухо подруге Гарри. — Что-то случилось? — обеспокоено спросила она. — Надо поговорить, — ответил он, поднимаясь с дивана и подавая ей руку. — Поттер? — мгновенно насторожился Драко, но Гарри только бросил взгляд в его сторону и мягко потянул подругу за собой, ничего не объясняя. — Что происходит? — спросила Гермиона, когда они оказались на террасе и сели на светлый диван. — Мне надо рассказать тебе правду. Я хотел сделать это еще на день рождения Лиры и Леоны, но не нашел нужного момента, — сцепив руки в замок и положив локти на колени, начал Поттер, глядя в землю. — Гарри, не тяни, — нахмурилась она. — Это… это связано с Пэнси? — Нет, — покачал он головой. — Это про Лиру и Леону. — Мерлин, Поттер, ты хочешь свести меня с ума? Что ты молчишь? Что с девочками? — начала она засыпать парня вопросами. — Это я, — наконец выдохнул он. — Это я рассказал Малфою о девочках. Гермиона замерла, смотря на него так, будто не понимала слов. — Но… — она моргнула. — Блейз… Драко сказал, что это Блейз… — Разве Блейз подтверждал это? — перевел взгляд на подругу Поттер. — Просил прощения? Да и Малфой не говорил тебе этого: ты сама так подумала, а он по какой-то причине решил не опровергать. Забини вообще ни при чем. Это был я. — Но зачем? Ты же… ненавидел его! — Впервые мы пересеклись накануне вашей первой встречи в Министерстве, — прикусив нижнюю губу, начал рассказ парень. — Пара колкостей, несколько оскорблений, и Малфой проговорился, что разводится. Что Гринграсс изменила какие-то правила игры, хотя они договаривались по-другому. Мне было плевать, и я не заострил на этом внимания. Но потом я увидел его снова — пьяного, одного, в баре. Он говорил о тебе, о том, что не хотел с тобой расставаться. Что Пэнси ушла от меня по тем же причинам, что и он. Я притащил его на Гриммо и заставил все выложить: так я узнал об Обете и Проклятии. Он сделал паузу, потерев лицо ладонями. — Понимаешь, я бы все отдал, чтобы у меня был отец. Малфой меня бесит, он — надутый павлин, но он не зло. Я это понял еще на восьмом курсе, когда видел, как он на тебя смотрел. Такое не сыграешь. А девочки… Он замолчали и голос немного дрогнул, когда он продолжил. — Леона спросила меня недавно, не я ли ее папа, — посмотрел он с грустью на Гермиону, которая слушала, затаив дыхание. — Она смотрела на меня с такой надеждой, Гермиона. Я не знал, что ответить, чтобы не травмировать ее. И… она попросила меня, — глубоко вдохнул парень, собираясь с мыслями, — попросила найти ее папу, ведь я аврор. — Мерлин… — прошептала Гермиона, сжав руками колени. — Я пообещал. Не мог не пообещать. И тут — я сталкиваюсь с Малфоем. Я просто… не смог промолчать. — Ты мог бы меня предупредить, Гарри, — рассматривая свои босоножки, ответила Гермиона. — Мог бы, — кивнул он. — Не знаю, почему я об этом не подумал. Ты… злишься? Она не ответила сразу. Медленно подняла глаза — и указала на окно, в котором как раз в этот момент Драко подхватывал Лиру и крутил ее в воздухе. Та смеялась, зажмурив глаза от счастья. Через секунду ее сменила Леона, волосы которой разлетелись по воздуху, и она хохотала, как сумасшедшая. — Видишь? — спросила Гермиона. Гарри кивнул, смотря туда же. — Моя единственная цель — чтобы мои дочери были счастливы. Если им для этого нужен Драко Малфой… — сделала она глубокий вдох, — пускай будет так. Я могу только надеяться, что с ними у него получится лучше, чем со мной. — Прости меня, — прошептал Гарри. — Ты хотел как лучше, я понимаю. Просто… когда в следующий раз решишь сделать что-то настолько ошеломляюще и вопиюще грандиозное — предупреди меня, чтобы я не умерла от инфаркта раньше времени. — Обещаю, — усмехнулся он, притягивая ее в объятия. — Я не имел права вмешиваться, я знаю. — Нет. Ты дал слово моей дочери, — смотрела на него уже мягче Гермиона. — А ты всегда держишь слово, Гарри. И если когда-нибудь тебе придется выбирать между тем, что ты пообещал мне и им, — она кивнула в сторону окна, — выбирай их. Я переживу