А-Ян.

- Сюэ Ян! Я тебе сейчас устрою!!! Синчень вошёл в дом с Грозный видом. Мальчишка лет 17 слегка испуганно взглянул на него. В одной руке даос держал Шуанхуа, а в другой тонкий прут. Сюэ Ян был напуган, хотя человек выросший на улице вообще ничего не должен бояться, но он сильно испугался ведь Сяо Синчень никогда на него не кричал. "Зачем ему прут". Подумал тот. - А-Чень, что случилось? Почему ты такой злой? Зачем тебе прут? Сюэ Ян испуганно смотрел на него. - Ян, я сейчас ходил на рынок и мне поведовали о твоем "прекрасном" поведении. На этой недели ты обокрал четырёх торговцев, обозвал А-Цин девушкой лёгкого поведения, хамил всем подряд и Госпажа Лин рассказала мне о том как ты искусно материшься. Обдумав всё это и как наказать тебя я решил тебя высечь. Яна эти слова повергли в шок. - Синчень, т-ты же не с-серьëзно? Д-да? Сюэ Ян удивился тому как его голос задрожал. - Сюэ Ян, я серьёзен как никогда, так что будь добр ляг на кровать и спусти штаны до колен. - А-Чень... Сказать что Сюэ Ян был в шоке всё равно что ничего не сказать. Неужели его правда сейчас выпорят как ребёнка. Хотя с другой стороны всё детство его избивали кнутом и он очень часто подвергся пыткам. Что я пары ударов каким-то прутом не перетерплю. С этими словами Ченмэй начал снимать своё ханьфу. Затем принялся развязывать завязки штанов. Сяо Синчень конечно уже много раз видел его голым, да и не то что бы Сюэ Ян стеснялся своего тела, но не в такой ситуации. - Ну и чего ты замер? Как воровать и безобразничать так ты первый, а как своё заслуженное наказание принять так сразу в кусты. Ещё потом у меня час в углу на коленях стоять будешь. Сюэ Яна эти слова кольнули прямо по его из раненному жизнью сердцу. А в глазах стала появляться влага. Он спустил штаны до колен, лег и задрал нательную рубашку. Как только Ян лёг так тут же послышался свист розги и она с силой опустилась на пока что белоснежную задницу. Удар приземлился прямо на середину. Сюэ Ян едва ли удержался чтобы не закричать. Во-первых не позволяла гордость, во-вторых не хотелось чтобы Сяо Синчень считал его слабаком. Второй удар не менее болезненный приземлился на верхнюю часть ягодиц. Дальше удары стали сыпаться быстрее. И где-то после 16 удара по щекам Яна покатились первые слезинки. Боль была сильная, а Синчень похоже даже не думал останавливаться. С каждым ударом слез становилось всё больше, а контролировать их становилось всё сложнее. Приблизительно после 29 удара у Сюэ Яна вырвался первый протяжный стон. Дав передохнуть несколько минут Синчень продолжил экзекуцию. Но удары уже наносились и по бëдрам. После 12 таких же болезненных ударов Ян уже не стесняясь плакал и вскрикивал. Ему уже было обсолютно наплевать, что его крики услышит А-Цин или что Синчень посчитает его слабаком. Сюэ Ян просто хотел чтобы эта боль прекратилась. Но прекращать Синчень даже не думал. И когда он получил наверное больше 50 ударов он громко закричал: - А-Чень, пожалуйста хватит!!! Я понял... Я так больше не буду... Не надо больше!!! Умоляю!!! Сяо Синчень выкинул прут, погладил Яна по голове и сказал: - Я сейчас прийду. Сюэ Ян лежал радуясь, что процесс воспитания окончен, но вдруг он вспомнил, что сказал Синчень: "Ещё потом у меня час в углу на коленях стоять будешь". Сюэ Ян медленно встал на дрожащие ноги, аккуратно надел штаны на болезненно горящие ягодицы, которые до кучи от контакта с тканью стали болеть ещё сильнее, вытер слезы и пошёл к углу. Там он закатал штаны, оголив колени и медленно опустился на них. Синчень же в свою очередь взял заживляющую мазь, мазь с обезболивающим эффектом и горсть конфет, чтобы хоть немного поднять Яну настроение и пошёл к нему. Синчень думал как он мог это сделать? Сердце Сюэ Яна и так изранено так ещё и он с этой поркой. Зайдя в комнату картина которую он там увидел повергла его в шок. Его Сюэ Ян стоит в углу на коленях и старается тихо плакать, но у него не получается. Синчень сложил всё что принёс на стул рядом с кроватью и подошёл к Яну. - А-Ян, вставай, давай аккуратненько. Вот так. Синчень помог А-Яну встать, затем взял на руки и уложил в кровать, потом начал спускать штаны, чтобы обработать следы от порки. Почувствовав, данную манипуляцию Ян закричал: - А-Чень, родной мой, хороший, любимый даочжан, прошу не надо больше меня наказывать! Ян заплакал ещё сильнее. - А-Ян, А-Ян, тише, я просто ранки помада, чтобы меньше болело. - Хорошо. Тихо отозвался тот. Через несколько минут когда Синчень закончил аккуратно наносить мази он уложил Яна на себя и протянул ему конфеты. - Надеюсь это поднимет тебе настроение. - Спасибо. Тихо ответил Ян, беря их в руки. - Синчень, а как же угол. Спросил Ян кладя в рот конфету. - Хах, завтра постоишь если захочешь. Родной, давай ты будешь вести себя хорошо, чтобы у нас не доходило до порки. Сюэ Ян лежащий на груди Синченя резко выдал: - Синчень, можешь пороть меня за каждую провинность, хоть за самую малейшую, хоть каждый день, только... Только не прогоняй меня. Последнюю фразу Сюэ Ян сказал шёпотом, но Сяо Синчень всё равно услышал. - А-Ян, я никогда тебя не прогоню. Я тебя очень сильно люблю, милый. - Правда? Тихо уточнил Сюэ Ян. Ответом стал нежный поцелуй в лоб.