Пятница

Это была обычная пятница. Конец рабочей, такой сложной, недели, которая казалось вечной. Казанцев, у которого этот день не задался с самого начала, начиная от опоздания и заканчивая проблемами с «Акулами», что однозначно убавило настроение проректора, прогуливался по университету. Гениальное решение хоть как-то скрасить эту череду неудач и заглянуть в кабинет, хозяйка которого способна была поднять настроение в самый ужасный день, пришло само собой. — Ольга Сергеевна, можно? — Конечно, Вадим Юрьевич, — ответила она, поднимая глаза от пачки бумаг, которая угрожала засыпать её. — Здесь всегда Вам рады, — прошептала она, поднимаясь со своего кресла, улыбка в тот же момент осветила ее лицо. —Ольга, я так соскучился, — он начал подходить ближе, сбивая Москвину с толку. — Вадим, я… — и так каждый раз. При виде него самообладание теряется в вихре эмоций, застилая её разум и заставляя сердце биться быстрее. Она старалась вернуть себе уверенность, но его взгляд, полный заинтересованности и легкой игривости, казался слишком сильным, чтобы устоять. — Соскучился? — с усмешкой переспросила она, сохраняя свой строгий вид и скрещивая руки перед собой, пытаясь укрыться от его напора. — Надеюсь, не только по работе… — О, нет, отчасти и по личным беседам тоже, — ответил мужчина с беззаботной улыбкой, окончательно нарушая все рамки, кладя свои руки на тонкую женскую талию. Ольга почувствовала, как внутри неё разразился маленький ураган. — Вадим Юрьевич, субординация, — воскликнула женщина, убирая руки мужчины с талии. — Так точно, Ольга Сергеевна. Но в виде исключения могу ли я попросить Вас об одном поцелуе? Вопрос прозвучал не как просьба, а как утверждение, мягкое и настойчивое. Ольга Сергеевна, несмотря на внешнюю строгость, была женщиной с прекрасным чувством юмора и непредсказуемым характером. Она знала, что Вадим Юрьевич умеет добиваться своего, и этот «один поцелуй» был скорее игрой, чем настоящей просьбой. Она вздохнула, театрально закатив глаза. По её щекам пробежал румянец, выдавая волнение, которое она так старательно скрывала. Воздух между ними словно загустел. — Вадим Юрьевич, — начала она, голос её стал мягче, лишаясь прежней строгости, — вы прекрасно понимаете, что это…непрофессионально. И совершенно не соответствует…корпоративной этике. Она говорила, но её взгляд скользил по его лицу, задерживаясь на губах, слегка припухших и соблазнительно влажных. Вадим Юрьевич терпеливо ждал, не перебивая. Он знал, что игра близится к кульминации. — Но… — продолжила она, заметив как напряглись его плечи в ожидании, — в качестве исключения… и только потому, что сегодня пятница, и мы оба устали от бесконечной рабочей волокиты, я… пожалуй, согласна. Но только один. И никаких повторений. Вадим мягко улыбнулся, блистающие глаза наполнились теплом. Он медленно приблизился, остановившись на расстоянии нескольких сантиметров. Их дыхание смешалось, пронизывая пространство между ними электрическим током. Он наклонился, его дыхание коснулось её щеки. — Рад слышать, Ольга Сергеевна. Один — так один. Его губы коснулись её губ на мгновение, легко и нежно. Поцелуй был больше обещанием, чем актом страсти, скорее просто заряд энергии, обещающий продолжение. Ольга прикрыла глаза, чувствуя, как лёгкое прикосновение распространяет тепло по всему её телу. Когда он отстранился, её губы улыбались. В глазах играли веселые искорки, и строгости, казалось, не осталось и следа. Она быстро, почти незаметно, поправила волосы, скрывая слегка растрёпанные пряди. — Запомните, Вадим Юрьевич, — сказала она, голос её звучал игриво и немного хрипло, — это было… исключение. Исключение из правил. Но… возможно, исключения могут иметь место быть. В пятницу, например, — загадочно улыбнулась женщина, поправляя галстук Вадима. Казанцев лишь подхватил улыбку Ольги, думая о том, что теперь пятница явно станет его любимым днем недели.