Идеальный баланс

Обвинять легче, чем защищать: легче наносить раны, чем исцелять их.

— Сколько еще ты будешь лезть в мою жизнь? Не надоело, Олег, считать, что знаешь лучше, как мне использовать дар? — Александр шипит, сейчас в нем поистине так много змеиного, что Олег рассмеялся бы и сравнил брата с Гарри Поттером, но почему-то совершенно не до шуток. Чужая ярость слишком сильно бьет под дых, возрождает замолчавшее чувство вины. Но разве когда-то было иначе? Разве когда-то это мерзкое ощущение, вечно утягивающее во тьму, уходило надолго? Нет, Александру всегда удавалось его вернуть, сколько бы сил Олег ни тратил на избавление. — Растратить душу, расколоть ее на кусочки ради призрачного шанса дать незнакомке жизнь — это не использовать дар. Это настоящее самоубийство, и ты знаешь это не хуже меня. Прости, но мой ответ — нет. — Олег чувствует, как к горлу подступает тошнота, а холод пробирает до костей. Боль, отчаяние, ненависть… Чувства смешиваются в клубок, перекручиваются, переплетаются. Олег снова не может понять где он, а где Александр. Чья боль так отчаянно рвет душу. И почему так противно от самого себя. — Ты никогда не был готов прийти мне на помощь. Разве я могу звать тебя братом? Олег отшатывается — если бы не стена за спиной, он точно бы упал. Они ссорились столько раз, но никогда прежде вот так. Сила Александра бесконтрольно вырывается наружу, захлестывает, желая уничтожить. И практически нечем дышать. Олег виноват, ему горько от этой мысли, что еще немного — и он сдастся. Он поможет сделать то, чего жаждет Александр. Чего бы ему это ни стоило… Он ведь всегда сдавался, потому что виноват. — Я… — Хватит! Олег видит, как Александр отшатывается, хватается за стену, сгибается пополам, стараясь сдержаться и не закричать от боли. — Хватит, — Кирилл повторяет уже спокойнее, встает рядом с Олегом, кладет руку на плечо и крепко сжимает, показывая, что не позволит сдаться. Не в этот раз. — Из скольких передряг он тебя вытащил? А сколько сил отдал я, когда тебя чуть не размазали по стенке? Сколько безумных выходок и идей мы прикрыли? Сколько раз ты ставил мертвых выше живых? — Разве в семье не принято помогать? — усмехается Александр, но Олег чувствует, что слова Кирилла бьют точно в цель. — Это работает в обе стороны, — спокойно отвечает Кирилл. — Как будто я никогда не приходил на ваш зов. — Мы никогда не просили о самоубийстве, а ты сейчас просишь. Александр хочет сказать что-то еще, Олег чувствует, как бунтует его сила, но Кирилл выстраивает стену из своей. Впервые Кирилл показывает, что сильнее. — Этот разговор еще не окончен. — Александр в привычной манере хлопает дверью. — Больше никакой вины, — тихо говорит Кирилл, а его сила укутывает Олега черными крыльями. — Никогда, — кивает Олег. Он и сам устал от этого чувства, давно пора отбросить смирение, и сейчас впервые в жизни Олег понимает, что есть тот, кто защитит. Даже от брата.