should've chosen dare (unless?)

      Их группе друзей редко удавалось собраться в полном составе из семи человек.       Если у Вэнь Цин не было смены в больнице по какой-то причине, то у Вэнь Нина и Цзян Чэна была то лекция, то экзамен, который они никак не могли пропустить. Когда у Мяньмянь получалось выбить выходной в тот день, который, казалось бы, изначально устраивал всех, то именно в него у Не Хуайсана случалась срочная командировка, в которую ему обязательно нужно было отправиться, если он не хотел, чтобы старший брат сократил продолжительность его жизни вдвое.       Так что, можете заметить, что собрать всех в одном месте и в одно и то же время — задачка не из лёгких. Поэтому, когда им удавалось, они старались беречь все совместные моменты, создавая их очень тщательно и ответственно, чтобы каждый мог унести с собой только самые лучшие воспоминания...       — Ты когда-нибудь страпонила мужчину?       Вэнь Цин изогнула бровь.       — Мужчину? — спросила она, даже не удивляясь. — Нет.       — Ладно, ладно, не смотри на меня так! — Мяньмянь подняла обе руки, словно пытаясь защититься от взгляда Вэнь Цин, в котором так и читалось «пожалуйста, скажи мне, что это просто шутка». — Я знаю, что ты лесбиянка, но многие лесбиянки, ещё не осознав свою ориентацию, имеют опыт с мужчинами, так что я подумала, может быть...       — Нет.       — Хо-хорошо! Поняла! Глубоко извиняюсь за то, что имела наглость спросить!       Хоть губы Мяньмянь пролепетали извинения, в то же время они были растянуты в хитрой ухмылке, которая показывала, как ей на самом деле весело. Вэнь Цин покачала головой, но всё равно не смогла сдержаться и тепло улыбнулась.       «Как они могут быть такими слепыми?» — думал Вэй Ин, смотря то на одну, то на другую девушку, вздыхая.       «Если бы я был одной из них, то проявил бы инициативу и пригласил вторую на свидание. Или что-то ещё. Это не может быть так сложно».       Размышляя об этом, он прижался ближе к плечу своего лучшего друга.       Игра в «Правда или действие?», которая началась внезапно и очень спонтанно, продолжалась. Вэй Ин, уже не особо обращавший на неё внимание, поднёс бокал к своим губам и грустно нахмурился, когда на его язык капнуло лишь несколько капель вина.       В этот момент он заметил боковым зрением появившуюся руку, словно настоящего ангела, посланного прямиком с небес, которая держала бутылку красного вина.       — Лань Чжань! — воскликнул он радостно. — Что бы я делал без тебя?       Лань Чжань просто бросил на него взгляд своих невероятных золотых глаз, наливая вино в его неприемлемо пустой бокал. Как кто-то может выглядеть так грациозно, даже выполняя такую ​​лёгкую и простую задачу?       Вдруг чужая ладонь обхватила его собственную, слегка наклоняя в сторону одним мягким, но уверенным движением. До Вэй Ина дошло, что он был слишком занят разглядыванием лица Лань Чжаня, из-за чего чуть не пролил часть содержимого бокала прямо на диван.       Вэй Ин улыбнулся ему, извиняясь. В ответ Лань Чжань погладил его костяшки своим большим пальцем, а затем медленно убрал руку. Вэй Ин тут же надулся, но скрыл это, отпивая немного вина из бокала.       Он не знал, сколько прошло времени перед тем, как он услышал, что кто-то позвал его. Охваченный алкогольным жаром и крепким телом за своей спиной, он не мог поддаться приятному чувству, которое расцветало в нём.       — Вэй-сюююн~       Вэй Ин открыл глаза — когда он вообще успел их закрыть? — и посмотрел на Не Хуайсана. Невинное выражение его лица выглядело весьма подозрительно. Хуайсан держал в руке сложенный флаер, неторопливо им обмахиваясь, и, увидев, что Вэй Ин наконец-то посмотрел на него, указал взглядом на разделяющий их стол.       Вэй Ин сделал то же самое.       Горлышко бутылки показывало прямо на него. Его очередь.       — Правда, — пробубнил он.       Обычно Вэй Ин всегда был довольно рисковым человеком, однако в его нынешнем весьма прекрасном состоянии, которое хотелось продлить как можно дольше, ему совсем не хотелось прилагать усилия, чтобы вставать и что-то делать.       Лучше ответить на какой-нибудь дурацкий вопрос.       Вэй Ин не уловил хитрющего блеска в глазах Не Хуайсана.       — Ты бы предпочёл встретить девушку своей мечты, спланировать с ней жизнь так, как ты хочешь, жить долго и счастливо... Или продолжить дальше жить с Ванцзи-сюном?       Пауза.       — Что за вопросы? — Вэй Ин немного пошевелился. Он не был уверен, правда ли напряглось на мгновение тело Лань Чжаня, или ему это показалось.       — Просто ответь, — закатил глаза Не Хуайсан , более активно обмахиваясь самодельным веером.       Девушка его мечты или Лань Чжань?..       Вэй Ин попытался представить эту девушку. Какой же она была?       Не то чтобы он вообще никогда не думал об этом раньше. Хотя каждый раз, когда Вэй Ин начинал разгонять эту цепочку мыслей, она почему-то никогда не приходила к логическому завершению. Он винил в этом свой сверхактивный мозг: большинство его мыслей так и оставались недодуманными, канувшими в лету и вытесненными волной новых мыслей.       По этой причине его нисколько не удивила эта неспособность сказать, какую девушку он хочет видеть рядом с собой. Для него это было нормально.       Ну что же... Она должна быть обладательницей нежного и доброго сердца, способная выдержать его. Вэй Ину не хотелось показаться самокритичным, но он знал, что многие люди находят его присутствие раздражающим или/и (так и говорят!) усложняющим жизнь. Так что, да, это качество было очень важным.       Что ещё? Учитывая весь тот хаос, который устраивал Вэй Ин, было бы неплохо, если бы его партнёрша была полной противоположностью: сдержанной, организованной, напоминающей ему о том, что он забыл или упустил, принимающей такие решения, которые ему самому сложно принять. В качестве благодарности он бы уничтожил всё её самообладание в пух и прах одной своей улыбкой.       Она должна быть тёплой. Вэй Ин любит ласку, да и вообще он очень тактильный человек. Нет, она не может жаловаться, если он не отходит от неё! Но с другой стороны, — ох, это прозвучит странно, — она должна быть достаточно твёрдой и властной, чтобы быть способной... хм... держать его в узде? Немного поколотить его?       Да, это звучит очень странно, ха-ха-ха.       