Исцеляя разбитое сердце

      — У Минхо День рождения в эту субботу, — Джисон стучит пальцами по стаканчику с кофе и, по ощущениям Феликса, решает просверлить в нём дыру.       Не выдерживая затянувшейся тишины и испытывающего на себе взгляда, он дописывает предложение до точки и поднимает голову. Выражение «щенячьих глазок» на лице Джисона мгновенно выдаёт его растерянность и чувство вины.       — Что не так? Не можешь подобрать подарок? — пытается угадать Феликс, перелистывая исписанные за сегодня страницы.       Преподаватель по дисциплине «геоморфология» требует большие конспекты к концу семестра, без которых не получить допуск к сессии. Феликс решает заранее избавить себя от лишних проблем и написать заранее, освобождая в будущем время на подготовку к самому экзамену. Остаётся всего десять чистых страниц. Феликс тяжко вздыхает. Это уже вторая тетрадь за семестр.       Джисон отрицательно качает головой.       — Не-е-ет, тут я долго не думал. Решил, что напишу ему песню, — его глаза просияли.       — Успеешь? — хмыкает Феликс, отвлекаясь от мучительных конспектов.       — Влюбленный человек и за ночь песню напишет, — отмахивается он. — Она уже написана.       — Тогда что тебя тревожит?       Джисон опускает взгляд и снова стучит пальцами по бумажному стаканчику. Рисунок довольной кошачьей мордочки около имени на нём не соответствует состоянию его обладателя.       — Феликс… Оно в субботу, — он выделяет последнее слово и закусывает губу.       Феликс закрывает глаза и громко выдыхает. Из-за нагруженного учебного расписания из головы вылетела мысль о предстоящей на выходных встрече.       — Значит, никакого киновечера? Ты опять будешь с Минхо?       — Вообще-то, я бы хотел вас познакомить… — он робко поднимает взгляд. — Я много рассказывал про тебя и ты, вроде как, ему нравишься. Думаю, он будет не против, если ты придёшь тоже. Но я уточню.       Феликс пожимает плечами. Очень любопытно увидеть и пообщаться с избранником лучшего друга. Хочется быть уверенным в том, что он находится рядом с хорошим и достойным его человеком. Да, порой Джисон поддаётся легкомыслию, и его неудержимо влечёт в водоворот самых неожиданных ситуаций, но с ним никогда не бывает скучно. Феликс в их отношениях уравновешивающий элемент — он мыслит рационально и не позволяет им попасть в существенные неприятности.       О Минхо Феликс слышал очень много. Минхо о нём, по всей видимости, тоже. По словам Джисона (а точнее — взбушевавшихся гормонов), его избранник самый красивый, добрый, весёлый и заботливый человек на всей планете. Пятый месяц их общения продолжает проходить без неприятных случаев, ссор и обнаружения «красных флажков», но Феликс не сможет унять беспокойство, пока не поговорит с загадочным ухажёром вживую. Жизненные опыт подсказывает, что только при живом общении можно увидеть настоящую сущность человека и собрать его портрет.       — Я не против, но не думаю, что кто-то будет рад незнакомцу на своём празднике.       — Так вы уже почти знакомы. А знаешь, что? — Джисон отвлекается на телефон, нажимает на экран несколько раз и подносит его к уху.       Феликс со вздохом перелистывает страницу учебника и продолжает писать конспект под едва различимые телефонные гудки среди людского шума.       — Привет, хëн. Нет-нет, у меня всё в порядке. Я насчёт твоего Дня рождения. Ты не против, если Феликс к нам присоединится?       Расслышать слова Минхо не получается. Да и допуск к экзамену по одной из сложнейших дисциплин в семестре волнует несколько больше, чем отказ в приглашении на праздник.       — Хан, успокойся. Отдохнём на следующей неделе, — не переставая писать, Феликс отмахивается свободной рукой.       Он, конечно, ужасно скучает по прежнему времяпрепровождению с Джисоном, и очень хочет провести выходной вместе, но ещё сильнее он хочет видеть Джисона счастливым. Если Ли Минхо удаётся заставлять его чувствовать себя хорошо и рисовать на лице радостную улыбку, то придётся вверять друга в его руки.       Всю жизнь рядом с друзьями не провести. Рано или поздно у каждого друга появится вторая половинка, с которой захочется бок о бок пройти жизненный путь, делить печаль и радость, создать семью. Джисон готов к серьёзным отношениям и, возможно, уже нашёл своего человека. Несмотря на собственное невезение, Феликс не думает, что имеет хоть какое-то право лишать близкого человека его выиграшного лотерейного билета.       — Правда? — удивляется чему-то Джисон и широко улыбается. — Давай. Давно пора. Я уже не могу смотреть на его вечно тоскливую мордашку.       — Про меня сплетничаете, что ли? — усмехается Феликс и шутливо подсаживается ближе, пытаясь подслушать диалог.       Джисон с хитрющими огоньками в глазах отталкивает его от себя.       — Ты скоро? Уже подъезжаешь? Хорошо, я сейчас выйду, только с Феликсом попрощаюсь.       Джисон пару раз ещё чему-то кивает и сбрасывает звонок. Феликс откладывает ручку и отпивает из стаканчика остывший кофе, обращая внимание на друга.       — В общем, Минхо будет рад видеть тебя на своём дне рождении, — начинает Джисон, закидывая в сумку карандаш и тетрадь с лирикой. — Можем встретиться у общежития в районе четырёх, я тебя проведу. У хëна с утра занятия по вокалу.       — Я точно не буду третьим лишним? — скромно интересуется Феликс.       Он не хочет, чтобы его слова были приняты за жалобу или обиду, но оказаться в стороне от всех, да ещё и в чужом доме на чужом празднике — это неловко. Незачем мешать химии влюблённых.       — Нет-нет, — заверяет Джисон. — Я буду рядом с тобой. К тому же, Минхо собирается пригласить других друзей, — он похлопывает Феликса по спине с довольным взглядом.       — Ладно. Тогда с нетерпением жду знакомство с твоим парнем, — прикрывает глаза Феликс.       Джисон отводит взгляд, пока румянец расползается по щекам.       — Он не мой парень. Пока что.       — Ничего, это поправимо.       — Тебе конспект дописать надо, — спешно переводит тему Джисон и тыкает пальцем в тетрадь.       Феликс закатывает глаза, пока друг подскакивает и завязывает шарф.       — Мне пора бежать. Минхо должен вот-вот подъехать. Сегодня ночью он пригласил меня в океанариум, представляешь? Мы просто созвонились перед сном и как-то начали обсуждать морепродукты и потом он вдруг спросил, был ли я в океанариуме. А я не был. И тут он выдаёт «сгоняем завтра после твоих пар?».       — Ты ему нравишься, — с улыбкой подмечает Феликс. — Он пытается произвести на тебя впечатление.       — Серьёзно так думаешь? — Джисон замирает с рюкзаком в руках и смотрит на него с надеждой.       — Ты едешь на свидание, Хан, — кивает Феликс.       — Ты думаешь, это свидание?       — Я уверен в этом.       — Как я выгляжу? — с волнением интересуется Джисон, разглядывая себя в слабом отражении окна, и пытается поправить растрепавшиеся волосы.       Феликс привстаёт со стула и помогает аккуратно пригладить чёлку.       — Неотразимо. Минхо будет от тебя без ума.       Джисон с помощью смартфона проверяет время и поднимает на него жалостливый взгляд.       — Ты тоже заслуживаешь любви, ты это знаешь?       — Хан… — вздыхает Феликс. — Не знаю, что ты там себе надумал, но тебя ждёт парень, в которого ты влюблён.       Джисон дует губы и опускает голову.       — Прости… Иногда я думаю, что не достоин счастья, пока не будешь счастлив ты.       — Я счастлив, — Феликс берёт его запястье. — К чему такие признания?       — Мне кажется, что я делаю что-то не так… И ты скоро возненавидишь меня за то, что я жертвую нашим времяпрепровождением из-за своей дурацкой влюблённости.       — Это не так, Джисон, — поглаживая мягкую кожу дружеской руки, нежным полушёпотом успокаивает Феликс. — Прекращай накручивать себя. Мы же обсуждали это. Я всё понимаю, я ведь и сам таким был.       — В этом и проблема, Феликс. Я боюсь, что напоминаю тебе о твоём прошлом.       Они садятся обратно на стулья. Феликс берёт его ладони в свои и наклоняет голову в попытке поймать взгляд.       — Я понял, о чëм ты, — начинает он, когда их взгляды сталкиваются. — Тебе не нужно об этом беспокоиться. Любовь — это лотерея. Да, я свою пока не выиграл… Но я счастлив, что у моего самого близкого друга появился человек, который делает его счастливым.       Джисон робко улыбается, смотря исподлобья. Феликс сжимает его ладони с тихими просьбами держать себя в руках и не плакать, когда замечает образовавшуюся на глазах пелену слёз.       — Вот поэтому ты заслушиваешь счастья, Ликс.       По грудной клетке расползается тёплое щемящее чувство. Феликс гладит друга по голове, выражая молчаливую благодарность, и хлопает по плечу. Может быть когда-нибудь он захочет повторно сыграть в эту беспощадную лотерею и попробовать в неё выиграть, но этот призрачный шанс на счастье не должен касаться жизни другого человека.       — Ты, вроде, на свидание спешил. Не расстраивай меня. Иди и классно проведи время со своим бойфрендом.       Джисон негромко рассмеялся и встал, закидывая рюкзак на плечо.       — Да мы друзья!       — Четвёртый месяц ходите вокруг да около, — Феликс в неодобрении мотает головой и делает жест «позвони» рукой. — Жду звонок от тебя вечером. Расскажешь, как всё прошло.       Джисон раскидывает руки в стороны и Феликс заключает его в объятия. Он гладит друга по спине и наслаждается образующимся между их тел теплом.       Четыре года назад, при поступлении в университет, Феликс не мог догадаться, что самого близкого друга обретёт именно здесь. Их дружба берёт начало с потоковых лекций, на которых они некоторое время сталкивались и находили язык, затем вместе начиная обедать, помогать друг другу с учебными проектами и домашней работой, переписываться, выбираться на прогулки в город и ходить в гости. Не везёт в любви — повезёт в других вещах, верно? Например, в дружбе.       — И ты не скучай, Ликс. До связи! — Джисон на ходу машет на прощание и выбегает из кофейни, а Феликс садится обратно за стол, делает глоток остывшего кофе и возвращается к написанию конспекта.       На улице тем временем стремительно наступают сумерки сумерки. Тень приближающейся ночи ложится на красочный осенний парк, который уже через час зальётся светом уличных фонарей. Феликс старается не отвлекаться на созерцание природы или уведомления в телефоне и переключается с конспектов для допуска к выполнению домашнего задания на завтра. После его выполнения он с лёгкостью на душе отправится домой ужинать, играть в видеоигры и ложиться спать.       — Привет, — рядом раздаётся знакомый голос, высокая фигура в тёмном пальто останавливается у столика. Феликс поднимает взгляд и замирает, роняя ручку. — Могу я подсесть?       Перед этим он невольно замечает несколько свободных столиков перед собой, но польщённый вниманием симпатичного мужчины, не желает отказывать ему в просьбе.       — Привет, конечно, — он невольно улыбается и освобождает часть стола от своих вещей.       — Спасибо, — с робкой улыбкой выдыхает Хёнджин. — Ты часто сюда приходишь, да?       Оставив стаканчик с напитком и коробочку с десертом на столе, он вешает пальто на ближайшую вешалку.       — Это так заметно? — Феликс вскидывает бровь и задумывается о том, как часто он появляется в этой кофейне.       — Не знаю, я редко тут бываю, — пожимает плечами Хëнджин и садится за стол, на место, где ещё полчаса назад сидел Джисон. — Но второй день подряд вижу тебя здесь. И бариста тебя знают, — он укладывает одну руку на столик, а второй поднимает фирменный стаканчик кофейни и немного отпивает, не сводя с него взгляда.       — Я люблю приходить сюда после пар или когда настроение плохое.       Хёнджин приподнимает уголки губ.       — Много домашки задают или грустишь часто?       Феликс с улыбкой опускает взгляд и вертит ручку меж пальцев.       — Надеюсь, что всё-таки первое. Грех прятать красивую улыбку, — продолжает Хëнджин.       Феликс замирает. Вдоль позвоночника бегут мурашки, кончики пальцев покалывает волнением. Знакомый опускает взгляд и обхватывает стаканчик с кофе двумя ладонями. Едва заметный румянец касается его щёк.       — Спасибо, — выдавливает из себя Феликс.       За столиком впервые за день повисает напряжение. Хëнджин не решается продолжить диалог, а Феликс не находит в себе сил беспристрастно вернуться к учебным задачам в такой ситуации.       — Ты сказал, что редко тут бываешь, — прочищая горло, продолжает Феликс. — Почему? Ну, в смысле, что заставило тебя зайти сюда?       Уголки губ Хёнджина тянутся вверх, а в глазах загораются радостью.       — У меня тут занятия по вокалу рядом. Недавно, вот, записался. День такой суматошный выдался. Вчера до четырёх утра обрабатывал фотографии, забыл, что первую пару поставили и… Проспал её, — хихикает он. — В спешке даже позавтракать не успел. Только сейчас появилось время, наконец-то, поесть.       Взгляд Феликса опускается на его скромный заказ и сердце от этого сочувственно сжимается.       — А ты себя не жалеешь. На твоём месте, я бы зашёл в нормальную кафешку, а не кофейню.       — Я не знаю, какие заведения тут ещё есть, — пожимает плечами Хёнджин.       — В другом конце парка есть небольшая уютная кафешка. Там подают хороший наваристый рамен.       — Покажешь?       Хëнджин облокачивается локтями о столешницу и склоняет голову набок. Уголки губ чуть приподняты, а выразительные карие глаза неторопливо изучают его лицо. Феликс в смущении отводит взгляд, почёсывая затылок.       — С радостью.       В глазах напротив проскакивают счастливые искорки. Хëнджин отвлекается на несколько глотков кофе, а Феликс заглядывает в тетрадь и понимает, что растерял настрой дописывать конспект. Закрыв тетрадь с учебником, он убирает их в сумку.       — Уже закончил? — забеспокоился Хëнджин, поворачиваясь к нему.       Феликс подавляет в себе смешок и мотает головой.       — Нет, дома допишу.        Хëнджин тяжело сглатывает и выпрямляется в спине. С бегающим взглядом он несколько раз открывает рот, но не может произнести ни слова.       Что-то подсказывает Феликсу, что Хёнджин пришёл сюда специально, с надеждой снова встретиться, только тяжело в такое поверить. Как обычный прохожий, даже тот, кто просто пофотографировал его в осеннем парке для учебного проекта, мог им заинтересоваться? Такие истории случаются только в кино и литературе, но не в реальной жизни. Феликс опять выдумывает сюжеты, в которые очень хочет верить.       — Я не собираюсь уходить домой. Я ещё не показал тебе раменную, — отшучивается Феликс и вешает сумку обратно на спинку стула.       Хёнджин расслабляет плечи и прикрывает глаза. Нет, действительно, с чего бы ему переживать, что Феликс уйдёт?       — По правде говоря, я пришёл сюда не только, чтобы поесть, — смущаясь, негромко говорит Хëнджин и протягивает ему коробочку с шоколадным чизкейком. — Это тебе. Я рассчитывал, что найду тебя здесь.       Феликс с полминуты рассматривает предлагаемое угощение, а затем поднимает взгляд на Хёнджина.       — Спасибо… — растерянно благодарит он, принимая чизкейк.       Мысль о том, что он вызывает интерес приятно согревает в районе грудной клетки, но её быстро затмевает другая: возможно, его искали не просто так, а по серьёзному вопросу? Только к чему это, если Феликс поделился с Хёнджином номером телефона?       — Зачем?       Люди редко тянутся к нему так, как он тянется к ним. Чаще всего Феликс берёт инициативу знакомства на себя: выкраивает время для общения и прогулок, оказывает помощь и делает подарки для всех, с кем хочется стать ближе. Только не всегда этот интерес находит взаимность. Это несколько обижает, хотя Феликс понимает, что в своих ожиданиях виноват только он сам.       — Тот номер, что ты дал мне вчера… Кажется, в нём ошибка. Я отправил тебе фото, но мне ответили, что я ошибся номером. Я хочу разобраться в ситуации и передать тебе фотографии, — Хëнджин протягивает ему телефон с перепиской контакта под именем «Солнечный парень», позволяя ознакомиться и убедиться в правдивости истории.       — Я правда не получал никаких новых сообщений ни вчера, ни сегодня, — подтверждает Феликс.       Он ждал. Вчера весь вечер он ждал сообщения от незнакомого номера и боролся с желанием побыстрее увидеть получившиеся фотографии, пару из которых выложил бы в Инстраграм. Успел придумать, как расскажет Джисону историю их появления и поразмышлять над реакцией. Мысли о вчерашней фотосессии были настолько навязчивы, что он никак не мог сосредоточиться ни на видеоиграх, ни на учёбе. Посчитав, что Хëнджин просто занят и не успел разобраться с фотографиями, Феликс лёг спать с надеждой увидеть сообщение на следующий день. На утро сообщений от неизвестного номера обнаружено не было. Он продолжал проверять телефон на наличие сообщений даже на занятиях и только посиделки с Джисоном в кофейне, наконец-то, смогли наконец-то отвлечь. Хотя Феликс уже начал расстраиваться и верить в то, что никаких фотографий так и не увидит.       — Прости. Ты можешь сверить номер?       — Тебе не за что извиняться, — мотает головой Феликс и, следуя кивку Хëнджина, берёт его телефон для сверки цифр.       Хочется ударить себя по лбу.       — Да, это я дурак, цифрой ошибся. Прости, сейчас исправлю, — смеётся он, ощущая как закололо щёки от накатившей неловкости.       — О, правда? Какое счастье, что я тебя нашёл, — подхватывает смущающее веселье Хëнджин. — Прямо сейчас сброшу тебе фотографии.       Исправляя свою ошибку, Феликс краем глаза замечает рассматривающий его восхищённый взгляд и закусывает губу, пытаясь сдержать улыбку.       — Я же могу выложить их в Инстаграм? — интересуется он, возвращая телефон владельцу.       Если Хëнджин откажет, то он точно не расстроится — сам факт наличия этих прекрасных фото от не менее прекрасного фотографа (или просто прекрасного парня?) будет его радовать. И Джисону он в любом случае их покажет.       — Только если отметишь мой аккаунт, — он игриво подмигивает, вызывая у Феликса тихое хихиканье.       — Не забудь мне его скинуть.       — Прямо сейчас это сделаю, — кивает Хëнджин, нажимая на экран смартфона.       Через пару минут телефон Феликса издаёт звук приходящего уведомления, которые открываются им в одно нажатие.       — Я сбросил ссылку на облачное хранилище. Можешь скачать их оттуда в отличном качестве. Фотографии уже обработаны.       Феликс открывает ссылку и неторопливо пролистывает снимки. Фотографии яркие и контрастные, под стать жёлто-оранжевой расцветке полуголым деревьям и палой листве. Его образ безупречно вписывается в пейзаж, а искренняя улыбка и сияющие глаза делают снимок ещё более тёплым. Все получившиеся снимки обработаны. Среди них находятся «случайные» кадры, где Феликс уже не позирует и ведёт себя естественно: отвлекается на телефон, смотрит в сторону или что-то говорит. Даже они выходят красивыми и полными жизни. Теперь понятно, что Хëнджин подразумевал под живостью внезапных снимков.       — Это чудесно, Хëнджин. Я… Я так тронут. Ты правда обработал все фотографии? Я ведь даже тебе не заплатил, — часто моргая щиплющими от накатывающих слёз глазами, Феликс поднимает взгляд.       — Возможно, я совсем чуть-чуть ненормальный, но все фотографии с тобой получились безупречными. Ты собираешься плакать?       Феликс вытирает влагу с глаз и мотает головой.       — Нет, — он сдержанно смеётся и откладывает телефон, принимая решение досмотреть фотографии дома. — Я не могу принять это бесплатно. Пожалуйста, позволь мне как-нибудь отблагодарить тебя.       — Не нужно, Феликс, — Хëнджин едва уловимо касается его кончиков пальцев своими. — Эти фотографии нужны были мне. Ты и так мне очень сильно помог. Помнишь, что я сказал тебе вчера?       — Но ты потратил на это много свободного времени. Труд должен вознаграждаться.       — Перестань, Феликс. Мне в любом случае пришлось бы редактировать фото. Поделиться с тобой результатом — меньшее, что я мог сделать. Но если ты так уверен в обратном, — Хёнджин закатывает глаза, — тогда составь мне компанию за ужином в раменной.       Феликс замирает, удивлённый предложением Хëнджина. Он не обязан соглашаться, но почему-то предложение разделить ужин в любимой раменной с симпатичным парнем очень привлекательно. Когда ещё его позовут в кафе настолько привлекательные люди? Может быть, Хëнджин им в самом деле заинтересован? Будет ли человек, которому просто нужны фотографии для учебного проекта, так стараться над обработкой фотографий для первой попавшейся на улице модели, а затем разыскивать, чтобы взять её верные контакты и заодно звать на совместный ужин? Слишком много лишних усилий для выполнения изначально поставленной цели.       — Я согласен, — кивает Феликс раньше, чем успевает обдумать предложение.       — Ладно. Тогда допивай кофе и пошли. Я умираю с голоду.       На лице Хëнджина вновь появляется лёгкая улыбка. Приободренный предстоящей прогулкой и ужином в приятной компании, Феликс съедает подаренный шоколадный чизкейк под остатки карамельного латте. В это время завязывается диалог сначала о предпочтениях в кофе, затем о городских кофейнях и заканчивается на обсуждении рецепта приготовления брауни.       — Ты очень много знаешь о выпечке. Где ты столько всего узнал?       — С детства увлекаюсь готовкой, — облизывает отдающие карамелью губы Феликс, завязывая пояс на пальто. — Меня успокаивает сам процесс приготовления еды. А если ещё и близким нравится моя стряпня, тогда я становлюсь самым счастливым человеком на планете.       — Завидую, — ухмыляется Хёнджин. — Им повезло с тобой.       Феликс вскидывает брови и переводит взгляд на Хëнджина. Тот бросает загадочный взгляд и направляется к выходу из кофейни. Закинув ремешок сумки на плечо, он идёт следом, но оклик Чанбина заставляет подойти к прилавку.       — Ну, что я говорил? У тебя появился поклонник, — довольно ухмыляется Чанбин.       — Это ещё ничего не значит, — жар обдаёт щёки, когда Феликс отводит взгляд.       — Ещё как значит. Он спросил какой десерт ты любишь больше всего и глаз от тебя не отводил, пока ждал заказ.       Феликс поворачивает голову к выходу, встречаясь взглядом с Хëнджином, спокойно ожидающим его у выхода. Расстояние между стойкой и дверью достаточное, чтобы он не мог расслышать их разговор. Чанбин со вздохом кладёт на плечо Феликса ладонь, вновь обращая внимание на себя.       — Я по глазам вижу, как ты хочешь любви. А он милый парень, который может её дать, — подмигивает бариста.       Феликс жмурится и мотает головой.       — Никакого сводничества! Тема моих романтических отношений под запретом, ясно?       — Ты не сможешь постоянно убегать от своих нужд и желаний. Может дашь себе шанс?       — Спасибо за твою заботу, Чанбин, — вздыхает он. — Но я не хочу во второй раз собирать себя по осколкам.       — Иногда чувства, которые разбивают нам сердце, способны его исцелить.       — Ты на философа учишься? — усмехается Феликс и получает кулак в плечо. — Ладно, меня ждут. Лёгкой тебе смены, Чанбин!       — Спасибо, Ликс. Хорошо проведите время!       Помахав рукой на прощание, он подходит к Хëнджину и сталкивается с нежным взглядом, не сдерживая улыбки. Тот придерживает дверь, выпуская Феликса из заведения, и послушно следует за ним. Давать волю надежде страшно, потому приходится тревожно отметать мысли о том, что Хёнджин может быть к нему неравнодушен в романтическом плане. Он ведь просто дружелюбный и добрый человек, так ведь? Феликс такой же. Он общается со многими и разными людьми, но это же не значит, что они все интересуют его в романтически? Нет, конечно.       — Этот бариста твой друг? — спустя минуту молчаливой прогулки по парку решает спросить Хëнджин.       Феликс пинает ногой кучку жёлтых листьев рядом и облизывает губы, которые тут же покалывает из-за прохладного ветра.       — Вроде того. У меня немного друзей тут, — он пожимает плечами и прячет руки в карманы пальто.       — Это не плохо. Иногда лучше иметь всего пару друзей, но очень близких.       — Ты прав. В Австралии у меня было много приятелей, хотя ближе всех мне были мои сёстры. Мы теперь редко видимся и не так часто созваниваемся… Но я по прежнему могу обо всём им написать. Первое время было тяжело без них, пока я не нашёл здесь друга. Можно сказать, что здесь он стал частью моей семьи.       Четыре года дружбы с Джисоном успели подарить им много общих воспоминаний и каждое из них, словно тёплый огонек, разгорается в душе, когда накатывает волна ностальгии. Феликс уверен, что Хан Джисон — настоящий подарок судьбы и его появление произошло в самое нужное время.       — Рад слышать это. Ты жил в Австралии раньше?       — С рождения. Окончил там школу, а потом прилетел сюда. Хотел стать моделью, но не прошёл кастинги. А потом решил остаться здесь, у бабушки, и поступить в обычный универ.       — И как тебе тут?       — Комфортно. Первое время, правда, были сложности в учёбе из-за языкового барьера, но ежедневная практика корейского приносит свои плоды.       Феликс поворачивает голову и встречается с мягкой улыбкой Хёнджина и ощущает похлопывание по плечу.       — Ты хорошо разговариваешь. О себе мне нечего рассказывать — задумчиво тянет он и опускает взгляд себе под ноги. — Всю жизнь живу тут, окончил обычную школу, школу искусств и поступил на дизайн в желанный университет.       — Значит, ты хорошо рисуешь?       — О, да, изобразительное искусство — это моя страсть. Может, как-нибудь покажу тебе эскизы, — он бросает на него прищуренный взгляд.       Сердце пропускает удар. Из лёгких выбивает весь воздух. Осознание того, что Хёнджин хочет встретиться снова, чтобы показать плоды своего творчества, пробуждает в груди трепетное предвкушение и зарождающуюся радость. Давно позабытое чувство восторга от нового перспективного и комфортного знакомства отзывается трепетом в солнечном сплетении. Если у них в самом деле получится найти общий язык и сблизится, будет очень здорово встречаться в новых заведениях или в гостях друг у друга, обсуждать искусство, выпекание десертов и всякую ерунду. Хёнджин кажется интересным человеком, стремление узнать которого может стать увлекательным приключением.       Хёнджин не ждёт ответа, но и не спешит продолжать разговор. Феликс не возражает немного помолчать и вслушаться в вечернюю мелодию города. Он прикрывает глаза, вдыхая полную грудь свежего воздуха, и запрокидывает голову к небу, разглядывая первые едва заметные звёзды. Шум автомобильной трассы напоминает о кипящем жизнью городе, из ближайшего переулка слышатся музыкальные басы, а где-то неподалёку плачет младенец.       — У тебя есть девушка? — уверенный вопрос распугивает умиротворённые мысли.       Феликс резко останавливается. Хёнджин застывает рядом. Его глаза, словно опытный художник, изучают лицо, задерживаются где-то на губах, прежде чем встретиться с его взглядом. Феликс прочищает горло и отвечает лёким движением головы.       — Нет.       — А парень?       В глазах Хёнджина застывает тень взволнованности.       — Хочешь стать претендентом на эту роль? — решает разрядить обстановку Феликс.       Осознав, какая глупость вылетает из его уст, он хочет ударить себя по лбу за необдуманную шутку, но уголки губ напротив двинулись вверх.       — Думаю, я уже им стал, — не колеблясь отшучивается Хёнджин.       Феликс хихикает и берёт его за руку, продолжая путь к кафе.       — Напомни, кто из нас умирал от голода минут десять назад?       Наконец, перед ними показываются двери раменной. Заходя в заведение, Феликс нехотя прощается с теплом мягкой ладони и кивает сторону свободного столика, молчаливо предлагая его занять. Хëнджин проходит первым, снимает пальто и цепляет его на крючок близстоящей вешалки. Феликс следует его примеру, после чего они занимают места друг напротив друга. Хëнджин неторопливо обводит изучающим взглядом новое помещение.       — Здесь комфортно. Даже странно, что так мало посетителей, — его взгляд останавливается на Феликсе.       — Здесь не очень проходимое место. Даже в обед не всегда полная посадка. Мы с Джисоном часто обедаем тут между пар, — с этими словами Феликс пододвигает Хёнджину буклет с меню.       Он смотрит на него ещё некоторое время, а затем принимается ознакамливаться с предложенными позициями.       — Значит, ты тут постоянный гость. Что посоветуешь? — продолжая рассматривать буклет, интересуется Хëнджин.       Феликс, ожидая подобный вопрос, успевает заранее подобрать на него ответ.       — Здесь всё очень вкусное. Но сначала рекомендую попробовать какой-нибудь рамен. Я не знаю твоих вкусовых предпочтений, поэтому точных рекомендаций дать не могу.       На губах Хëнджина играет ухмылка. Он переворачивает страницу на раздел с раменами и принимается внимательно вчитываться в состав каждого блюда. Феликс заглядывает сюда уже около года и знает всё меню на вкус. Рамен и лапша, которые тут подают, очень напоминают домашнюю стряпню мамы, по которой он часто скучает. Красочное оформление поднимает настроение даже в самые неприятные дни и это место ощущается, как самое тёплое и спокойное местом в городе.       — Что угодно, только без баклажанов и варёных овощей. Терпеть их не могу.       — Тогда лучше заказать этот или вот этот, — Феликс указывает на рамены, которые славятся наваристым бульоном и щедрой порцией мяса. — Этот острый, аккуратнее.       — Мне не принципиально, — мотает головой Хëнджин, переворачивает страницу, решая ознакомиться с закусками и напитками, и поднимает светящийся любопытством взгляд. — А ты любишь острое?       Феликса передёргивает. Он поджимает губы, вспоминая страдания при поедании той адской смеси, что пришлось запихнуть в себя парой месяцев ранее.       — Ненавижу.       Хëнджин негромко рассмеялся.       — Месяца два назад поспорили с другом. Мы заказали самый острый рамен в этом меню и поставили условие: кто съест его быстрее или больше, тот выиграет спор.       — И кто победил?       — К сожалению, моя нелюбовь к острому дала большую поблажку другу. Так что я заплатил за него здесь в следующий раз.       Хёнджин хихикает, а вокруг его глаз, похожих на полумесяцы, собираются морщинки. Феликс пробегается по нему взглядом и вздыхает — красивее парня в мире точно не найти. Чёрная чёлка падает на глаза, чем придаёт его утончённым чертам лица больше нежности. Хëнджин ощущается, как ласковый и располагающий к себе человек.       — Твоя очередь выбирать, — закончив веселье, он двигает Феликсу меню и зачёсывает рукой волосы в попытке убрать их с глаз.       — Не нужно. Я знаю, что закажу.       Хëнджин в удивлении вскидывает брови, но из-за подоспевшей официантки не успевает ничего спросить. Феликс диктует заказ, решая заодно полноценно поужинать, а затем свой выбор озвучивает Хëнджин. Девушка записывает блюда в блокнотик и уходит, сообщив примерное время подачи заказа.       — И как? Надеюсь, тебе не стало плохо после таких споров, — серьёзнее произносит Хёнджин.       — Всего лишь немного поплакал и неделю не мог есть ничего горячего, — посмеивается Феликс. — Но это было весело! Есть что вспомнить, согласись? Мой друг чутка сумасшедший. Мы часто делаем с ним глупости.       — Ты очень любишь его.       Хëнджин мягко улыбается и касается кончиков его пальцев своими. Прикосновение похоже на разряд электричество, мурашками пробегающего от руки по позвоночнику. Феликс выпрямляется и опускает взгляд на переплетение пальцев, меж которых образуется покалывающее тепло. Он двигает ладонь навстречу и смачивает языком губы.       — Он очень важный для меня человек. Джисон оказался рядом в очень нужный момент, помог отпустить прошлое и смог вернуть любовь к жизни… Вчера мы встретились, а сегодня случайно оказались в моём любимом кафе. Он доказал мне, что избавляясь от прошлого, мы освобождаем место для чего-то нового.       