Так и прошло время, все мирно спали и была гробовая тишина.
Не привычная, удивительная тишина.
В одном из ящиков послышался громкий стук, за которым прошли еще несколько. Все сразу же оживились и начали интересоваться, откуда идет этот звук. Один Муичиро до сих пор дрых на Игуро.Оказывается, стучал это Гию, пытаясь попросить помощи. Почему же? Да потому, что у их троицы спутались ноги.
При малейшем движении было чувство, будто они сейчас сломаются.
Была тишина, как вдруг пронесся оглушающий и жалостный ор Танджиро, из за которого всем стало интересно, что же у них там такого происходит. Вдруг послышался вскрик Кеджуро: Р - Кто нибудь, помогите же!! У нас ноги спутались, чуть ли не ломаются.. Т - Ренгоку-сан, не двигайтесь, вы мне сейчас ногу выверните!! Г - АААААААААААА, МОЯ НОГАА, ТАНДЖИРОООО!! Вдруг послышался крик Томиоки. На этот раз был слышен смех других, в частности – Иноске. Также смеялся и Зеницу, но все равно было тише, чем у Хашибиры. Узуй тоже хихикал, но сразу же успокоился и пожалел парней.***
А тем временем троица парней жила не тужила. Их ноги были переплетены, больно было.. Невероятно. Танджиро с жалостным лицом лежал на грудной клетке Томиоки, крепко сжимая его талию от боли в ногах. Ренгоку в свою очередь лежал на спине Камадо, жалобно вздыхая. Вдруг он хотел немного подняться, но вновь стало больно. Пытаясь сдержать боль, он взялся за Танджиро и вжался в его шею, немного прикусывая. Тихий, но нежданный и краткий стон Камадо сразу же был слышен всем. А он, в свою очередь, сильно покраснел и впился лицом в грудь Гию, крепко сжимая его хаори и продолжая выглядеть как созревший красный помидор. Те тоже не медлили и покраснели, в особенности Ренгоку. Те, кто были ближе к коробу этой троицы, а тоесть Зеницу и Узуй, стали прислушиваться и думать, что еще можно ожидать от этой парочки. Как вдруг Узуй слышит от Зеницу шепот: З - не удивлюсь, если за этим стоном последуют еще несколько) У - согласен, что же у них там творится?***
У Муичиро и Обаная были дела как нельзя лучше. Муичиро, конечно, уже не спал, но и позавидовать было чему. Его добрый старший осторожно гладил его по голове и обнимал, а тот в свою очередь мирно сидел на коленях Игуро и сложил голову на его плечо, вновь начиная по немногу посапывать. Уж слишком он много спит, эх.. Вот это уже реальная соня-засоня.