Но в каком-то смысле! Она должна знать, как взять его под контроль. Точнее, если он, например, перебарщивает с дурачеством или говорит какие-то нелепые вещи, то она бы без труда заставила его прекратить. Вэй Ин определённо не имел в виду физическое насилие. Хотя... Нет. Ну..       Животные!!! Было бы невероятно мило, если бы она обожала животных. Всех, кроме собак. Она должна защищать его от собак.       Вэй Ин оценил бы её умение готовить, но это не является решающим фактором. И это не значит, что он хочет поощрить стереотипное «место женщины на кухне» — просто он беспокоится о самой кухне и о том, какой ущерб он может принести ей.       Также она может получить бонусные баллы за то, что надевает фартук с рисунком кроликов. И за то, что её длинная чёлка была осторожно убрана назад с помощью заколок в форме кошечек, которые Вэй Ин лично бы вплёл в её волосы, чтобы те не мешали готовке. Она бы улыбалась одними глазами, а Вэй Ин бы чувствовал приятное тепло, которое разливалось по его венам.       Хм... Этот фальшивый сценарий кажется странно знакомым.       На самом деле, эта «девушка мечты» кажется ему до жути знакомой.       — Я предпочту остаться с Лань Чжанем, — ответил он с фальшивой лёгкостью после мгновения, которое показалось ему целой вечностью.       Плечо, на котором он отдыхал, дёрнулось.       — Серьёзно? — пробубнил Не Хуайсан.       Почему Вэй Ину кажется, что это не конец этих вопросов Не Хуайсана, вытащенных буквально из ниоткуда?       Разве он забыл, что может задать всего один вопрос, эй?!       — Просто чтобы прояснить: в том сценарии, где ты живёшь со своей Идеальной девушкой, ты всё ещё можешь видеться с Ванцзи-сюном, просто ты живёшь с...         — Ты уже задал свой вопрос, — Вэй Ин сощурился.       Почему он чувствовал, что ему нужно защищаться от чего-то?       Вэй Ин полностью игнорировал каждую пару глаз, обращённую на него, и совершенно не собирался думать о том, что они означают. Он НЕ видел, как Цзян Чэн нахмурился, словно от отвращения, после того, как Мяньмянь что-то прошептала ему на ухо. Они смотрели на Вэй Ина. Или на Лань Чжаня. Или на них обоих сразу.       Вэй Ин наклонился вперёд и потянулся за бутылкой, стоящей на столе.       — Понял. Ответ остаётся прежним, — задумчиво сказал Не Хуайсан.       Со всей любовью. Заткнись.       Скользя пальцами по поверхности бутылки, Вэй Ин рискнул глянуть в сторону Лань Чжаня. Его попытка оставаться сдержанным не имела ни единого шанса на успех, потому что пытливый взгляд Лань Чжаня был направлен прямо на него. Как будто он когда-то покидал его. Вэй Ин быстро отвёл глаза в сторону, пытаясь прийти в себя от... От того чувства, которое выбило воздух из его лёгких и заставило пропотеть.       Он что, переборщил с алкоголем?       Вэй Ин всегда считал себя превосходным переводчиком микроэкспрессий Лань Чжаня, но этот взгляд... Он понятия не имел, как его описать. Вэй Ин был поражён его интенсивностью, которая за считанные секунды довела его до головокружения. И эта интенсивность вызывала вопросы.       Казалось, что Лань Чжань пытался заглянуть прямо внутрь него. Да, Лань Чжань был склонен быть напряжённым, но... Ладно! Вэй Ин просто слишком много думает об этом.       Какое же облегчение он испытал, когда узкое горлышко бутылки указало прямо на Цзян Чэна. В конце концов, не было способа развеять странную атмосферу лучше, чем заставить младшего брата смутиться!       Стон Цзян Чэна дал ему понять, что он полностью прочувствовал это.              Цзян Чэн решил изменить своим привычкам, помня, как Вэй Ин приказал ему станцевать «Miniskirt» группы AOA под «Gangnam Style» (одновременно с этим выставляя напоказ факт того, что он знает всю хореографию), и выбрал «правду». Это привело его к признанию того, что вплоть до пятого класса он каждую ночь пробирался в кровать Вэй Ина и нарочно просыпался раньше него, чтобы скрыть это, потому что он не мог уснуть один. К слову, скрыть этот факт у него не вышло.       В то время, пока Цзян Чэн выглядел так, словно он сдерживался, чтобы не придушить Вэй Ина, тот почти заходился в сумасшедшем хохоте, словно умалишённый. Мяньмянь, Не Хуайсан и Вэнь Нин были очень тронуты, в один голос издав нежное «ах~».       В конце концов, Вэй Ину удалось задвинуть ненужные, непонятные мысли и чувства на задворки своего сознания.       Два… или три бокала вина и пачка миндаля, предложенная ему кем-то чуть позже, и бутылка вновь перестала вращаться. Теперь горлышко было направлено на Лань Чжаня.         — О-о, очередь Лань Жаня, — заметил Вэй Ин очень радостно. Его рот был набит миндалём, а сам он был немного более, чем просто пьян.       Из-за его спины раздался внезапный, слегка дрожащий выдох. Он восторженно улыбнулся самому себе с мыслью о том, что Лань Чжань смеётся из-за него.       — Правда или действие? — тихонько спросил Вэнь Нин, который, видимо, был тем, кто крутил бутылку.       — Действие, — послышалось спустя несколько секунд тишины.       Вэй Ин ахнул и повернул голову, которая всё ещё покоилась на мускулистой руке, чтобы посмотреть на Лань Чжаня. Тот избегал зрительного контакта, даже когда Вэй Ин сверлил его своим настойчивым взглядом, который вполне можно даже перепутать с некой агрессией.       Если Вэй Ин был довольно дерзким и смелым человеком, то Лань Чжаня можно было причислить к лику праведных. Вэй Ин не мог вспомнить ни одного случая, когда он выбирал «действие»! И-и... оставалось кое-что ещё.       — Лань Чжань, ты не можешь! — этот крик привлёк внимание Лань Чжаня достаточно, чтобы он наконец перевёл свой слегка обеспокоенный взгляд на Вэй Ина. — А что, если Вэнь Нин прикажет тебе сделать шпагат в прыжке или пробежать пять кругов вокруг здания? Тогда тебе придётся встать, а мне — сменить позицию, и мне больше не будет комфортно... — жалобно протянул Вэй Ин.       Что-то блеснуло в глазах Лань Чжаня. Они медленно то открывались, то закрывались, мерцая так по-кошачьи. Просто прелесть.       После этого Лань Чжань торжествующе посмотрел на Вэнь Нина.       — В таком случае, выбираю правду.       Весьма озадаченный Вэнь Нин с постоянной дружелюбной улыбкой лишь кивнул. В ту же секунду Мяньмянь наклонилась и что-то прошептала ему на ухо.       Что она делает? Почему что-то нашёптывает всем без умолку?       