Дружба с привилегиями

Эва выпивает очередную рюмку с крепким алкоголем, после чего тут же жалеет, поморщившись. Раньше она никогда не позволяла себе что-то крепче шампанского, но сегодня решила, видимо, оторваться по полной программе. Только вот не учла тот факт, что горькая, обжигающая жидкость окажется такой неприятной, но зато жутко пьянящей. Девушка почти сразу же почувствовала, как начинает кругом идти голова. Более опытный в кутежах человек, наверное, среагировал бы по-другому, но у Эвтиды сегодня было «посвящение». Её можно было понять и простить. — Эй-эй-эй, ма-а-аленькая, не налегай так на виски, тебе дурно станет, — Сет вышел из душа, вытирая мокрые от воды волосы полотенцем. Удивительно, он отошёл на пять минут, а Эва уже успела начать забываться в алкоголе без него. И это после стольких лет дружбы? Уму непостижимо! Парень усмехнулся, глядя на недовольную гримасу, состроенную девушкой. Крепкий алкоголь был явно не для неё, но сегодня Эвтида не слушала никого, главная цель этого вечера — опустошить чужой бар и отпустить все тяготы жизни. Как лучший друг Сет обязан был её в этом поддержать, тем более в такое непростое время. — Я конечно понимаю, что ты рассталась со своим мудаком, но он не повод хлестать виски без подготовки. К элитному алкоголю нужно привыкать постепенно, шезмочка. Эва улыбнулась, сдерживая порыв съязвить в ответ на такое смелое заявление. Сет, конечно, был более опытным в выборе хорошего алкоголя, ей самой было далеко до такого мастерства. Девушка была слишком правильной, а друг был полной её противоположностью. Даже странно стало, что когда-то они так крепко сдружились в детстве. Но сколько Эвтида себя помнила, парень всегда был рядом, когда это было нужно, даже прозвища ей замысловатые придумывал, основываясь на мифологии древнего Египта, так рьяно увлекался его историей. Кем только она не была, но «шезмочка» закрепилось как-то особенно прочно. Даже звучит уже слишком по-родному. — Рэймсс никогда тебе не нравился… — И как оказалось не зря! Эва покосилась на сумки с вещами, стоявшие при входе в квартиру парня. Все эти баулы были прямым доказательством правоты друга, только вот признавать это было тяжело. Все долгие семь лет отношений девушка привыкла оправдывать Рэймсса перед друзьями и родными, хотя сейчас понимала, что все это время он ужасно с ней обходился. Сет не без причины так недолюбливал её бывшего парня, только все никак не мог бедной влюбленной девочке глаза открыть на происходящее. Сейчас Эвтида чётко понимала, сколько времени потеряла, потакая всем прихотям этого ползучего гада. И сегодня ей хотелось бесконечно долго себя жалеть, обвиняя бывшего во всех мирских грехах. Сет, кажется, идеально подходил для того, чтобы поддержать в таком вопросе. На самом деле Эва была в отчаянии, хоть и скрывала это очень тщательно, прикрываясь своим любимым сарказмом. Сет знал её, как свои пять пальцев, поэтому подобные вещи вряд ли с ним прокатят. Да и не хотелось перед ним строить из себя сильную, в данный момент Эвтида таковой не являлась. На самом деле девушка не знала, куда бы пошла, если бы не было Сета. Рэймсс выставил её с вещами за дверь, не дав даже квартиру найти, в которую та сможет переехать. А ведь это она застала «любимого» в постели с другой, это она должна злиться. Семь лет отношений, и он набрался наглости закончить их вот таким скотским образом. Эва сейчас даже пожалела, что не позволила другу врезать Реймссу по ухмыляющейся роже, когда тот приезжал, чтобы помочь забрать все её вещи. За издевки, которые летели из грязного рта бывшего возлюбленного, Сет наверняка шею бы ему сломал, не останови его тогда Эва. — Ну вот, моя маленькая шезмочка снова загрустила, — Сет опустился на пол, усаживаясь рядом с девушкой, слегка коснувшись её плеча своим. Контраст от соприкосновения с его обнаженным телом создавал неловкость ситуации, но Эва попыталась взять себя в руки. В конце концов Сет её лучший друг, она сотню раз видела его без верха и ничего, не отправилась к богам после этого. Полотенце так и осталось висеть на широких, мощных плечах, парню оно, казалось, вообще никак не мешало, уж для поглощение алкоголя точно. Выпив за Эвтидой, парень осторожно обнял её