Размер имеет значение? Билли покажет!

      Вайзу всё ещё кажется, что в его жизни произошло что-то необъяснимое, когда два месяца назад благодаря Билли он познакомился с его бывшим кланом, с Сынами Калидона, а впоследствии андроид, заметив его любопытные брошенные взгляды в сторону Лайтера, вовсе не стал проявлять ревность, как это бы мог сделать любой другой на его месте. Билли, как оказалось, и сам когда-то имел Лайтера в отношениях куда больших, чем друг обыкновенный, а потому после совместных встреч с Вайзом и проведя глубокие беседы было решено попробовать вести отношения втроём.       Начало очередного шутливого спора, но в этот раз в комнате великого Фаэтона, ведь сестры наконец-то не было дома, и, на всякий случай, всех банбу тоже, включая Эоса...       — Не думаю, что андроид способен удовлетворить человека лучше, чем... Чем другой человек... — задумчиво и в лёгком веселье тянет Лайтер, на последних словах снижая тон голоса до возбуждающей хрипотцы и сбивая дыхание от получаемой стимуляции.       Мозолистая рука Лайтера нежно треплет волосы сидящего у ног Вайза, который, обхватив ладонью крепкий стояк у основания, с причмокиванием посасывает сочащуюся парой капель смазкой головку, издаёт вибрирующие звуки от получаемой ласки, да прислушивается к разговорам. Ощутив ненавязчивое давление на затылок Фаэтон готовится взять Лайтера глубже, но Билли, оказавшись тут как тут и обнаживший свой пластинчатый торс, вмешивается и становится частью их запланированного и первого секса на троих.       — Эй, ну нет! Андроиды куда более гибкие, мы выносливее и интереснее! Правда, Вайз? Ответь, кто из нас полезнее? — возмущается Билли ощутив привычную конкуренцию. Его рука ложится на голову усмехнувшегося Вайза рядом с ладонью Лайтера, и он, в свою очередь, тянет Фаэтона уже к своему члену. Лайтер позволяет, а Вайз без возражений поворачивается к другому. Губы вцепляются, переминают эластичную ткань трусов, пока он медленно ведёт ими снизу вверх по топорщившемуся извилистому члену и перекидывает мутные и предвкушающие взгляды с одного любовника на другого.       Вайз спускает трусы Билли: губы растягиваются вокруг головки, когда он медленно, с нарочито громким хлюпаньем, начинает посасывать. Подумаешь, силиконовый и обтянутый искусственной кожей член Билли не совсем человеческий? Получает-то он весь спектр человеческих эмоций и ощущений, вплоть до возбуждения и оргазма... Вайз вскидывает голову так, чтобы андроид мог видеть его полуприкрытые глаза из-под пепельной чёлки, пока прокси дразняще двигается вверх-вниз губами по искусственному встающему органу, и от этого лицевая панель Билли играет яркими красными вспышками, символизирующими румянец.       — Хочешь проверим? — пальцы Лайтера до приятной дрожи пробегают и щекочут чувствительное место чуть ниже ушка, отчего Вайз прикрывает глаза, не отрываясь от своего занятия.       — Пф, ещё спрашиваешь! Конечно, хочу! Сейчас непревзойдённый Билли Кид покажет, как надо заниматься настоящим сексом! — Билли, помедлив и столкнувшись взглядом с Вайзом и его полуулыбкой, нехотя отрывает его от себя, но напоследок тот успевает пробежать обильно покрытым слюной языком по головке и вырвать из обладателя искусственного члена ещё один короткий вздох полный наслаждения. Билли не нуждался в кислороде, и всё-таки имел модули специально для таких случаев.       — Вайз... — Лайтер вполголоса, что пробирает Вайза до мурашек, зовёт его, и когда прокси поворачивается, то на его глазах оказывается красный шарф. Лайтер затягивает длинный элемент на его затылке, развязно целует в губы, подтягивает вверх и разворачивает так, чтобы Вайз встал на четвереньки и задницей к ним.       