Щёки Вэнь Нина приобрели розовый оттенок. Некоторое время он сидел молча, словно обдумывая всевозможные варианты, прежде чем наконец спросил:       — Какие качества ты ищешь в парнях?       Его щёки покраснели сильнее после сказанного.       — Вэнь Нин! Ты пытаешься попытать счастья с Лань Чжанем? — Вэй Ин не смог удержаться от дразнилок в сторону Вэнь Нина, но, заметив, как тот напрягся от его слов, и как его старшая сестра словно кидала одним взглядом в него острые кинжалы, он тут же отступил. — Ха-ха-ха, просто шутка! Просто шутка! На самом деле, этот вопрос похож на те, что могла бы задать Мяньмянь... — говоря это, он смотрел на упомянутую девушку.       В ответ Мяньмянь показала ему язык.       — Этот вопрос задал Вэнь Нин. Ты не сможешь доказать мою вину!       Она была права, и Вэй Ин не нашёлся, что ответить.       Закончив с препирательствами, Вэй Ина вдруг осенило: он понял, какой вопрос задали Лань Чжаню, и то, что ему крайне любопытно узнать ответ на него.       Они с Лань Чжанем разговаривали на самые разные темы, однако любовные никогда не были в этом списке. Со стороны Вэй Ина всё было ясно как солнечный день — у него просто не было никакой личной жизни. Даже сексуальной. Он был чист как снег, нетронутый, словно кусок торта, брошенный на землю.       Но Лань Чжань?.. Вэй Ин знал, что он гей, и это всё, что он знал о личной жизни своего друга. Боже, была ли вообще личная жизнь у Лань Чжаня? А если она есть, а Вэй Ин об этом не знает, то можно ли назвать его плохим другом? Вэй Ин думал, что, если Лань Чжань захочет рассказать ему о своём новом парне, то он обязательно сделает это.       Ну... По правде говоря, Вэй Ин ни разу не рассматривал возможность того, что Лань Чжань будет в отношениях с кем-то, что Лань этого захочет. Захочет быть с кем-то ещё ближе, ближе, чем с Вэй Ином. С кем-то, кто не будет Вэй Ином.       Ох, ему стало не по себе.       У Лань Чжаня есть парень, о котором я не знаю?       — Лань Чжань, у тебя есть парень, о котором я не знаю?       Его «мозг-рот фильтр» работал отлично, спасибо, что спросили.       — Нет, — послышался быстрый и решительный ответ Лань Чжаня, в замешательстве вскинувшего бровь.       Вэй Ин облегчённо выдохнул.       Почему он почувствовал облегчение?       — Это хорошо.       Почему он сказал это так громко?       — Я не хочу делиться тобой и всё такое.       О боже, заткнись???????       Да, всё, хватит. Вэй Ин закрыл глаза и официально отключился от всех раздражителей вокруг себя. Последнее, что он увидел, — Цзяна Чэна, прячущего лицо в своих ладонях, но это было НОРМАЛЬНО. Вэй Ин был ВЕЛИКОЛЕПЕН, и всё, что он сказал немного ранее, звучало АДЕКВАТНО.       Он настолько эффективно отключился от окружающего мира, что лёгкое прикосновение к талии едва заставило его подпрыгнуть.       — Вэнь Нин задал вопрос... — голос Вэнь Цин был, мягко говоря, не слишком восторженным. Она явно давала всем понять, что предпочла бы перейти сразу к делу.       Вэй Ин решил, что он не умеет отключаться, и всё же открыл глаза. Он даже не заметил, что выжидающе смотрит на Лань Чжаня, пока не понял, что сейчас сидит на их диване, в их гостиной, в окружении друзей... и смотрит на Лань Чжаня, а Лань Чжань — на него.       Да, возможно, он был пьян.       Прежде чем вернуться в исходное положение, он снова заметил вопрос во взгляде Лань Чжаня.       — Твой. Типаж, — процедил сквозь зубы Цзян Чэн. — Расскажи нам о своём типаже, Лань Ванцзи.       Когда к нему обратились так прямо, Лань Чжань больше не мог увиливать от ответа.       — Мой типаж, — повторил он, на мгновение погружаясь в размышления. — Милый.       Все в комнате тут же замерли, словно боясь, что любой шорох может заглушить дальнейшие слова Лань Чжаня, который вскоре продолжил:       — Неугомонный, весёлый, умный, добрый, разговорчивый, полный энергии, — он помолчал, но всё же добавил. — Тот, о котором я могу позаботиться.       Это... Это не то, что ожидал Вэй Ин.       Он думал, что Лань Чжань отдаст предпочтение кому-то похожего на себя самого: спокойного, мягкого и тактичного... а он говорит «неугомонный»? Разговорчивый? Да ладно? Это правда тот типаж парней, который нравится Лань Чжаню?       Похоже, его дружба с Вэй Ином будет прекрасной подготовкой к будущим отношениям, ха-ха! Не то чтобы он сравнивал себя с типажом Лань Чжаня или типа того...       — Ты хочешь заботиться о нём? — Вэй Ину не понравилось, как эти слова ощущались на его языке. — Что ты имеешь в виду?       Их глаза встретились.       — Я хочу быть его опорой. Хочу готовить для него, чтобы он всегда был сыт. Хочу следить за тем, чтобы он не забывал отдыхать. Хочу, чтобы он никогда не мёрз, никогда не чувствовал, что ему чего-то не хватает, хочу...       Лань Чжань оборвал предложение на полуслове. Говоря всё это, он излучал такую сильную серьёзность, его глаза были полны решимости. Лань Чжань никогда не лгал. Даже посторонний человек, увидев его сейчас, понял бы, что всё сказанное им — абсолютная правда.       Лань Чжань уже делает всё это для меня.       Вэй Ин почувствовал, как внутри всё вмиг упало от разочарования.       Значит ли это, что когда-то наступит день, когда он проснётся, пойдёт на кухню, а его не будет там? Он не будет готовить завтрак для нас обоих, а я не буду полусонным прижиматься к его руке? Он не будет смотреть на меня своими нежными глазами? Его вообще больше не будет здесь, потому что он будет жить со своим парнем?       — Вэй Ин?       Бархатистый голос Лань Чжаня прервал поток странных тревожных мыслей, заставляя Вэй Ина обратить внимание на обеспокоенный блеск в его глазах. А ещё он заметил свой кулак, который он, вероятно, в какой-то момент положил на колено Лань Чжаня. Он дрожал.       Вэй Ин убрал руку, широкая улыбка тут же растянулась на его лице. Между бровями Лань Чжаня появилась морщинка.       — Давай, Лань Чжань, теперь ты крутишь! — затараторил Вэй Ин с притворным энтузиазмом, указывая на бутылку.         Лань Чжань послушно, хоть и неохотно, сделал то, что сказано, перед этим окинув Вэй Ина непроницаемым взглядом, который отчётливо передавал одну мысль: не важно, что у того было на уме, Лань Чжань просто так не забудет об этом и захочет всё обсудить.       Жаль, что с этого момента Вэй Ина заботили лишь бутылки вина, которые он ещё не успел откупорить.

