С запахом пыли

Из глаз брызжут слёзы, когда Виктор делает первый толчок. В голове на мгновение остаётся пустота, мир сужается до этого момента, и Джейс подаётся бёдрами вперёд, чтобы облегчить стимуляцию, но Виктор давит своей механической рукой ему на плечо, склоняет голову в сторону, и его чëртова ухмылка чувствуется даже сквозь маску. — Нет, нет, нет, ты должен принять его полностью, — механический голос всё так же ощущается кошачьим мурчанием, только теперь стальные нотки придают свой шарм атмосфере между ними. Джейс закатывает глаза, хватается за сияющее кольцо за головой Виктора и тихо скулит, сжимая до боли челюсти. — Виктор, прошу, — неизвестно, чего он там просит, но Виктор в ответ на его просьбу только сильнее давит на плечо, вынуждая член погружаться глубже. Сантиметр за сантиметром, срывая с губ Джейса ужасный, может, даже и не сексуальный стон, который вызывает в новом теле волны удовольствия. — Я внимательно тебя слушаю. Джейс поднимает на него заплаканные глаза, осторожно смотрит вниз и сильнее сжимает пальцы в кулаки, пытаясь удержать равновесие. Он весь дрожит, извивается в чужих руках, и ему то ли слишком холодно из-за температуры тела Виктора, то ли слишком жарко. По виску скатывается капелька пота, и её бегло вытирают тыльной стороной ладони. Джейс тут же ластится к руке, целует холодные пальцы Виктора, пытаясь достучаться до него. Но тот лишь болезненно сжимает его лицо, чтобы тут же расслабить хватку и толкнуться двумя пальцами ему в рот. Они давят на корень языка, вызывая неприятные ощущения, но всё это стирается, когда Виктор начинает двигаться вновь. Их тела с шумом соприкасаются, внизу становится слишком липко и мокро, пока Джейс вынужден лишь заглушено хрипеть и держаться руками за нимб позади Виктора. Острые красочные линии переливаются под пальцами, загораются различными оттенками, вынуждая жмуриться. — Ещё, — с криком срывается с губ Джейса, когда Виктор входит особо глубоко и вытаскивает пальцы. Он давит на низ живота, вынуждая Джейса замереть на месте. — Нет, умоляю, только не тут. — Спокойней, щеночек, — смеётся Виктор и рассматривает выпирающий бугорок внизу живота. Он хватает Джейса механической рукой за волосы, наклоняет против воли ниже и заставляет смотреть. Тот соприкасается головой с его грудью, тихо поскуливает, пытаясь поймать связь с реальностью. Слишком хорошо, его всего мнут, щипают, гладят, где-то слегка щекочут, вызывая волну мурашек, потому что Виктор бьётся током. Лёгкие импульсы, что собираются на его кончиках пальцев, вынуждают Джейса уходить от прикосновений, осторожно подниматься с члена, чтобы в следующее мгновение его вновь насадили по самые яйца обратно. Пространство вокруг плывёт, перед глазами стоит пелена из слёз, Джейс громко стонет и в конце концов сдаётся, начиная двигать бёдрами самостоятельно. Упирается коленями в твёрдый пол, обхватывает светящееся кольцо крепче и утыкается лбом в ключицу Виктора. Тот внимательно наблюдает за ним, сжимает до синяков бёдра, и по коже бегут мурашки. Джейс поднимает на него осторожно взгляд, и с этого ракурса он действительно похож на щенка, которого хочется погладить по голове и почесать за ушком. — Виктор, ты так прекрасен, — он резко обхватывает лицо Виктора одной ладонью, ощущая лишь грубые задубевшие мышцы, что отзываются на его прикосновение гудением и свечением. От нового Виктора пахнет пылью, чем-то кислым, похожим на запах металла, но совсем немного отличающимся. Аромат оседает в лёгких стеклянной крошкой, царапает органы, вынуждая кривиться от боли. Пальцы сжимают талию Джейса, продолжая пускать электрические разряды. Всё сильнее, и сильнее, и ещё сильнее, пока Джейса не выгибает дугой от распространяющегося удовольствия по телу. Он чувствует, как член Виктора входит глубже, трётся головкой о простату, вызывая лишь громкие стоны в широком помещении. Звуки отражаются от потолка и стен, возвращаются обратно к ним и проникают под кожу, овладевая каждой клеточкой тела. — Сильнее, прошу… — Вошел во вкус? — Тихий смех и ещё один разряд срывают с губ сладкий стон, Джейс запрокидывает голову, кажется, царапает руки о нимб и закатывает глаза. Бёдра с шумом соприкасаются с Виктором, тот вдруг начинает дышать тяжелее, и в сияющих янтарём глазах видно проблески чего-то необычного. — Да, да, да, — тараторит Джейс и тянется рукой к члену. — Нельзя. Его хватает за запястье механическая клешня, неприятно сжимает, но какой-то невозможной боли не доставляет. Джейс мотает головой, плавится под этим тихим приказом и старается успевать подмахивать бёдрами. Но Виктор двигается быстро, грубо, тело Джейса буквально превращается в один комок нервов, который очень опасно трогать. Но Виктор всё равно делает это. Сжимает талию руками, царапает шарики плеч, с громким хлюпаньем выходит из растянутого ануса, чтобы толкнуться следом до самого конца. Он хрипло выдыхает, всматриваясь в заплаканное лицо Джейса. — Пожалуйста, Виктор, я очень хочу кончить, — тот ластится к его груди, сексуально выгибается в спине, лишь бы дать члену толкнуться глубже и вытащить из него ещё несколько громких стонов. Механическая рука щёлкает и опускается ниже, касается члена совсем слабо, чтобы не навредить. Но слабый электрический импульс вынуждает Джейса податься навстречу, прикрыть от удовольствия глаза, ведь хоть какая-то стимуляция уже приятней, чем ничего. Металлический механизм слабо дёргается, потираясь о член Джейса, пока тот продолжает двигать бёдрами и держаться за нимб. — Так глубоко… ещё, пожалуйста, ещё, — позорно кончить так быстро не хочется, но Джейс и не уверен в том, сколько времени прошло. Голова начинает болеть от того, как много приходится думать. — Какой же ты громкий, — с помехами произносит Виктор, вынуждая Джейса просто отпустить себя. Отдаться в руки Виктору, который сразу же принимается трахать его резче и грубее, повиснуть на этом чертовом нимбе, который начинает сиять сильнее. Джейсу остаётся только стонать и скулить от стимуляции, которая повсюду, везде, она под кожей, на коже, в нём и вокруг. Пространство слегка искрит и мерцает, но, может, это уже просто галлюцинации, которые Джейс испытывает на фоне всего этого. Он насаживается сам до конца, выгибается в спине и кончает от довольно сильного разряда током. Виктор тут же отдергивает механическую руку, сжимая широкие бёдра. Джейс дрожит, мечется по груди Виктора и трётся густой бородой о что-то, лишь отдалённо похожее на окаменевшие мышцы. С глаз скатывается несколько слезинок, которые Виктор тут же вытирает ладонью. Его без особого труда поднимают за бёдра, не ожидавший этого Джейс лишь громко охает и жмурится, ощущая излишнюю липкость между бёдер. Виктор бегло осматривает его, хмыкает каким-то своим мыслям и опускает рядом на пол, потому что вряд ли Джейс сейчас может сообразить, как двигаться. Ему бы дыхание сначала в порядок привести, а уже потом подумать об опорно-двигательной системе.