В незабываемом танце чувств

      Лань Сичэнь смело поставил ставку на то, что и понадобится минимум два года для прохождения сложного извилистого пути к отношениям. И, изначально, так оно и было. Цзян Чэн был столь же осторожен и первое время их взаимоотношения изменились лишь в том, что Сичэнь говорил чуть больше того, о чем думал. Раньше пытался сдерживаться, а сейчас не было смысла. А потом случилась эта странная ситуация. Его тренер случайно откуда-то увидел их номер и позвал выступить на какое-то мероприятие, полностью поддерживая, что о личности Цзян Чэна также никто не узнает. Они сделают ради этого всё. Младший немного колебался. Одно дело выступать для Сичэня, в университете, где всем было на него наплевать, а тут совершенно незнакомые люди, телевидение... Лань Сичэнь с трудом уговорил его и они решили попробовать. Тренер скорректировал их номер до идеала. Он бесконечное множество раз хвалил Цзян Чэна за его трудолюбие и то, как расцвел младший за тот период было сложно не заметить. В день выступления Цзян Чэну дали парик, который вернул ему почти всю старую длину волос. Младший ругался на него, говоря о том, что ничуть не жалеет, что отстриг волосы, а Сичэнь, которому не досталось такой участи, лишь с нежностью смотрел на любимого. Само выступление прошло гладко. Они взорвали локальные социальные сети и даже получили несколько предложений о выступлении и тренировках, от которых отказались. Лань Сичэнь понимал, что Цзян Чэну дискомфортно и давить всем этим он не собирался. Тогда он впервые увидел, что Цзян Чэн будто попытался спрятаться в свой кокон. – Ты не злишься? Лань Сичэнь посмотрел на Цзян Чэна и приподнял брови. – На что я должен злиться? – не понял он. – Из-за моих загонов ты не можешь вернуться в спорт. – проговорил Цзян Чэн, сильнее сжимая руки в кулак. Сичэнь тогда сильно напрягся. Он подошёл ближе, садясь рядом. Взял чужие руки в свои и полностью сконцентрировал чужое внимание на себе. – А-Чэн, мой хороший, мне важно, чтобы ты чувствовал себя комфортно. Ты согласился выступить по просьбе моего тренера, мне для счастья больше и не надо. – проговорил он, касаясь чужого лица. Цзян Чэн слегка нахмурился, собираясь возмутиться, но не успел. – Тем более номера хотят видеть новые. А эта значит, что нужно идти на тренировки. Там тебя одевать в женскую одежду просто... о, нет, я бы в жизни на такое не согласился. – Лань Хуаня передернуло от мысли, что Цзян Чэн согласился на подобную авантюру. Если бы подобное произошло он бы принял всевозможные усилия, чтобы отговорить. Увидев чужую реакцию, Цзян Чэн наконец-то расслабился, понимая, что его мнение ценят и не считают пустым звуком. В этом был очередной порыв счастья, благодаря которому он налетел на Сичэня с объятиями. Дальше пошла тихая равномерная жизнь, в результате которой они медленно становились всё ближе и ближе. Сичэнь был крайне внимательным ко всем мелочам, боясь упустить что-то очень важное. Он быстро перестраивался под чужое настроение. И был единственный случай, когда в конце года он слишком сильно устал, чтобы искать лёгкие пути обхождения конфликта, который возник из-за небольшого загона Цзян Чэна и его... ревности. Лань Сичэнь не хотел повышать голос, но именно тогда стал более грубым и, когда ситуация достигла своего апогея, он решил всё самым наглым путем и заткнул Цзян Чэна поцелуем. До этого, в лучших