Нимфоманка

Шэнь Юань не уверен, что конкретно написал под последней главой Пути Гордого Бессмертного Демона, но что-то о том, что, очевидно, что у автора жесткий недотрах и он вываливает на них всё это неправдоподобное дерьмо, вместо нормального сюжета. Впервые, за годы, Самолет, Стреляющий в Небо, ответил на его комментарий. «Так приедь и выеби меня», — гласило сообщение, первый и единственный ответ кому-либо в комментариях от автора. А затем в его личных сообщениях появился номер телефона и адрес. Честно говоря, первое, что он ответил после шока, это рассказал о том, насколько небезопасно разглашать что-то подобное незнакомцу. Этот мудак лишь посмеялся над ним коротким: «струсил?» И Шэнь Юань пошел на поводу своей необдуманности, вызывая личного водителя до ближайшего общественного аэропорта, чтобы высказать этому идиоту все в лицо.

***

Самолет, Стреляющий в Небо, выглядел не так, как ожидал Шэнь Юань. Вернее, совсем не так. Он ожидал увидеть грязного, возможно, с лишним весом мужчину, или кого-то, кто выглядит, как последний наркоман с озабоченными глазами, или небритого потного извращенца. Нет ни того, ни другого, ни третьего. Самолет, Стреляющий в Небо — женщина. Невысокая, с большими усталыми глазами, впалыми щеками, и непропорционально большой грудью, как будто она вырвана со страниц любой жены Ло Бинхэ. Ни грамма косметики и татуированные руки, обнаженные из-за поднятых в худи рукавов; спутанные волосы и узкие джинсы, облегающие стройные, почти истощенные, ноги; острая ухмылка, когда он ее находит, и насмешливый смешок, когда он задыхается при их встрече. — Не то, что ты ожидал, сладкий? — спрашивает его женщина, которая, наверное, ближе к возрасту его мамы, и Шэнь Юань жалеет о каждом своем решении в жизни, что привело его сюда. «Так выеби меня», — вспоминает он текстовое сообщение, которое накладывается на отправителя, а в голове проносится куча неудачных папапа сцен, что написаны были этими тонкими руками, которые он видит; Шэнь Юань безудержно краснеет, и не может скрыть этого.

***

Он узнает, что эта женщина чёртова нимфоманка, и, наверное, ему просто не стоило забывать то количество ужасных порно-сцен, которые написала эта женщина, что действительно легко и непринуждённо раздвигает перед ним ноги, когда он ужасающе краснеет. Шэнь Юань никогда не прикасался к женщинам; возможно, потому что он даже едва выходил из дома, а любая физическая активность повышало его давление, отчего он задыхался, но, конечно, Самолет легко меняет их позиции, насаживаясь на его член без достойной подготовки. Эта ненормально большая грудь перед его лицом, и он испуганно зажмуривается, даже если хочет высказаться, что ее кожа должна была обвиснуть трижды под таким весом, так почему этого не происходит?! Откуда такая упругость, черт возьми! Впрочем, вместо этого он испуганно пищит от мягкости, влажности, жара, которые никогда не испытывал, и едва не чертыхается от тугости, обхватывающей его член, слыша слишком много наслаждения в женском голосе. Наверное, он должен забрать часть слов в своих комментариях. Если переживет это, конечно.

***

Шан Цинхуа (и, возможно, ему стоило узнать чужое имя раньше, чем везти незнакомку в отель; и да, он не забыл, что это было именем одного из лордов Цан Цюн! какой она все-таки ленивый автор!), к его большому сожалению, ужасно выносливая и еще пугающе ненасытная женщина. Иногда он думает, что Ло Бинхэ был создан, как ее мужской прототип, и одновременно желание, чтоб ее трахнули тем небесным столпом; он не рискнул спросить. Шэнь Юань всегда кончает первым, а эта ненормальная всегда хочет еще, но всегда оставляет его в покое, когда он один раз потерял сознание от перевозбуждения, и заканчивает всё пальцами, долго и муторно, очень долго, если честно. Ему приходится перевезти ее в свой город и дом, к счастью, у нее поразительно мало вещей, и купить невероятное разнообразие секс-игрушек. Он никогда не был так рад, что работники семьи Шэнь не из болтливых, даже для других членов семьи, если это не угрожает его благополучию. Он, конечно, не сказал, что эта Шан Цинхуа может выпить из него все соки и хотеть еще, но помог ее в целом безобидный вид. Шан Цинхуа не роковая красотка, у нее слишком много неуклюжести и мало грации для этого. Однако, из нее вышла бы мировая порноактриса, — думается Шэнь Юаню, когда ее грудь качается, тем самым нереалистичным образом, как в ее дурацком романе, от ее ёрзания, а вибратор, даже на его взгляд, жестоко стимулирует ее клитор и влагалище. Его собственный член болезненно тверд, а рука держит эту вибрирующую штуку, чтобы та не выскользнула. Мягкие бедра дрожат вокруг него, и он пытается найти тот момент, когда она, наконец, кончит второй раз. Их договоренность проста: игрушки заставляют кончить дважды, или трижды, а лучше четырежды, и только после этого ему лучше всего входить в нее, мягкую, перевозбужденную, не столь тугую, такую скользкую, что можно выскользнуть. Когда она вскрикивает, почти плача, а он убирает эту чертову штуку, чтобы занять потрясающее место, он всё еще кончает слишком быстро в неё из-за этих чертовски гладких и горячих стенок, чтоб обхватывают его. Часть его хочет не только сжать эти излишне большие груди, но и пососать, укусить. Но он слишком хорошо знает себя, он после этого никогда не сможет посмотреть Шан Цинхуа в глаза, сгорая от собственного смущения. Самолет, Стреляющий в Небо, чертовски порочная женщина, когда после этого предлагает ему отсосать его вялый член, облизывая искусанные красные губы.

***

Из плюсов, в его ненавистно-любимый роман возвращается сюжет.