Кожа дивана проминается, скрипит под его весом. Они впервые, с тех пор как Лайтер присоединился и стал не просто другом, а частью общих любовных отношений, разрабатывали великого Фаэтона сразу вдвоём. Два смазанных в смазке пальца от двух любовников нежно касаются пульсирующей дырочки. От контраста температуры тело Вайза покрывается мурашками. Они входят поочерёдно, — дают Вайзу, испустившему нетерпеливый вздох, привыкнуть к первым движениям растяжке. Он сам подаётся назад, соблазнительно, хотя и не без привычного смущения, двигает задницей и молчаливо просит о большем.       Их свободные от его дырочки руки ласкают каждое интересное по их мнению место на теле Вайза — Билли больше нравится щипать за соски и слушать последующее тихое поскуливание, а Лайтеру — очерчивать кадык, заставлять Вайза запрокидывать голову, прикусывать за плечи и вести россыпь нежных поцелуев, оставляя засосы на шее так, чтобы все без лишних слов всё понимали когда двое парней оказываются рядом с Вайзом — это их драгоценный милый прокси. Руки перемещаются от тазобедренных косточек, пошлёпывают ягодицы, — иногда даже слишком звонко и слишком сильно, отчего Вайз, давя из себя воздух, резко и часто начинает дышать, — и, приложив пальцы меж лопаток давят, и Вайз, всхлипнув, подчиняется. Он опускается грудью на прохладную кожу дивана, по-шлюшьи прогибается в пояснице, раздвигает ноги ещё сильнее, и даёт к себе полный доступ. С появлением второго любовника он стал как-то более молчалив в постели, отдавая себя наслаждению и временно теряя рассудок, когда мозг уже рисует образы того, как его буду брать поочерёдно, каждый в своём темпе и со своим хозяйством.       — А наш Вайз вообще протянет всю ночь беспрерывного секса? — Лайтер, перебирая пепельные волосы, протискивает во влажно сжимающее их с Билли отверстие второй палец, неторопливо растягивает и с трепетом вслушивается в каждый сорвавшийся с губ лежавшего парня отчаянный полустон-полувсхлип.       Билли с задумчивым хмыканьем тоже добавляет второй палец, держа ягодицы Вайза раздвинутыми.       — Если нет и Вайз уснёт, то я займусь тобой... — голос Билли становится низким, а "глаза" на лицевой панели андроида сужаются, когда он говорит со всей присущей ему серьёзностью в такие моменты. — Вспомню каково это, слышать от тебя срывающиеся на крик "блять, да, Билли! да-да-да! вставь мне уже! вставь плохому мальчику!"       Возня сзади затихает. Вайз хотел было повернуть голову и посмотреть, приспустив краешек шарфа, но его утыкают обратно в изгиб собственного локтя, после чего он слышит шлепок по мягкому сплаву металла, смешки, и, наконец, смутившегося Лайтера:       — Не будь таким самоуверенным... — стараясь держать голос ровным, Лайтер прокашлялся и продолжил: — Но мы сейчас сосредоточены на милом прокси и его симпатичной заднице. И почему ты опять натянул на себя трусы, Билли? Неужели прикупил что-то новое, что необходимо скрывать от нас?       Вайз всё пытался проглотить слюну, в попытках контролировать подступающий к горлу ком и сдавленный стон. Несколько ловких скользких пальцев, когда их не было сразу четыре, поочерёдно задевали чувствительную точку и давили на внутренние стенки растягивая его дальше, и Вайз, всхлипнув, вгрызается в себя, чтобы не кончить раньше времени. Билли говорил много и шумно, а Вайз уже плохо слушал. Кажется, им очень нравится растягивать процесс, а Фаэтону очень сложно сказать в таких приятных обстоятельствах "хватит, иначе..."       — Серьёзно? — ехидно интересуется Лайтер. — Думаешь, размер имеет значение? Где ты такое вычитал, мой дорогой друг Билли?       — Друг? — возмущается Билли зацепившись за это слово. Лайтеру просто нравилось его дразнить, потому что в таком случае Билли переставал валять дурака и становился тем "человеком" с которым хочется ночи напролет заниматься любовью. Так было и в прошлом, и, кажется, ничего не поменялось в настоящем.       Билли демонстративно обхватывает свой длинный ствол, что уже успел вытащить из трусов и откинуть остатки одежды на пол, и косится на Лайтера, не забывая при этом раздвигать пальцами нежные мышцы внутри Вайза. Вайз содрогается, когда тот снова, будто наперегонки с Лайтером, стимулирует всё тело за счёт всего лишь одной, но такой чувствительной внутренней точки.       — Начинайте уже... По-настоящему... — выдавливает из себя Вайз, ощущая, наконец, как пальцы выскальзывают, как те оглаживают края пульсирующей дырки, и как сам он рвано и с шумом хватает тяжёлый воздух.       — По-настоящему? — повторяет Билли вполголоса, чувствуя прилив азарта до электрических импульсов на своих модулях от такого рваного и отчаянного голоса Вайза, что они слышат не очень часто и исключительно в интимное время. — Ладно, разрешаю Лайтеру начать первым.       — О, как великодушно с твоей стороны, — со смешком отзывается тот.       — Ну, ему ведь нужна ещё растяжка под мои размеры, — ехидно подмечает Билли, наблюдая, как Лайтер становится одним коленом на диван, подхватывает Вайза под бёдра, направляет член к призывно пульсирующему отверстию, смазывает себя и сдержанно входит.       Вайз, не удержавшись, наконец срывается на серию частых резких стонов, ощущая как член Лайтера медленно и уверенно заполняет его, до белых искр перед глазами даря наслаждение. Зайдя лишь наполовину он выходит, вызвав разочарованный вздох у Вайза, только ради того, чтобы ворваться уже на всю длину. Головка прижимается к простате при первом же движении, Вайз трётся щекой о внутреннюю сторону локтя, сжимается вокруг члена Лайтера и впервые так быстро и позорно кончает под себя.       — Ну вот, так просто? — насмешливо спрашивает Лайтер, заботливо придерживая Вайза за тазовые косточки. Он не двигается, потому что не хочет доводить Вайза до слишком быстрой болезненной гиперстимуляции, да и Билли наверняка захочет получить своё в эту долгую ночь на троих.       — М-м-м... — простанывает Вайз скрипя кожей дивана, когда он от первых признаков усталости переминается на мебели. — Вы позабыли о моей выносливости... Я не борец на арене и не андроид, а в ваше отсутствие качаю разве что правую руку.       — Вот это честность, милый Вайз, — усмехнувшись, Лайтер нависает над ним, ладонью пробирается под одну заалевшую щёчку и любовно целует в другую. — Может, нам с Билли нужно взяться за тебя не только в постели? Натренируем и растянем твои мышцы...       Вайз фыркает, а впоследствии на высоких нотах простанывает, когда член Лайтера начинает медленно выходить из него, а стеночки плотно смыкаться в попытках вернуться к привычному состоянию. Выйдя полностью, Лайтер помогает Вайзу лечь на спину, тогда как Билли успевает вытереть салфеткой белёсые капли с дивана.       Красный шарф на глазах ощущается лишним согревающим элементом, к тому же он хотел бы видеть их так же в открытую, как они видят его — взъерошенными, возбуждёнными, любимыми... Его нежно целуют губы Лайтера, пока Билли, присевший у дивана, переплетает с ним пальцы, слегка сжимает и даёт прийти в себя. У него нежные любовники, — когда того требует ситуация, — и дикие, когда Вайз будет готов продолжить. Свободная рука скользит по плечу Лайтера, ложится на затылок когда они углубляют поцелуй, и Вайз становится хотя и с ленцой, но инициатором, медленно и чувственно сталкиваясь с ним языком, да прикусывая губы.       