случаях, они могли гулять за руку или сидеть в обнимку во время просмотра фильма. Сичэнь никогда не пренебрегал своими чувствами, но тогда уже не знал, как объяснить, что он безумно влюблен в Цзян Чэна и ему наплевать на то, сколько придётся ждать. Удивительно... но помогло. Цзян Чэн мгновенно успокоился, растекся в объятиях и то ли прошипел,то ли попытался спокойно прошептать: ладно, я понял, так и быть. Лань Сичэнь был доволен собой как никогда. Всё лето они были довольно близки друг к другу. Цзян Чэн очень часто появлялся в его квартире. Конечно в мечтах Лань Хуань ждал чужого переезда к себе, но не торопил события. Четвёртый курс с самого начала показался адом. Это было испытание для них обоих. Лань Хуань напрочь завалился учёбой, работой, в общем, всем, чем только было можно. Именно в этот год Цзян Чэн начал оставаться на ночь, чтобы контролировать состояние Сичэня. И, о...точно. Этот момент в конце зимы. Тогда началось то, о чем предупридил Цзян Чэн. "Я не смогу прямо сказать, если буду готов к чему-то большему." Сичэнь заметил это сам. Каким-то чудом, отдохнув на зимних каникулах, понял, что Цзян Чэну мало обычных объятий и невинных касаний. Рискнув единожды, перед уходом из квартиры Лань Хуань подошёл к Цзян Чэну, что только что проснулся и склонился к нему, нежно целуя в висок. Реакция Цзян Чэна говорила сама за себя. Лань Хуань как-то... нажал на правильный рычаг, который резко ускорил темп их взаимоотношений. – Да нет же! Лань Сичэнь вздрогнул, смотря на злого Цзян Чэна, который зашёл в пустой студсовет во время пары и посмотрел на экран телефона. Лань Сичэнь увидел, что это разговор со сменщиком на подработке. – Я сказал, что занят! Пить надо меньше! У меня заслуженный выходной,иди к черту! Лань Сичэнь отложил бумаги, улыбнулся, скрыл улыбку за руками и с нежностью и восторгом посмотрел на Цзян Чэна, что подошёл ближе, сел на край стола и протянул бумажный стаканчик. – Ой, всё, иди к черту. Цзян Чэн отключился и сел рядом. – Ты опять без перерыва! Сичэнь, ты на защите хочешь коньки отбросить?! –... – Чего ты лыбу давишь? Я всё вижу! Он вдруг потянулся, чтобы убрать чужие руки, когда его телефон снова позвонил и в этот раз на экране высветилось имя начальника. – Ебанные твари. – он поднял вызов. – Здравствуйте, господин Фау. Нет, у меня выходной. Да, были планы на вечер. На его лице отразился полный спектр  ненависти. Цзян Чэн приложился лбом к поверхности стола. – Хорошо. Раз заплатите... Лань Сичэнь тихо усмехнулся. Цзян Чэн убрал телефон. – И кто из нас на сессии коньки отбросит? Цзян Чэн цокнул. – Я выучил все билеты. Мне ничего не грозит. Ладно, я с последней пары ухожу. Сегодня к тебе приду, родители в командировке, ужин сорвался, один быть не хочу. – он покрыл трехэтажным матом очередной звонок, а Сичэнь в этот раз тихо рассмеялся. – Да иду я! Он внезапно остановился, склонился ниже и быстро чмокнул Лань Сичэня в щеку. – До вечера. – пробурчал он совершенно другой интонацией. Поправил свои волосы и направился на выход. – Тебя вечером ждёт только головная боль от меня, идиота кусок! Лань Сичэнь коснулся щеки. – Ты убьёшь меня раньше, чем защита диплома. – Протянул он и на мгновение посчитал, что вечер явно будет не простым. И он оказался прав. Во-первых, Сичэнь ужасно разозлился, когда смену Цзян Чэна продлили до самого вечера. Он в принципе был против, чтобы младший работал в том ресторане, но уж спорить с ним бесполезно. Во-вторых, в качестве решения проблемы, Сичэнь приехал туда и устроил небольшую взубчку владельцу ресторана, упомянув единожды имя отца, который имел большой вес в рестораном бизнесе. Ну и, в-третьих, почти отчаялся, когда увидел уставшего донельзя Цзян Чэна. Забрал к себе. – Ты заказал что-то из того тайского ресторанчика?