***

      Вэй Ин из настоящего проклинал Вэй Ина из прошлого.       Последнее воспоминание из прошедшей ночи, которое он смог вытащить из туманной пустоты своего разума — это Вэнь Цин, которая придумала целое поэтри-слэм какой-то песни о «сучках на её члене», или что-то в этом стиле, и «о чём-то на дне его стакана». Что было после — неизвестно.       Это не может быть хорошим знаком.       Вэй Ин положил ладонь на лоб, словно это прикосновение каким-то волшебным образом избавит его от сверлящей боли в черепе. С трудом перевернувшись на бок, вау, как и, конечно, ожидалось, он увидел на своей прикроватной тумбочке бутылку с водой и обезболивающее. После того, как он поставил почти пустую бутылку обратно, — во рту всё ещё была пустыня, — Вэй Ин заметил на ней прикреплённый стикер и тут же оторвал его, не раздумывая.

      «Вэй Ин, в холодильнике есть суп. Советую съесть его сразу после пробуждения. Натощак тебе будет сложнее прийти в себя. Дай мне знать, когда проснёшься. Я буду дома около четырёх»

Лань Чжань

      Он шумно выдохнул.       «Лань Чжань... Ты слишком хороший для меня...»       Вчера вечером Лань Чжаню, скорее всего, пришлось помочь ему добраться до его комнаты, укрыть его одеялом, словно в кокон, убедиться, что он сможет справиться с его похмельем, и даже сварить ему какой-то чёртов суп??? Где он нашёл время на всё это? Неужели он правда провёл всё утро, нарезая овощи для похмельного супчика для своего соседа по комнате? Успел ли Лань Чжань вообще сходить в спортзал? Помедитировать? Или же Вэй Ин полностью нарушил всю его утреннюю рутину?       Несмотря на глубокое разочарование в самом себе, Вэй Ин отправил Лань Чжаню sms, в котором сообщил, что он жив. Ответ пришёл быстро и был очень коротким: «спасибо».       За что ты благодаришь меня? За то, что вчера вечером я бы мог наблевать на наш ковёр и кататься по полу, ничего не вспомнив утром?       Спустя пару минут внутренних терзаний и молитв Вэй Ин поднялся с кровати. Он не свалился с ног, что уже можно было воспринимать как разрешение небес продолжать жить свою жалкую жизнь. По пути на кухню Вэй Ин взглянул на ковёр и почувствовал облегчение. Он был чистым.       Суп, приготовленный Лань Чжанем, был просто неземным. Ничего нового, он всё ещё был великолепным поваром. Несмотря на это, Вэй Ин не мог не восхищаться мягкостью овощей и сочностью мяса. Всё это плавало в золотистом, идеально пряном бульоне.       О-б-ъ-е-д-е-н-и-е!       Вэй Ин с жадностью умял всю тарелку и даже подумывал о добавке, но всё-таки пришёл к выводу о том, что набивать желудок сейчас — не лучшая идея. Побаловать себя он может и позже.       После еды он задремал. Проснувшись, Вэй Ин почувствовал себя гораздо лучше, чем раньше. Заряжённый новой энергией, он вскочил с кровати и почти побежал в ванную. Нужно было срочно привести себя в порядок.       Было уже 16:25, когда по квартире пронёсся звук поворачивающего в замке ключа. Вэй Ин снова сидел на кухне, наслаждаясь второй порцией самого лучшего супа, который он когда-либо ел. В его руке был телефон, в котором он бессмысленно скролил ленту.       До него донёсся звук шуршания верхней одежды и снятия обуви. Его живот вдруг словно завязался в узел.       — Вэй Ин, — поприветствовал его Лань Чжань, войдя на кухню, и его взгляд стал нежным и довольным, когда он увидел почти пустую тарелку перед Вэй Ином.       Его волосы цвета воронова крыла, которые всегда идеально уложены, сейчас были слегка красиво взъерошены ветром. Первая пуговица его рубашки расстёгнута, а сама рубашка была заправлена в чёрные брюки. Лань Чжань был таким непринуждённо прекрасным.       — Как ты себя чувствуешь?       — Лучше, — ответил Вэй Ин, надеясь, что Лань Чжань не заметил его пристального взгляда.       Вэй Ин показал на тарелку и продолжил с мечтающим выражением:       — Это так вкусно, ты что, подсыпал сюда кокаин? Я так хочу сожрать прямо всю кастрюлю, но в то же время я хочу оставить что-то на потом! Что же мне делать? — он завыл.       Поставив пакет с продуктами на столешницу, Лань Чжань тепло посмотрел на Вэй Ина.       — Рад, что Вэй Ину нравится. Ты можешь есть сколько хочешь. Я всегда могу приготовить ещё, — сказал Лань Чжань так, словно это было самой естественной вещью в мире. Стараясь не растаять от этих слов, Вэй Ин было открыл рот, чтобы запротестовать, но его остановил лёгкий изгиб губ Лань Чжаня. — И нет, я не добавлял никаких... дурманящих разум веществ.       В ответ Вэй Ин лишь хихикнул, бросив на друга недоверчивый взгляд.       Лань Чжань повернулся к нему спиной и начал распаковывать продукты. Вэй Ин периодически отвлекался от телефона, чтобы понаблюдать за тем, как Лань Чжань с изяществом и знанием перемещается по кухне, раскладывая всё по местам. В какой-то момент Лань Чжань внезапно снова повернулся к нему лицом, и Вэй Ин в панике спрятал взгляд. Плавным движением перед ним поставили небольшую картонную коробку с глазированными пончиками.       — Возможно, тебе стоит сначала разблокировать его, — раздался тихий голос где-то сверху.       Вэй Ин поднял голову в замешательстве. Блестящие глаза Лань Чжаня на долю секунды метнулись к его телефону. Его экран был тёмным.       Что ж, это было не очень-то мило с его стороны. Вэй Ин, отказываясь признаться в том, что он платонически разглядывал своего друга, надулся.       — Я смотрел на своё отражение.       Услышав это, Лань Чжань выпрямился и очень медленно сделал шаг назад. Он позволил своим глазам скользнуть по фигуре Вэй Ина, сверху-вниз, очень неторопливо. Вэй Ин напоминал себе дышать, каждая часть его тела словно горела под этим пристальным взглядом.       Лань Чжань покачал головой.       — Понятно, — сказал он и ушёл в свою комнату.       Вот так.       Вэй Ин тяжело вздохнул, сжав в руке телефон, сдерживаясь, чтобы не швырнуть его в стену, не закричать во весь голос или не сделать что-нибудь ещё такое, что могло бы выдать его за умалишённого.       Как я могу оставаться спокойным, когда этот парень просто...! Ах, что насчёт моей менталочки?       Доедал суп Вэй Ин в полной растерянности, чувствуя себя жертвой. После этого он, прижав к груди коробку с пончиками, перебрался на диван. Устроившись на нём, словно бревно, он включил телевизор, стараясь не думать об этом. По крайней мере, он правда старался.       