Неспешный сладкий поцелуй через некоторое время прерывается, когда Лайтер, причмокнув, размыкает с ним губы. В глазах Лайтера горит привязанность к милому Вайзу, которого он сгребает в охапку и позволяет себе недолгое время побыть чрезмерно нежным и непохожим на себя. А всё из-за этого прокси...       — Эй, хватит там вылизывать друг другу рты, это было мило, но я тоже хочу внимания, — Билли недовольно бурчит рядом с ними, шлёпнув Лайтера по выпяченной из-за позы ягодице и срывая с губ того резкий стон, что приходится в покусанную шею Вайза.       Лайтер посмеивается, отлипая от одного любовника и потрепав по голове другого.       — Может, попробуешь найти себе более человеческое лицо, Билли? Тогда бы узнал какого это, целовать милого Вайза.       — О нет, тогда я потеряю свою индивидуальность! — наигранно или нет, но Билли кажется оскорблённым подобным заявлением.       — Ладно, не ссорьтесь, — встревает между ними Вайз, наощупь ведя пальчиками по руке Билли и прихватывая его за локоть. — Можешь пойти дальше, Билли.       Вайз говорит это настолько мягким голосом, выглядит таким покрасневшим, красивым, возбуждённым и предвкушающим, что Билли, издав какой-то умилительный возглас, сгребает их двоих в охапку.       — До чего же вы двое... Двое... такие!..       — Кажется, тебе стоит поставить модуль на красноречие, — лукаво отвечает Лайтер, кое-как выбираясь из-под его объятий и уступая место Билли, что присаживается между ног Вайза.       Внутри уже мокро, дырка податлива и растянута, так что Билли пробирает сладкий дрожащий выдох, когда он медленно, на пробу, надавливает толстой головкой на припухшее кольцо мышц и те, в свою очередь, плотно смыкаются. Вайз, вздрогнув, сильнее цепляется за его локти, покусывает губы, когда размер, с бугристыми на нём выступлениями, ощущается слишком разительно от Лайтера. Билли всё входит, и входит... Член не был слишком толстым, скорее, наоборот, — он был, наверное, даже меньше, чем у Лайтера, но длину Вайз никак не мог определить, а потому, сбившись в дыхании когда внутри стало слишком уж плотно, поинтересовался:       — С-сколько?..       Билли посмеивается, чувствуя как Вайз всё сильнее стискивает в себе внутренние мышцы вокруг его члена, будто бы пытаясь не то остановить, не то обхватить, чтобы ощутить весь спектр от подобного глубокого проникновения.       — Уверен, что хочешь знать? — Билли придерживает его под колени, надавливая на них и прижимая к груди Вайза. Член продолжает, будто извиваясь, касаться чувствительных тканей, пробираясь, по ощущениям, куда глубже, чем когда он принимал Билли в прошлом. Билли всегда любил удивлять своего милого прокси всякими причудами, ставя всевозможные модули с разнообразными формами и эффектами. Оставалось только догадываться о том, сколько денег он на это сливает в тайне от Николь...       — Н-не обязательно... говорить...       — Правильно, Вайз, — поддакивает Лайтер где-то над ухом, что вплетает пальцы в его взмокшие у корней волос пряди, подушечками массирует кожу над ушками и не даёт забыть о своём существовании. Ох, Вайз бы не забыл, ведь осознание того, что они занимаются этим втроём, разжигает его душу и тело ярким пламенем.       Билли постепенно выходит из него, вновь задевая все чувствительные нервные окончания, что сладкой дрожью отдаются в теле Вайза. Его приоткрытых губ касаются несколько пальчиков Лайтера, и он, посасывая и покусывая их, принимает Билли обратно. Собственный член прижатый бёдрами к животу, пульсирует от хоть и мучительно медленных, но таких красочных в сознании Вайза стимуляций.       — А если... Если быстрее? — на грани шёпота, лизнув языком меж фаланг двух пальчиков, бормочет Вайз.       — Если быстрее, то ты сразу же кончишь, — со знанием своего любовника отвечает ему Билли, вновь переплетая с ним пальцы лежавшие под коленями.       — И где минусы?.. — забвенно и лукаво улыбается Вайз, посасывая и смачивая слюной пальцы Лайтера более обильно.       Билли, хмыкнув и взявшись за него покрепче, в ответ на такое заявление улыбается огоньками лицевой панели и качает головой, — этот прокси такой очаровательный в своих порывах и реакциях, что Билли не способен отказать ему в подобных мелочах. Он чуть изменяет угол, двигаясь быстрее и сильнее, и довольно смотрит, как Вайз под ним часто, охрипло дышит и выгибается.       — Л-ладно, так и поступим...       Хлюпающие, развратные звуки стали разноситься по комнате, когда внутри стало ещё более мокро от обильно выделяемой членом Билли смазки. Секс с андроидом выходил на новый уровень по сравнению с человеческим, но Вайз никогда бы не смог выбрать кого-то одного из них, какую бы конкуренцию те между собой не разыгрывали.       Член приятно скользил, натирал чувствительные стеночки, а когда Билли ещё раз изменил угол — один из бугорков на стволе стал тереться о самую главную внутреннюю точку, елозить вперёд и назад, снова и снова срывая с губ Вайза новые сдавленные полувсхлипы, приближая его оргазм. Лайтер чуть развёл его лежавшие на груди колени, протиснулся меж бёдрами оказавшись сверху и уперев ладонь в спинку дивана, а его губы дотянулись до головки члена, и он, обхватив её, стал смачно сосать и вылизывать. Билли подался назад, давая им больше пространства. Не сбавляя темпа он, наоборот, стал наращивать его, вбиваясь и придерживая Вайза уже под ягодицы. Вайз под ними изнывал от получаемой ласки и фрикций, как внутренних так и внешних, не видя хватался за их руки и ноги, но видя их привязанность. Собственные губы ловят головку Лайтера, что оказывается прижатой к его лицу, в момент, когда тот обильно кончает, размазывая семя при очередном движении Вайза из-за толчков Билли. Это становится последней каплей, и Вайз кончает следом.       Билли, слушая их частое дыхание и наблюдая за развратно раздвинутыми ногами Вайза, меж которых на животе Фаэтона уместилась голова Лайтера с каплями спермы на губах и прихватывает последнего за волосы. Потянув вверх и вырвавшись из Вайза, Билли прижимает головку меж раскрытых губ Лайтера, входит как можно глубже, ощущая спазмы горла, и изливается внутрь.       Лайтер задыхается, сглатывая имитацию семени Билли. Идёт он на это охотно, хотя и приходится зажмуриться, взять себя в руки и не закашлять от того, как та вязкими брызгами оседает на стенках. Билли, закончив, медленно выходит, и Лайтер хватает воздух раскрытым ртом, время от времени слизывая язычком капли с члена Вайза и собственных губ.       — Милый Вайз, ты как? — с улыбкой интересуется он, перебирая конечностями и вставая с него. На лице Вайза довольная уставшая ухмылка, и Лайтер снимает с него шарф, позволяя глазам снова привыкнуть к полутьме комнаты.       — Повторим, когда я просплюсь... Вы же останетесь?..       — Конечно! — восклицает Билли, поглаживая его по плоскому животу, утыкая большой пальчик выше, меж рёбер, и вызывая лёгкую щекотку. — Хотя у меня ещё столько всего... например, я бы мог доставить вам двойное наслаждение... — Билли показывает модифицированный член, что... трансформируется из одного сразу в два?..       — Хочешь вставить и мне, и Лайтеру?.. Одновременно?.. — мягко, чуть смущённым голосом интересуется Вайз, представляя, как они вместе с Лайтером будут лежать в обнимку, пока Билли будет ими заниматься. Но это всё остаётся на потом. Они оказываются на кровати, ухватывая друг друга за конечности и со временем засыпают. Кажется, они совсем забыли про спонтанный спор...