– сразу Догадался Цзян Чэн, проходя внутрь. – Мгм, наверное уже все остыло. Я пойду погрею. – Я быстро в душ! Лань Сичэнь улыбнулся и кивнул. Дождался Цзян Чэна и начал слушать чужие рассказы насчёт этого дня. Хуань сам не заметил, как разозлился и сказал на эмоциях: – Было бы лучше, если бы не работал. – Не говори глупостей. Ты тоже работал в этим возрасте. – Два через два с гибким графиком. – уточнил Сичэнь и повернулся. – Я ведь имею прекрасный заработок, у меня достаточно возможностей обеспечить тебя до конца обучения! Цзян Чэн подавился. Он поднял взгляд на своего собеседника, а Лань Хуань тут же понял, что сморозил глупость. – Прости. Я переборщил. – пробурчал тут же он и сел напротив, протягивая травяной чай. – Я не хочу быть кем-то вроде содержанки. – отстранёно ответил Цзян Чэн. – Разве тебе не помогают родители? – спросил Лань Сичэнь, но ответа не ждал, сам знал, что помогают. – Добавилась бы моя помощь. Ты зарабатываешь буквально... стипендию. Цзян Чэн цокнул.  – Хуань... – Прости. Цзян Чэн слабо замученно улыбнулся и продолжил ужинать. Закончил с этим и они ушли в гостиную, чтобы посмотреть что-нибудь. В какой-то момент младший отвлёкся на телефон, Сичэнь совершенно случайно увидел, что Цзян Чэн переписывается с братом и не стал лезть. – Слушай, я тебе не говорил... Лань Хуань поставил фильм на паузу и полностью перевёл внимание на младшего. – Квартиру, которую делали мне, решили оставить Усяню. – Что? – не понял Сичэнь. – Почему? – Они сошлись с Ванцзи и решили жить там. – ответил Цзян Чэн. – Поэтому я пока что снова живу в родительском доме. Лань Сичэнь прикрыл глаза. – Если скажешь, что ты работаешь ради того, чтобы найти квартиру, я защекочу тебя до смерти. Цзян Чэн нервно рассмеялся. – Ну, типо того. – А-Чэ-эн! – протянул Сичэнь. – Котёночек, я тебе для чего? Тебя так смущают мои чувства? Я же никогда не заставляю спать со мной. У меня нормальная двухкомнатная квартира, почему... ты усложняешь себе жизнь? Цзян Чэн отвёл взгляд. – Я как раз хотел это обсудить. Лань Сичэнь дождался, пока Цзян Чэн сядет и внимательно ждал чужого предложения. – Это конечно странно, что я спрашиваю разрешения.. – Да. – Я не договорил! – Всё что хочешь попроси, я дам тебе всё, что душе угодно. Цзян Чэн смутился. – Но.. – Я не буду придавать этому особого значения, пока не увижу твои намерения. – добавил Сичэнь. – ...нет. В этот раз мимо. Лань Сичэнь приподнял брови. Он задумался и невольно вспомнил, что сделал младший днем. Сердце тут же сорвалось со своего места и забилось в унисон. Цзян Чэн сразу заметил понимание в карих глазах и смутился ещё сильнее, не зная, как правильно выразить свои чувства и эмоции. Но он уже сам устал сдерживаться. Он хотел большего, понимал, что Лань Хуаню в такой период времени это вреда не причинит, наоборот, станет проще. То, что Сичэнь разрешил у него жить Цзян Чэн не сомневался. Вся проблема была именно в выражении желанного. Цзян Чэн уже не скрывал от себя, что влюбился. Ему было