Магазинчик соблазнов

Николас часто так "наказывал себя". Расчёсывал запястья до выступающих капелек крови, тянул волосы, почти вырывая их, тушил сигареты об себя же. Пусть христианский лагерь не принес в парня особой веры, ему удалось сломить его, заставляя чуть ли не искать от страха каждый раз, когда "грешные мысли" хотябы появлялись. Раньше похожие виды наказаний ждали его за любую провинность. Тот год все ещё отдавался эхом удара твердой линейки о худые запястья до стекающих лужиц крови, издевательством некоторых "старших", решивших ещё разок проучить Ники за гомосексуализм. Брюнет никогда не курил, но не смог жить дальше без сигарет, без их отвратительного запаха и этого до жути приятного ощущения от ожегов, которые к тому же были незаметны для окружающих, особенно для родителей. Николас ещё помнил запах сырых стен, звук ударов, чувство выплевываемой печени и презирающие взгляды, кажется всех вокруг, даже когда в 18 лет он сбежал в Германию к человеку, с которым был знаком только по переписке. К человеку, что позже станет для него смыслом жизни. Это было первым, что зацепило его в Эрике - он смотрел на него абсолютно спокойно. Блондин не желал ему смерти, не желал, чтобы он "исправился", не ненавидел. Просто смотрел, даже с некой улыбкой, не фальшивой улыбкой, искренней улыбкой. Ники тоже хотелось улыбаться, но хотелось и кричать, срывая голос, биться головой об стену от этих отвратительных чувств, которые он так сильно пытался уничтожить, убить, искоренить. Так почему?Почему он все ещё неправилен? Николас сейчас и не вспомнит, на каком именно сайте познакомился с Эриком. Ему просто было скучно и вот появился некий "Эрик°=°" с милым котиком на аватарке, готовый поговорить ни о чём, желающий поддержать любую беседу. Кажется, они начали общаться где-то через полгода после того, как Ники наконец выпустили из "лагеря". Тогда брюнет действительно был на грани жизни и смерти, но кто же знал, что ему всего лишь нужен был человек, который выслушает всю его "глупую болтовню". А после, в момент обострения, ответит на звонок даже в 3 часа ночи убеждая Николаса "не делать ничего опасного". Единственное о чем Эрик не знал, так это тот вред, невидимый и с каждым разом всё менее болезненный я что Николас наносил сам себе. Ники стеснялся этого, стеснялся своей собственной слабости, как и своих грехов. Блондин пытался убедить его, что тот ни в чём не виноват, но эти слова были для Хэммика абсурдной, пусть и во благо, но ложью. Постепенно Николас становился всё более уверенным, особым толчком к этому послужило, когда они стали встречаться, пусть пока и на расстоянии. Давление от родителей, притворные отношения с девушками довели Ники до состояния живого трупа, тогда немец предложил ему сбежать. Просто уйти из дома, переехав к нему, тем более билеты уже куплены. Николаса так, просто известили, ведь Эрик не был намерен и дальше наблюдать за тем, как его любимого человека разбирают изнутри по кусочкам. Почти в тот же день Хэммик рассказал родителям об отношениях и переезде. В тот же день отец хорошенько отлупил его, заперев в комнате и оставив без еды. Не проблема - Ники покинул дом ночью через окно, чуть дрожа. Не удивительно, с собой он забрал только спрятанные деньги, телефон и билет, а от ледяного мороза защищала лишь худи - куртка была где-то вне комнаты, а значит вне зоны досягания. ***** – Николас, покажи мне свои руки Брюнет вздрогнул. За эти пару месяцев совместной жизни Эрик называл его как угодно - "медвежонок, солнышко, Ники, любимый, милый" его только не полной формой имени, нет. Для Хэммика это значило только одно - Эрик зол, он точно разозлил его своей слабостью. Нет, но что теперь делать? Родители, пусть не могут дозвониться, пытаются достать его через голосовые сообщения, слушать которые Николас может только в одиночестве - когда парень на работе. Её было довольно много, что не удивительно - молодой наследник небольшого бизнеса. Эрику всего 22, а требуют от него как от профессионального руководителя, не меньше. Это не сложно, скорее даже удобнее, не только самому напоминать себе, но и слушать напоминания отца о его грехах,о его неправильности. Идеальный момент для наказания, для казни. Как бы то ни было, но брюнет был слишком трусливым, чтобы действительно умереть, а потому, когда боль от сигарет уже перестала быть настолько сильной, Ники перешёл к зажигалкам напрямую, безостановочно рыдая, но не от боли - от сожалений о своей никчемности, слабости, трусости. Молясь о том, чтобы Бог простил его деяния. – Нет Запоздало все же ответил Николас, покрепче сжимая растянутые рукава свитера. За месяц проживания квартира Эрика легко заменила ему родной дом, а вещи они временно делили - Ники ещё не был готов сходить в магазин, да и впринципе куда-либо. Он просто делал постоянно проводить время или с блондином или в его доме, в его одежде. – Ники Голос стал заметно строже. Брюнет почти был готов отползти от страха. Откуда он вообще узнал? Неужели увидел как он "наказывает себя"? Или ему кто-то сказал... Но кто? Только что Клозе отлучился за чем-то на кухню. Кухню, точно, кажется Ники забыл убрать зажигалку. Прятать её приходилось по понятным причинам - никто из них не курит, а плита электрическая, так что появись эта вещь в доме, сразу бы вызвала вопрос "зачем". Эрик, как бы не хотел узнать что на душе у любимого, не мог его заставить, не мог пойти против его воли. Обречённо выдохнув, блондин занял место на диване рядом с уже подогнувшим к себе коленки Ники. – Я просто хочу сказать, что ты можешь доверять мне, медвежонок Николас понимающе кивнул, набираясь сил. Закатить рукава оказалось довольно болезненным занятием, особенно когда кожа на некоторых участках предплечий почти почернела, от недавнего... Сильного всплеска эмоций. Некоторые кусочки кожи уже отпали, оставляя под собой нежную розовую кожу, кровоточащую при нажатии, а некоторая такая кожа заросла достаточно, для образования рубцов. – Прости, я... Я разочаровал тебя, ты злишься, да? Почти в истерике умолял Ники, зажмурившись, будто ожидая нового наказания. Будто перед ним сейчас стоит отец, а сам он вновь покинул границы Германии. Но боли не последовало. Эрик лишь обнял любимого человека, заключая того в теплое и мягкое заточение, попеременно гладя по спине, чтобы успокоить сковавшие горло и голос судороги. – Успокойся, Ники, все будет хорошо, я с тобой, всё хорошо, я никогда тебя не брошу Дождавшись относительного спокойствия младшего, Эрик всё же показательно нахмурился, чтобы показать, что все же недоволен поступком возлюбленного. – В следующий раз, когда тебе опять будет плохо звони мне, понял? Даже если я на работе или где-то ещё. Я приду Николасу оставалось только кивнуть, сглатывал сопли и слезы, когда блондин уже обрабатывал его раны быстро приталенной из ванной аптечки. Напоследок Клозе укоризненно тыкнул брюнета в лоб, снимая последние остатки тоски очаровательной улыбкой – Если ещё хоть раз сделаешь что-то подобное - я свяжу тебя Выражение лица стало скорее хитрым, когда Эрик наконец поцеловал Ники, ощущая на губах того соленый привкус слез. А на щеках горящий румянец. И нет, он не шутил. ***** Эта фраза Эрика почти свела Николаса с ума тогда. Он и не думал, что действительно... Любит что-то такое, но видимо любит. Ники, благодаря парню, уже несколько месяцев исправно ходит на еженедельные сеансы с психологом, помогающим ему заново "осознать себя", принять себя и, наконец, перестать переслушивать голосовые сообщения родителей, приносящие только новые слёзы. Оборвать связь полностью Хэммик все же пока не был готов, но уже стало намного проще дышать, жить, любить, не наказывая себя. Николас