Ничего более

— Ммм... Какой сладкий мальчик... Так бы и укусил... - тихо, почти одними губами шепчет Генри. Он лежит, держась за бёдра Джона, что огибают его голову с двух сторон. Тот, в своб очередь, лишь закатывает глаза и пытается то ли вырваться, то ли отстраниться, но настолько слабо, что и слепой бы понял: это чисто на показ. Писатель не хочет выбираться, да, он всё так же считает Лэмбтона последней мразью и ненавидит его, но... Идея спокойного лежания в виде пары минут, особенно так... Неясной пеленой окутыала сознание, заставляя проникнуться и молча грезить этим. Седовласая же, словно не замечая этой попытки, а хотя откровенно её игнорируя, продолжал нашёптывать что-то себе под нос, начиная не только держать, но и гладить ляжки очкарика. Медленные, тягучие прикосновения, сразу выбивали из общей калеи мыслей. Джон чуть вздрогнул. — "Какие де холодные ручёнки у этого" - проскользнула быстрая мысль - "но наверное горячий стояк" - рванула следом, извращённым комплектом вторая, но... Парень быстро помотал головой, отказываясь от этого. Нет. Пока что между ним лишь связь в виде неясного фетиша Лэмбтона, за изредкую, возможную помощь... Ничего более