за плечи, прижимая легонько к груди, будто успокаивал. Нужды в этом не было, ведь девушка не заливала его квартиру слезами, но от заботы на сердце сделалось тепло и хорошо. Словно Эва вернулась домой. — Хочешь я вернусь и пару раз пройдусь кулаком по его самодовольной роже? — Нет, не хочу, — Эва слегка улыбнулась, сейчас она чувствовала себя полностью защищенной. Даже если Рэймсс найдёт в себе наглости и смелости явиться сюда за ней, Сет точно не позволит этому уроду снова обидеть её. Девушка и сама больше этого не позволит. — Лучше сиди здесь и обнимай, слушая рассказы о том, какой мой бывший конченный мудак. — Конечно, шезмочка, буду слушать и подливать, — не выпуская расслабленную и пригревшуюся на его груди девушку из рук, Сет налил себе и ей горячительного напитка. Эва непроизвольно поморщилась, предвкушая неприятный вкус спиртного, и это не ускользнуло от цепкого взгляда парня. Он слегка рассмеялся, слишком умилительным было выражение лица Эвтиды, просто не смог сдержаться. Любовался бы ею днями и ночами напролёт, будь такая возможность. — Вторая будет не такой противной, даю слово. Эва выбралась из тёплых, пьянящих объятий только на мгновение, чтобы вместе с парнем выпить подготовленный им алкоголь. После этого девушка, набравшись наглости, вновь прижалась к нему, ища защиты и понимания, поддержки и сострадания. Сет позволял ей делать всё, что пожелает, пусть даже захочет прогуляться по потолку, он найдёт, как выполнить и этот её каприз. Только бы сердце и душа её перестали горевать из-за боли, причиненной самым паскудным образом тем, кому доверяла больше всего на свете. Только вот Реймсс не заслуживал этого доверия, как и саму Эвтиду, разумеется. — Не понимаю, почему ты терпела этого ублюдка так долго, — Сет облокотился о подножие дивана спиной, а Эва приняла более удобное для себя положение: легла на пол, а голову положила парню на колени. Теперь она могла видеть его глаза и выражение лица, когда начинался какой-либо диалог. Разомлев от алкоголя, девушка поймала себя вдруг на мысли, что считает своего лучшего друга чертовски сексуальным. Повезёт же той, что сможет украсть его сердце когда-то. — Неужели был так хорош в постели? Другой весомой причины, кроме хорошего, отменного секса я не приму всерьёз. Признавайся, сколько сногсшибательных оргазмов ты испытывала за ночь? — Признаюсь, мне двадцать пять гребаных лет, и я не знаю, что такое этот ваш оргазм, — Эва даже не успела понять, как захмелела настолько, что без стеснения могла поддерживать с мужчиной такие откровенные темы для разговора. Наверное, градус слишком прочно засел в организме, что стирал всякие мыслимые и немыслимые границы дозволенного. Да и они с Реймссом больше не были близки, чтобы скрывать, каким плохим любовником он был. Эвтида знала, что может поделиться с Сетом и этой составляющей своей жизни, раз уж решила сегодня себя жалеть. — Я ничего не чувствую, когда занимаюсь сексом. В наш первый раз он не слишком…хммм…позаботился о моем самочувствии, после этого все и началось. Обидно, что так не только с Реймссом, с другими тоже… — Ты хочешь сказать, что ни разу не… — Ни разу Сет, честно говоря, совсем растерялся, услышав такие грустные подробности личной жизни от лучшей подруги. В голове не укладывалось, как можно было не подумать об удовольствии такой шикарной девушки. Эва была так красива, так притягательна и сексуальна, да Сет сам готов был носить её на руках. Он не простил бы себе эгоизма в её сторону, не позволил бы обделить такую великолепную особу удовольствием от удовлетворения потребности в хорошем сексе. Будь Сет на месте Реймсса, Эва никогда бы не столкнулась с проблемой невнимательного отношения к себе во всех смыслах. Но парень, к сожалению, не был на его месте. — Не смотри на меня так, тогда я думала, что секс не так важен, когда ты человека любишь, оказалась не права, а потом уже поздно было, — Эва говорила об этом так легко и непринуждённо, будто уже смирилась с тем, что ей не суждено испытать те крышесносные чувства, о которых так восторженно рассказывали подруги. Она уже давным-давно перестала завидовать им. — Сет…у меня с этим совсем ничего не получается…даже самой… — Хочешь, чтобы я помог тебе, моя