достаточно пару раз почувствовать недовольство от того, что Сичэнь уходил и не целовал. Этого было предостаточно, чтобы решиться на этот гребанный разговор. Да чтоб их Ванцзи и Усянь сошлись в итоге быстрее, хотя там была тьма тьмущая! Цзян Чэн выдохнул. – Я давно уже кружусь в этом танце чувств. Но я говорил.. Лань Сичэню не нужно было напоминать. Он почти сразу же просиял и забыл абсолютно обо всех проблемах. Цзян Чэн смутился вновь. – Ты задолжал мне желание. – А...? – Забыл? – Нет. С первой тренировки. – нежно улыбнулся Лань Хуань, касаясь чужой руки. – И чего же А-Чэн желает? – Поцелуй меня.  Лань Хуань сжал губы и невольно проговорил: – это лучшее, что я услышал за сегодняшний день. – сказал он, резко без колебаний притягивая Цзян Чэна к себе, завладевая им на ближайшее время. Фильм оказался далеко не в приоритете. Лань Хуань полностью перевёл свое внимание на младшего, что терял остатки рассудка в этот момент. Он отпрянул, прикладывая руку к чужому лицу. – Это прозвучит странно... но в первый раз, когда я тебе поцеловал, мне показалось, что ты не умеешь. Цзян Чэн скептически посмотрел на старшего. – Серьёзно? Показалось? А ничего, что ты в принципе у меня первый? И будешь последним, если сейчас же не перестанешь говорить бред. – Застрелить меня в планах? – рассмеялся Лань Хуань. – Да. Скажу всем, что Шао мой ребёнок и ты оставил нас одних. – издевательски сказал Цзян Чэн, а Лань Сичэнь тут же поддался вперёд и снова заткнул его. Если бы он знал, сколько откроется новых возможностей с появившемся статусом отношений, Цзян Чэн бы признался раньше. Намного раньше. Через месяц он окончательно переехал к Лань Сичэню. Через несколько дней забыл про свою спальню, не увидев смысла в ней. Лань Хуань будто вовсе не имел на него более... далёких планов. Точнее он так думал. До некоторого момента.

***

Лань Сичэнь только вернулся из университета в квартиру и сразу же обнаружил, что Цзян Чэна ещё нет. Вспомнил, что тот хотел забрать что-то из старой квартиры и ушёл готовить ужин. Дверь в прихожей закрылась так резко, что подаренные картины, которые висели там же, были готовы упасть. Лань Сичэнь закрыл глаза, боясь узнать причину происходящего. Он медленно вышел из своего логова и посмотрел на красного от злости Цзян Чэна. – А-Чэн? – Ко мне сейчас подошли соседи той квартиры. Попросили, чтобы я был потише... Лань Сичэнь в недопонимании склонил голову набок. – Что значит "потише"? – Я тоже не понял! И спросил. А они сказали, что ночью, во время исполнения любовных страстей уснуть невозможно! – он сжал руки в кулак и выругался. – Пришлось объяснять, что я там не живу уже полтора месяца! А Усяню такую взубчку устроил... Лань Сичэнь тихо рассмеялся, подходя ближе и, дабы, усмерить чужой пыл, нежно поцеловал. Обхватил лицо своими ладонями. – Не злись ты на него. – Да меня другое бесит! Лань Сичэнь с интересом посмотрел на своего возлюбленного и осторожно убрал руки,понимая, что очередную волну гнева лучше не останавливать. – Они посчитали, что я со своим характером останусь один до конца жизни! Сичэнь, я чуть не убил их на месте! Понимая, что Цзян Чэн обходит ещё что-то Сичэнь молчал. Не дождавшись продолжения, Хуань осторожно взял его за руку и спокойно спросил: – Будешь ужинать? Я почти приготовил. – Буду. – ответил недовольно Цзян Чэн и, гуль его знает, что случилось. Лань Сичэнь ощутил как его уголки