Непростая история Аманды Блэк

На следующий день Аманда с Гермионой, Роном и Гарри, после завтрака направились на урок трансфигурации. Аманда больше не сердилась на Гарри, она поняла, что ему тяжело себя сдерживать, когда ему не верят. В углу кабинета с блокнотом сидела Амбридж. — Отлично, — шепнул Рон, когда они заняли свои места. — Тут уж Амбридж свое получит. Профессор МакГонагалл вошла в класс твердым шагом и так, как будто не заметила присутствия Амбридж. — Успокоимся, — сказала она, и все сразу утихли. — Мистер Финниган, будьте добры подойти и сдать домашнюю работу. Мисс Браун, пожалуйста, возьмите этот ящик с мышами... без глупостей, милая, они вас не съедят... и раздайте по одной каждому... — Кхе, кхе... Тем же дурацким покашливанием профессор Амбридж прервала в первый вечер Дамблдора. Профессор МакГонагалл предпочла ее не услышать. Симус передал Аманде ее сочинение. Аманда взяла его, и с увидела, что там стоит «В».Так же как и на зельеварении. — Итак, прошу внимания. Дин Томас, если вы еще раз поступите так с мышью, я оставлю вас после уроков... Большинство из вас добилось исчезновения улиток, и даже те, у кого сохранились заметные остатки раковины, уловили принцип превращения. Сегодня мы будем... — Кхе, кхе... — Да? — Профессор МакГонагалл обернулась; брови ее сошлись в прямую жесткую черту. — Я хотела узнать, профессор, получили ли вы мою записку с датой и часом инспекции вашего... — Очевидно, получила, в противном случае спросила бы вас, что вы делаете на моем уроке, — сказала профессор МакГонагалл и решительно повернулась спиной к профессору Амбридж. Ученики обменялись злорадными взглядами. — Повторяю: сегодня мы будем упражняться в гораздо более трудном исчезновении, мыши. Заклятие исчезновения... — Кхе, кхе... — Интересно, — МакГонагалл с холодной яростью повернулась к профессору Амбридж, — как вы собираетесь ознакомиться с моим методом преподавания, если намерены ежеминутно меня прерывать? Видите ли, я обычно не позволяю разговаривать в классе, когда говорю сама. У профессора Амбридж сделался такой вид, как будто ей залепили пощечину. Она промолчала, но раскрыла блокнот и принялась с остервенением писать. Даже не взглянув в ее сторону, МакГонагалл снова обратилась к классу: - Как думаешь, насколько ее хватит? – шепнула Аманда, Гермионе. - Кого? Амбридж или МакГонагалл? – спросила Гермиона. - МакГонагалл  - сказала Аманда. - Не знаю, у нее достаточно много терпения. - Тоже верно, терпит же она как то Гарри, Фреда, Джорджа. - Вот, вот.  — Как я уже сказала, Заклятие исчезновения тем сложнее, чем сложнее строение животного, которое мы хотим подвергнуть исчезновению. Улитка, беспозвоночное, не представляет трудной задачи. Мышь — млекопитающее, и работать с ней гораздо труднее. Поэтому магическое действие такого рода нельзя осуществить, мечтая об ужине. Итак, заклинание мы знаем, а теперь посмотрим, что у нас получится... – МакГонагалл продолжала урок.  