Вэй Ин не знал, сколько прошло времени, когда он услышал, как открылась дверь ванной. Затем — шаги, и оп! Лань Чжань оказался здесь, встав прямо перед диваном. Вэй Ин подарил ему лёгкую улыбку и подвинул ноги, поджав под себя, молчаливо приглашая его сесть. Лань Чжань принял приглашение и сел там, где для него освободили место.       В его движении была едва заметная пауза, прежде чем он схватился за лодыжки Вэй Ина, устраивая их на своих бёдрах. Это был не первый раз, когда они оказывались в подобном положении, но Вэй Ин всё ещё чувствовал, как жар приливает к его щекам, словно в ответ на руку Лань Чжаня, которая держала его ноги, поэтому он поспешил скрыть лицо за ладонями.       — Что смотришь?       — Понятия не имею.       Когда его щёки немного остыли, он взглянул на Лань Чжаня.       Его глаза были прикованы к экрану телевизора. Наверняка, мысленно он пытался понять, что там, чёрт возьми, происходит — Вэй Ин с удовольствием узнал один из эпизодов «Я смущаюсь своего тела». Его мокрые волосы были зачёсаны назад, несколько прядей спадали прямо на лоб, контрастируя с бледной кожей. После душа Лань Чжань всегда переодевался в белую футболку и светло-серые спортивные штаны, при этом выглядя так уютно.       Вэй Ину так сильно хотелось забраться на него, как на древо, и спрятать лицо в изгибе его шеи.       — Вэй Ин.       Ох, Лань Чжань смотрит на него.       — Лань Чжань.       — Я хочу поговорить.       Обмякшее тело Вэй Ина снова напряглось. Лань Чжань, вероятно, уловил это, потому что рука, всё ещё лежащая на его лодыжке, успокаивающе массировала её. Вэй Ин хотел быть хорошим для него, поэтому пытался заставить себя перестать придумывать ужасные сценарии.       Если бы он злился на тебя, то и не смотрел бы вот так.       — О вчерашнем вечере? — сразу перешёл к делу Вэй Ин, подозревая, каким будет ответ.       — Мгм.       Расслабься, расслабься, расслабься...       Р-а-с-с-л-а-б-ь-с-я.       — Я сделал... сделал что-то стрёмное? — спросил Вэй Ин, сморщившись от своего же жалкого тона. — Если честно, я не помню, что происходило к концу вечера... Ха-ха-ха, я не напился до беспамятства или типа того, иначе это было бы совсем нечестно по отношению к тебе...       Неуверенность, появившаяся на лице Лань Чжаня, была не тем ответом, который хотелось получить.       — Дерьмо! Мне так жаль...       — Это не было проблемой.       Вэй Ину хотелось крикнуть что-то в стиле «Тащить моё бренное тело в постель после того, что я сделал — это не твоя обязанность! Не говоря уже о том, чтобы сварить целую кастрюлю супа для меня...»       Но Лань Чжань оказался быстрее.       — Ты правда уснул.       Вэй Ин едва не фыркнул на попытку Лань Чжаня спасти его репутацию.       — Однако... – Лань Чжань замолчал. — Потом ты проснулся.       О нет.       — И? — надавил Вэй Ин. Он наблюдал за тем, как уши Лань Чжаня розовеют, пока у него самого сосало под ложечкой.       — И... ты казался недовольным идеей о том, что я могу находиться в отношениях.       Губы Вэй Ина вытянулись в линию. Он знал Лань Чжаня — тот говорил правду, но не раскрывал какие-то детали, тем самым смягчая услышанное. Вэй Ин в отчаянии смотрел на лицо Лань Чжаня, понимая, что тот занят абсолютно тем же.       Но почему? Даже после того, как Вэй Ин вырубился, скорее всего, на нём, без всяких фильтров, он облекал в слова то, что скрывал в глубинах своего сознания... Лань Чжань продолжал заботиться о том, чтобы не смущать его так сильно? Бесконечная доброта Лань Чжаня усилила чувство вины внутри. Он заслужил это смущение.       — Что именно я сказал?       Лань Чжань посмотрел вниз на ковёр. Прошло немного времени, прежде чем он снова пронзил Вэй Ина своим изучающим взглядом.       — Ты сказал мне никогда не заводить парня. Ты сказал, что... я слишком идеален, что любой захочет быть со мной. И что у меня скоро появится парень. Я тебя заверил, что этого не произойдёт, — его уши снова покраснели. С каждым произнесённым словом сердце Вэй Ина билось всё сильнее и сильнее. — Но ты не поверил мне. Ты настаивал на том, что я перестану заботиться о тебе. Что я перестану быть... Твоим.       Вэй Ин хотел упасть на колени и молить о прощении. Оставив всё смущение в стороне, потому что ни при каких обстоятельствах он не имел права как-то ограничивать его и говорить ему то, что он может делать, а что — нет. Вэй Ин старался сосредоточиться на лицевых мышцах, пытаясь сохранить нейтральное выражение, чтобы скрыть свой страх.       Они изучали лица друг друга целую минуту.       — Что ты имел в виду? — спросил Лань Чжань.       — То, что я сказал, — ответил он слишком тихо, чтобы это прозвучало непринуждённо.       К сожалению, Лань Чжаню этой информации было недостаточно.       — Почему ты не хочешь, чтобы у меня был парень?       — Я уже сказал это.       — Я никогда не перестану заботиться о тебе, — искренне поклялся Лань Чжань. — Я всегда буду приглядывать за тобой, всегда буду дорожить твоим присутствием и всегда скорбеть об его отсутствии. Нет ни одного человека, который мог бы заменить Вэй... Вэй Ин? — его голос наполнился беспокойством.       Вэй Ин был потерян. Что это за переживание, написанное на лице Лань Чжаня? Его глаза стали чуть шире, брови нахмурились. Вэй Ин редко видел его таким. Затем он почувствовал, как что-то похожее на каплю упало на его нижнюю губу. Солёное.       Ох. Он заплакал.       — Вэй Ин... — повторил Лань Чжань. Теперь это звучало как попытка утешения. Вэй Ин должен был признать, что его имя, так нежно слетевшее с губ человека, которого так сильно любил, напомнило ему нежные объятия.       Лань Чжань осторожно положил ноги Вэй Ина на диван и повернулся к нему, широко раскинув руки.       Вэй Ин никогда не соглашался на что-то так быстро. Из-за того, что он так поспешно вскочил, он почти упал в объятия Лань Чжаня. Тёплые мужские руки обхватили Вэй Ина: одна обвилась вокруг талии, другая легла на лопатку. Вэй Ин обнял его в ответ, — куда сильнее, чем следовало бы, но никто и не жаловался, — и уткнулся носом в изгиб шеи Лань Чжаня.       Запах сандалового дерева начал окружать его. Вэй Ин чувствовал себя дома.       Как он мог быть так слеп к собственным чувствам?       Вэй Ин задрожал от всхлипов, срывавшихся с его губ.       — Что такое, Вэй Ин? Ты можешь рассказать мне, пожалуйста...       — А если ты возненавидишь меня? — проговорил он сквозь слёзы.       Руки Лань Чжаня сжались вокруг него сильнее.       — Невозможно.       И Вэй Ин поверил ему.       — Не-сюн спросил меня кое-что вчера, — начал он шёпотом. — Ты помнишь, что именно?       — Помню, — Лань Чжань говорил с придыханием.       — Ты знаешь, что значил мой ответ?       Он сделал шаг вперёд, и теперь у него не было пути обратно. Единственное, что Вэй Ин мог сделать — закончить то, что уже начал.       — Ты знаешь, Лань Чжань? — повторил он, не получив ответа. Ему хотелось украдкой глянуть на лицо своего друга, но понял, что боится. Вместо этого он прижался к нему ещё сильнее. Его слёзы оставляли мокрые следы на коже и футболке Лань Чжаня.       — У меня есть подозрения, но я не хочу зря надеяться, — тихо ответил Лань Чжань.       — Зря надеяться? — Вэй Ин почувствовал, как внутри него нарастает напряжение, но не такое плохое. — А что, если не зря?       Встревоженный Вэй Ин заметил, что руки, которые крепко держали его, ослабили свою хватку.       — Н-нет... — запротестовал он. Его мягко заткнули.       Лань Чжань потянулся к рукам Вэй Ина, сжимавшим его предплечья, и опустил их, затем он взял Вэй Ина за плечи, отодвинув так, что между ними появилось небольшое расстояние. Так было удобно смотреть друг на друга. Вэй Ин предпочёл бы не знать, как сейчас выглядит его лицо. Несмотря на его 100% неряшливый вид, глаза Лань Чжаня продолжали источать бесконечное тепло и нежность, когда смотрел на него. Любой человек, увидевший Лань Чжаня сейчас, понял бы, что он смотрит на что-то, точнее, кого-то, кто был ему невероятно важен. Драгоценен.       — Я люблю тебя, — слетело с губ Вэй Ина. На лице Лань Чжаня отразилось удивление от внезапного признания. — Я люблю тебя, так люблю. Романтически. Я бы предпочёл быть здесь с тобой, чем с кем-то другим, потому что человека, которым я бы восхищался больше, чем тобой... просто не существует. Если однажды я бы проснулся там, где нет тебя, я бы умер. Мне не нужен никто другой, я не хочу никого другого, только...       Вэй Ин удивлённо ахнул, но этот звук прозвучал приглушённо из-за губ Лань Чжаня. Когда до него наконец-то дошло, что происходит, он схватил Лань Чжаня за щёки и неистово углубил поцелуй.       Их губы сливались в горячем порыве, движимые этим яростным инстинктом. Гостиная наполнилась влажными звуками поцелуев и частыми вздохами Вэй Ина. Прошло какое-то время прежде, чем они оторвались друг от друга.       — Не думай о том, что бы ты делал без меня, — заверил Лань Чжань, пристально глядя ему в глаза. Вэй Ин боялся утонуть в его золотистых глазах. Хотя, на самом деле, он даже хотел этого... — Я здесь, я с тобой. Я люблю тебя, Вэй Ин.       Вэй Ин не знал, что делать с собой после этих слов. Казалось, что счастье прямо до краёв переполняет его, делая его совсем неподвижным и бесполезным. Он мог только смотреть на Лань Чжаня так, словно тот собирается помахать ему на прощание и войти в портал, который телепортирует его куда-то очень далеко.       — И я люблю тебя, — ответил Вэй Ин ошеломлённо.       — Я знаю, — маленькая улыбка расцвела на губах Лань Чжаня и осветила всё его лицо. Он выглядел таким счастливым.       Не в силах больше выносить это расстояние между ними, Вэй Ин приблизился к нему вновь. Теперь их разделяло всего пару сантиметров, и кончики их носов соприкасались. Вэй Ин погладил щёку Лань Чжаня большим пальцем. Его язык мучительно медленно провёл влажную дорожку по губам Лань Чжаня. Делая это, Вэй Ин не отрывал взгляд от глаз Лань Чжаня, которые внимательно следили за каждым его движением.       И, ох, это было то ещё зрелище: когда эти яркие смеющиеся глаза потемнели, словно по команде, а зрачки вдруг расширились.       Неожиданно словно замороженное тело Лань Чжаня ожило, а талия Вэй Ина оказалась в грубой хватке сильных рук. В то же время его зубы вцепились в нижнюю губу Вэй Ина в безжалостном укусе.       Вэй Ин заскулил. Боль пронзила каждую клеточку его тела в какой-то странной манере, но одна его часть была особенно затронута...       — Моё сокровище, — прямо в его губы прошептал Лань Чжань. — Мой милый Вэй Ин.       Вэй Ин был близок к тому, чтобы разрыдаться, услышав эти слова Лань Чжаня и его бархатистый голос. Он чувствовал тепло его сильного тела и ту неимоверную власть, которую Лань Чжань имел над ним. Вэй Ин был опьянён его изысканным запахом. Лань Чжань словно был везде, повсюду, но этого всё равно было недостаточно. Вэй Ин жаждал большего — он хотел его внутри, хотел чувствовать его внутри всеми возможными способами.       Вэй Ин не понял, кто первым из них пошевелился. Их губы вновь сплелись в поцелуе — более медленном, плавном, чем прежде, хотя каждое прикосновение рук было резким и интенсивным, как будто они пытались слиться воедино.       Засосав губу Лань Чжаня, Вэй Ин одновременно оседлал его крепкие бёдра. Стон, вырвавшийся следом из горла его друга, явно выражал одобрение происходящим. То же самое можно было сказать и о его языке, всё ещё робко проникающем в рот Вэй Ина, который тут же раскрыл губы немного шире, приободряя.       Он не смог позвать Лань Чжаня по имени. Получилось только промычать что-то едва разборчивое. Когда язык Лань Чжаня всё-таки вторгся в его рот, практически трахая его губы, для Вэй Ина всё это превратилось в настоящее испытание. Он почувствовал, как закружилась голова лишь от одной грязной мысли об этом. Крепче ухватившись за волосы на затылке Лань Чжаня, он навалился на него ещё больше.       Оба парня ахнули, когда их уже твёрдые, словно камни, члены прижались к друг другу, и общее возбуждение только сильнее возросло от этого открытия.       Вэй Ин тут же повторил это плавное движение. Руки Лань Чжаня скользнули от его талии прямо к бёдрам. Разорвав поцелуй, теперь они сосредоточились на этом приятном трении тел, словно звери во время гона.       — Лань Чжань, Ланьэр-гэгэ, — жалобно заскулил Вэй Ин, пока сам Лань Чжань, крепко держа его, продолжал снова и снова заставлять его тереться о своё бедро. Эти движения были такими агрессивными и быстрыми. — Ах, а-ах... блять, блять, блять... Я бы мог вот так оседлать тебя, а-а-х!       Лань Чжань прижал его промежность к своей с исключительной беспощадностью.       — Я позабочусь о том, чтобы ты сделал это.       Блять.       Словив прилив сил, Вэй Ин толкнул Лань Чжаня в грудь, заставляя того лечь на диван. Его тёмный взгляд не отрывался от Вэй Ина, чьей жизненной миссией прямо сейчас стало заставить их члены соприкасаться с друг другом как можно чаще.       