даже на всякий случай обсудил свою навязчивую идею, на которую его натолкнул Эрик, с психологом, чтобы убедится, что это не проявление очередной ненависти к себе. К счастью, нет. Ники почти пулей вылетел из кабинета терапевта, не забыв перед этим попрощаться. Сегодня. Брюнет продумал все до безобразно неприличных подробностей до которых только смог дотянутся его опьянённый скорой встречей с Эриком мозг. Веревка была куплена заранее, причем купил её сам немец, но так ни разу и не использовал, пока Хэммик почти каждый день пускал слюни на то, чтобы пустить её в дело. Красная хлопковая веревка, кажется, метра 3. Впрочем неважно, главное, что способна выполнять свои функции. Не заметив возлюбленного дома, Ники тихо хмыкнул - все идёт как надо. "Для храбрости" он открыл вино, купленное для особенного дня, намереваясь выпить пару глотков. То ли под лёгким пьянящим эффектом вина, то ли из-за того, что не освоил до конца технику, но Ники не смог нормально связать свои, уже зажившие, руки. Ключ вошёл в замочную скважину и провернулся на два оборота. Николас зашевелился, чтобы снять с себя неудавшийся эксперимент, но как-то запутался ещё больше, постепенно опасно приближаясь к краю кровати – Любимый, я дома! Как себя чув... Эрик ошарашенно уставился на Ники, напоминающего сейчас прекрасную бабочку, застрявшую в алой паутине. Такую нежную, притягательную. – Что это ты тут устроил? С лёгкой усмешкой на губах интересуется блондин, вовремя подхватывая парня на руки, чтобы тот не улетел с кровати. – Я, ну... Замялся Ники, весь краснея, словно пытаясь слиться с опутывающец его веревкой. – Хотел сделать тебе сюрприз, но не вышло Клозе мягко поцеловал возлюбленного в губы, усаживая на кровать поудобнее, помогая ему выпутаться из "сети" – Почему же, вполне себе получилось. – Эрик становится максимально близко к уху Ники, шепча – От одного зрелища, как ты, весь такой милый и невинный, барахтаешься, не в силах освободится, я уже достаточно удивился Хитро хмыкнул Эрик, явно заменяя слово. Ники не хотел проигрывать в этой войне - парень, как только смог освободить руки, притянул блондина к себе, заставляя того придавить Хэммика к матрасу своей тяжестью, но Николас не возражал. Даже наоборот, ведь это то, чего он добивался. – Значит, я обязательно попробую также связать и тебя. Может быть на контрасте с бледной кожей красный будет ещё более ярким Подмигнул младший, не позволяя Эрику что-то ответить, накрывая его губы своими, чуть прикусывая нижнюю губу, за что его рот тут же заполнил чужой язык, собственнически изучающий рот Хэммика. Блондин смог остановится только тогда, когда они она почти начали задыхаться от нехватки кислорода. Николас потянул Эрика за галстук, который тот так и не успел снять после работы, сближая их лица, оставляя шёпот жаркими волнами на теле – Но сейчас, свяжешь меня, любимый? Блондин чуть вздрогнул от откровенности парня. Кажется, в его голове крутилось тысяча мыслей одновременно, но одной ему не хватило сил произнести. Всё же один взгляд, одно движение говорило больше, чем все эти слова. – Ты же знаешь, я не могу отказать, когда просишь ты. Смотри не пожалей потом Хэммик лишь дерзко улыбнулся в ответ, стягивая с, уже крепкого, спасибо тренировкам, тела, футболку. Эрик привычно покрывал поцелуями всего Ники, начиная с нежных, немного обкусанных от нервов губ, заканчивая старыми шрамами, что иногда отзывались тупой болью, переходя за спину любимого. Аккуратно, чтобы не причинить боли, но крепко, блондин стягивал сзади предплечья Николаса. Бордового цвета веревка идеально сочеталась с загорелой кожей, так что Эрик не удержался, также пару раз обвязав её на груди Ники, создавая подобие портупеи. – Так нравится вид? Хмыкнул брюнет, подмечая уже заметное "удовольствие" парня только от процесса. – Ты даже не представляешь, насколько