Профессор Амбридж не ходила за профессором МакГонагалл по классу, как за профессором Трелони, — наверное, поняла, что МакГонагалл этого не потерпит. Зато гораздо больше писала, сидя в углу, и, когда МакГонагалл отпустила класс, поднялась с мрачным видом. Ученики потянулись из класса. Тут Аманду кто-то толкнул в бок, она повернулась, это был Рон, он показывал на преподавательский стол, там сидела профессор МакГонагалл, а к ней подходила Амбридж. Аманда, так же толкнула Гермиону, и все четверо нарочно отстали, чтобы послушать. — Как долго вы преподаете в Хогвартсе? — спросила профессор Амбридж. — В декабре будет тридцать девять лет, — отрывисто сказала МакГонагалл, защелкнув сумку. Амбридж записала. — Очень хорошо, — сказала она, — результаты инспекции вы узнаете через десять дней. — Жду с нетерпением, — холодно ответила МакГонагалл и направилась к двери. — Не задерживайтесь, молодые люди, - сказала она, подгоняя сзади Аманду, Гарри, Гермиону и Рона. Аманда думала, что Амбридж она сегодня уже не увидит, но не тут то было. Когда они спустились по лужайке, к лесу, на урок по уходу за магическими существами, их ждала уже не только профессор Граббли-Дерг, но и Амбридж со своим блокнотом. — Не вы обычно ведете эти занятия? — услышалаАманда ее вопрос, когда они подошли к длинному столу, где несколько пленных лукотрусов, похожих на ожившие прутики, скреблись в поисках мокриц. — Совершенно верно, — ответила профессор Граббли-Дерг, сцепив руки за спиной и время от времени поднимаясь на цыпочки. — Я заменяю профессора Хагрида. — Хм-м... — Амбридж понизила голос, но Амандавсе равно ее слышала, — интересно... директор не спешит объяснить мне причину... А вы не могли бы сказать, почему так затянулся отпуск профессора Хагрида? — Боюсь, не смогу, — живо отозвалась Граббли-Дерг. — Знаю об этом не больше вашего. Дамблдор прислал сову: не соглашусь ли я недели две поработать. Я согласилась. Вот и все, что я знаю. Так что... может быть, начнем? — Да, будьте любезны, — сказала профессор Амбридж и сделала запись в блокноте. Здесь она избрала другую тактику — стала ходить между учениками и задавать вопросы о волшебных существах. По большей части отвечали они хорошо. — В целом, — сказала Амбридж, вернувшись к профессору Граббли-Дерг после того, как долго допрашивала Дина Томаса, — как вы — временный член коллектива и, можно думать, объективный наблюдатель, — как вы находите Хогвартс? Ощущаете ли поддержку со стороны руководства? — О да, Дамблдор великолепен, — горячо откликнулась Граббли-Дерг. — Мне очень нравится, как поставлено дело в школе. Очень! Выразив лицом вежливое сомнение, Амбридж поставила закорючку в блокноте и продолжала: — И что вы намерены пройти в этом году с классом, предполагая, конечно, что профессор Хагрид не вернется? — А мы займемся существами, которые чаще всего даются на СОВ. Осталось не так много — они уже изучили единорогов и нюхлеров. Я думаю, мы займемся глиноклоками и жмырами, научимся распознавать шишуг и нарлов. Словом... — Что ж, вы, очевидно, знаток своего дела, — сказала Амбридж, ставя очень заметную галочку в блокноте. Аманде не понравилось, что она с нажимом произнесла «вы», и еще меньше понравился вопрос, адресованный Гойлу: — Я слышала, в классе были травмы. Гойл глупо ухмыльнулся. С ответом выскочил Малфой: — У меня. Меня полоснул гиппогриф. — Гиппогриф? — повторила профессор Амбридж, деловито записывая. - Ты же сам был в этом виноват – сказала Аманда – ты не сделал то, что говорил Хагрид. Рон и Гермиона застонали. Амбридж медленно повернулась к Аманде. - Мисс Блэк, я смотрю, вы тоже хотите остаться сегодня после уроков? Должно быть, урок был усвоен не полностью – своим противным голосом говорила Амбридж. - Нет, профессор, урок