Вэй Ин почувствовал, как длинные проворные пальцы скользнули выше, чтобы забраться под пояс его спортивных штанов, поглаживая его большую задницу так осторожно, пока свирепо не сжали мягкие ягодицы.       — Гэгэ! Так... так больно! Как ты можешь быть таким жестоким со мной... — начал жаловаться Вэй Ин.       На самом деле, он нисколько не возражал, и его точно выдавал тон голоса. Как будто прямо сейчас активировалась его мышечная память, и он состроил жалкую гримасу. На мгновение он вдруг вспомнил все те ситуации, когда он беспокоил Лань Чжаня, строя точно такое же личико. Но происходящее сейчас явно было исключением из обыденности…       — Ты такой беспощадный и... и грубый! Разве ты не знаешь, какой я нежный? П-пожалуйста, не будь так строг со своим Вэй Ином...       Словно видя его насквозь, Лань Чжань ничего не ответил, лишь сильнее схватившись за его задницу, чтобы раздвинуть ягодицы в стороны. Натяжение кожи вокруг ануса Вэй Ина вызвало у него глубокое жжение где-то пониже живота. Он никогда раньше не испытывал подобного удовольствия.       — Я... я... — пробормотал он.       Составить нормальное предложение никак не получалось.       Лань Чжань опустил одну ладонь ближе, касаясь нетронутого входа.       — Ты? — спросил он. В его чёрных глазах мелькнуло что-то дразнящее.       Средний палец Лань Чжаня несколько раз покружил по анусу массирующими движениями, прежде чем немного погрузиться внутрь. Вэй Ин выгнул спину, тут же ловя себя сразу на двух мыслях: толкнуться на палец сильнее или же продолжить дальше тереться о Лань Чжаня.       Сложная дилемма, да.       Он посмотрел вниз; его взгляд сейчас был и затуманен, и предельно ясен одновременно, ведь невозможно было не заметить мокрое пятно, которое появилось на его спортивных штанах. У Ланя Чжаня было такое же. Глаза Вэй Ина никак не могли оторваться от этого места, а сам он никак не мог перестать двигать бёдрами.       Вэй Ин так сильно хотел попробовать его.       В конце концов, он потерял терпение и дёрнулся, освобождаясь из крепкой хватки, и это действие вызвало недовольное ворчание Лань Чжаня. Правда, Вэй Ин не придал этому особое значение, учитывая тот факт, что он упал на колени прямо перед ним.       Глянув на лицо Лань Чжаня, он уткнулся носом в испачканные предэякулятом спортивные штаны и глубоко вдохнул. Грудь Лань Чжаня ходила ходуном, а изо рта вылетел тихий стон, когда Вэй Ин прижался губами к его члену прямо сквозь ткань спортивок, проведя по нему языком.       — Блять, ты такой вкусный. Я мог бы наслаждаться тобой вечно, — пропыхтел Вэй Ин.       Хоть его слова прозвучали весьма приглушённо из-за члена во рту, Лань Чжань, казалось, понял его без проблем.       — Тогда насладись как следует.       Не нужно быть гением, чтобы понять, что он имел в виду.       В движениях Вэй Ина чувствовалась неуверенная спешка, когда он потянулся к краю спортивок Лань Чжаня, стягивая их вниз, и член, выскочивший из плена ткани, словно болванка, едва не ударил его по лицу. Вэй Ин взял его в руку; его пальцы были длинными, но недостаточно, чтобы обхватить всю толщину основания. Этот факт искренне потряс его, как и то, насколько твёрдым и тяжёлым член ощущался в его ладони.       Вэй Ин и подумать не мог, что когда-нибудь обнаружит себя пускающим слюни на чей-то член, но именно этим он сейчас и был занят. Как там правильно называется... опьянённый членом? Да, он себя чувствовал словно пьяным.       Вэй Ин осторожно, почти целомудренно поцеловал головку. Лань Чжань сейчас производил впечатление человека, который едва сдерживался, чтобы не сорваться. Его глаза словно и не моргали, слишком сосредоточенно наблюдая за тем, как Вэй Ин оставляет бесчисленные невинные (ха-ха, не в этом контексте!) поцелуи на его члене. Но окончательно воздух из лёгких выбило, когда Вэй Ин наконец пустил в ход язык, облизывая его член во всей длине, словно какое-то грёбанное эскимо.       После одного особенного движения языком Вэй Ин немного отстранился и с нежностью уставился на покрытый слюной член. Кажется, он словно оценивал свою работу. Ниточка слюны всё ещё соединяла его губы с краснеющей головкой. Но вдруг внезапно в его волосах появилась крепкая рука, которая так грубо схватила длинные пряди Вэй Ина, заставив его едва ли не запищать.       — Прекрати дурачиться, — голос Лань Чжаня стал на тон ниже.       Свободная рука Лань Чжаня отбросила ладонь со своего члена, самостоятельно обхватывая основание, а сам Вэй Ин позволил ткнуть себя ниже, тихо простонав, когда большая головка проникла прямо в его рот.       Срань Господня, он такая шлюха для Лань Чжаня.       К сожалению, Лань Чжань держал их в таком положении некоторое время. Вэй Ин жалобно заскулил.       — Открой рот шире.       Да, господин.       Вместо того, чтобы глубже проникнуть в податливый рот, Лань Чжань сжал его сильнее и несколько раз шлёпнул Вэй Ина по языку своим членом. Тот почувствовал, как краска приливает к его лицу от того, насколько пошло это выглядело, и от тех влажных, липких звуков, которыми сопровождалось происходящее. Вэй Ин не мог представить, как сам выглядит сейчас.       Но Лань Чжань всё-таки сжалился и погрузил член глубже в ожидающий рот, однако засунуть его в горло Вэй Ина он явно не планировал — напряжённый ствол коснулся внутренней стороны его щёки, набирая умеренный темп, выходя из влажных, почти обжигающих губ, снова впечатываясь в мягкую щёку Вэй Ина.       Вытащив член, Лань Чжань заставил Вэй Ина наклонить голову набок и скользнул головкой по его приоткрытым губам, наблюдая за тем, как они покрываются ещё одним слоем вязкой слюны. Лань Чжань не мог мыслить трезво, особенно когда столкнулся взглядом с Вэй Ином. Он выглядел таким довольным, даже немного блаженным, позволяя делать с собой всё, что вздумается.       В этот момент Лань Чжань словно был тем, кто тестирует свою новую игрушку, используя её всеми возможными способами, экспериментирует, анализирует каждую функцию, пытаясь найти наилучший метод использования.       Вэй Ин чувствовал себя использованным. Вэй Ин чувствовал себя игрушкой, созданной для одной единственной цели — доставить Лань Чжаню удовольствие.       Дрожь от сильного возбуждения пронзила всё его тело, но одновременно с этим тяжесть собственных ног стала просто невыносимой. Вэй Ин чувствовал, как из него вытекает предэякулят. Ему так хотелось облегчить свою участь.       