сексуально выглядишь сейчас Тяжело выдохнул Клозе, наконец закончив с этим произведением искусства. Николас чуть дернулся, убеждаясь, что не может пошевелить руками, от чего внизу живота появилось слабое тянущее, приятное ощущение. Мягкая прохлада комнаты констатировала с жаром обнаженного тела, а хлопковая обвязка задевала чувствительные соски. Ники неловко потянулся за очередным поцелуем, но Эрик лёгким движением руки толкнул его, заставляя упасть на кровать. – Эй, так нечестно Тихо фыркнул брюнет, вновь бессильно барахтаясь, пока парень напротив буквально пожирал его взглядом – Всё честно, милый, ты сам выбрал правила игры Пальцы Эрика аккуратно прошлись по равномерно вздымающийся груди, пока не добрались до лица. Нежно обведя скулу, парень коснулся большим пальцем губ Николаса. Такие нежные, что блондин, не стесняясь, протолкнул палец чуть глубже, делая их ещё и влажными от слюны. Ники, выйдя из сладкого дурмана прикосновений, несильно прикусил палец. – Эрик, пожалуйста, сделай уже что-нибудь Почти умолял младший, чувствуя, как возбуждённый член уже долгое время ноюще, почти больно упирается в пряжку ремня. – Ай-ай, какой нетерпеливый Щекотливо произносит блондин, все же смещая руки ниже. Одним, привычным движением тот стягивает джинсы Ники, немного играючи пару раз оттягивает резинку трусов, вытягивая из младшего невнятное хныканье, прежде чем наконец оставить его полностью обнажённым. Оглядывая непонятно смущённо парня, Эрик также снял и свою рубашку - та полетела на пол где-то рядом с остальными, ненужными сейчас вещами. – Я ещё даже ничего не сделал толком, а ты так возбудился. Мило Подметил блондин, проводя рукой по эрегированному члену Николаса, заставляя того выгнуться в спине, словно кота. – Я и сам не знал... Черт, в следующий раз поменяемся ролями – Может быть, может быть. А пока ты - мой, весь Тон Клозе был хриплым, будто он только что проснулся. Действительно, увидеть такую картину можно разве что во сне. – Я всегда весь твой, разве нет? Хитро улыбается Ники, любуясь парнем. Широкие плечи, крепкое, но не слишком накачанное тело, ясные голубые глаза, пшеничного оттенка волосы - он любит всё это и даже больше. Любит ощущать его объятья во время сна, наблюдать за тем, как тот усердно работает, но не разрешает Ники помогать, ведь тот ещё "недостаточно" восстановился. Любит его всего, целиком и полностью. – Действительно, но сегодня я заставлю тебя немного помучатся Абсолютно без угрызений совести заявляет старший, сначала укладывая Николаса на опору ввиду подушек, чтобы его "обзор" был немного лучше, а после аккуратно скатываясь коленями на пол, постепенно оказываясь между ног возлюбленного. Поцелуи влажной дорожной поднимались от сгиба колена до внутренней стороны бедра, заставляя Ники рефлекторно попытаться сжать ноги, чего сделать не удалось. Эрик прикусил губу, азартно наблюдая за меняющимся с "неприступного" до "молящего" выражением лица брюнета, сильные, чуть венистые руки легко удерживали твердые бедра раздвинутыми. – Ну уж нет, я не позволю тебе обломать всё веселье Хохотнул блондин, наклоняясь к члену Николаса. Тот и рад бы ответить, но мысли переливались во что-то неразборчивое ещё когда только дыхание Эрика коснулось его. Ещё мгновенье, и Ники не мог сдержать стона, кусая губу почти до крови. Клозе обвел языком чувствительную головку, нежно "поедая" партнёра секунду за секундой, с каждым разом помещая член на сантиметр глубже в глотку. Когда показалось, что Николас на пределе, Эрик вновь перешёл к поцелуям, почти невесомым, заставляя брюнета шипеть от напряжения – Прошу... Еле слышно прошептал Ники, чувствуя, как партнёр забирается все выше, облизывая, посасывая соски, оставляя засосы на груди и шее, будто случайно задевая твердой тканью штанов ещё стоящий член, вызывая новую волну удовольствия. – Что