ложь. Всегда переживала. Когда время перевалило за десять часов, все засобирались домой, так как двойняшкам необходимо было собираться ко сну. Проводив Пэнси и Гарри, Гермиона поднялась в детскую, где дочери уже лежали под одеялом, слушая волшебную сказку «Зайчиха Шутиха и Пень-Зубоскал», которую им читал Малфой. Девушка тихо опустилась в кресло, поджав ноги, и наблюдала за сестрами, которые боролись со сном из последних сил. Неудивительно, что им хватило пяти минут, чтобы заснуть: день был богат на события. Гермионе всегда нравился его голос. Его настоящий голос. Тот самый, когда Драко не язвил, не препирался, а когда был… собой. Она хорошо помнила этот низкий бархатистый тон, который шептал ей на ухо жаркие слова по ночам, который смешил ее. Голос, который говорил: «Я люблю тебя». Ей хотелось закрыть уши, чтобы остановить поток мыслей, который запустил ее бывший парень, просто читая сказку. И одновременно — чтобы он не прекращал. Прикрыв глаза, она выбрала второе. Драко поднял взгляд и увидел, что двойняшки заснули. Отложив книгу на комод, он легко поцеловал дочерей в щеки и развернулся, чтобы спуститься вниз, но увидел ее. Гермиона спала в кресле, поджав ноги, а ее голова опустилась на руку, упирающуюся в подлокотник. Длинные ресницы вздрагивали синхронно спокойному дыханию. Он шесть лет не видел, как она спит — даже не подозревал, как соскучился по этому зрелищу. Малфой тихо подошел, опускаясь на корточки и вглядываясь в ее лицо: — Гермиона, — мягко коснулся он голого девичьего колена, что автоматически вызвало приятное покалывание на кончиках пальцев. — Мм? — еле слышно протянула она, не открывая глаз. — Девочки спят. Я пойду. — Хорошо, — прошептала она, не двигаясь. — Думаю, тебе будет удобнее в кровати. — Мг. — Ясно. Он медленно поднялся, завел одну руку под ее колени, а второй подхватил под спину — и легко поднял. — Что ты… — резко открыла глаза Гермиона. — Тише, ты разбудишь двойняшек, — прошептал он, уже выходя с ней на руках в коридор. — Зачем ты это делаешь? — спросила она так же тихо, пока он нес ее к спальне. — Будь точнее. Я сегодня много чего делал, — усмехнулся он, открывая дверь в ее спальню ногой. — Зачем ты несешь меня в спальню? Предательские рецепторы уже уловили запах кедра и кардамона, который окончательно дезориентировал ее. — Мне показалось, что ты собиралась спать в кресле, — опустил он ее на кровать. — Почему тебя это волнует? — Не хочу снова собирать твой позвоночник по кускам, — ухмыльнулся он, заставляя ее вспомнить один случай. Пять с половиной лет назад — Драко, — улыбнулась девушка, не открывая глаз. — Я так тебя люблю. — Я знаю, детка. Выпей воды — и я отнесу тебя в постель. — А ты пойдешь со мной? — пытаясь разогнуться, пробормотала девушка. — Мерлин, я, похоже, сломала позвоночник, — простонала она. — Сейчас, — Драко прислонил к ней палочку и наложил релаксирующие чары, а затем призвал три антипохмельных зелья из кухни. — Мерлин, дааа, — простонала она, когда мышцы расслабились. Сегодня — Очень благородно, — пробормотала Гермиона, закатив глаза. — Спокойной ночи, Гермиона, — тихо сказал он, уже разворачиваясь. — Стой. Он замер, не оборачиваясь. — Почему ты не сказал, что это Гарри? Ведь это он рассказал тебе о Лире с Леоной. Драко медленно обернулся и сел на край кровати. Ее ноги тут же сдвинулись в сторону, чтобы не касаться его. — Потому что я не хотел, чтобы ты потеряла еще и друга, — сказал он просто. — Я и так у тебя многое отнял. — А Блейз? — С ним мне было проще договориться. — С каких пор ты столько врешь, Малфой? А как же принцип — говорить правду? — У меня никогда не было принципа говорить правду, Гермиона, — чуть усмехнулся он. — Я всегда орудовал словами так, как выгодно мне. Я просто не говорю очевидную ложь, когда это бессмысленно. Ты сама решила, что это Блейз — я подумал, раз ты назвала его имя, значит подсознательно была к этому готова. Если бы ты тогда спросила: «Это Поттер?» — я бы ответил «да». Я считаю, что