как раз был усвоен очень даже хорошо, именно поэтому я сейчас говорю правду – последние слова Аманда выделила – И помимо меня есть еще свидетели. Амбридж посмотрела на всех с презрением - Да, Малфой был сам виноват – сказал Рон – Хагрид нам объяснил, что нельзя подходить не поклонившись. - Да, Аманда права – согласилась Гермиона. И еще некоторые Гриффиндорцы вступились. Амбридж была в ярости, но хорошо это скрывала, Она повернулась к профессору  Граббли-Дерг и сказала: — Ну что ж, большое спасибо, профессор Граббли-Дерг, думаю, мне все ясно. Вам сообщат результаты инспекции в течение десяти дней. — Прекрасно, — сказала Граббли-Дерг, и Амбридж отправилась по лужайке к замку. После уроков Гарри пошел отбывать наказание Амбридж. А Аманда, Рон и Гермиона пошли в гостиную. Там Аманда увидела близнецов, и пошла к ним. - Как ваш день прошел? – спросила Аманда, садясь рядом с Фредом. - Довольно хорошо – Фред подозрительно улыбался. - Так, что вы успели натворить? - Мы? Не чего – говорил Джордж. Аманда смотрела на них прищуренным взглядом. - Честное слово, не чего – спокойно говорил Фред – Это все Маклагген. - Маклагген? – удивилась Аманда. - Да, подошел к нам, хотел купить забастовочные завтраки – начал Фред. - Сказал, что не может уже сидеть на уроках Бинса – продолжил Джордж. - Ну, мы сказали, что они еще недоработаны – продолжил Фред. - Так они же готовы? Разве нет? – спросила Аманда. - Да, но ему об этом знать не обязательно, пусть сидит и мучается на уроках – говорил Джордж. - Ну и ему не понравился наш ответ, и поэтому он пробрался к нам в спальню и стащил одну пачку – говорил Фред, широко улыбаясь. - Так, я не чего не понимаю, он пробрался к вам в комнату и стащил конфеты? Чему вы тогда радуетесь?  - Тому! Что в комнате мы храним только старые конфеты, которые все еще недоделанные. – Говорил Фред. - Ага, и он на радостях что ему не пришлось платить, на уроке съел почти всю пачку – тоже улыбаясь, говорил Джордж. - Видела бы ты его, мы проходили мимо кабинета, когда его оттуда выносили – Говорил Фред  - Знаете, будь это кто-то другой, я бы задумалась о том, что бы разозлиться, но так как это Маклагген, то я даже рада. И все же, он сам стащил конфеты, и вы его предупреждали – говорила Аманда и у нее на лице появилась улыбка. - А у тебя как день прошел? – спросил Фред. - Ну, уж точно не так весело как у вас, я чуть не нарвалась на наказание Амбридж, но к счастью ве обошлось. Аманда и близнецы еще долго разговаривали о всяком, Джордж показывал, с каким лицом был Маклагген, когда его выносили из кабинета, а Аманда удобно устроившись около Фреда, смотрела и смеялась. Ближе к одиннадцати часам уже все разошлись, Аманда, Рон и Гермиона решили остаться и дождаться Гарри. Близнецы тоже хотели остаться, но Аманда сказала им идти спать, и они втроем остались ждать. Они о многом разговаривали, пока ждали Гарри. - Знаете, это надо как то прекратить – возмутилась Гермиона. - И что ты предлагаешь? – спросила Аманда. - Можно ее отравить, вы знаете какой-нибудь быстро действующий яд? – предложил Рон. - Еще ее можно отдать на съедение какой-нибудь твари из запретного леса – предложила Аманда. - Я говорю не избавиться от Амбридж, а что-то делать с тем, что она нас не чему не учит. - Одно другому не мешает – сказала Аманда. - Ами права – Поддержал ее Рон.

