Третий лишний

— Я идиот…       Гарри сидел в гостиной Гриффиндора, уронив голову на ладони. Он четвертый чемпион турнире. Только этого еще не хватало. Он буквально совсем недавно перестал ощущать на себе постоянные взгляды и слышать перешептывания за спиной, но теперь ближайшие полгода этого точно не избежать! Гарри не знал куда себя деть. Ему очень сильно хотелось провалиться сквозь землю, спрятаться в надежном месте… Может быть в подземелье Снегга… Или даже уехать на Тисовую улицу… — Гарри, послушай… Из размышлений мальчика вывела Гермиона. Она все время сидела рядом, нервно поглаживая его по черным волосам, торчащие во все стороны. Время перевалило уже явно за полночь, но дуэт продолжал молча сидеть в гостиной, глядя на потухший огонь. — Ты же… Ты же ни в чем не виноват, и ты это знаешь. Мы все это знаем. Я уверена, что в глубине души и Рон это осознаёт, просто гордость переполняет его намного больше… Гарри выпрямился и поднял глаза на подругу. Она выглядела такой спокойной, такой умной, рассудительной… Но было в ней что-то, что зацепило в ней Поттера еще с первого знакомства. И он до сих пор не мог понять что. Гермиона смотрела на мальчика, не отрывая глаз. Гарри тоже не нее смотрел. Такой долгий зрительный контакт. Это что, игра в гляделки?       Нет, взгляд у нее не тот. Девочка смущенно отвела глаза, посмотрела, и отвела еще раз. Поттер продолжал не мигая смотреть на подругу. — Ну и что ты хочешь этим сказать? — резко спросил он. — Э-э, что? — рассеяно протянула Гермиона, явно не ожидая такого резкого вопроса. — Что ты хочешь сказать этим взглядом? Ты же не просто так смотрела. — Просто. — Нет. — Да! — Да нет же! — Гарри начал взрываться. Гермиона не отставала. — Знаешь, Гарри, мир не крутится вокруг тебя. В следующий раз я хорошенько подумаю перед тем, как проявлять к тебе сочувствие. А сейчас я иду спать. Она развернулась на каблуках и грозно зашагала в спальню девочек. Гарри тоже рассердило потраченное время, и забравшись в постель он думал только о том, как бы поскорее уснуть. Но в глубине души были мысли о ней, а если точнее, о ее странном взгляде.       Гермиона и правда оказалась единственной, кто его понимал. Теперь они вдвоем проводили вечера в библиотеке, подолгу сидели у камина, посещали Хогсмид. Гарри все думал о том ее взгляде, и все пытался еще раз его уловить. Что-то тянуло его к нему. Но почему-то всегда теперь, пялясь в глаза Гарри более пяти секунд, девочка смущенно отводила глаза и настойчиво говорила о продолжении занятий. Все было нормально до тех пор, пока она совсем не начала его избегать. Теперь они еще реже сталкивались в библиотеке, Большом Зале, даже в гостиной Гриффиндора она будто бы вовсе не появлялась. Гарри это всерьез настораживало. Гермиона никогда так себя не вела, может она заболела или что похуже? Теперь уже он пытался везде искать подругу в надежде поговорить, но как только их взгляды пересекались Гермиона мгновенно становилась пунцовой, да и самого Гарри периодами бросало в жар. Все происходило так резко и быстро, что о собственных чувствах он даже не думал. Его волновало только поведение Гермионы. И то, как вернуть ее себе. Она же ЕГО подруга. Его девочка. — Моя девочка… — пробормотал Гарри во сне. Ему снова снился тот самый взгляд.