только Золотой мальчик мог тебе рассказать, как все было на самом деле: это был его секрет, не мой. — Не ври мне больше, Драко, — ее голос был почти шепотом, но в нем слышалась железная твердость. — Мы не переживем еще одной лжи, даже если она будет во благо. Драко замер, его взгляд задержался на ее лице, на тонких чертах, которые он знал лучше, чем хотел бы признать. — Обещаю, — тихо произнес он, голос звучал глубже, чем обычно. — Я буду говорить тебе только правду. Хочешь, начну сейчас? — И что за правда? — нахмурилась Гермиона, и ее брови слегка приподнялись, словно она не знала, чего ожидать. Его взгляд скользнул по ее лицу, спотыкнувшись на губах, а затем пошел ниже, останавливаясь на каждом изгибе. Она почувствовала, как дыхание стало чуть более прерывистым. — Я скучал по тебе, — сказал он, и в его голосе звучала такая простая искренность, что Гермиона невольно сглотнула. Малфой медленно поднял руку, его пальцы нерешительно коснулись ее щеки. Гермиона замерла, закрыв глаза на мгновение, словно хотела сохранить этот момент навсегда. Он слегка сдвинулся вперед, во второй раз за этот бесконечный вечер, но Гермиона его остановила, положив пальцы ему на губы. — Я не целую чужих мужчин, Драко, — прошептала она, открывая глаза. — Я всегда был только твоим, Гермиона. — Это не меняет фактов. Даже если бы я готова была тебе поверить, — высвободилась она из плена его рук. — До завтра, спасибо за этот день. Его пальцы соскользнули с ее щеки, и он встал и сделал шаг назад, будто между ними пролегла невидимая линия, которую он не смел переступить. Гермиона смотрела на него, ее взгляд был полон эмоций, но она не сказала ни слова. Драко медленно развернулся и ушел, оставляя ее одну в комнате, наполненной недосказанными словами.

***

Он спустился вниз по лестнице, шаги глухо отдавались в тишине дома. Каждое движение было наполнено напряжением, будто воздух вокруг становился все тяжелее. Он подошел к камину и резко шагнул в изумрудное пламя, исчезая в вихре магии. Ему нужно было уйти. Немедленно. Свалить как можно дальше, пока он снова не сделал что-то глупое. — Коснуться ее, обнять... — прошипел он себе под нос. — Салазар, Драко, что ты творишь? Он бросил взгляд на свои руки, сжав их в кулаки, как будто только что они были замешаны в преступлении. Не стоило ничего говорить. Не стоило даже смотреть на нее так… так, как он смотрел тогда, когда впервые понял, что любит ее. Она ведь ясно дала понять, что ничего не хочет. Не собирается что-то продолжать. Грейнджер прямым текстом сообщила во время ужина переговоров, что больше не планирует так рисковать, не желает, чтобы он делал какие-то намеки. И Драко искренне принял ее желание, потому что понимал, что она права — на ее месте, он бы тоже не верил себе. Но Салазар был свидетелем — его сердце, как самый непослушный предатель, отказывалось согласиться с этим. Его руки, его тело будто не слушались разума. Тело помнило ее. Помнило, каково это — касаться бархатной кожи, чувствовать тепло ее пальцев на своей щеке. Он все еще помнил вкус ее губ. И, если бы Леона тогда не ворвалась в комнату, если бы он не был все еще женат на Гринграсс, он бы… Она еще и эту долбанную белую мини-юбку напялила, будто было мало того, что ее укороченный жакет оголял полоску кожи живота каждый раз, когда она поднимала руки. «Блядство». Она еще и на работу так ходила… Это злило. Перед глазами все равно стояли ее глаза: теплые, полные жизни. Те, которые он сам когда-то заставил потухнуть. Погруженный в мысли, Драко вышел из камина — и замер. — Как ты сюда попал? — нахмурился он, увидев, кто сидит на диване. — Карл впустил, — пожал плечами Тео, с бокалом в руке. — Как прошла встреча с мистером Райкрофтом? Ходят слухи, что его задержали при попытке купить незарегистрированный порт-ключ. — Да? Какая жалость, — закатил глаза Драко, призывая бутылку огневиски: день был чертовски длинным. — Он перешел тебе дорогу? Зачем была информация о его родословной? — внимательно наблюдал за другом Тео, забирая рокс. — Его семья доставляла проблемы тем, кого нельзя трогать, — ответил Драко, откидывая пиджак на диван и присаживаясь напротив. — Предполагаю проблемы были доставлены местной главе отдела Р.