***

Гермиона заранее подготовила процеженнуюнастойку маринованных щупальцев растопырника, что бы снять боль с руки Гарри. Когда Гарри зашел он удивился, что ребята его ждут, он был уверен, что в гостиной ни кого нет. — На, — взволнованно сказала Гермиона, подвинув к нему мисочку с желтой жидкостью. — Это процеженная настойка маринованных щупальцев растопырника, должна помочь. Гарри опустил окровавленную руку в миску и ощутил чудесное облегчение — Спасибо, — с чувством сказал Гарри. — Все-таки ты должен пожаловаться на это, — тихо сказал Рон. — Нет, — отрезал Гарри. — МакГонагалл взбесилась бы, если б узнала. — Да, наверное, — согласился Гарри. — И сколько, ты думаешь, времени понадобится Амбридж, чтобы издать еще один декрет: кто пожалуется на генерального инспектора, будет немедленно исключен? Рон открыл, было, рот, чтобы возразить, но не нашелся и немного погодя закрыл. — Страшная женщина, — пискнула Гермиона. — Страшная. Я как раз говорила Рону перед твоим приходом — надо с этим что-то делать. — Я предложил яд, — угрюмо сказал Рон. — Нет... Объяснить, что она никудышный преподаватель, что мы не научимся у нее защите. — Да что мы можем? - Рон зевнул. — Поздно. Она получила место, и ее не уберут. Фадж этого не допустит. - Идея с запретным лесом рассматривается? – ухмыльнулась Аманда, Гермиона одарила ее серьезным взглядом – Ну нет, так нет. — Знаете... — нерешительно начала Гермиона, — я сегодня подумала... — она с опаской взглянула на Гарри, — я подумала, что, может быть, пора нам самим... самим этим заняться. — Чем заняться? — подозрительно спросил Гарри, продолжая купать руку в настойке растопырника. — Самим учиться защите от Темных искусств. — Да брось ты, — заныл Рон. — Не хватало нам работы. Ты понимаешь, что мы с Гарри опять отстали с домашними заданиями, а ведь только вторая неделя идет. — Но это поважнее домашних заданий! — сказала Гермиона. Аманда, Гарри и Рон вытаращились на нее. - Гермиона, это точно ты? – Аманда протянула руку, что бы потрогать ее лоб – Ты как себя чувствуешь? Хорошо? – Гермиона убрала ее руку. — А я-то думал, важнее ничего на свете нет! — сказал Рон. — Глупости. Конечно, есть, — сказала Гермиона, и Гарри увидел с испугом, что лицо ее вспыхнуло такой же страстью, с какой она говорила об освобождении эльфов. — Гарри правильно сказал на первом уроке у Амбридж: мы должны подготовиться к тому, что нас ждет за стенами школы. Мы должны уметь защитить себя. Если мы ничему не научимся за год... — Много ли мы можем сами? — устало возразил Рон. — Ну ладно, пойдем в библиотеку, посмотрим заклятия, попробуем упражняться, и что?.. — Нет, я согласна, мы уже прошли ту стадию, когда можно учиться только по книгам, — сказала Гермиона. — Нам нужен учитель, настоящий, чтобы показал нам, как пользоваться заклинаниями, и поправил, если будем ошибаться. — Если вы о Римусе... — начала Аманде. — Нет, нет, не о нем, — сказала Гермиона. — Он занят в Ордене, да и часто встречаться с ним мы не сможем — только в Хогсмиде по выходным. — Тогда кто же? — нахмурясь, сказал Гарри. Гермиона глубоко вздохнула: — Разве не ясно? Вы, Гарри, Аманда. Наступило молчание. Ночной ветерок шевельнул окна за спиной Рона, пламя в камине качнулось. — Что, мы? – переспросила Аманда. — Вы будете учить нас защите от Темных искусств – они вдвоем уставились на нее. Потом повернулись к Рону, тот сказал: — Это мысль. — Какая мысль? — спросил Гарри. — Чтобы вы нас учили. — Но... –начала Аманда, но Гермиона ее перебила. — Аманда, в этом году вы лучшие по защите от Темных искусств, — сказала Гермиона. - Гермиона, ты всегда получала наивысшую оценку – сказала Аманда. — На самом деле нет, — спокойно возразила Гермиона. — На третьем курсе вы с Гарри показали самый наилучший результат, это были первые настоящие испытания, и первый учитель, который знал предмет. Но я не об уроках говорю! Вспомните, что вы сделали! — Что – хором сказали Гарри и