Признание

***

      — А сам-то ты как?              Парни сидели на крыльце дома Киры. Только что выпроводив разбушевавшегося Криса, они остались на улице, в то время как остальные пошли в дом. И если Тэнэ волновало то, что на дне рождения чуть ли не случилась драка, Дэмон не мог забыть картину, что по прежнему мельтешила в памяти, не давая покоя.       – А я че? Я не пил.       —Да нет. Я, типа, про Кицу...       — А, боже, я уже и забыл. Лучше бы и не вспоминал...       Дэмон слегка задумался. Он действительно все забыл? Неужели в этом нет ничего такого? Почему Дэмон не может забыть чувство, что он испытал, когда увидел Лаванэ, целующего Кёнига, а тот просто забыл? В голову неожиданно пришла странная мысль. Интересно, а это его первый поцелуй? И Дэмон понимал, что спрашивать такое будет смушающе, но все же это сделал. И Тэнэ, на его удивление, отреагировал более чем нормально. Келлерман даже не ожидал, что тот ответит, а тут...       — Подумаешь, первый поцелуй, он ведь ничего не значит, если нет чувств, да?       — Точно, если это будет с тем, кто тебе нравится, то и ощущения будут совсем другие.       — Именно, главное то, как ты на это смотришь. Актеры же в фильмах тоже целуются – и ниче. Ну или когда человека спас...       Очередная картина вновь мелькнула перед глазами, только она уже отличалась от недавнего поцелуя Кицы и Кёнига.

      

Холодно. Дэмон весь мокрый, но Тэнэ, скорее всего, ещё холоднее, ведь тот в одежде. Хотя, без сознания, он этого, скорее всего, не ощущает. Паника, смешанная с желанием помочь. Попытки вспомнить все о первой помощи, искусственном дыхании и...фактически, это можно считать за поцелуй, верно?

      За дальнейшими событиями Дэмон не особо следил. Понял лишь то, что Кира забрала Тэнэ «поговорить». Дэмон остался сидеть на крыльце и провел там неизвестное ему количество времени, пытаясь успокоиться.

      Черт возьми, это ведь не считалось за поцелуй? Я же сам подтвердил, что без чувств ничего не считается, верно? Без чувств ведь, да?..

      Сердце колотилось как бешенное, голова начала кружится, а перед глазами все поплыло. Тэнэ сказал ему что-то про таблетки. Вроде бы то, что скоро закончится их действие. Может поэтому он так себя чувствует? Дэмон почти смог развить в своей голове мысль о том, что это ломка, пока дверь не открылась и на пороге вновь не появился Тэнэ. В голове снова всплыл их разговор, а за ним и все остальное, что доводило Келлермана до такого состояния.       Неужели это все из-за тебя, Кёниг?       Тэнэ в это время закрыл за собой дверь и встал рядом, облокотившись о перила. Руки залезли в карманы, в поисках сигарет, которые в итоге не были найдены.       — Слушай, Дэм, давай свалим?       Он честно старался концентрироваться на его словах, но получалось из рук вон плохо.       — А?..       — Ты тут столько проторчал. Все говорят, что ты ушел. Никто не додумался из дома выйти, хах. Пойдем отсюда?       Уловив из всей фразы только предложение об уходе, Дэмон кивнул и постаравшись встать ровно, придерживая рукой перила, направился к леснице.       Тэнэ пошел следом, вот только одно ему не давало покоя. Почему его друг выглядит таким потерянным? Такое случалось и до этого, но таблетки обычно помогали. Он же напомнил ему выпить их перед уходом, неужели тот проигнорировал его? Догнав Келлермана уже у ворот, Тэнэ все же заговорил.       — Выглядишь хреново, ты выпил таблетки?       В ответ Дэмон лишь промямлил что-то неразборчивое и пошел дальше. Хоть и идти у него у получалось достаточно проблематично.       Тэнэ снова догнал его, и схватив за предплечье, заставил остановится.       — Ещё раз, ты пил таблетки?       Не смотря на то, что он уже знал ответ, парень все равно приложил руку к его шее, проверяя пульс.       — Ебаный в рот, Дэмон! Я же сказал выпить таблетки, у тебя пульс под триста херачит!       Почувствав панику, Тэнэ стал копаться в карманах, в поисках таблеток. Дэмон же, ощутив на себе прикосновение холодных рук, был готов упасть посреди аллеи, на которой они остановились, но, хвала богам, ему удалось дойти до ближайшей лавки. Сев на нее, Дэмон спрятал лицо в ладонях, в попытках осознать все происходящее.       «Может ты так реагируешь на что-то новое?» Вряд ли ты, Кёниг, подозревал, что этим чем-то новым окажешься ты. Господи, угораздило же...Быть таким гомофобом, а потом влюбиться...в парня. Это так тупо, я..       Из мыслей его вырвал голос Тэнэ, который чёртову минуту пытается сделать хоть что-то, чтобы заставить того поднять голову. Когда Келлерман наконец-то отреагировал, Кёниг быстро засунул ему в рот две таблетки, а после подставил к губам бутылку с водой. Поняв, что происходит, Дэмон взял бутылку и сделал несколько глотков. Снова спрятав лицо в ладонях, он начал медленно приходить в себя.       — Дэм, ты как? Все хорошо?       — Я в порядке...       — Хуе с два ты в порядке! Придурок, ты чуть сознание снова не потерял, идиот, я бы твой труп до дома не дотащил! Я же напомнил тебе о таблетках, какого хуя ты меня проигнорировал?! Я пиздец как пересрался!       Дэмон поднял голову и с растерянностью в глазах посмотрел на парня напротив.       — Извини.       — Да ладно, проехали.       Просидев ещё пару минут, Дэмон все же осмелился заговорить на тему, что так сильно его тревожила.