губ нервно дернулись. Закончив с приготовлением ужина, Лань Хуань принялся рассказывать о сегодняшнем дне, но через несколько минут заметил, что Цзян Чэн его не слушает. Он тихо рассмеялся и понял, что кому-то нужна другая атмосфера. – Давай фильм посмотрим? Цзян Чэн пришёл в себя. – Я пока что в душ. Выбери, что хочешь. Внутри что-то подсказало, что Цзян Чэн все ещё на что-то решается. Но думать об этом Сичэнь не хотел. Он выбрал фильм, сделал младшему зелёный чай, а сам пошёл умыться. Цзян Чэн пришёл довольно скоро и через спинку дивана оказался рядом. Лань Сичэнь включил фильм. – Это детектив. Но не с сильной смысловой нагрузкой, тебе понравится. Цзян Чэн кивнул. Прошло минут десять, когда младший подсел ближе. Ещё через пять он взял чужую руку к себе. Взял и снова сделал этот жест. Приложил свою ладонь к ладони Сичэня. Что он этим хотел показать, Лань Сичэнь понятия не имел. Молча позволяя делать все, что хочется, Хуань продолжил смотреть. Пальцы рук оказались сплетены. Лань Сичэнь ощутил как быстрее забилось сердце. Сам Цзян Чэн крайне редко проявлял инициативу и каждый такой раз вызывал бурю эмоций. Ещё двадцать минут и Сичэнь окончательно убедился, что Цзян Чэн не смотрит фильм. Он резко поставил на паузу и повернул подбородок любимого к себе. – Кого только что убили? Цзян Чэн вскинул брови. Он посмотрел на экран, пытаясь найти ответ на вопрос, но не смог. Лань Сичэнь рассмеялся. – А-Чэн, если ты чего-то хочешь, просто скажи. – Поцелуй меня. Не ожидав такого поворота событий, Сичэнь тут же выполнил желание возлюбленного. Его руки тут же легли на чужую талию. Сам Цзян Чэн вместо того, чтобы положить руки на плечи, нырнул холодными пальцами под футболку. Хуань тихо зашипел и прошептал в самые губы: – как же ты быстро мёрзнешь... Цзян Чэн закатил глаза, возобновляя поцелуй. Он провел пальцами по позвоночнику и Хуань тихо рвано выдохнул, понимая, что нужно принимать правила этой игры. Изначально Сичэнь не собирался заходить далеко, но увидел один единственный взгляд Цзян Чэна, который был наполнен желанием и его крышу снесло вместе с последним напоминанием о том, что он пообещал себе ждать Цзян Чэна. Впрочем, Цзян Чэн особо и не сопротивлялся. Даже наоборот.

*

– Так вот ты чего такой злой пришёл. – проговорил Лань Хуань, смотря на сонного Цзян Чэна, который по привычке выполнял базовые упражнения для разминки. – Если бы ты понял это раньше, всё и произошло бы раньше. – махнув рукой в его сторону, ответил Цзян Чэн и в зеркале на стене заметил, что смутился. Но, о, духи,то как довольно выглядел Сичэнь после случившегося вызывало незабываемое чувство победы. – Вали в университет. – сказал Цзян Чэн. – Сейчас тебя поцелую и пойду. – У меня два подхода. – Значит опоздаю. Цзян Чэн фыркнул, поднимаясь с места. Он подошёл ближе, поправляя чужой галстук. – Я приду ко второй. Лань Сичэнь неоднозначно хмыкнул и выполнил то, что хотел. После этого выпустил Цзян Чэна и всерьёз направился на выход. Цзян Чэн проводил его взглядом, вышел на балкон, наблюдая за тем, как отъезжает Сичэнь и вернулся за разминку. Слишком сильно болело всё, что можно. Чертов дьявол. — Что-то ты сегодня какой-то тихий. – с насмешкой в голосе сказал Вэй Усянь, проходя мимо брата, который сидел в студсовете, ожидая начала заседания. На подобную авантюру он записался только ради того, чтобы видеть чуть чаще Сичэня и