Хëнджин внимательно слушает и несколько раз кивает, выражая понимание. Феликс старается не погружаться в воспоминания о то, как было плохо после выпуска со школы и поначалу в университете, но именно контраст этого состояния с последующими маленькими светлыми и весёлыми событиями пробуждают в нём радость и уверенность в завтрашнем дне. Феликс смог пережить трудные времена и выйти из них закалённым и непоколебимым. Невзгоды больше не пугают его, особенно с поддержкой надёжного друга.       — Ты очень солнечный человек, Феликс. Не удивительно, что люди к тебе тянутся.       — Да не так уж и тянутся, — отмахивается он, вспоминая все разы, когда сталкивался с невзаимными чувствами.       Хëнджин настойчиво переплетает их пальцы и поглаживает большим пальцем их кожу. Феликс сглатывает. Волнующая дрожь пробивает всё тело.       — Возможно, не все способны разогнать тучи над своей головой и насладиться светом, который ты излучаешь.       Сердце ускоряет ритм. Феликс не сдерживает скромной улыбки и сжимает тёплые пальцы Хёнджина сильнее, наслаждаясь редкой тактильностью. Он никогда не ассоциировал себя с солнцем. Хотя Джисон иногда и называет его «солнышком», это прозвище скорее отсылает к сиянию его светлых волос и россыпи веснушек, чем к чему-то более глубокому. Впрочем, оно прекрасно отражает и теплоту их дружеских уз.       Феликс несколько раз пытается что-то сказать на аккуратный комплемент, но слова невольно застревают в горле. Он ощущает изучающий взгляд Хёнджина на себе, который настойчиво сбивает с мыслей.       — Это флирт? — вполголоса спрашивает Феликс, находя в себе смелость поднять взгляд.       От переизбытка эмоций и возникшего волнения едва не пропадает голос.       — Прощу прощения, ваш заказ.       Хëнджин и Феликс выпрямляются, одновременно отдёргивая руки. Официантка с подозрительно довольным видом задерживает взгляд сначала на нём и затем переводит на Хëнджина.       — Зелёный чай и пибимпап для тебя, Феликс. Ягодный лимонад и куриный рамен с грибами и шпинатом для твоего спутника.       — Спасибо, Соён, — кивает в благодарность Феликс.       — Приятного вам аппетита, — прижимая поднос к груди, девушка подмигивает и ретируется к кассе.       — Вы знакомы? — низким голосом спрашивает Хëнджин, провожая её пристальным взглядом.       Феликс ухмыляется и мотает головой, перемешивая своё блюдо.       — Мы с Джисоном постоянные посетители здесь, Хëнджин. Конечно, нас знают. Как и я знаю всех работников этого кафе, — он продолжал сверлить область кассы взглядом, и только хлопок Феликса по руке заставляет его вернуть взгляд. — Ешь давай. Что-то не похож ты на умирающего от голода.       Благодаря шутке Хёнджин расслабляется и берёт в руки палочки. Первые несколько минут трапезы проходят в тишине. Феликс поглядывает на спокойно трапезничающего приятеля и впервые сталкивается с непониманием, как продолжить диалог для дальнейшего сближения. О себе он уже рассказал, а вот Хёнджин остаётся для него загадкой. Задумавшись, Феликса начинает распирать любопытство: он хочет расспросить о друзьях, увлечениях, учёбе в университете и семье. Но, едва начав мысленно составлять список вопросов, он слышит довольное мычание.       — Боже, Феликс! У тебя невероятный вкус в еде, — он запрокидывает голову и прикрывает глаза, смакуя вкус. — Это лучший рамен, что я ел в своей жизни! Почему это место так непопулярно?       Феликс тихо смеётся и прикрывает губы рукой, которой держит палочки.       — Никогда не сомневайся в моём вкусе.       Хëнджин в согласии кивает и наклоняется над столом, приближаясь. В карих глазах блестят воодушевлённые искорки.       — Слушай, а как ты относишься к искусству?       — Это любопытно. А что?       — Тогда завтра пойдём в картинную галерею! Я редко хожу по кафе и ресторанам, но знаю толк в кое-чём другом, — он подмигивает и протягивает руку, предлагая заключить договорённость.       Феликс расплывается в широкой улыбке и отвечает на рукопожатие, даже не задумываясь о мотивах внезапного приглашения. Приятный знакомый предлагает встретиться, и место с временем уже не так важны. Главное – провести время вместе.       — Хорошо. Попробуй меня удивить, — соглашается Феликс.       Они обмениваются молчаливым взглядом, а затем одновременно рассмеиваются, словно замышляют какую-то забавную глупость. Вечер, наполненный легкой беседой и приятным общением, теперь тихонько прокручивается в памяти, пока Феликс, устроившись в свежей постели, неторопливо погружается в объятия сна.