К.М.В.П.? — наклонив голову в сторону, спросил Нотт. — Не понимаю о чем ты, — пожал плечами Драко, делая глоток. — Ты может, забыл за полдня, но я первоклассный юрист, Малфой. Не скармливай мне это дерьмо! — начал выходить из себя Тео. — У тебя двое детей! — Да, у меня двое детей, — кивнул Драко серьезно, а затем его губы расползлись в улыбке. — Тео, у меня двое дочерей! Они просто… потрясающие. — Салазар, ты такой везучий мудак, — опрокинул напиток Нотт. — И Грейнджер тебя даже к ним подпустила? — Не сразу, но ты же знаешь: я умею убеждать. — Мои поздравления, — похлопал его по плечу с улыбкой Нотт. — Я рад за тебя. — Тео, только никому не говори: двойняшки пока что не знают. Мы скажем им на Рождество. — И кто ты: «дядя Драко»? — ухмыльнулся Тео. — «Друг», — фыркнул Малфой. — Мне начать готовить бумаги? Я думаю, ты в бешенстве и хочешь забрать их, — пронзая его изучающим взглядом, спросил Нотт. — Нет. Потом нужна будет совместная опека, но сначала мне надо уговорить Гермиону на переезд в Британию. — Так ты не хочешь их забрать? — Она их мать, я… — нахмурился Драко. — Если честно, изначально я планировал так и сделать, но я не поступлю так со своими детьми: не лишу их матери. — И давно ты такой благородный? — К тем, кто является частью моей семьи — всегда, — твердо ответил Малфой. — Так что пока ничего не надо делать. Главное, реши вопрос с Гринграсс. Что, кстати, с ней? — Она не может подписать, потому что поехала в новый отель в Греции, — закатил он глаза. — Очень занята. — С каких пор в Греции запрещены совы? — сжав зубы, прошипел Драко. — Видимо, всех скосил птичий грипп, как только она аппарировала на остров, — пожал он плечами. Драко резко встал, и его глаза опасно сверкнули. — Жди здесь, — бросил он, и, хлопнув дверью, скрылся в кабинете. Он нервно пригладил волосы и, прикрыв глаза, сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться. За последний месяц он проявил невиданные чудеса выдержки, пока пытался доказать Гермионе, что ему не все равно. Драко сбился со счета, сколько раз он наступал себе на горло, чтобы не бесить ее лишний раз. Да, конечно, он выигрывал больше, чем проигрывал, сохраняя разум холодным, но от наследства Блэков — его темперамента, упрямства, гордыни — никуда не деться. Внутри все это время медленно тлела злость. На себя. На упорство Дафны. На упрямство Гермионы. Но он всегда знал, какая Грейнджер — прекрасно осознавал, кого выбирал. Немного придя в себя, он опустился на колени перед камином и зачерпнул Летучий порошок. — Драко? — раздался голос в камине, и появилось лицо его вынужденной жены. — Привет. — Что-то случилось? — Да. — С тобой все в порядке? Хочешь, я приеду? Где ты, кстати? — начала его заваливать вопросами Дафна. — Нет, со мной не все в порядке. Нет, я не хочу, чтобы ты приезжала и не важно, где я нахожусь. Я хочу только одного: развод. — Драко… — Хватит, — не грубо, но жестко выдохнул он. — Я просто не понимаю, зачем ты это делаешь? Мы договорились на пять лет, а прошло пять лет и почти семь месяцев. Мы не жили вместе, а последние несколько месяцев вообще не виделись. Какая тебе вообще польза от этого брака, если очевидно, что мы не вместе? Мы не выходим в свет, не общаемся, мы чужие друг другу люди. Так объясни мне, к чему это все? — Я не хочу тебя терять, — тихо ответила она. — С каждым днем нарушения нашего договора ты отдаляешь меня от себя еще больше, как ты не понимаешь? Тебе так нравится эта дурацкая фамилия? Тебе нужен статус? Зачем тебе оковы, если ты не счастлива? Дафна молчала. — Ты молодая, красивая девушка, но почему-то упорно портишь себе жизнь, а заодно и мне. Я устал спорить с тобой, Дафна. Мне надоело тебя уговаривать сделать то, что ты обещала. Даже Тео уже не