Меренсет? — парень нежно провел большим пальцем по пухлым, манящие губам девушки, доставляя себе удовольствие наблюдать за тем, как зарделись её щеки. Эва почувствовала, как скопившееся напряжение завязалось в тугой ком внизу живота. Оно всегда так начинается, сначала волна возбуждения накрывает с головой, а потом, стоит телу почувствовать приближающуюся разрядку, все в мгновение улетучивалось. Не было смысла скрывать, что Сет будоражит её мысли. Они оба это знали, но никогда не пересекали ту самую черту, проведенную Эвтидой с момента вступления в отношения. — Вижу, что хочешь, не пытайся скрыть за хмурым и недовольным взглядом. — А сможешь? — Девушка приподнялась, лукаво прищурившись взглянула на друга детства. Эва говорила это с издевкой, подшучивала, даже не думала, что парень воспримет её слова всерьёз. Только вот Сет, который до этого, может, и говорил подобные вещи, чтобы отвлечь подругу от грустных мыслей, сейчас вдруг поймал азарт и воспринял такую смелую фразу как вызов. Не было ничего, что он не смог бы, в удовольствии парень знал толк как никто другой. Сет был из тех людей, кто наслаждался, наблюдая, как женщина получает своё именно в его руках, от его ласк и стараний. Незаменимое чувство превосходства над другими мужчинами охватывало с ног до головы. Он был всегда и при любых обстоятельствах уверен в себе, Эве стоило бы поучиться у него этому. — Смогу, — Сет за руку потянул девушку на себя, усаживая на колени. Он наблюдал, как лицо Эвы постепенно наливается румянцем от смущения, и получал от этого неописуемое удовольствие. Все так же лукаво ухмылялся, глядя прямо в глаза, а она и не знала, куда спрятаться от пронзительного, жадного взора. — И мне для этого понадобятся лишь губы, чтобы целовать тебя… — в подтверждение своим словам парень ласково и осторожно коснулся губами скулы девушки, оставляя смазанный поцелуй. — И руки, чтобы дарить ласку твоему восхитительно у телу… — Сет опустил руку на бедро девушки, слегка сжав, от чего Эва почувствовала странную, но приятную дрожь в теле. — А что-то кроме рук и губ задействовать умеешь? — А это уж только если сама попросишь, шезмочка…а ты попросишь… То ли опьяненная алкоголем, то ли сладкими речами Сета, Эва прильнула ближе, упокоив свои руки на его груди. Парень не двигался, не пытался что-то делать, даже не касался её. Ждал, каковы же будут действия шезмочки? Испугается ли? Отступит? Или же сделает шаг навстречу тому, чего они оба так сильно хотят? Сет видел, как Эвтида сражается внутри себя с разумом, пытаясь принять правильное решение. Но в какой-то момент шлёт здравый смысл к черту, прильнув к губам парня так робко и неуверенно, будто прощупывая почву…пробуя его на вкус… Эва несмело провела ладонями по груди, разгоряченной от происходящее ситуации. Девушка буквально чувствовала, как Сет пылает изнутри, но сдерживает свои порывы, чтобы ненароком не напугать её резкостью. Благородный поступок. Может, поэтому женщины вьются вокруг него? Сет внимательный, заботливый, понимающий, всегда знает, чего хочет дама его сердца, заведомо готов к любым непредвиденные ситуациям. Он поистине та самая каменная стена, за которой не пропадаешь. Эве вдруг стало себя невыносимо жалко: семь лет терпела унижение, плохое отношение, когда могла просто встретить такого же мужчину и быть счастливой. Как, однако, чувства ослепляют. — Ну же, Эва, смелее… — Сет положил свои руки поверх её и начал водить ими по шее, торсу, спускаясь непозволительно низко, туда, где девушка чувствовала неконтролируемое возбуждение. Когда ладонь Эвы легла на член, поглаживая сквозь жесткую ткань домашних шорт, парень издал тихий, удовлетворенный стон. Он уже был до жути возбужден, хотя девушка приложила минимум усилий к этому. Достаточно было просто смотреть на него таким томным взглядом…просто находиться рядом, чтобы вызвать это сладкое чувство. — Сегодня ты можешь делать всё, что пожелает твоя развратная душенька, моя ма-а-аленькая. — Только сегодня? — Играешь с огнём…. — Сет ухмыльнулся, ему нравилось, что Эва уже допускает мысль о том, что сегодняшний вечер может иметь продолжение и после. Нравилось, как вожделенно девушка смотрит, ожидая дальнейшего решительного шага, потому что