помогать ему. Всё-таки тот сделал не мало для него, поэтому стать частью этого отряда было малой ценой. – Иди к черту. – Рад видеть, что я ошибся. – нервно рассмеялся Вэй Усянь. Внутрь начали заходить студенты. Совсем скоро пришёл замученный Сичэнь, в компании своих лучших друзей. Все тут же затихли. Хуань так увлечено говорил по телефону и с кем-то спорил, что кроме Цзян Чэна ничего не заметил. Подошёл ближе, склонился к нему и поставил стаканчик с кофе. Отнял телефон от уха и быстро сказал: – Это та сезонная коллекция, о которой ты говорил. Я не смог пройти мимо. Цзян Чэн на мгновение улыбнулся. – Спасибо. – ответил искренне он, а Хуань, без задней мысли, что что-то не так, быстро поцеловал его в висок. Кинул папку Минцзюэ и покинул студентов. Повисла мёртвая тишина. Такая, что скорее всего рядом сидящие слышали бешеное сердцебиение Цзян Чэна. Первый тишину разрушил Минцзюэ, который громко рассмеялся. Второй ожил Мэн Яо, а потом Усянь. На него накинулись все, кому было не лень. А потом вернулся Лань Сичэнь. Повисшая на несколько секунд тишина тоже была в крах разбита. – Сичэнь! Почему ты не говорил, что сошёлся с ним! – Как давно вы вместе?! Лань Сичэнь вскинул брови. – А? А... а-а. Святые предки. – он рассмеялся и замотал головой. – Вас это касается. Радуетесь тому, что узнали об этом. – Но.. – У меня есть возможность испортить жизнь всем. Не нервнируйте. – Включив командный тон, сказал Сичэнь. Он взял бумаги и выдохнул. – Узнаю, что терроризируете его с вопросами, – он коротко кивнул на Цзян Чэна, – отправилю на фестиваль, посвящённый благотворительности. Цзян Чэн прикусил губы и накрыл глаза рукой. Он понял, что выбрал правильно человека, понял, что до ужаса счастлив и ничуть не пожелал. Да, это глупо – оказаться раскрытым в такой момент, но Сичэнь явно не тот, кто выпустит ситуацию из-под контроля. После заседания Цзян Чэн не ушёл. Он подошёл и снова сел. – Прости, я слишком... – Всё нормально. – ответил Цзян Чэн и протянул руку. – Я забыл ключи. – Но как давно?! – воскликнул Яо, переводя взгляд то с одного, то с другого. Сичэнь улыбнулся, отвечая на вопросы лучшего друга. Он отдал ключи возлюбленному. – Так они танцевали на мистер вуза вместе. – сказал Минцзюэ с такой лёгкостью, будто это было люто очевидно. – Чего?! Цзян Чэн мельком улыбнулся. – Но та.. о, духи. – он нервно рассмеялся и наконец-то опустился на свой стул. – Поверить только! Ладно, хорошо, я смирюсь с этим, но я не ожидал! Лань Сичэнь пожал плечами. – Если лирическая часть закончилась, я вернусь к документам. Слухи о случившемся разошлись довольно быстро. Но под влиянием уставшего и раздражённого Сичэня быстро утихли. Были вопросы, были теории, но от них уже было не избавиться. А им стало в разы проще. Сичэнь перестал скрывать, что влюблен и главное: в кого влюблен. А стоило наконец-то защитить свой диплом и забыть про университет, как про страшный сон, Сичэнь вовсе стал сиять. Наблюдая за этим, Цзян Чэн понимал, насколько сильно любит его. В любом состоянии, собственно как и Сичэнь его. Сколько бы не пришлось пройти вместе, а чувства только крепчают. Если это не судьба, то Цзян Чэн не знает, что значит это слово. А Лань Хуань об этом даже не думал. Он просто любил и знал, что будет любить до последнего вздоха. До последнего шага в их грациозных невероятных, непредсказуемых движениях в столь прекрасном танце чувств.