выдерживает общения с тобой, а он, в отличие от меня, тебя любит со школы. Он ненадолго замолчал, вглядываясь в лицо, застывшее в огне. — Ты хочешь решить все со скандалом, полосканием друг друга в газетах и кучей потраченных нервов? Это правда то, к чему ты стремишься? Ты же сама понимаешь, что нас разведут, как только Тео отнесет бумаги в Визенгамонт: у нас нет детей, выяснится, что это был Обет. Мне-то все равно, но тебе я не советую так полоскать свою репутацию. Пускай лучше мир думает, что мы были нормальной семьей, людьми, которые просто больше не любят друг друга. А не двумя пленниками, которые никогда не были вместе по-настоящему. Он выпрямился, взгляд стал прямым, ровным: — Это мое последнее предложение, Дафна: иди к Тео, подпиши бумаги и начни новую жизнь. — А ты? — едва слышно спросила она. — А я вернусь к своей старой жизни. — Ты хочешь вернутся к ней? — спросила девушка. — Все намного сложнее, Гринграсс, — покачал он головой. — Просто дай мне развод. Это все, чего я желаю. — Мы можем встретиться? — Зачем? — Я хочу подписать все при тебе. Я хочу... попрощаться. — Хорошо. Подпиши бумаги — и мы вместе пойдем на слушание. Такой вариант тебя устроит? — Да. — Тогда буду ждать новостей. Я предупрежу Тео. — Хорошо. Он уже хотел разорвать соединение, но остановился. — С наступающим Рождеством, Дафна, — спокойно сказал он. — Счастливого Рождества, милый, — ответила она.

***

Тем временем — Проводишь меня? — спросила Паркинсон, когда они с Гарри вышли на крыльцо. — Если это то, чего ты хочешь, — повторил он ее недавнюю фразу, сказанную в Новой Зеландии, двигаясь в сторону калитки. — Это платье твоего дизайна? — окинул ее взглядом Поттер. — Да, из последней коллекции, — кивнула она, ступая на освещенную дорожку. — Я рад, что ты исполнила свою мечту. Гермиона говорила, что твоя одежда пользуется популярностью. — Спасибо, — поджав губы, ответила она, открывая калитку. — Должно же было у меня хоть что-то пойти по плану. На самом деле, основной рынок — Австралия и Новая Зеландия: у меня не было времени на то, чтобы выходить в другие страны, надо было встать на ноги, понять, в каком направлении я хочу двигаться. — Получилось? — Да, — кивнула она с улыбкой. — Изначально я планировала создавать вечерние платья, но потом Гермиона попросила меня сделать для нее пару офисных образов. Они понравились ее коллегам, и так моим призванием стало переодевать деловых женщин из страшных бесформенных костюмов во что-то более сексуальное, но при этом строгое. Вот этим и занимаюсь, — останавливаясь на крыльце своего дома, сказала она. — Дом тебе подходит, — осмотрел здание Поттер. — Да, мне тоже нравится, — посмотрела она вверх. — Повезло, что они оказались соседними: Гермионе сразу понравился ее, а мне этот. А ты где живешь? — На Гриммо, — поджав губы, улыбнулся парень. — Надеюсь, ты сделал там ремонт, — усмехнулась она. — Я просто ненавидела то нафталиновое настроение, что там витало. — Если честно, не особенно, — пожал плечами Гарри, — на это не было ни времени, ни желания. Джинни и Молли пытались причинить мне добро, — улыбнулся он, — и переделали гостиную, но сильно лучше не стало. — Может, хочешь выпить? — предложила Пэнси. — Приглашаешь меня в гости? — выгнул бровь ее бывший жених. — У тебя планы? — повторила его жест Паркинсон. — Нет, порт-ключ на завтрашнее утро. — Тогда пойдем, — открыла она дверь, приложив палочку. Поттер оказался в просторной комнате с темно-серыми стенами, и первое, что бросилось в глаза — широкая деревянная лестница с теплой подсветкой. Посередине комнаты стояло несколько серых диванов, расположенных буквой П, между которыми стоял кофейный столик в тон дереву лестницы, точно также подсвеченный теплым сиянием. Вдалеке виднелся остров кухни с барными стульями. — Присаживайся, — кивнула на диван девушка. — Я спущусь за вином в погреб. — У тебя целый погреб для вина? — усмехнулся Гарри, садясь. — Я холостая двадцатичетырехлетняя девушка, Поттер. Скажи