такое, Ники? Ухмыляясь, Клозе ожидал развернутой просьбы – Прошу, позволь мне... Закончить Слова были выдавлены силой, пока щёки пылали от смущения. Николас попытался отвернутся, но блондин легко вернул его голову на место, развернув на себя, подбираясь ближе, будто охотник к жертве, пока они почти не соприкоснулись лбами. – Я не расслышал, любимый Столкнувшись с голубыми глазами, брюнет почувстовал резкий спазм в горле, перекрывающий дыхание. Эрик почти душил его одними словами, от чего он не мог вымолвить и слова. Не услышав нужного ответа, Клозе лишь пожал плечами, чуть отстраняясь от возлюбленного, чтобы достать из тумбочки смазку. Естественно он не был намерен прекращать эту сладкую пытку, ещё слишком рано. Хэммик хотел потянутся к блондину, стоило тому отойти на пару шагов, но занять другое положение без рук оказалось весьма сложно. Николас неловко свалился с "опоры" на бок, намереваясь то ли сбежать, то ли наоборот подойти к Эрику. Клозе обернулся на звук движения, наконец раздобыв то, за чем шёл. Ники лежал на кровати, пытаясь с помощью одних только ног найти равновесие и подняться, но вновь падал лицом в белую простыню. – Что, решил, что сможешь сбежать от меня? Ехидно проговорил Эрик, наконец тоже полностью раздеваясь, почувствовав облегчение. Парень перевернул Хэммика набок, прижимаясь грудью к его спину так, что краснеющие уши парня были прямо у его лица. – Не выйдет Не удержавшись, Клозе прикусил манящее ушко, чувствуя своим телом вздрагивание младшего. Тюбик смазки открылся с пошлым щелчком, а сама она была идеально комнатной температуры, кстати, со вкусом клубники. Хорошенько смазав пальцы, Эрик, для начала, вставил в Ники один. Погружая его нарочито медленно, фалангу за фалангой. Если бы Николас мог, он бы тут же помог себе и партнёру, но руки всё ещё были надёжно скреплены, заставляя лишь подчинятся ласкам, лишь молить о большем. – Ты кончишь только когда я скажу, хорошо, милый? Вот, уже два пальца медленно двигались в отверстие, пока не столкнулись с нужным бугорком. Хэммик резко дёрнулся вперёд от неожиданности, глотая воздух, но Эрик второй рукой вернул его на место, притягивая смуглую грудь к себе, сжимая уже опухшие от ласк соски. Ещё несколько таких движений и ноги Ники задрожали, а стоны стали более прерывистыми, что заставило Эрика тут же остановится, вновь не дав любимому желаемое. Стоны срывались на мольбы, почти хныканье, кажется по щекам действительно катились слезы негодования. – Позволь мне кончить, прошу, умоляю, Эрик! Я не могу, больше не могу ждать. Блондин чуть перегнулся, сцеловывая горячие слезы. Он не хотел довести Ники до такого, действительно не хотел. – Сейчас, любимый. Ты молодец, отлично держался Старший смазал уже давно стоящий член и вошёл почти сразу на всю длину, выбивая из Николаса весь пыл. Для удобства Эрик вновь поменял позу, легко поднимая уже слишком податливое тело младшего, ставя его на колени, чуть выгибая в спине. Каждый новый толчок отдавался эхом в голове Ники, особенно, когда парень ловко задевал чувствительную точку. Движения постепенно ускорялись, когда Эрик обхватил член младшего рукой, двигаясь в унисон. Ещё несколько минут и тот наклонился ближе к партнеру, тихо, насколько это было возможно шепча на ухо. – Кончай Парни закончили почти одновременно. Ники, выдохшись, тут же плюхнулся головой в гору подушек. Эрик же быстро развязал руки того, проверяя, чтобы нигде не осталось натертостей или повреждений от верёвки. Почти сразу парни легли спать, решив отмыть всё и вся когда-нибудь не сейчас. Николас, как и всегда, жался в объятья старшего, оставляя на его груди уже слабые поцелуи. – Надо будет повторить Смог лишь выдавить из себя Хэммик, проваливаясь в сон. – Конечно, медвежонок Мягко прохрипел блондин, глубже вдыхая запах волос мирно спящего рядом брюнета.