Не нужно.

Фейерверки прошли. На душе висит пустота. Да, Блиц искренне рад что Столас жив. Но какой ценой? Они все могли умереть. По его вине. Лежащий перед ним, беззащитный, дотошно любимый остался ни с чем. Лишился дочери. Дома, уважения, сил, статуса. Всего что было ему так дорого. Всего к чему он привык, чем наслаждался и, кажется, всего благодаря чему был счастлив. Он всегда хотел для принца лучшей жизни. Лучшего партнера рядом и заветного, недостижимого счастья. Но что теперь?  Осталась лишь пожирающая вина. Он не должен был этого делать. Столас должен был остаться счастлив. Но тот пожертвовал всем что было, был готов отдать жизнь ради обычного беса.  Он ведь всегда кричал, никогда не слушал. Огрызался, причинял боль, бесконечную боль. Приносил проблемы и отрицал не только свои собственные чувства, но и чувства самого Столаса.  Блиц должен был умереть.   Он должен был умереть.  Он, только он.  ///// Шли часы, вина не отпускала. Хотелось плакать, кричать. Сделать что угодно в попытках исправить все это. Но понимание того что уже поздно давило ещё больше.  А собственное окно в которое бес смотрел все это время уже не чувствовалось спасением. Глубокая ночь, но счастливые, донельзя радостные пары и компании идут по улицам под самым окном. И Блиц смотрит.  Смотрит как все ходят за руки, нежно поправляют друг другу одежду. Обнимаются на прощание. И вспоминает Столаса.  Оборачивается назад, тихо подходит к дивану. Поправляет сползающее одеяло и задерживает руки на чужом теле чувствуя себя преступником. Будто нельзя, ни за что нельзя прикасаться к чему то столь важному, дорогому и хрупкому.  Понимает что его очень любят. Никогда больше не засомневается в этом, но все же чувствует тревогу. Страх, переживание. Что то терзающее изнутри. На ровне с желанием и надеждой. Такое же сильное чувство.  Хочется задержаться еще на пару секунд. Да если честно, на вечность. Лечь рядом, уткнуться в мягкие перья, бесконечно благодарить и говорить о теплых, искренних чувствах до самого рассвета. Никогда еще так сильно не хотелось просто быть рядом.  Столас хмурится во сне. Вероятно видит не лучшие сны. На что Блиц находит его руку под одеялом, мягко сжимает и ждет. Сам не знает чего. Но чувствует как его руку еле ощутимо сжимают в ответ. Лицо принца снова приобретает умиротворенное выражение. И это не может не вызывать порыв умиления. Блиц лишь улыбается. Не сможет сейчас выплеснуть все то что бушует внутри. Поэтому просто любуется и продолжает чувствовать это снова и снова. Восхищение, привязанность, желание, заботу, стеснение, надежду, тепло, счастье.  И все что остается - сесть на пол рядом с диваном. Не отпуская чужой руки, лишь сильнее прижимая к себе. Положить голову на чужое тело и надеятся что от веса Столас не проснется.  Этого и не происходит. Он все так же сладко спит. И Блиц чувствует как начинает засыпать сам. Рядом с ним будто весь мир пропал, но он и не нужен. Лишь медленное чужое дыхание.  Утром они обязательно поговорят обо всем. О том что чувствуют, о том как сильно друг в друге нуждаются. И долго долго будут обниматься.  Больше им и правда не нужно.