сама была слишком стеснительна для этого. Нравилось, как Эвтида дрожит, томится от того, как сильно ей хочется переступить черту и быть с ним прямо здесь и сейчас. Сет тоже желал этого больше всего в данный момент. И своё планировал получить в кратчайшие сроки. — Развернись, моя покорная, смелая девочка… Эва уже практически ничего не соображала, томимая желанием, только лишь действовала по указке соблазнительно голоса своего мучителя. Она доверилась ему целиком и полностью, отключив разум и поддавшись порывам сердца и чувств. Девушка села на пол между ног Сета, и тот тут же притянул её так близко к себе, что лопатки упёрлись прямо в его грудь. Она впервые была так близка со своим лучшим другом. Правильно ли это? Сегодня точно не время думать о подобных вещах. Даже если Эвтида и пожалеет когда-то о данной себе вольности, то это будет завтра, сегодня она ею сполна насладится. Руки Сета поглаживающими движениями опустились от живота к бёдрами с внутренней стороны. Таким же осторожным и плавным движением парень раздвинул их широко в стороны, открывая себе будоражащий вид и просторы для действий. Инстинктивно Эва попыталась свести ноги вместе, сгорая от стыда и смущения, хотя даже обнажённой не была, все тщательно скрывали от пытливого взора спальные шортики. Только вот Сет не позволил, оставляя все так, как задумал с самого начала. Оставив несколько влажных, распаляющих поцелуев на чувствительной шее девушки, он, склонившись к самому её ушку, сексуально произнес: — Я буду нежен, моя Меренсет… И Эва окончательно сдалась, отдаваясь власти сидящего позади мужчины. Она знала, что тот не причинит ей ни малейшего вреда, даже подумать об этом не посмеет, ведь безгранично любит с самого детства. А ещё Сет слишком уж щедр на ласки, чтобы хоть как-то сделать больно и неприятно девушке, жаждущей его «внимания». Эвтида не знала, как будет чувствовать себя завтра, когда поймёт, что сама лично стёрла границу дружбы между ними. Но сейчас ей бесконечно хорошо в умелых руках Сета, пусть так все и остаётся. Руки парня были буквально везде, лаская напряжённо тело, жаждущей расслабления, удовлетворения и разрядки, получение которой все ещё было под сомнением. Однако Эва старалась не думать о плохом, впитывая в себя как губка самые различные чувства и эмоции от каждого нового действия Сета. Он знал, как сделать хорошо, с ним в любом случае было гораздо приятнее и чувственные, чем с кем-либо другим, особенно с Реймссом, который эгоистично первостепенной задачей ставил собственное удовольствие, совсем позабыв о партнерше. Эва откинула голову на плечо парня, подставляя шею для множества страстных поцелуев, которыми тот одаривал её не останавливаясь. Забравшись под топ, одной рукой Сет ласкал её грудь: поглаживал, сжимал, играл с сосками, обостряя ощущения, а второй — отодвинув ткань спальных шортиков, проник к самому сокровенному месту, не жалея чувственный прикосновений. Они были практически невесомыми, однако задевали все самые нужные точки, Эва буквально задыхалась от переполняющих сердце эмоций. Девушка была готова умолять о большем, но Сет будто бы полностью чувствовал её и давал желаемое до отчаянных просьб. — Ты такая влажная, моя шезмочка, — Сет без всякого стеснения продолжал проводить пальцами по нежным, чувствительным складкам, уделяя должное внимание клитору, от интенсивных ласк которого девушка буквально готова была наизнанку вывернуться, чтобы ощутить хоть малейшую разряду. Парень влиял на неё невообразимым образом, Эва совершенно забыла о том, что есть какая-то определённая проблема в постели, просто целиком и полностью наслаждалась процессом и своим мужчиной. — Такая влажная…готовая принять меня… Сет скользнул пальцами в разгоряченное, готовое для него лоно, стенки которого тут же сдались вокруг, сковывая движение рук. Парень вдруг подумал о том, что, будь в ней сейчас его член вместо пальцев, сошёл бы с ума, не иначе. Свихнулся бы от удовольствия. Подождав, пока Эва расслабится, продолжил делать приятности, используя руки. Девушка была так сильно возбуждена, что пальцы скользили в ней без каких-либо проблем. Наблюдать, как она стонет, прикрыв глазки и откинувшись на него, было очень волнительно. Хотелось