Ночь в Колумбии

       Робин всегда напоминала Эндрю кролика. Еще в ту секунду, как он увидел ее анкету на столе Ваймака, понял, что не отпустит ее. Робин Кросс. Би рассказывала ему историю про эту девушку. Про ту, которую украли в пять, удерживали шесть лет. Девушку, чудом сбежавшую, обменявшую свою жизнь на жизнь другого ребенка. Он не пройдет мимо. Она станет Лисом.        Ночью, когда Кевин и Нил бегают на стадионе, а Ваймак сладко спит в своей квартире, Эндрю пробирается в кабинет тренера, отбрасывает анкеты абсолютно всех кандидатов на вратаря, оставляя лишь Робин. Дотягивала ли она до команды первого дивизиона? Нет. Даже близко. Но Эндрю было плевать. Он добьется того, чтобы Ваймак взял девушку. Он сделает все ради этого.

***

— Эндрю, какого черта ты лазил в моих документах? — наверное, звонок в шесть утра — равносильная плата за такое вторжение. — Вы возьмете ее, Тренер. Робин нужна нам, — голос тверд, четок. И это тот самый редкий случай, когда Эндрю вмешивается, на самом деле собирается помогать команде, а не просто отсиживаться в стороне. — Ты будешь ее учить. Ты сделаешь из нее достойную замену себе, Эндрю. Это мое условие, — на самом деле Ваймак принял бы ее и без этого, но ему все же нужно понимание, насколько Миньярд понимает всю ответственность. — Я обещаю, Тренер. Она станет лучшей. У вас есть мое слово, — и трубку вешают. Да. Этого тренеру хватит с лихвой, чтобы не задумываясь отмести всех остальных кандидатов и остановиться на ней. — Дрю, что это было? — раздается тихий голос с верхней полки. — Кошмар? — сонный кролик свешивается и смотрит на него. — Нет, все хорошо, спи, Нил, — тот щурится, но не видит никаких признаков панической атаки или кошмара, так что залезает обратно к себе и засыпает. А Эндрю еще многое предстоит сделать. Как минимум, придумать поездку в Колумбию.

***

       Робин Кросс, как и Нил, появилась раньше. Правда, если кролику просто негде было жить, Робин требовалось привыкнуть к атмосфере, к месту, перестать бояться ходить. Эндрю сделал исключение для девушки, раз не она, а он выбрал ее. Он был рядом. Миньярд знал, что ни Нил, ни Кевин не нуждаются в его постоянно присутствии, поэтому Эндрю маячил на периферии. Конечно, Нил неизменно следовал за ним, но это было не так важно.        Нил не понимал. Он видел, что для Эндрю Робин важна, он спрашивал, но не получал ответов. Правда, как и для Ваймак, для Нила это был показатель. Если его Эндрю делал поблажки, помогал девушке, хоть и незаметно, до того, как проверил, — а он не сомневался, что проверка еще будет — значит, это что-то серьезное и важное.        И когда он возвращался со своей вечерней пробежке, заметил силуэт в капюшоне, старающийся сбежать. Он подбежал, понимая, кто это. Робин. Робин, которая нужна Эндрю почему-то. — Эй, Роб! — он догоняет девушку, явно пугая этим, однако выбора у него нет. Либо остановит, либо упустит, и второй вариант недопустим. — Нил? — она заикается. — Хочешь сбежать? — прямой вопрос, удар по больному, но в то же время самый простой способ добиться нужного. — Что? Нет! Нет! Я не сбегаю, — ее глаза заметались, а Нил лишь качает головой. — Спрятала лицо под капюшоном, согнулась, с собой забрала свою единственную сумку, но оставила клюшку. Либо надеялась, что тебя остановят, либо настолько хочешь уйти, что лучше потом купишь новую, чем попадешься. Однако денег не так много, поэтому, вероятнее, первый вариант, так что не сопротивляйся, давай вернемся в башню, — Нил не был строг, он говорил лишь то, о чем мечтал сам, когда лелея мысль о побеге. Ему не нужны были ложные надежды, ему была нужна правда. — Эм... нет! Все не так! — Робин, я лжец, ты наверняка видела сотни репортажей обо мне. Думаешь, я не распознаю в тебе себя? Пойдем обратно, спать удобнее на своей кровати, чем на земле, — он протягивает ей руку, дожидается, когда она берет ее, а после плавно ведет обратно в кампус. Конечно, Робин делала остановки, зависала, но Нил послушно дожидался, когда она оттает.        Когда он привел ее в комнату Монстров, когда усадил на диван, включил фильм, сел рядом и провел так всю ночь, когда он увидел больше, когда увидел еле заметные реакции. Только тогда он понял, что Эндрю в ней нашел. Нил не знал всей истории, но знал, что она похожа на них. Она похожа и на Эндрю, и на него. И теперь сам Джостен загорелся идеей помочь ей.