      — Тэнэ, слушай, я же могу тебе доверится, да?       — Блять, ты сомневаешься? Я буквально только что твою пернатую задницу спас.       — Спасибо за откровенность. Я сегодня, ну, спросил у..       Воспоминание о негативной реакции Криса на то, что Дэмон мог кому-то рассказать о его ориентации быстро заставили его прерваться.       — Спросил у одного человека, как он понял, что любит парней...       — Кицу что-ли?       — Господи, нет!       Дэмон снова спрятал лицо в ладонях. Было стыдно говорить об этом. Но Тэнэ ведь всегда спокойно реагировал даже на самые худшие вопросы? Воспоминание о том, как он спросил его о собственной ахуенности заставили густо покраснеть. Слава богу, Кёниг сейчас не видит его лица.       — Короче...Блять...Я..Эм...       — Дэм, спрашивай уже.       Это не особо придало смелости, но через пару секунд Дэмон все же решился завершить начатое.       — Как бы ты отнёсся к тому, что мне могут нравятся парни? Чисто теоретически.       Тэнэ пришлось пополнить свой список «Топ ебать неожиданных вопросов от Дэмона». Немного помолчав, он тихо ответил.       — Не важно какой пол у человека, которого ты любишь. Значение имеет лишь его личность, характер, и так далее. Да и важно это должно быть только для тебя, меня и остальных это вообще касаться не должно.       Дэмон тихо успокоился. Хоть и стало стыдно за то, как он реагировал на такое раньше. Господи, да пару месяцев назад он бы в драку влез из-за такого. А сейчас..А сейчас пытается подобрать слова, чтобы объяснить парню, что сидит рядом с ним, что его это касается больше всего.       — А ты? Встречался бы с парнем?       Очередное пополенение в прекрасный список Кёнига, плюс потеря пары сотен нервных клеток в подарок.       — Зависит от того, кто этот парень.       — Лаванэ?       — Господи блять, ты мне всю жизнь будешь напоминать о том, что этот мудак поцеловал меня? Тем более, я уже говорил, что чувств у меня к нему нет.       — Ладно, извини за такие вопросы. Просто интересно стало. Пошли домой?       Тэнэ в ответ лишь кивнул. Выбрав освещённую дорогу, парни, направились домой. Всю дорогу Дэмон прокручивал их разговоры в голове. И во всех Кёниг был чертовски прав. Ну или ему хотелось думать, что он прав, ведь так было бы гораздо легче принять себя и свои чувства. Тэнэ же пытался понять, с чего его вообще засыпали такими странными вопросами. Дэмон, конечно, часто так делал, но слишком уж много раз он проявил свое любопытство за сегодня. Так же из головы не выходила Кира, которая призналась ему в любви на этой злосчастной вечеринке. А ведь он сразу не хотел туда идти, но ведь нужно было его уговорить, конечно. Тэнэ воспользовался «Советом» Келлермана. Принял чувства, но не ответил взаимностью, ведь ее и не было. Ну а потом и решил смыться оттуда как можно скорее, в надежде, что не испортил девушке праздник.       Погрузившись в свои мысли, парни не заметили, как дошли до дома. В тишине они зашли внутрь, там никого не было, ведь вся семья вернётся только завтра. Оба достаточно устали за день, так что не сговариваясь они пошли в комнату и быстро переодевшись, легли по своим местам: Тэнэ на кровать, а Дэм на матрас. Они уже привыкли к этому, так что даже обсуждать ничего не стали.

***

      Тэнэ, не мог уснуть. Мысли не давали покоя. А ведь раньше он быстро засыпал, но сейчас его голову занимало что-то, а точнее кто-то, кто за сегодняшний день умудрился дать столько плодов для рассуждений, что хватило бы на пару лет вперёд. Перевернувшись на другой бок, он увидел, что Дэмон тоже не спит. Сверлит взглядом потолок и, наверное, тоже о чем-то думает.       Услышав копошение, Келлерман, не разворачиваясь, кинул взгляд в сторону кровати и убедившись, что Кёниг не спит, глубоко вздохнул.       — Знаешь, Тэнэ, если бы мой первый поцелуй был с тобой, я бы не хотел его аннулировать.       Тэнэ молчал. Смысл слов не сразу дошел до него, а как только это случилось, он почувствовал, как его собственное тело вжалось в матрас от напряжение, а в голову ударил жар. Он хотел было сказать что-то, но все что его мозг мог выдать в данным момент это тихое «Дэм?..».       — А, к черту, забудь.       Просто сказать. Хер такое забудешь, тем более, если услышать это от человека, которого любишь.        Они пролежали в тишине ещё какое-то время. Тэнэ же анализировал информацию в своей голове, в попытках прийти к нормальному выводу.

      Может он так пытался сказать, что я не мудак? Скорее всего, но смысл тогда от всех вопросов? Господи, Дэмонтаниэль, ради бога, выражайся нормально, идиот, это ведь важно..

      — Ты это к тому что я не такое мудачье, как Кица, или как?       Тишина. Слишком уж давящая тишина, и чувствовал это каждый из них. И это молчание могло бы и продолжаться, если бы Дэмон не прервал его.       — Это я так пытался в чувствах признаться, придурок.       И снова молчание, только в этот раз нарушаемое тем, что Дэмон шуршит одеялом, прячась под ним с головой. А Тэнэ все так же, не в силах пошевелиться, вдавленный в матрас тяжестью воздуха вокруг, лежит, пытаясь унять повышенное сердцебиение. И все же у него это, с горем пополам, получилось, и через минуту последовал ответ. — В таком случае, я бы тоже не хотел его аннулировать.