сделать так, чтобы Эва кричала его имя, а не просто сексуально постанывала, но вовремя себя останавливал, наказывая внутреннему зверю не спешить. Времени для этого будет ещё предостаточно. — Что скажешь, маленькая? Мне ускориться? — Дааааа! Пожалуйста, сделай это! Желание дамы было законом для любого джентельмена, а Сет своего рода им и являлся. Эва тут же почувствовала, как темп проникновения ускорился, но не так сильно, чтобы она почувствовала боль. Мужчина знал меру своим ласкам. Большим пальцем этой же руки он начал играть с её клитором, не сбавляя скорости, и прямо сейчас девушка готова была взорваться от невероятных ощущений. Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Эва не знала, как Сет так умело управляется с ней, но совершенно точно не хотела, чтобы он останавливался. Только не сейчас. Не когда она так близка к разрядке. — Давай…кончи для меня… Сет впился в шею девушки настойчивый поцелуем, после которого, вероятно, останется очень заметный засос, но пару это явно волновало меньше всего сейчас. Он сжимал её грудь так, будто хотел пробраться под кожу и сойти с ума вместе с ней. Эва готова была к очередному разочарованию, она знала, что вот-вот, стоит ей почувствовать подступление оргазма, как волна удовольствия тут же исчезнет, оставляя девушку ни с чем. Готова была даже имитировать, чтобы старания парня не остались без внимания. Готова была ко всему… …но разочарования не последовало… Эва испытала невероятный, крышесносный оргазм, первый в своей жизни. Она не сдерживалась, не скрывала стонов, в которых непроизвольно тронуло имя лучшего мужчины. Сет. Его имя как мантру повторяла Эвтида все те сладкие секунды, пока содрогалось в удовольствии её уставшее тело. Так хорошо, что с ума сойти можно. Как же много она упустила, позволив пренебречь собственным удовлетворение в постели. Как ошибалась, думая, что не способна почувствовать себя женщиной рядом с достойным мужчиной. Сегодня Эва открыла себя новую. Эва обессиленно обмякла в руках Сета, приходя постепенно в себя. Ей нужно было время, чтобы вновь начать соображать, двигаться, думать. Наслаждение пленило её всю, без остатка, хотелось бы остаться в нем навсегда, будь такая возможность. Сет нежно провел губами по виску девушки, прижимая к себе. Когда Эва подняла на него взгляд, парень демонстративно облизал свои пальцы, которые только что были внутри неё. Это было очень будоражащее зрелище, слишком возбуждающее… и смущающее. — Вкусная…так бы и съел тебя, Меренсет, — Сет в одно движение поменял их положение, и теперь девушка была зажата между полом и разгоряченным мужчиной. Заканчивать на этом он явно не собирался, хотя все то, что парень сделал с ней и для неё сегодня, уже было невероятно. Она открыла для себя так много новых ощущений, было даже как-то жаль, что не смогла почувствовать этого раньше. Возможно, так было суждено: оказаться именно с этим человеком, именно в это период жизни, чтобы стать собой, понять себя, открыть себя. — Сегодня у меня на тебя серьёзные планы, ты в курсе? — Можно вопрос? — Эва поглаживала крепкие плечи Сета, пока тот, задрав вверх топ, целовал её грудь, играл с ней языком, буквально выбивая дух. Девушка почти забыла, что хотела спросить. И не спросила бы, если бы Сет не остановился, поднимаясь поцелуями к губам, возвращая на землю. Только его ласки почему-то так сильно действовали на сознание и тело. Только Сет оказался способен подарить ей сладостное чувство удовлетворённости. — Почему Меренсет? — Как это почему? Меренсет — возлюбенная бога Сета, — парень усмехнулся, стягивая под шумок шортики с девушки, оставив ту полностью открытой для себя. Ему нетерпелось оказаться внутри, почувствовать, как Эва будет сжиматься вокруг него, заставляя улететь в космос от накатившего удовольствия. Сет хотел всю её от головы до кончиков пальцев ног. И, кажется, Эвтида разделяла его желания, никак не противилась ни одному действию со стороны. — Ты моя Меренсет, а я твой господин… — Богом себя возомнил, господин? — После сегодняшнего у тебя остались сомнения? Сомнений не было. Как и в том, что больше всего на свете ей хотелось поцеловать своего мужчину, продолжив таять, плавиться и наслаждаться чувствами в его руках…