Adopted/Усыновленный

      — Леголас, — вздохнул Трандуил. Его гнев остыл, сменившись чувством вины. — Сын мой, спускайся. Пожалуйста.       Сквозь ветки он мельком увидел как Леголас посмотрел на него. В его глазах тоже больше не было гнева, и король почувствовал облегчение. После смерти королевы у них были натянутые отношения. Трандуил был рад, что сын унаследовал ее всепрощающую натуру, а не его упрямый характер.       — Я не могу, отец.       Трандуил нахмурился. Леголас не выглядел рассерженным, и он не был мелочным. Не в его характере было долго дуться.       — Леголас, — твердо сказал король, — спускайся.       Он снова вздохнул, понимая, что ошибался, и теперь ему нужно было набраться смелости и признать это.       — Сын мой, прости меня. Я поспешил с выводами и действовал неразумно. Я тебе доверяю. Просто не хочу видеть, как тебя снова ранят, когда этого можно было бы избежать. Ты понимаешь?       Сверху послышался усталый вздох.       — Конечно, я понимаю. Но, ада, я не только твой сын. Я принц и солдат, и если могу помочь нашему народу, я это сделаю. В этом я похож на тебя. — Теперь в голосе его сына звучала улыбка. — Так почему же ты удивляешься тому, что я бросаюсь в опасности, не задумываясь?       Трандуил печально улыбнулся.       — Да, мне не стоило удивляться.       Сверху послышался смех. В последнее время он редко слышал, как Леголас смеется.       — Хорошо, я признаю, что ошибся. Теперь ты спустишься?       — Я же сказал, что не могу. Дорогой бук решил позаботиться обо мне. Похоже, он не совсем понимает, что сейчас я вне опасности. Он не хочет подвести меня.       Наконец Трандуил услышал странную нотку в голосе сына. Это был не гнев, а скорее веселье.       — Как думаешь, он позволит мне подняться? — с сарказмом спросил король.       Прошло мгновение, пока Леголас советовался с буком. Трандуил, конечно, мог бы спросить у дерева сам, но похоже, бук не особо был ему рад. И любовь леса Леголас тоже унаследовал от матери, с болью подумал король. Деревья никогда не могли ей ни в чем отказать. Лес словно усыновил его и заботился о нем как о своем ребенке.       — Он разрешил, — ответил Леголас, привлекая внимание отца. — Однако будь осторожен, я не уверен, что он позволит тебе спуститься, когда ты захочешь.       Трандуил все же замер на мгновение, спросив у дерева разрешения взобраться на него. Хоть и неохотно, но бук все же немного опустил ветки. И король двинулся вверх, чтобы присоединиться к своему сыну.       Леголас сидел на толстой ветке прямо у ствола дерева. Ствол изогнулся, что принцу было удобнее. Леголас слегка улыбнулся отцу и снова перевел взгляд на окружающие их деревья. Они сидели вместе в тишине, не желая нарушать покой, наблюдая за любимым лесом. Только когда они просидели больше часа, Леголас наконец заговорил:       — Отец, я рад твоему обществу, но разве у тебя нет других дел?       Трандуил откинулся на нагретую солнцем кору бука. Конечно, у него были обязанности, но он не мог вспомнить, когда в последний раз просто был с сыном. Сегодня пусть другие заменят его, а он хотел провести время с сыном.       — Нет ничего более важного, чем просто сидеть тут.       Леголас мягко улыбнулся, и Трандуил почувствовал, как последние остатки гнева от их спора покидают его. Он был в ужасе от мысли, что однажды Леголас не простит его так легко. В гневе принц вполне мог сделать что-нибудь опрометчивое, и Трандуил знал, что он не сможет вынести еще одну потерю. Но деревья позаботятся о его ребенке, подумал Трандуил с улыбкой. Он осторожно сжал ближайшую ветку.       «Спасибо за заботу о нем», — тепло сказал он дереву. — Особенно, когда я не могу этого сделать».       Дерево надменно зашуршало листьями в ответ, как будто удивляясь, зачем королю вообще просить об этом. И Трандуил улыбнулся.