Аманда. — Я не уверен, что хочу таких тупых учителей, — с ехидной улыбкой сказал Рон Гермионе. И, повернувшись к Гарри и Аманде: — Давай подумаем. - Он изобразил задумавшегося тупицу Гойла. — Ну так из последних событий, в прошлом году, ты Гарри победил в Турнире Трех Волшебников. - Не без помощи – перебил его Гарри. - Да, но мы тебе просто подсказывали, сделал все ты сам – сказала Гермиона. - Ну, я в прошлом году турнир не побеждала – сказала Аманда. - Да, но ты очень сильно помогла Гарри, кто его учил заклинаниям? – сказала Гермиона. - Мы, мы все учили Гарри. - Мы с Роном, ни разу не пользовались подобными заклятиями, поэтому можно считать, что мы тоже тогда только учились, а ты все знала и подсказывала. - Ну и напоследок, сколько ты тогда Пожирателей победила? – сказал Рон.  - Да, не каждый четырнадцатилетний волшебник сможет противостоять Пожирателям. - Ну, точнее, не один четырнадцатилетний, не считая вас с Гарри  - Это все бред, это все адреналин. МЫ не понимали что делаем, мы просто делали. - Да, Аманда права, все это звучит очень красиво, но мне просто везло, половину времени я сам не понимал, что делаю, ничего не планировал, действовал вслепую и почти всегда мне помогали. Рон и Гермиона по-прежнему улыбались, и Гарри с Амандой сердились все больше, хотя сами не понимали, почему так сердятся. — Что вы смеетесь, как будто лучше нас знаете? Мы там были или кто? Я знаю, что там было, понятно? И выпутались не потому, что блестяще владею защитой от Темных искусств, а потому... потому, что помощь приходила вовремя или правильно угадывал... все делал наобум, не соображая... КОНЧАЙТЕ РЖАТЬ! Миска с настойкой растопырника упала на пол и разбилась. Гарри только теперь осознал, что стоит, — он даже не заметил, как встал. Друзья уже не улыбались. - Знаете ребята, Гарри прав, Когда находишься в такой ситуации, не один урок такому не научит, в таких моментах, забываешь о том, чему тебя учили в школе. Седрик был хорошим волшебником, но он умер – Аманда говорила спокойно, и довольно тихо, но ребята ее слышали. – Я тоже могла умереть, но мне очень повезло, смертельное заклинание ударило в метре от меня, если бы я в тот момент не успела отбежать, то я была бы мертва. – На глазах Аманда стали накапливаться слезы. – Не какое заклятие мне не помогло тогда, только быстрая реакция. Рон и Гермиона стояли неподвижно. — Вы не знаете, что это такое! – продолжал Гарри - Вы никогда с ним не сталкивались! Думаете, просто запомнил пяток заклинаний и пустил в него, как на уроке? Ты все время знаешь, что между тобой и смертью  ничего, кроме... твоих мозгов, или смелости, или чего там еще, когда не теряешь рассудка, сознавая, что через микросекунду  конец или пытка... Или друзья умирают у тебя на глазах... Ничему такому нас в классах не учили, не объясняли, как с этим быть, а вы тут сидите с таким видом, как будто перед вами умненький мальчик, а Диггори был глуп, все не так сделал... Вы просто не понимаете, это вполне могла быть и Аманда, так же мог быть я, и так и было бы, если бы не нужен был Волан-де-Морту. Рон опешил: — Ничего такого мы не говорили. И Диггори никто не винил, ты все неправильно... — Он беспомощно посмотрел на Гермиону тоже изумленную. — Гарри, Аманда — робко сказала она, — неужели вы не понимаете? Ведь именно поэтому мы и просим вас... Мы хотим знать, каково это — очутиться лицом к лицу с Во... Волан-де-Мортом. — Подумайте об этом, - тихо сказала Гермиона. - Ладно? Гарри и Аманда переглянулись. Они кивнули, хотя и плохо понимали, на что соглашаются. Гермиона поднялась и, стараясь, чтобы это прозвучало как можно естественнее, сказала: — Ну, я пошла, спать, Аманда пойдем? – сказала она и Аманда встала. Рон тоже встал. — Идем? — неуверенно обратился он к Гарри. — Да... Сейчас. Только уберу. Гермиона и Аманда тихо зашли в спальню и легли на свои кровати. - Спокойной ночи, Аманда – сказала Гермиона. - Спокойной ночи, Герми.