Не осознавая полностью, что его тело движется, Вэй Ин изменил своё положение: теперь его бёдра зажали ногу Лань Чжаня, и он, теряя контроль над собственным рассудком, начал тереться об его ногу.       — Блять.       Вырвавшееся ругательство было единственным предупреждением, которое он получил, прежде чем горячий, пульсирующий член ворвался в его рот, ударяя по задней стенке горла.       Вэй Ин кончил.       Трудно оставаться в контакте с реальностью, когда всё твоё существо накрывает волной оргазма. Когда Вэй Ин пришёл в себя, он заметил, что его рот всё ещё был наполнен. Лань Чжань держал его за волосы, водя его головой вверх и вниз, обращаясь с ним не иначе, чем с простым чехлом для своего члена. Весь он никак не мог поместиться во рту Вэй Ина, но Лань Чжань об это как-то и не беспокоился, сосредоточившись на стимуляции самого чувствительного сейчас места.       Вэй Ин провёл языком по основанию члена и обнаружил там выступающую венку. Всё внутри него тут же всколыхнулось от восхищения настолько, что он начал играться с ней кончиком языка, но внезапный дёрг за волосы подсказал ему, что Лань Чжань не застрахован от его любопытных экспериментов.       — Продолжай сосать, когда я вытаскиваю, — сверху раздался задыхающийся приказ.       — Д-да, гэгэ, — хрипло ответил Вэй Ин, на этот раз уже вслух, используя свой временно опустевший рот.       Лань Чжань, хмыкнув, снова насадил его на свой член. Вэй Ин делал так, как ему было велело: жадно посасывал головку, когда член покидал его рот, и расслаблял горло, как он опять входил обратно.       «Хорошая ли из меня насадка для члена?» – подумал Вэй Ин, услышав дрожащий стон Лань Чжаня.       Вэй Ин был очень счастлив, очень горд тем, что это именно он заставил Лань Чжаня чувствовать себя так хорошо. Он сосредоточил всё своё существо на том, чтобы отсасывать ещё более умело, желая сделать Лань Чжаню ещё больше хорошо.       С закрытыми глазами Вэй Ин не видел, как рука Лань Чжаня схватила ту важную часть мужского достоинства, которая не была погружена в рот Вэй Ина, и начала гладить её в усиленном темпе. Лань Чжань гортанно застонал. И тут же прямо в горло Вэй Ину брызнула сперма. Он глотал всё, что Лань Чжань предлагал ему, как маленькая послушная сучка.       Когда член немного опал, Лань Чжань осторожно вытащил его изо рта Вэй Ина. Он наконец открыл глаза, видя такого тяжело дышащего Лань Чжаня, который всё равно выглядел идеально. Ни одна прядка не выбилась из его причёски. Вэй Ину не хотелось думать о том, как он сам выглядит сейчас.       Какая несправедливость!       Лань Чжань провёл большим пальцем по подбородку Вэй Ина, поднеся его к губам, и тот тут же лизнул его.       — Хороший мальчик.       Ох, что это за чувство? Мне это понравилось?.. Я думаю, да.       Убрав руку, Лань Чжань потянулся к Вэй Ину и улёгся прямо на него сверху. В таком положении они оказались так близко к друг другу, чтобы вновь слиться в поцелуе. По иронии судьбы, из всех поцелуев, которые они разделили в тот вечер, этот был самым мягким и невинным. Наполненным любовью. После Лань Чжань чмокнул его в уголок губ. Вэй Ину было сложно не растаять от этого милого жеста.       — Я люблю тебя, — сказал Лань Чжань. Его глаза, недавно темнеющие от похоти, сейчас излучали нежное сияние.       — И я люблю тебя, — ответил Вэй Ин.       И эти слова звучали так правильно.

***

      Их сон... Ну, точнее, сон Вэй Ина не продлился дольше получаса: всё это время Лань Чжань не спал, а гладил его по волосам, обнимая, словно что-то важное и драгоценное. Вэй Ин чувствовал его прикосновения даже во сне.       После совместного душа, во время которого они не могли и не хотели переставать пялиться друг на друга, они вновь оказались на диване. По телевизору показывали какое-то кулинарное шоу, но никто не обращал на него внимания.       — Лань Чжа-ань, — начал Вэй Ин. Его голова покоилась на своём привычном месте, то есть, на плече Лань Чжаня. — Давно я тебе нравлюсь?       В ответ — тишина. Вэй Ин глянул на него и не смог сдержать ухмылку, завидев порозовевшие уши Лань Чжаня.       — М? С каких пор?       — Нам было по пятнадцать.       Вэй Ин уставился на него.       — С нашей первой встречи?       — Мгм.       — Ва-а-у! — Вэй Ин навалился на Лань Чжаня, обвивая руки вокруг его шеи, и крепко обнял. — Ты такой милый, Лань Чжань!!!       Лань Чжань выдохнул от удовольствия и обнял его в ответ. Они просидели так некоторое время.       — А это плохо, что я не помню, когда ты мне начал нравиться? — спросил Вэй Ин. Сейчас в его голове кружился вихрь из кучи вопросов, которые касались прекрасного мужчины рядом. — Ты всегда был важен для меня. Так, как никто другой. Кажется, мои чувства к тебе зародились очень давно, но я был слишком слеп, чтобы заметить их...       Одна из рук, покоившихся на талии Вэй Ина, поднялась выше, чтобы коснуться щеки и погладить.       — Не грусти, — успокаивающе произнёс Лань Чжань. — Теперь мы есть друг у друга.       Светящиеся глаза Вэй Ина улыбнулись ему, заставив сердце биться ещё быстрее.       Лань Чжань так сильно любил его.       — Мы всегда были друг у друга.

***

      Цзян Чэн стоял на переполненной автобусной остановке.       Он очень устал после смены, и единственное, чего хотелось — пойти домой и приземлиться лицом вниз на свою кровать. Цзян Чэн напомнил себе, что завтра уже воскресенье, то есть, никакого универа и никакой работы. Эта мысль немного успокоила.       Нервное ожидание автобуса прервал звук уведомления, пустив по телу небольшую волну волнения. Он не мог не почувствовать небольшую волну волнения. Может, та студентка из программы «По обмену» ответила ему?       Со скоростью молнии Цзян Чэн вытащил телефон из кармана и, сверкая глазами, прочитал сообщение... после чего блеск его глаз померк, сменившись бескрайней тьмой.       Что за х…?!?!?!?       Сообщение пришло не от той милой студентки по обмену, а от его тупого чёртового брата. Текста не было, только фотка.       Фотка, на которой был запечатлён Вэй Усянь, обрезанный по грудь. Стоящий в ванной. Возможно, голый, с ухмылкой. Со странно распухшими губами. За его спиной была голая спина, жутко похожая на спину Лань Ванцзи.       Цзян Чэну захотелось швырнуть свой телефон об бетон.       ВЭЙ УСЯНЬ!!!