***

       Робин не умела давать сдачи. Да и почему должна была? Пять лет с родителями, которые сдувают с ребенка пылинки. Шесть лет со Стивеном, который не выпускал никуда, обижал лишь сам, но от него не надо было защищаться, с ним нужно было научиться существовать. И Робин умела. Еще семь лет дома, не выходя почти наружу, учась с няней, занимаясь онлайн из комнаты и не встречаясь с людьми. У нее было две манеры поведения: бежать и терпеть. И второе она умела куда лучше.        Эндрю бесился. Он понимал, почему на тренировках с командой она молчала, понимал, почему ничего не делала, однако это доводило его до горячки. Не должна Робин быть так пассивна. У нее есть зубки. Он знает это. Осталось лишь убедиться, что они прорежутся.        И Эндрю тащит ее на крышу, а завтра, завтра он увезет ее в Колумбию, больше ждать нельзя. Она должна пройти. Он должен убедиться. Она должна быть с ними. — Эндрю? Почему мы на крыше? — А почему ты ни черта не защищаешь себя, когда они нападают? — он смотрит острым взглядом. — Эндрю? Ты меня пугаешь, — он покачал. — Ударь меня, Робин. Ударь меня. — Что? Нет! — она отходит на несколько шагов назад, приближаясь к краю. — Ударь, или я столкну тебя, — он подходит ближе и хватается за кофту девушки, пока просто удерживая. — Ударь. — Нет! Эндрю, отпусти! — когда он покачнулся, когда он почти наклонил ее над высотой, она закричала и слабо стукнула парня. Этого было достаточно, чтобы он притянул ее к себе, чтобы он дал ей осесть, чтобы он положил руку на затылок, помогая заземлиться. — Запомни страх и забудь. Никто не посмеет тебя тронуть, если ты будешь драться. Хватит прятаться и убегать. Начни давать сдачу. У тебя есть это. Ты не маленький запуганный кролик. Нет. Ты львица. Ты умеешь отвечать. Я видел, как из тебя рвутся проклятия, ответы, ненависть, но ты сдерживаешь. Переставай, иначе так и останешься неудачницей.        И когда он убедился, что больше Робин ничего не угрожает, когда убедился, что паническая атака прошла мимо, он ушел, оставив девушку наедине с ее мыслями, оставил ее думать и ждать. Размышлять. Здесь он уже помочь не может.

***

       Эндрю как всегда подходит к Роланду с Нилом и новичком, однако в этот раз мотает головой. — Нет, Роланд. Не смей, — и его взгляд однозначен. Если он позволит себе испортить напиток одного из них, Эндрю не станет сдерживать себя. — Да успокойся, блондинчик, все будет хорошо. Нет так нет, — этот урок с Миньярдом он выучил. Ну, честно говоря, у него не было выбора, если он не хотел превратиться в шашлык. — Что здесь происходит? — Робин щурится на них. — Ты избежала участи быть накаченной без своего желания, — поясняет Нил, фыркая. — Но если сама захочешь, ребята поделятся. — Я не собираюсь употреблять! — Нил качает головой. — Я тоже. Все хорошо, успокойся, Эндрю же сказал, что нет. Значит, нет. Никто не посмеет пойти против его воли, — и для Нила все на самом деле было как дважды два. Слово Эндрю — закон.

***

— Зачем вообще накачивать кого-то? — интересуется она, когда они остаются втроем за столом. — Развязывает язык, — Эндрю пожимает плечами. — Но я избежала, — медлит она. — Ну, Ваймак очень меня попросил. И, учитывая твое прошлое, я не стал, — и Эндрю не признается, что просто слишком много себя видит в ней. Не признается, что прикипел к девушке. — Почему ты хотел сбросить меня? — Нил смотрит вопросительно на Эндрю, который недовольно выдыхает и поднимает руки. — Мы были далеко от края. Я лишь сделал вид, чтобы ты решилась ударить. Тебе на самом деле нужно научиться драться, а не прятаться в скорлупе. Ты не можешь всю жизнь избегать людей, не прокатит. — Что вообще происходит? — он отставляет бокал. — Хватит вопросов. Тут их задаю я. Тебя похитили, когда тебе было пять. Ты жила с ним шесть лет. Что он делал?        И вот здесь Эндрю нащупал то, что заставило Робин кричать. Она не отвечала. Она огрызалась, билась. Она не выдавала правду. И тогда он убедился, что не ошибся. Робин не сломали. Она прошла через это и осталась собой, просто похоронила это так глубоко, что сама забыла, какой была раньше. Но он поможет. Вытащит это.

***

      И после этого никто не смел и пальцем тронуть Робин. Эндрю тут же вырастал за спиной, ухмылялся и отгонял всех. А по вечерам он обязательно утаскивал Робин на поле. Казалось бы, сбылась мечта Кевина, но нет.        Правда, конечно, играть в экси Эндрю тоже учил Робин, но он помогал ей обращаться с ножами Рене. Когда Би доказала Миньярду, что он справится сам, что ему не нужны ножи, чтобы защитить себя, он купил себе новые повязки, а эти передал Кросс. Он отдал их, чтобы у девушки была возможность защитить себя. И теперь учил обращаться.        Он обещал Ваймаку, что Робин станет его заменой, и к концу ее первого курса Робин уже нагнала Рене, так что дело оставалось за малым.        Эндрю вложился в нее. Так как больше комнат не было в общежитии, Эндрю и Нил спали вместе, а Робин заняла оставшуюся кровать. Он разделил повязки. Научил драться. Научил играть. Научил защищаться. И к пятому курсу Эндрю на поле находилось две язвы. Два друга, которые вели команду к победе. Капитан Нил Джостен. Вице-капитан Робин Кросс. Неразлучная парочка. Неразлучная троица, если добавлять Эндрю, который мягко и плавно, что на него вообще не похоже, — если бы не Нил, это было бы резко и больно — научил Робин не бояться ходить одной. Научил девушку передвигаться в одиночку и не оглядываться, в страхе обнаружить маньяка. Робин стала той, кем была. Она стала сильнее благодаря Эндрю. И, главное, собой. Она была собой.

***

— Би, я спасу ее, — обещает он пчелке в тот день, когда видит на столе Ваймака папку. Обещает, когда принимает решения помочь ей. Обещает, зная, что скоро она приедет к ним.

И сдерживает это обещание.