***

Две недели Гермиона не заводила разговора о том, чтобы Гарри с Амандой учили их защите от Темных искусств. Рана на руке Аманды уже зажила, но остались белые следы, шрамы которые можно было прочитать. Рон побывал еще на четырех тренировках, и на последних двух на него не кричали, Аманда ходила на все тренировки, ей было интересно наблюдать как растут навыки Рона, ну и конечно Фред звал ее на каждую тренировку. После которых они вдвоем ходили к тому самому дубу около черного озера. Все четверо сумели добиться исчезновения мышей на трансфигурации, Гермиона и Аманда помимо крыс научились убирать котят. Но бурным ветреным вечером в конце сентября, когда они вчетвером сидели в библиотеке, подбирая ингредиенты для зелья у Снейпа, тема эта всплыла снова. — Слушайте, Гарри, Аманда, — вдруг сказала Гермиона, — ты больше не думали о защите от Темных искусств? — Думал, конечно, — сварливо отозвался Гарри. — Как тут не думать, когда нас учит эта карга. - Вот, вот – поддержала Аманда. — Нет, насчет того, о чем мы с Роном вас... Рон бросил на нее тревожный, угрожающий взгляд. Она в ответ нахмурилась. — Ладно, о чем я вас просила, учить нас. Гарри медлил с ответом. Аманда молчала. Онасделала вид, будто вчитывается в страницу «Азиатских противоядий», ей не хотелось делиться своими мыслями. А передумала она за две недели немало. Порой, как и в первую ночь, когда об этом заговорила Гермиона, идея казалась ей безумной. Но иногда начинала думать о заклинаниях, которые помогли ей больше всего при встречах с Пожирателями смерти, или как многие заклинания помогали ей справиться с надоедливыми учениками школы, и ей казалось это не такой плохой идеей. — Да, — сказал Гарри, наконец,— немного думал. - А ты Аманда? – спросила Гермиона. - Тоже. — И что? — Не знаю, — сказал Гарри, оттягивая решительный разговор. Он взглянул на Рона. — Мне эта мысль с самого начала понравилась, — охотно вступил в разговор Рон, убедившись, что Гарри не намерен ругаться. — Вы же слышали: во многом это было везение, правильно? — Да, — мягко сказала Гермиона, — но все равно, нет смысла отрицать, что вы владеете защитой от Темных искусств. В прошлом году вы былиединственными, кто мог полностью противостоятьзаклятию Империус, Гарри мог вызвать Патронуса и вы оба можете сделать то, чего не могут взрослые волшебники. Виктор всегда говорил... Рон обернулся к ней так резко, что чуть не вывихнул шею. Он потер затылок — Да? Что сказал Вики? — Хо-хо, — скучающим тоном отозвалась Гермиона. — Он сказал: Гарри делает то, чего он не умеет. А после окончания турнира, говорил что ему повезло что его соперником не была Аманда, он сказал что против нее у него не было бы шансов, а ты даже не готовилась с этому. И напомню, он был на последнем курсе Дурмстранга. Рон посмотрел на нее с подозрением. — Ты что, до сих пор поддерживаешь с ним связь? — Ну и что из того? — невозмутимо ответила Гермиона, хотя лицо у нее чуть порозовело. — Можно ведь дружить по переписке. — Он не только по переписке хотел дружить. Гермиона раздраженно тряхнула головой и, не обращая внимания на Рона, который продолжал, есть ее взглядом, сказала: — Ну, что? Будете нас учить? — Только тебя и Рона, да? – сказал Гарри. — Ну... — Гермиона как будто опять заробела. — Только вы не беситесь. Я правда думаю, вы должнынаучить всех, кто захочет учиться. Мы же хотим защититься от В... Волан-де-Морта. Будет нечестно, если мы не дадим такой возможности остальным. Аманда задумалась — Хорошо, но сомневаюсь, что кто-нибудь, кроме вас, захочет у нас учиться. Я дочь преступника, а Гарри просто чокнутый, помнишь? – сказала Аманда — Думаю, ты удивишься, когда узнаешь, сколько ребят хотят вас послушать. — Она наклонилась к Гарри и Аманде, и Рон, все еще хмурившийся, тоже придвинулся поближе. — А что, если скажем: все, кто хочет, встретимся в первый октябрьский выходной в Хогсмиде и обсудим это дело? — Почему там, а не в школе? — спросил Рон. — Потому что, — сказала Гермиона, — потому что Амбридж вряд ли обрадуется, если узнает, что мы задумали.