спасибо, что я не завела кошку похожую на бывшего кота Грейнджер, — крикнула она, чтобы он ее услышал. — Все, что мне остается — пить! — И как успехи в этом нелегком спорте? — спросил он, когда девушка вошла назад в гостиную. — Меня могли бы взять в сборную, — ухмыльнулась она, призывая бокалы и закуски с кухни. — Я сам, — забрал бутылку парень и разлил вино по бокалам. — Спасибо, — взяла протянутый бокал в руку Пэнси. — Так что, Поттер, как твои успехи? Слышала, ты все же стал большим и страшным аврором. — Должно же было у меня хоть что-то пойти по плану, — повторил он ее фразу. — Да, ловлю незаконопослушных граждан. Год назад стал главным аврором. — Тебе нравится? — Скорее «да», чем «нет», — ответил он, делая глоток. — Меня бесит куча бумажной работы, зато теперь я могу выбирать самые интересные дела. К сожалению, удается это нечасто из-за вышеупомянутых отчетов. — Ты в хорошей форме, — окинула его взглядом бывшая девушка. — Мне особо нечем заниматься в свободное время, — откинулся он на спинку дивана, глядя в потолок. — Вот и качаюсь. — И чем еще ты занимаешься в свободное время? — Тренируюсь, работаю после работы, хожу в бар с Невиллом, Роном и иногда с Забини. Ничего особо интересного. — Ты не упомянул свидания, — подметила Пэнси с ленивой ухмылкой, глядя на него поверх бокала. — Они занимают не очень большой процент в общем списке дел, — просто ответил Гарри. — А ты чем живешь, помимо работы и двойняшек? — Хожу на йогу. — На маггловскую йогу? Ты? — искренне удивился он, приподняв бровь. — Я живу в маггловском районе, Поттер, — закатила глаза девушка. — Изначально я была вынуждена поселиться в немагической части — меньше шансов, что меня найдет моя мать или… тот мудак. Потом привыкла, и Гермиона не хотела, чтобы Лира с Леоной жили в волшебном Сиднее. — А еще, чтобы снизить вероятность того, что тебя найду я, — добавил Гарри. Пэнси напряженно посмотрела на бывшего жениха и через пару секунд заговорила. — Прости меня, Гарри, — опустив глаза в бокал, который она прислонила к ноге, сказала девушка. — Я не прошу, чтобы ты меня понял. Я бы на твоем месте... не поняла. Поттер молчал. — Просто… — продолжила она тише. — Я не могла сделать как Драко: я не обладаю таким хладнокровием, а мои навыки в окклюменции просто позорище. Ты бы никогда не поверил в сказку, которую я бы попыталась наплести. — Почему ты мне не рассказала, Пэнси? Почему ты пошла за помощью к Малфою, а не ко мне? — внимательно смотрел он на бывшую девушку. — Я так и знала, что этим закончится, — устало вздохнула она, допивая вино. Он молча протянул руку, призвал бутылку и налил ей снова. — Гарри, Обет было не разорвать, а Проклятие — не снять. Что бы ты сделал, скажи мне? — подняла она на него взгляд. — Позволил бы моей матери и этому придурку умереть, чтобы мы были вместе? Ждал бы меня шесть лет? Или ты бы согласился стать моим любовником и жить в тени все это время? — посмотрела в изумрудные глаза девушка с усталым видом. — Все бы закончилось точно так же. — Ты лишила меня выбора, — произнес он после долгой паузы. Без злобы. Просто — как факт. — Нет, — покачала она головой, откидываясь на подушки. — Я лишила себя еще одного повода страдать. — Что ты имеешь в виду? — нахмурился Поттер. — Ты — Гарри Поттер, — печально улыбнулась она. — Герой магической Британии, один из самых завидных холостяков во всем магическом мире. Я знаю, что ты не любишь внимание, не любишь свет софитов... но ты не осознаешь, насколько статус Избранного отпечатан в тебе. Ты не смог бы жить в тени, Гарри. Не потому что ты нарцисс, а просто потому что такая твоя жизнь: ты не знаешь, что такое быть на вторых ролях. Она сделала глоток, пытаясь унять дрожь в пальцах, и продолжила: — А еще ты гриффиндорец. Ты победил Волдеморта идиотским Экспеллиармусом, — горько усмехнулась она. — Ты ни в кого Авады за всю жизнь не кинул, а тут бы позволил другим умереть, чтобы быть со мной? Ты сам-то в это веришь? Она нервно рассмеялась. — Ты бы от меня отказался, Поттер: ты бы не позволил мне убить двоих людей ради нашего счастья. Я просто боялась, что ты посмотришь мне в глаза и скажешь: «Я не готов. Теперь каждый сам по себе. Ты не сможешь мне дать семью, детей, спокойствие после всего, что я пережил». И ты был бы прав, но я просто не смогла себя заставить осознанно пойти на встречу этому. Да, это эгоистично. Да, это в стиле Слизерина. Но такая я, Гарри — эгоистка и слизеринка. Ты всегда это знал. Повисло молчание на несколько долгих минут. Пэнси уже хотела предложить разойтись, чтобы не мучать друг друга, когда Поттер подал голос: — Я кидал Аваду трижды. Пэнси подняла на него ошеломленный взгляд. — Впервые — четыре года назад: мы выследили оставшихся Пожирателей, которые пытались снова собрать единомышленников и продолжить дело Волдеморта. Когда мы переместились в их штаб, на полу гостиной лежали магглы в луже крови, которой не было ни конца, ни края. Мы наложили антиаппарационный барьер, захлопнув ловушку для себя и для них. Началось сражение. Я честно пытался не прибегать к радикальным мерам, но, когда этот подонок начал прикрываться какой-то четырнадцатилетней девочкой, как живым щитом, я так разозлился. Раньше я думал, что достаточно убить Реддла, и никто больше не будет страдать. Так что заклятие просто слетело с моих губ. Он замолчал, смотря куда-то в темноту между ними, словно снова оказался, в той комнате. — Второй раз — через несколько месяцев: очень похожая ситуация с тем лишь исключением, что это был незаконный бордель, где были не проститутки, а натуральные рабыни. Он сделал глоток, но вино не помогло. — А третий... — сглотнул он, — Этот случай мой самый нелюбимый. Мы были на задании с новобранцами и это должно было быть рядовое задержание. Но разведка ошиблась — их оказалось больше. В одного из парней попало заклинание, которое заживо сдирает кожу раз за разом. Мерлин, он так кричал... — прикрыл глаза Поттер. — Мы бы не успели его переместить, у нас не было нужных зелий — он бы умер в муках в течение часа. Он... он умолял убить его, — поднял пустой взгляд на застывшую девушку Поттер. — И я это сделал. Пэнси молча придвинулась и судорожно обняла его. — Мне так жаль, — прошептала она ему в шею. — Мне тоже, — ответил он хрипло. Затем, чуть отстранившись, осторожно взял ее лицо в ладони. — Я не хочу тебе лгать, Пэнс. Не скажу, что я бы позволил умереть твоей матери. Я не знаю, как бы поступил старый Гарри, но, если бы такое произошло сейчас — мне было бы плевать. Я бы выбрал нас. Я слишком много отдал всем вокруг, ничего не получив взамен, кроме еще большего количества обязательств и надежд. — Прости меня, — прошептала ему в губы Паркинсон. — Я так тебя любил, Пэнси, — покачал он головой с кривой улыбкой. — Я искал тебя повсюду. — Знаю, — кивнула она со слезами на глазах. — Я уехала из Америки, когда увидела тебя в холле гостиницы. Ты нашел меня, Поттер, просто я не хотела находиться. Прости меня, пожалуйста. Я не пришла к тебе, потому что надеялась, что ты двигаешься дальше, я видела некоторые газеты, где тебе приписывали пару романов, а у Гермионы ничего не выясняла принципиально. Мое Проклятие действует до апреля следующего года. Я не могла прийти к тебе и снова разрушить устоявшийся порядок твоей жизни. Это было слишком эгоистично даже для меня, — на пару секунд замолчала она. — Но это не значит, что я этого не желала, — добавила она. — Это моя правда. — Я ни с кем не был всерьез, — признался он. — Скитер как обычно все вывернула, как хотела. — Ты не обязан мне рассказывать это. Ты мог жениться хоть десять раз. Я не имею никакого права на то, чтобы ты отчитывался передо мной. — А ты? — тихо спросил Гарри. — Ты полюбила кого-то после меня? Она замолчала, глядя в его глаза, и покачала головой: — Это невозможно. Они... не ты, Гарри. А на меньшее я не согласна. — Я скучал, — провел он рукой по ее скуле, заглядывая в глаза цвета весенней травы. — Я тоже, — прошептала она, прикрывая глаза от ощущений его кожи на своей. — Я очень скучала, Гарри. — Мы бы не убили их, Пэнс, — сказал он тихо. — Твоя мать и жених сами убили себя, решив поиграть в богов. Они просто поплатились за свои же действия. Пэнси долго смотрела на него, как будто борясь с чем-то внутри, но потом чуть подалась вперед. — Поцелуй меня, Поттер, — прошептала она. — Если ты меня сейчас же не поцелуешь… Она не успела озвучить угрозу (или мольбу?) — губы ее бывшего жениха накрыли ее собственные, заставляя сердце разогнаться до ста пятидесяти ударов в минуту. Поттер действовал осторожно, будто пытаясь вспомнить, какого это целовать ее. Это было чертовски правильно. Все так же прекрасно, как и в школе. Прижав ее ближе к себе, он углубил поцелуй, сплетаясь с ней языками. Ее пальцы с длинными алыми ногтями скользнули в его волосы, притягивая ближе, и она, не задумываясь, пересела к нему на колени, будто в этом движении не было шести лет разлуки. — Такое чувство, будто мы виделись буквально вчера, — прошептала она, отрываясь от него, чтобы перевести дыхание. — Надеюсь, мы увидимся и завтра, — ответил Поттер, забираясь ей под платье и оставив влажный поцелуй на шее. Ее тело дрожало. Когда ее пальцы скользнули под его футболку, он откинулся назад, помогая ей стянуть ее с него. Их губы снова нашли друг друга, и на этот раз поцелуй стал тише, но насыщеннее. Раздался звук расстегивающейся молнии, и алое платье упало с плеч брюнетки, собираясь на талии, и открывая вид на кружевной бюстгальтер, который обхватывал ее тяжело вздымающуюся грудь. — Мерлин, я почти забыл, как ты шикарна, — пробормотал Гарри, опуская чашечку и целуя ее. Пэнси выгнулась, не сдержав тихий, почти злой стон. — А я почти забыла, каково это — целовать тебя, — прошептала она, прикусывая губу. — Все так же потрясающе. — Пришло время показать мне спальню, Пэнси. Он поднялся, захватив ее в плен рук и параллельно стягивая с девушки платье. Слепо двигаясь в сторону лестницы и целуя слизеринку, как в последний раз, Гарри расстегнул лифчик и бросил его в сторону. Лестница превратилась в испытание: он прижал ее к стене, атакуя шею, пока Паркинсон расстегивала его джинсы трясущимися от возбуждения руками. Оставив дорожку из одежды за собой, пара завалилась в комнату, и спина Пэнси встретилась с матрасом. Через пару секунд они уже лежали посередине огромной кровати, продолжая восстанавливать карту прикосновений по памяти. — Я хочу тебя, — начала ласкать его рукой Пэнси, смотря в глаза, а затем перевернула их и села на него сверху. — К черту прелюдии. Их тела соединились резко, стремительно, как будто иначе было нельзя. Гарри тяжело выдохнул сквозь зубы, сжав ее за бедра. Она застонала в ответ, выгибаясь, будто в ней взорвалась волна забытых ощущений. — Мерлин... — только и смог выдавить он, взяв ее за руку, потянул вниз, впиваясь в рот поцелуем, и перенял инициативу, начиная двигаться в ней — мощно, глубоко, медленно на грани безумия. — Салазар, Гарри... — выдохнула она, захлебываясь от переполняющих ощущений. — Я так скучала. Простыни были раскалены от движений любовников, а характерный звук соединяющихся тел разносился по комнате. Спустя пару минут Гарри оказался сверху, продолжая движения и лаская ее пальцами. — Да, да, да, — шептала Пэнси. — Не останавливайся. — Ты просто... — оставляя засос на ее шее, сказал Поттер. — Все такая же идеальная. — Гарри, пожалуйста, — металась по простыням Паркинсон. — Я… — Я хочу вспомнить, как ты делаешь это, — продолжал быстро двигаться в ней парень. — Хочу слышать, как ты кончаешь. — Гарри! — подкинув таз вверх, воскликнула Паркинсон, когда свет померк перед глазами, а снизу поднялась волна удовольствия, заливая рассудок. — Да… — закатились глаза Поттера, когда она сжала его, вознося на вершину. Ее руки легли на его спину, а ноги обвились вокруг него, будто боясь снова потерять. — Мне так тебя не хватало, — прошептала она. — Эти пять лет без тебя были полным дерьмом, — ответил он, целуя ее снова.